Коррупция-2019: Сколько в Украине дают «на лапу»

В среднем владелец бизнеса при контакте с коррумпированным проверяющим отдает 12–20 тысяч гривен.

Средняя сумма, которую вынужден потратить владелец какого-нибудь заметного бизнеса при контакте с коррумпированным проверяющим, составляет нынче около 12–20 тыс. грн. Примерно во столько обходится ликвидация последствий более или менее жесткой проверки, которая не нашла серьезных прегрешений. Если же сумеют нарыть существенные нарушения или нагрянут с обыском правоохранители в рамках внезапно открытого уголовного производства, то масштабы поборов могут вырасти в разы по сравнению с “обычной ценой“. Впрочем, ситуация не безнадежна, зачастую проверяющих удается отправить восвояси ни с чем.  

Украинским предпринимателям снова обещают снизить налоговое и регуляторное давление, а также ввести персональную ответственность должностных лиц контролирующих органов за злоупотребления при проверках. С одной стороны, эти шаги должны стимулировать бизнес работать честно и не уходить в “тень“, с другой – снизить уровень коррупции в госструктурах, которые за этим бизнесом надзирают и проводят проверки.

И кое-что действительно изменилось в лучшую сторону. Постепенно переводят взаимоотношения налогоплательщиков и ГФС в электронный формат. Это избавляет предпринимателей от частого контакта с налоговиками, что снижает вероятность поборов и взяток. Проверяющие отчасти утратили возможность “кошмарить“ бизнес после внедрения риск-ориентированного подхода. Проверки, конечно, есть, и в большом количестве, но для их назначения требуются некие объективные основания.

Принятые в 2017–2018 годы законы под условным названием «маски-шоу-стоп» и “маски-шоу-стоп-2“ немного поубавили пыла у правоохранительных структур. Но, увы, не ликвидировали окончательно злоупотребления среди сотрудников Генпрокуратуры и Службы безопасности. Да, они уже не так активно, как раньше, мучают предпринимателей обысками и затем предлагают откупиться от уголовных дел. Но такие случаи все еще встречаются.

Проверок – больше, взятки – выше

Тем не менее, поводов для взяток у сотрудников госорганов все равно хватает. Возвращается практика поборов с бизнеса за возмещение НДС (процесс возврата хоть и автоматизирован, но не до конца), за разблокировку НДС-накладных, без зазрения совести берут мзду сотрудники Госпотребслужбы и Госслужбы по чрезвычайным ситуациям, которые даже за мелкую провинность могут прикрыть практически любой бизнес. Ну а особой наглостью отличаются сотрудники Госслужбы по вопросам труда, которые имеют массу оснований для проверок работодателей и право выписывать им огромные штрафы.

Рэкет в погонах стал изысканнее.

“Дошло до того, что зачастую требуют уже не столько деньги, сколько долю в бизнесе“, – говорит Ростислав Кравец, управляющий партнер юридической компании “Кравец и партнеры“.

Главная неприятность для бизнеса в том, что с 2019 года в Украине полностью перестал действовать мораторий на проверки. Это касается всех без исключения контролирующих органов. А где ревизоры, там и взятки.

Например, план комплексных проверок на 2019 год содержит свыше 30 тыс. пунктов. Помимо комплексных проверок, есть еще плановые проверки, которые проводит отдельно каждый госорган (Гоструда проведет 17 тыс. проверок в 2019 году, а ГФС – свыше 7 тыс. проверок). Кроме того, инспекторы могут приходить и с внеплановыми проверками. По жалобе потребителей или при наличии подозрений, что предприниматель нарушает законодательство. С “подозрениями“ проще всего – их можно взять хоть с потолка. Да и с жалобами у проверяющих проблем нет – “обращения трудящихся“ могут быть сфабрикованы на щелчок пальцев.

Причем, многие рядовые проверяющие лично брать взятки боятся. Потому что за последние два-три года участились случаи задержания правоохранителями должностных лиц-коррупционеров “на горячем“. Поэтому предприниматели вынуждены искать выходы на вышестоящее руководство через доверенных лиц, а это в сумме означает существенно большие масштабы мзды, чем пожелал бы рядовой инспектор.

Другой вид поборов, который приобретает все большую популярность, – откуп от будущих проверок. Предпринимателю предлагают заплатить “абонемент“ – за то, чтобы его не трогали. Чаще всего подобные предложения звучат от сотрудников ГФС и Гоструда, которые имеют право проводить внеплановые проверки несколько раз в год. Размер взятки зависит от аппетитов проверяющих и от масштаба бизнеса. Это может быть как 200 долл., так и суммы в разы большие – проверяющие прицениваются к масштабам бизнеса и действуют весьма точно.

За налоги, кассы и акцизы

Одно из самых распространенных нарушений, за которое привлекает бизнес к ответственности ГФС, – уклонение от уплаты налогов. Будь то налог на доходы физлиц, НДС или налог на прибыль. Предпринимателям, во-первых, доначисляют налоговые обязательства, которые нужно уплатить в бюджет, а во-вторых, налагают штраф в размере 25–75% недоимки. В итоге, может набежать приличная сумма. И иногда проще “договориться“ с инспектором, чем платить по полной. Размер взятки в этом случае составляет 10–20% обязательств с учетом штрафов.

“Мы сейчас отстаиваем права и интересы одного промышленного предприятия, которому проверяющие вынесли штраф в размере 3 млн. грн. и тут же предлагали “порешать“ за 10% этой суммы“, – рассказывает Игорь Чудовский, управляющий партнер адвокатского объединения “Чудовский и партнеры“.

За сумму от 5 до 20 тыс. грн. можно отвертеться от наказания за нарушение кассовой дисциплины. Размер взятки коррелирует с тяжестью нарушения. Это может быть что-то не особо существенное. Проведение одной-двух операций не через кассовый аппарат или невыдача фискального чека даже на скромную сумму – и вот уже пара сотен долларов перекочевывает в карман проверяющего, которому посчастливилось обнаружить непорядок.

Хаос в кассовых документах или их полное отсутствие? За что придется откупаться пухлой пачкой денег, хотя будем откровенны – тут уж предприниматель виноват сам, если настолько явно нарушает правила. 

“К одному из клиентов пришла налоговая проверка. И это, наверное, был первый случай в нашей практике, когда взятку дать было проще, чем спорить с инспекторами. Потому что предприниматель кассовыми документами толком не занимался, и ему бы насчитали солидный штраф. А так отделались легким испугом – суммой в 15 тыс. грн.“, – рассказала “Деньгам“ руководитель аутсорсинговой бухгалтерской компании из Киева.

Если налоговики обнаружат, что предприниматель торгует подакцизными товарами (сигаретами, алкоголем) без лицензии или производит контрафакт, штраф составит 200% стоимости такого товара, но не меньше 17 тыс. грн. и 85 тыс. грн. соответственно. Избежать наказания тоже пытаются: предлагают инспектору взятку в размере 10–20% стоимости партии товара. Но и здесь все непросто: внаглую торговать подакцизным пытают уж совсем отчаянные головы. Куда чаще такие персонажи договариваются с проверяющими заранее. Ни первые, ни вторые сочувствия не вызывают, в отличие от тех, кто имеет все лицензии, проводит операции через кассу, но становится мишенью для придирок.

Какая связь между крышуемой нелегальной торговлей и атакуемыми время от времени легальными торговыми точками? Да очень просто: чтобы могли работать первые, коррумпированные налоговики должны время от времени предъявлять жертв из числа вторых – чтобы выполнять план по санкциям. Да, он все еще существует, хотя высшее начальство фискальной службы уверяет, что ничего подобного нет.

Неоформленные, дорогие

У инспекторов Госслужбы труда нынче раздолье, а по сравнению с предыдущим годом – тем более. У них нет почти никаких ограничений по проверкам, внеплановым в том числе. Инспекторы Гоструда имеют право беспрепятственно, без предварительного уведомления и в любое время суток приходить на предприятие и требовать, чтобы им предоставили доступ во все производственные или административные помещения, в которых используется наемный труд.

И работодателя могут наказать за что угодно. За фактический допуск сотрудника к выполнению должностных обязанностей без трудового контракта, за оформление работника на неполное рабочее время, если он занят весь день, за нарушение сроков выплаты зарплаты, за несоблюдение минимальных государственных гарантий в оплате труда и несоблюдение гарантий и льгот.

При этом размер штрафов, которые налагает Гоструда, наверное, самый высокий среди контролирующих органов. Если с сотрудником не заключен трудовой договор – штраф составит 125,1 тыс. грн. (за каждого работника), за выплату зарплаты ниже “минималки“ – штраф 41,2 тыс. грн. (за каждого работника), а за недопуск инспектора к проверке штраф составляет 417 тыс. грн.

Например, проверка обнаружила пятерых сотрудников-нелегалов. За это предприниматель будет вынужден заплатить 625 тыс. грн. Для многих такая сумма просто неподъемная. Поэтому работодатели соглашаются на взятку, размер которой, как правило, эквивалентен 10–15% начисленного штрафа.

Не хочешь, а плати

Недрогнувшей рукой берут взятки сотрудники Госпотребслужбы, которые проводят ветеринарно-санитарный контроль. Они выдают санитарно-эпидемиологические заключения, которые должны получать производители пищевой и любой другой продукции. Также Госпотребслужба выдает акты обследования помещений, в которых предприниматель ведет свою деятельность. 

Если заключения и акта не будет, при проверке неизбежен штраф. Но для того, чтобы оформить эти документы, нужно потратить уйму времени и нервов. Сроки могут затянуться на несколько месяцев. Ускорение выдачи заключения (а заодно и иммунитет против будущей проверки) будет стоить около 30–40 тыс. грн. Иногда и дороже, в зависимости от характера и размеров бизнеса.

Госслужба по чрезвычайным ситуациям (ГСЧС) тоже имеет рычаги влияния на предпринимателей. Без разрешения этой службы невозможна эксплуатация объектов повышенной опасности (это касается всех вновь построенных или реконструированных зданий, многих складских помещений, зернохранилищ), деятельность, которая несет угрозу жизни и здоровью сотрудников.

Правда, штрафы, которые выписывает ГСЧС нарушителям, не особо болезненные, максимум 170 грн. Но ругаться с этой структурой все равно не стоит. Так как ГСЧС на особо злостных нарушителей может подавать иски в суд и полностью заблокировать деятельность предприятия. И если за получение разрешения от ГСЧС взятка составляет порядка 10–30 тыс. грн., то за то, чтобы дело не дошло до суда, отступные могут вырасти в разы и даже в десятки раз.

Посягают на святое

Правоохранители хотя и поумерили свой пыл во время обысков, все равно с удовольствием соглашаются на взятки. Ведь и у коррумпированных сотрудников Генпрокуратуры, и у Службы безопасности все еще есть инструменты для того, чтобы блокировать работу бизнеса.

По-прежнему происходят выемки и конфискация документов, оборудования (компьютеров, носителей информации, оргтехники) у предпринимателей. Несмотря на то, что это прямо запрещено на законодательном уровне, кроме исключительных случаев. Разумеется, пытаться выбивать свое имущество через суд – долго. Вот бизнесмены и вынуждены в прямом смысле его выкупать. Суммы очень разнятся. Кто-то из силовиков довольствуется 600-–1000 долл., а кто-то требует взятку значительно больше, до 3–5 тыс. долл.

Еще один излюбленный способ давления на бизнес, который используют правоохранители, – арест банковских счетов субъекта хозяйственной деятельности. И предпринимателя об этом никто не уведомляет. Он узнает о том, что его счета заблокированы, совершенно случайно. Например, когда туда отправляют средства клиенты или контрагенты.

“При выяснении причин ареста счетов оказывается, что недобросовестные прокуроры, желая заработать денег, каким-то образом делают ФОП или компанию фигурантом уголовного производства, к которому данный субъект бизнеса не имеет никакого отношения, и добиваются блокировки счетов через суд. А за снятие арестов и за решение проблем с уголовным делом требуют финансовое вознаграждение“, – приводит пример Игорь Чудовский.

Берем с поличным

Впрочем, на коррупционеров можно найти управу. Вообще, чтобы минимизировать вероятность требования взятки, все действия представителей контролирующих органов следует фиксировать на видео, или хотя бы сделать аудиозапись. Это сильно охладит их желание потребовать “неправомерную выгоду“. Ну а если действия проверяющего или его руководителя попадут на пленку, это станет весомым аргументом в суде.

Когда на руках есть доказательства, можно обращаться в Национальную полицию и писать заявление, в котором потребовать проведения следственных действий и привлечения нарушителя к ответственности. И очень важно, чтобы заявление было зарегистрировано в Едином реестре досудебных расследований.

“Потому что все следственные и иные процессуальные действия начинаются именно с внесения и регистрации сведений в ЕРДР“, – объясняет адвокат, партнер юридической компании AS Legal Диана Яковлева.

Заодно можно заявить о коррупционных действиях в Национальное антикоррупционное бюро, в Национальное агентство по вопросам противодействия коррупции, в Службу безопасности, в Генеральную прокуратуру и в Государственное бюро расследований.

Следующим шагом правоохранителей, которые получили такое заявление, может стать предложение поучаствовать в следственных действиях.

“Речь идет о провокации преступления (так называемая инициация взятки). Суть заключается в том, что под контролем полиции пострадавший связывается с лицом, которое требовало взятку, соглашается на встречу и передает специально меченые купюры“, – говорит Диана Яковлева.

При этом ни в коем случае нельзя встречаться с коррупционером и давать ему деньги до уведомления полиции, поскольку постфактум догнать взяточника будет уже практически невозможно.

Кстати, не секрет, что нередко правоохранители хорошо осведомлены о пагубных привычках чиновников и госслужащих, но не предпринимают в отношении их никаких действий. Поэтому, если полиция отказалась принимать заявление об открытии уголовного производства, предприниматель имеет право обратиться в суд, который обяжет органы Нацполиции все-таки завести дело.

Правда, рассчитывать на то, что коррупционера быстро засудят и посадят, не стоит. Это – долгий процесс, исход которого, к тому же, далеко не всегда в пользу пострадавшего. По данным Генеральной прокуратуры, в 2018 году в Украине было открыто 2189 уголовных дел за взяточничество, но до суда дошло всего 429 дел. А по данным Госказначейства, у коррупционеров за 2018 год конфисковали лишь 141 тыс. грн.

За что бизнес вынужден платить
Павел Харламов, ДЕНЬГИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры