Судебная история с Приватбанком обрастает новыми расследованиями и скандалами. В ситуацию вмешались правоохранительные органы: Генпрокуратура начала досудебное расследование по делу о давлении на судей в отношении Президента Украины, председателя Нацбанка и прочих членов Совета Нацбезопасности и обороны, которые приняли участие в заседании СНБО 18 апреля. Оно было посвящено судебному решению о неправомерной национализации Приватбанка Окружного административного суда г. Киева.

Решение было вынесено не в пользу государства (Минфина, Нацбанка), а в пользу бывших акционеров Приватбанка (Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова). Руководство Нацбанка и президент Порошенко почти сразу разразились критическими заявления по данному постановлению. После чего из-за него было созвано заседание СНБО.

«Дело Приватбанка в Окружном суде рассматривало около 30 судей. И то, что на них надавили — это факт. Я говорю не только о неподобающих заявлений в отношении судебной власти в СМИ или о заседании СНБО. Но еще и о назначенном квалификационном оценивании, и об угрозах увольнения. Хотели разогнать весь суд. Все это недопустимо, и может, по действующему законодательству, оцениваться как давление на судей», — отметил в беседе с UBR.ua старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Как уточнили в Окружном административном суде г. Киева, Генпрокуратура начала расследование по ч. 2 ст. 376 Уголовного кодекса Украины. Это «Вмешательство в деятельность судебных органов». Статья предусматривает ответственность от штрафа в размере 50 необлагаемых минимумов (850 грн.) и ареста до 6 месяцев до лишения свободы до трех лет.

«После заседания СНБО по Приватбанку лично обращался в Высший совет правосудия на предмет давления на судей и нарушения действующего законодательства. Однако получил уклончивый и размытый ответ, из которого было ясно, что совет не хочет вмешиваться в ситуацию. Также оформил официальное обращение по этой ситуации в Совет судей Украины, однако до сих пор не получил ответа», — рассказал Кравец.

Это не первый факт давления на судей со стороны банковского регулятора. Первый громкий скандал разразился еще в декабре 2016 года после письма председателя Нацбанка Валерии Гонтаревой в адрес председателя Верховного суда Ярослава Романюка. Его сразу назвали наглым и бесцеремонным, из-за того, что Гонтарева потребовала от Верховного суда при рассмотрении исков в адрес НБУ, становится на сторону центробанка. Письмо было опубликовано в соцсетях и имело большой резонанс.

Давление на ВСУ было совершенно очевидным, однако Ярослав Романюк не настоял тогда на привлечении Валерии Гонтаревой к уголовной ответственности. Каким будут результаты расследования Генпрокуратуры сейчас — покажет время.

«Не слышал, чтобы кого-то привлекали к ответственности за давление на судей по финансовым спорам. Но другим делам виновные привлекались к ответственности, причем неоднократно», — резюмировал Кравец.

Елена Лысенко, UBR

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Руководству Национального банка безразлично, на чем основывается сентябрьское повышение окладов пяти членам правления НБУ. Расследованием и проверкой данных, к которым оно привязывалось, чиновники заниматься не собираются.

«Национальный банк не запрашивал информацию относительно уровня заработных плат топ-менеджмента банковского сектора в Государственной фискальной службе и не планирует этого делать в ближайшем будущем», — говорится в официальном ответе пресс-службы Нацбанка для UBR.ua.

К этим сведениям привязан рост зарплат. Формально нацбанковцы выполнили действующее законодательство: якобы было проведено исследование на зарплатную тему, которое засвидетельствовало размер среднего оклада топ-менеджмента в украинской банковской системе на уровне 500 тыс. грн. Совет Нацбанка, отталкиваясь от этой информации и от того, что их коллеги «тяжело и много работают» (так высказался в интервью UBR.ua глава Совета Богдан Данилишин), внес предложение по повышению зарплат правлению НБУ. И те были подняты в 1,4-1,9 раза (по сравнению с августовскими показателями).

Самым зарабатывающим в сентябре стал зампред центробанка Дмитрий Сологуб, чей оклад достиг 257,8 тыс. грн., немного меньше тогда получил его непосредственный начальник — и.о. председателя Нацбанка Яков Смолий (241 тыс. грн.). И еще меньше остальные зампреды главного банка страны: Катерина Рожкова и Роман Борисенко (каждый по 230,4 тыс. грн.) и Олег Чурий (224,2 тыс. грн.).

Это событие получило большой резонанс в финансовых кругах. И не только из-за непрозрачности самого процесса, но и громко прозвучавшей цифры среднерыночной зарплаты для руководителей украинских банков на уровне 500 тыс. грн. Оглянувшись по сторонам, банкиры быстро смекнули, что цифра более чем сомнительная, и что официально получать такие суммы (с уплатой всех налогов) могли разве что руководители госбанков (Ощадбанк, Укрэксимбанк, Укргазбанк) либо банков с иностранным капиталом. А председатели остальных двух третей украинских банков довольствовались куда более скромными суммами.

В такой пропорции вряд ли можно было математически выйти на средний оклад по 90 действующим банкам на уровне 500 тыс. грн. И повышение зарплат правлению НБУ скорее похоже на удовлетворение амбиций мелких завистников, оказавшихся за бортом реальной банковской системы. Повышали ли бы этим людям оклады, останься они в коммерческих структурах, — неизвестно. А в Нацбанке им легко подмахнули резкий рост окладов, которого давно не видел наш финансовый рынок: там крайне редко поднимают зарплаты в разы, чаще всего речь идет о поэтапном росте на 10-15% за раз.

Очень важный момент — правление центробанка не понесет за это никакой ответственности. Никогда. Весь удар на себя взял Совет Национального банка. Именно он имеет право, согласно действующему законодательству, инициировать повышение зарплат, что и было сделано. Повышение зарплат официально инициировал Совет, отталкиваясь от мифического роста зарплат банковских топ-менеджеров.

Мифическое, потому что не была названа ни компания, проводившая зарплатное исследование, ни источники ее информации. Данные назвали банковской тайной и не открывают для общественности — очень удобно. Это уже стало излюбленным приемом НБУ. То ли зарплатный доклад базировался на банальном обзвоне, то ли с повышенных окладов уплатила налоги лишь горстка государственных банков вместе с несколькими «иностранцами», а все остальные деньги были выданы «в конвертах» — вопрос.

Отвечать на него в Нацбанке не хотят — это явствует из процитированного UBR.ua ответа пресс-службы регулятора. Чиновникам это просто невыгодно. Ведь в противном случае, правление НБУ лишиться повышенных окладов, а Совет, который, по действующему законодательству, в ответе за всю зарплатную историю — должен понести ответственность. Материальную.

«Если когда-нибудь в ходе рассмотрения дела в суде или уголовного расследования, будет доказано, что Совет Нацбанка намерено использовал для повышения окладов правлению НБУ некорректные или фальсифицированные данные в исследовании, то ответственность понесет именно Совет. Не правление. После чего прокуратура сможет настаивать на взыскании ущерба (прибавки к зарплатам всех топ-менеджеров) с лиц, голосовавших в Совете за это решение (это можно выяснить по протоколам совещания). Неважно, где будут работать люди в это время, они несут персональную ответственность, и могут привлекаться к ответственности», — прокомментировал UBR.ua ситуацию старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

По его словам, речь может идти не только об административной ответственности, но еще и об уголовной.

«В частности, за злоупотребление служебным положением и подделку документов — это до 8 лет тюремного заключения. А если будет привлекаться и НАБУ, и оно сможет доказать сговор правления центробанка с Советом для получения материальной выгоды, то могут быть предъявлены и обвинения в коррупции. При нынешней власти в настоящее расследование на этот счет, конечно, сложно поверить. Но если народ Украины приведет к власти более объективных политиков, и они проверят работу «попередников», то думаю, откроется немало нелицеприятных фактов», — уверен Кравец.

ЕЛЕНА ЛЫСЕНКО, UBR

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Правоохранители услышали жалобы Нацбанка на медленное расследование фактов хищения кредитов рефинансирования. Служба безопасности Украины совместно с Генеральной прокуратурой и Национальной полицией раскрыли схему присвоения 108 млн грн рефинансирования собственниками и топ-менеджерами ликвидируемого сейчас Украинского профессионального банка.

Это учреждение в марте 2014 года получило от НБУ кредит на 120 млн грн. «После этого один из совладельцев банка совместно с руководством начал вывод денег в подконтрольные ему коммерческие структуры. Средства перечислялись под видом внутрибанковских операций и кредитования клиентов, – заявляли в СБУ. – Дельцы также совершали сделки со стоимостью имущества банка, находящегося в обеспечении кредита рефинансирования. Во время досудебного следствия выяснено, что «помогали» злоумышленникам присваивать государственные средства оценщики имущества, которые работают под брендом известной международной компании».

По данным УПБ, на 17 марта 2015 года свыше 95% его акций контролировал Евгений Балушка, остальные акции – у 238 акционеров. С 7 мая 2015-го глава правления банка Андрей Лихочас переведен на должность замглавы правления. Под управление ФГВФЛ банк перешел 28 мая 2015-го.

На момент введения в УПБ временной администрации долг банка перед Нацбанком составлял 107 млн грн. Среди причин вывода банка с рынка НБУ указывал «фальсификацию отчетности».

В поисках крайнего

Уголовное производство № 12016100040005285 было зарегистрировано 13 апреля 2016 года по заявлению ликвидатора банка. Его фигурантом стала компания «Бейкер Тилли Украина ЭК». Следствие выяснило, что банк в обеспечение рефинансирования НБУ передавал права требования по кредитным договорам «Энергопостач 2010», «Региональная энергетическая компания» и «Кристалл-Инвест». Этим трем компаниям УПБ в 2010-2014 годы открывал кредитные линии по 60-73 млн грн. В качестве залогов выступали земельные участки площадью 59,7 га, 41 га и 53,5 га.

После того как компании перестали погашать кредиты, УПБ обратился в управление Госгеокадастра в Бориспольском районе Киевской области за схемой расположения земельных участков. Но оказалось, что таких участков нет в Национальной кадастровой системе, поскольку их реальный размер гораздо меньше (0,06 га, 0,72 га, 0,88 га) и все они пребывают в собственности других лиц.

Оценщиком УПБ была компания «Бейкер Тилли Украина ЭК». Она определяла рыночную стоимость прав требований по кредитам, в ипотеку которых входили земельные участки. Оценщик подтвердил неправдивые сведения о размерах участков, говорится в материалах Днепровского районного суда Киева по делу № 755/9973/16-к. В августе суд разрешил выемку документов из офиса компании. По данным СБУ, во время обысков в офисах и по месту проживания фигурантов дела спецслужба изъяла документацию, которая доказывает проведение финансовых операций с кредитом рефинансирования. В конце января 2017-го суд удовлетворил арест компьютеров, изъятых в ходе обыска офиса оценщика.

В Украине работает шесть компаний под брендом Baker Tilly. ООО «Бейкер Тилли Украина ЭК» учреждено в 2008 году. Сейчас ее участниками являются глава компании Александр Полянский, Сергей Кесарев, Гагик Нерсесян, ООО «Бейкер Тилли Украина» и глава этой компании Александр Почкун. ООО «Бейкер Тилли Украина ЭК» работает в сфере недвижимости.

Степень вины

Это не первый случай, когда оценщик становится фигурантом сомнительной истории. Нацбанк обвинял «ПрайсвотерхаусКуперс» в некачественной и непрофессиональной оценке залогов ПриватБанка. Фонд госимущества даже отзывал свидетельство у оценщика, но вскоре выдал новое.

В случае с Baker Tilly НБУ не просил ФГИ применять санкции к оценщику. «Служба безопасности подозревает заказчика оценки в подделке документов, на базе которых проводилась оценка. В связи с подозрениями СБУ вопрос относительно правомерности действий оценщика рассматривается Фондом госимущества», – сказали FinClub в пресс-службе НБУ. В ФГИ на запрос не ответили.

Генеральный директор «Бейкер Тилли Украина» Александр Почкун рассказал FinClub, что по этому случаю состоялась дисциплинарная комиссия в ФГИ. «Комиссия не нашла существенных нарушений с нашей стороны. Нам сделали официальное замечание без каких-либо взысканий или штрафов», – рассказал глава компании. По его словам, оценщики не проверяют и не могут оценивать достоверность документов. «Проводя оценку, мы руководствовались документами, которые предоставил банк. Это была оценка без выезда на объект. Мы не оценивали само имущество, поэтому не могли знать о том, что документы фальшивые», – объясняет FinClub Александр Почкун. Глава «Бейкер Тилли Украина ЭК» Александр Полянский отказался комментировать FinClub эту историю.

По словам юристов, следствию будет сложно доказать вину оценщика, поскольку когда оценщик оценивает права требования, а не сам залог, он не может нести ответственность за мошенничество с документами. «Когда речь идет о подлоге документов на землю, то даже выезд на объект может не помочь. Не составит труда привести оценщика на схожий участок и заявить, что это и есть объект залога. Проверить это довольно сложно», – говорит старший партнер адвокатской компании «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец.

При этом в законодательстве нет требования обязательного выезда для физического осмотра объекта залога при оценке имущества. «Развернутые требования к оценке могут выдвигаться внутренними документами банка. Например, в нашем банке, а также в Альфа-банке выезд на объект залога является обязательным», – рассказали в пресс-службе Укрсоцбанка. Если проводится простая оценка среднерыночной стоимости имущества, то в таком случае выезд оценщика не нужен. Но стандартно, если речь идет о большой сумме кредита, выезд на объект требует большинство финучреждений.

Поэтому больше вопросов возникает к руководству банка и нотариусу. Управляющий партнер юридической компании «Закон Победы» Марина Саенко объясняет, что кроме независимой оценки залог также проходит проверку в службе безопасности банка и на кредитном комитете. «Также не стоит забывать об ответственности нотариуса, который заверял документы. Именно он должен проверять достоверность документов, которые устанавливают право собственности на заложенное имущество. Кроме того, нотариус должен также проверить отсутствие запрета отчуждения или ареста этого имущества», – говорит FinClub Марина Саенко. Выемка документов по этому делу также проходила в УПБ, у нотариуса, в НБУ и Укрэксимбанке.

Слесарук Светлана, Финклуб

Адвокатская компания Кравец и Партнеры