Еще одна категория преступлений, с которой силовики пока что справиться не могут, ну или не хотят, это аферы с реестрами. Звучит, казалось бы, непонятно, но на деле у любого человека в нашей стране могут, например, украсть квартиру, а сам владелец об этом даже сразу и не узнает. Да и не только квартиру — мошенникам удается завладеть и домами и предприятиями.

Как работают эти схемы? И почему под угрозой недвижимость действительно каждого украинца? Разбиралась Елена Зорина.

Нагло отжать или цивилизованно отобрать?

«Любой, кто купил недвижимость, я бы рекомендовал в каком-то бумажном виде все-таки иметь документ, подтверждающий право собственности», — говорит Ростислав Кравец адвокат.

Вписать нужные фамилии в графе владелец — без шума и пыли, оказывается проще простого.

«Цены — это от одной до нескольких тысяч долларов», — говорит Сергей Прокопенко директор Лаборатории компьютерной криминалистики.

Черные нотариусы, риелторы или просто мошенники? Тысячи пострадавших. Но вот поймать за руку аферистов не так-то просто.

«Это ноу-хау, которое сегодня есть и развивается», — говорит Эдуард Багиров, правозащитник.

«Мне было заявлено 15 тысяч долларов и все, мы закрываем эту тему», — говорит Людмила Калинина, военнослужащая Вооруженных сил Украины.

Пока Людмила была зоне в АТО, для ее квартиры нашелся новый владелец.

«Как раз после Иловайска я лежала по госпиталям и за этот момент все это было сделано», -рассказывает Людмила Калинина.

Небольшая трехкомнатная квартира в центре шахтерского городка Терновка, где Люда до войны жила вместе с двумя детьми. Недвижимость досталась в наследство от дедушки, которого она досматривала. Но в один прекрасный день входные двери просто сменили.

«Те хозяева вставили, наши выбили. Он только приехал ,телевизор нашли в шифоньере и водогрейка где-то была».

Новый владелец некий адвокат, — рассказывает мать Людмилы — Раиса Николаевна.

«Тут опасно, он угрожал. Как он узнал, мы сами не знаем».

После вызова полиции, он отдал дубликат ключей.

Сама же Люда отправилась на судебную войну, которая продолжается по сей день.

«Там все поставлено на поток. То есть знаем, что в Терновке не одна квартира которую они… Знаете как, находили стариков, находили неблагополучные семьи. Знакомы с этим нотариусом. Они не скрывают, и таким образом они оформляли квартиры», — говорит Людмила Калинина.

Юридические услуги особого сорта. Так вуалируют этот довольно прибыльный бизнес. Переписать, не то, что на кота, на кого укажете, могут что угодно: квартиру, машину, дачу и даже целое предприятие. Иногда достаточно одного звонка. Такая вот современная форма рейдерства.

Большой популярностью этот бизнес стал пользоваться после открытия реестров для нотариусов и изменения правил оформления недвижимости. Подделка документов, двойные продажи.

«Відродилась стара схема, коли продають неіснуючі квартири. Один раз зазначену квартиру вже продали. І після того, внісши неправдиві відомості до реєстру намагалися продати цю квартиру другий раз», — говорит Сергей Руденко, сотрудник управления уголовного розыска ГУ Нацполиции Киева.

Объявления «нужных» людей есть даже в интернете!

«Находят каких-то нотариусов, либо находят нотариальные бланки. Изготавливают поддельную доверенность якобы от собственника помещения. И с этой доверенностью, со всеми правами переоформляют, причем несколько раз. В большинстве случаев эти лица проживают либо на территории АТО, либо в Крыму, их даже найти очень тяжело, либо являются иностранцами», — говорит Ростислав Кравец, адвокат.

«Черных» нотариусов берут на карандаш в Минюсте. Их отлучают от реестров. Но те все равно продолжают действовать.

«Они уверены в безнаказанности. Потому что там, кто-то сверху договорится. За те взятки, которые они берут, там у них крыша», — говорит Эдуард Багиров, правозащитник.

Но иногда и сами нотариусы оказываются жертвами.

«Хакер присылает письмо, в котором вредоносное вложение. Это вложение на самом деле очень четко похоже на письма, которые приходят от Минюста», — говорит Сергей Прокопенко, директор Лаборатории компьютерной криминалистики.

Получить доступ к реестру и хозяйничать там уже от имени нотариуса может даже студент. Так переоформляют недвижимость и выводят из-под ареста нажитое непосильным трудом.

Чем крупнее объект — тем больше ставки.

«Это были и квартиры у частных лиц, это была и достаточно крупная коммерческая собственность, когда из ипотеки банка выводилось и тут же куда-то там в офшоры продавалось. И какие-то сети магазинов, сети заправок», — говорит Сергей Прокопенко, директор Лаборатории компьютерной криминалистики.

Под прицелом, говорят риелторы, оказываются прежде всего те, за кого вступиться некому.

«Одинокие люди. Люди, которые подвержены психическому влиянию. Люди, которые уезжают отсюда на длительный срок за рубеж, допустим. Арендодатели, которые пытаются не совсем честно открыто сдавать свое имущество», — говорит Анатолий Топал, вице-президент Ассоциации профессиональных управителей недвижимостью.

Вера Михайловна с надеждой в который раз заходит в этот подъезд. Весной она часто проведывала одинокого пенсионера Владимира Боркуна. После смерти жены инвалиду нужна была помощь.

«У нього не стало паспорта, він обнаружив. Каже, мені не принесуть пенсію.

А в начале лета пенсионер внезапно исчез.

После пропажи старика в квартире появились посторонние люди, оттуда вывезли вещи и начался ремонт. Где хозяин жилья, незнакомцы долго не признавались.

«Він у родичів, сначала говорила. А потім другий раз бачили її. Кажу, а він де? У родичів, чи в пансіонатє? В пансіонатє!», — рассказывает Валентина Макарихина соседка.

Это кипа документов и судебных решений, которые успели оформить на одинокого старика за считанные месяцы. Оказалось, его признали недееспособным и назначили опекуна. А та выписала его из квартиры.

Село Чеховка, 20 километров от Черкасс. Исчезнувшего Владимира Боркуна удалось найти среди пациентов местного психоневрологического интерната. Теперь Владимир Ильич на попечении у государства, ведь опекун о нем едва вспоминает.

«Один раз, я бачив, приїжджала провідувала. Без дозволу опікуна ми не можемо ніяких дій здійснювати», — говорит Василий Орленко, врач Чеховского психоневрологического интерната.

Опекун Екатерина Лысенко для пенсионера после решения суда ближе, чем самый близкий родственник. Без ее разрешения с Владимиром Боркуном теперь нельзя даже общаться. Почему старика выселили — женщина объяснять не хочет:

«То наші справи, там іде ремонт зараз! Все опікунська рада знає, міська рада знає. Так що пішов ти знаєш куди?»

В разговоре утверждает, что она — родственница по линии жены. А по судебным решениям — просто знакомая. Но дальше больше. История напоминает настоящий детектив.

Оказывается половину жилья пенсионера после смерти его супруги унаследовал через суд какой-то двоюродный внук и продал ее сестре нынешнего опекуна. И сам тоже стал опекуном старика.

«Абсолютно законні дії проведені, але такі, що я не з першого разу зрозуміла, хто там кому що», — говорит Юлия Никоненко, замдиректора-начальник Управления социальных услуг Департамента соцполитики Черкасского горсовета.

Чтобы не стать жертвами квартирных аферистов, юристы и риелторы советуют тщательно проверять документы, которые подписываете. А оригиналы, подтверждающие право собственности, не доверять никому. Впрочем, это лишь малая страховка. От незаконных вмешательств в реестр — не защитит никто.

Елена Зорина, Подробности-ТВ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры