Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Но неудобные и неугодные решения – не основание для ликвидации. Триггером стали подозрения, которые правоохранители вручили главе ОАСК Павлу Вовку и нескольким судьям, публикация скандальных переговоров главы ОАСК, дело о взятке, в которой подозревают брата главы суда, расследования НАБУ о злоупотреблениях.

Именно с потерей доверия связал свое предложение ликвидировать суд президент Владимир Зеленский.

«Суд, одним решением которого может быть поставлен крест на любом достижении государства, любой реформе, будет ликвидирован. Воспринимайте это как сигнал любому суду, который предал уважение к закону», – сообщил гарант.

И подал в Верховную Раду два законопроекта, которые дают старт ликвидации. Один, №5370, добавляет пункт в закон судоустройстве и статусе судей о том, что в случае с ОАСК она будет проходить по особой процедуре. Второй, №5359, эту процедуру расписывает.

В обычном порядке ликвидируемый суд продолжает действовать до тех пор, пока глава созданного вместо него не объявит о начале работы новой инстанции. И еще месяц предусмотрен на передачу документов. Если ВР согласует ликвидацию ОАСК, он должен будет прекратить осуществлять правосудие через два дня после публикации закона, и в течение десяти дней передать подсудные ему дела Киевскому окружному административному суду (КОАС, и его юрисдикция сейчас – Киевская область, тогда как ОАСК – Киев).

«Я уверен на 99,9%, что мы поддержим инициативу президента», – сказал глава фракции «Слуга народа» Давид Арахамия.

Но «слугам» еще предстоит обсудить законопроекты президента на заседании фракции. Тем более, что только двумя документами вопрос с ликвидацией не решится.

Что будет вместо ОАСК?

Еще в процессе обсуждения разных сценариев судьбы ОАСК министр юстиции Денис Малюська предостерегал, что только лишь ликвидация – самый худший.

«Другое дело – если будет принято решение передать юрисдикцию части споров, которые решает ОАСК, другому суду. Или даже чуть ли не все. Или объединить ОАСК с другим судом. Такого рода сценарии меньше нанесут вреда, чем простая и элементарная ликвидация ОАСК», – отмечал Малюська.

По этому пути идут, но и он сложный. Вместе с демонтажем ОАСК, президент инициирует создание Киевского городского окружного административного суда. Когда он появится, дела столичный юрисдикции туда отдаст КОАС. Но есть еще и иски против центральных органов власти, и с ними – уже сложнее.

В Раде на рассмотрении с февраля лежит президентский законопроект №5067, нормами которого дела против центральной власти должны рассматриваться коллегией Верховного суда. По оценкам главы ВС Валентины Данишевской, это 200-300 дел в год. Но законопроект еще нужно принять, а, значит, к двум о ликвидации цепляется еще один, но не последний «вагончик».

Как появится новый суд?

«Важно, чтобы суд, который заменит ОАСК, был создан прозрачно, с отбором на основе профессиональных достижений и тщательной проверки на добропорядочность. Реформа Высшего совета правосудия и Высшей квалификационной комиссии судей также важна для обеспечения высокого уровня добропорядочности судей», – осторожно приветствовали инициативу президента послы стран «Большой семерки».

То, о чем говорят послы – реанимация Высшей квалифкомиссии (ВККС), органа, который отвечает за добор и оценку судей. В конце 2019 г., после поправок в законодательные нормы о ней, президент прекратил ее полномочия. Должны были сформировать новый состав, но Конституционный суд заблокировал часть законодательных изменений. И судебная система осталась без инстанции, которая играет решающую роль при назначении людей в мантиях. Уже сейчас, по оценкам Высшего совета правосудия, не хватает 1900 судей.

В марте 2021 г. ВР в первом чтении приняла законопроект №3711-д, которые должен описать новую процедуру формирования ВККС. Представитель президента в КСУ Федор Вениславский настроен оптимистически на его прохождение через сессионный зал.

«В ближайшее время мы его примем во втором чтении и в течение нескольких месяцев будет сформирован персональный состав ВККС, который обеспечит формирование нового суда», – сказал Вениславский и уточнил, что тогда КГОАС появится уже осенью.

Но пул законопроектов, которые нужны для ликвидации ОАСК и создания КГОАС, разрастается уже до четырех документов, и в геометрической прогрессии растут потенциальные проблемы.

«Будет очень сложно. Будет состязание и разных политических групп, и судейских элит, и западных партнеров», – уверен директор Украинского института политики Руслан БОРТНИК.

Заинтересованность западных партнеров сквозит и в реакции на последнее предложение президента. Она объясняет и долгий путь законопроекта о ВККС к принятию. Сейчас в нем предусматривают, что первый этап конкурса на должности ВККС проводит конкурсная комиссия, членов которой назначает Высший совет правосудия. Западные партнеры настаивают на участии международных экспертов. Но их пока что предлагают задействовать лишь в первом составе конкурсной комиссии, которая изберет членов ВККС на четыре года. Их будет трое, плюс три члена комиссии по квоте Совета судей Украины. Так что доминирующей роли международных экспертов нет, поскольку свое решение конкурсная комиссия принимает простым большинством. Да и следующий состав конкурсной комиссии законопроектом предусматривают уже без участия международных экспертов.

«Основная проблема с ВККС – это желание наших иностранных партнеров вручную отбирать судей. То есть, речь идет об участии международных экспертов, которые могут не знать ни украинского языка, ни наших законов (у нас романо-германская система права, у них – англо-саксонская), об их решающем голосе при назначении украинских судей», – констатирует адвокат Ростислав КРАВЕЦ.

На ведущей роли западных партнеров в ликвидации суда, в делах и расследованиях против судей, непосредственно против него и его семьи настаивает и глава ОАСК Павел Вовк.

«Все это только для того, чтобы демонизировать суд, сформировать у общества и у президента нужную кому-то картину, растоптать независимость судебной системы и получить в итоге желаемое – очередной ручной орган, выполняющий команды из посольств», – заявил глава ОАСК.

Но самое главное в вопросе ликвидации – доступ украинцев к правосудию, который в перспективе только усложняется. Сейчас на рассмотрении в ОАСК 45 тыс. дел, и несколько сотен теоретически может уйти в Верховный суд. Остальные свалятся в КОАС, где судей всего 22, а штат вообще – 25 судей. При этом, и подсудные ему дела никуда не денутся: в 2020 г. там на рассмотрении их было 20 тыс. Нагрузка вырастет в разы, а, значит, увеличатся и сроки принятия решений по искам украинцев против власти.

«Тем, кто старше 50-60 лет, думаю, не стоит при жизни ждать исполнения решений по их делам, – резюмирует Р. Кравец. – Если через решения Кабмина захотят поднять тарифы, сброситься на покупку яхты для МВФ или продать детей в рабство, оспорить это будет нереально в физическом плане. Не в юридическом. Да, вы сможете подать иск в Киевский окружной админсуд. Но если первое заседание назначат года через четыре, это будет очень хорошо».

Анна Коваленко

Мнение Якубина

Смогут ли легко ликвидировать ОАСК?

– Есть только два суда, которые оспаривают решения власти – Конституционный суд и ОАСК. В контексте трансформации может так оказаться, что Окружной, так же, как КСУ, будет заблокирован. Попытка ликвидировать может стартовать и затянуться.

В природе ОАСК заложен конфликт с властью, как и в КСУ. Там оспаривают ее решения. Один суд отменяет указы, постановления и т.п., другой дает выводы с точки зрения их конституционности. У меня создается впечатление, что пертурбации – это попытка заблокировать работу ОАСК. Там рассматривают 45 тыс. дел, и очевидно, что по некоторым будет заморозка. А там сейчас дела о решениях Совета по нацбезопасности и обороне: о внесудебных санкциях, закрытии телеканалов.

Как КСУ заблокировали, так, я думаю, есть желание на семь-восемь месяцев, а может и больше, заблокировать работу Окружного административного суда. Понимая, что без этого указы будут отменены. Цель, думаю, в этом. Плюс в том, что после трансформации удастся получить чуть более лояльный суд.

За сам законопроект о ликвидации голоса в парламенте найтись могут, а дальше – как пойдет. Да и по титульному документу все неоднозначно.

Алексей Якубин, кандидат политических наук

АиФ

АО «Кравец и Партнеры»

Верховный Суд Украины начал выносить решение по искам, которыми пытались опротестовать введение указом президента Владимира Зеленского санкций против каналов Виктора Медведчука. Почему приняты именно такие постановления? Как события могут развиваться дальше? Что могут предпринять те, кто борется за отмену санкций и те, кто хочет их ужесточения? Ответы на эти и другие вопросы “Комментарии” искали вместе с экспертами.

Каналы Медведчука vs Верховный Суд. Коллаж: Д. Романюк/Comments.ua

Роль третьих лиц

Эксперт по конституционному праву Богдан Бондаренко поясняет: “Иски, которые отклонил Верховный Суд, были поданы не представителями ОПЗЖ, попавшими под санкции, не телеканалами. Это делали другие субъекты, которых вопрос санкций прямо не касался”.

По словам эксперта, с процедурной точки зрения цель привлечения “третьих лиц” с самостоятельными требованиями – затормозить рассмотрение вопроса людей, которых реально касается проблема (в нашем случае – указ и санкции).

“Потому решение ВС достаточно логично. И процесс будет продолжен. Это не точка, даже не запятая”, – подчеркивает Богдан Бондаренко.

Кто и почему подает иски

Вице-президент Всемирного юридического альянса, старший партнер в Адвокатской компании “Кравец и Партнеры” Ростислав Кравец подчеркивает, что первый иск был оставлен без движения (по делу № 9901/22/21).

“Он в десятидневный срок должен быть исправлен истцом, не приведшим обоснований нарушения указом Зеленского прав, свобод и интересов, для защиты которых он обратился в суд, – поясняет эксперт. – В деле № 9901/23/21 отказано в открытии производства по иску. ВС логично отметил, что заявления подано в интересах и в защиту прав других лиц (владельцев телеканалов), а не того, кто собственно подал иск. То же самое – еще с одним подобным иском. То есть, обращаются лица, которые прямо не связаны с собственником телеканала. И не могут объяснить, в чём собственно нарушены права тех, кто подает иски. Похоже, эти подачи связаны с желанием неких лиц прорекламировать себя. Получает неуклюже”.

Ростислав Кравец считает, что сам попавший под санкции Тарас Козак и связанные с ним телеканалы не спешат с исками, потому что понимают – быстрое решение в Украине они не получат, исходя из примеров предыдущих санкций, которые оспариваются годами.

“Возможно, Козак и телеканалы пойдут в Европейский суд по правам человека. Не исключаю и политического решения. Могут быть какие-то договоренности о перепродаже каналов другим лицам. В Украине такое периодически происходит, особенно после давления на собственников того или иного бизнеса”, – подчеркивает Ростислав Кравец.

Напомним, номинальный владелец заблокированных решением СНБО телеканалов “Украина 112”, “Zik” и “NewsOne” Тарас Козак получил деньги на их приобретение от своей гражданской жены. Такую информацию сообщают представители Центра противодействия коррупции, которые детально изучили финансовое состояние и банковские операции депутата.

Комментарии

АО «Кравец и Партнеры»

Как уже писала “Страна”, на днях Минюст США обвинил Игоря Коломойского в выведении средств из “Приватбанка” и отмывании денег в Соединенных Штатах через огромное количество компаний. Впрочем, сам Коломойский эти обвинения опровергает.

Буквально за пару дней до этого ФБР провело обыск в офисе Optima Management Group в центре Кливленда, а также в другом офисе Optima в здании Юго-восточного финансового центра в Майами. Optima — это группа компаний, владеющая десятками объектов недвижимости. Подозревается, что как раз через нее Коломойский и Боголюбов скупали в США гостиницы, офисные здания и другую недвижимость.

Собственно, эта информация известна уже давно. По ней идет судебное расследование в штате Дэлавер, куда украинский “ПриватБанк” в мае прошлого года подал иск против Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова. Тогда банк обвинил олигархов в отмывании в США 622,8 млн долларов.

Но теперь Минюст требует через окружной суд Южной Флориды конфискации части активов Коломойского, в частности  в городах Даллас (Техас) и Луисвилль (Кентукки).

Также появилась информация, что американский партнер Коломойского и Боголюбова – Мордехаем Корф – пошел на сделку со следствием и активно “сливает” бывших собственников “ПриватБанка”.

Все это должно ускорить вынесение приговора. Пока Коломойскому  и Боголюбову грозит только конфискация активов. Но обвинительное решение суда и признание факта отмывания средств могут служить также основанием для уголовного преследования. А уже по этой статье в США предусмотрены серьезные тюремные сроки – до нескольких пожизненных заключений.

Впрочем, как говорит глава адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец, в этом деле не все так однозначно.

“Страна” разбиралась, что значат новые иски Минюста США против Коломойского и вернут ли деньги “ПриватБанку”.

Почему ускорилось американское правосудие

Хотя “ПриватБанк” подал иск против своих бывших собственников в суд штата Дэлавер больше года назад, продвижение по этому делу наметилось только в мае этого года, о чем уже подробно писала “Страна”.

Тогда к расследованию подключилось Большое жюри в Кливленде (штат Огайо). В этом штате Коломойский и его бизнес-партнеры скупили едва ли не больше всего недвижимости. Большое жюри США — это коллегия присяжных заседателей, которая определяет обоснованность предъявления обвинений. Другими словами, отвечает на вопрос — есть ли состав преступления. И если есть, то запускается механизм привлечения к уголовной ответственности.

Также в процесс включилось ФБР. Американские правоохранители, в частности, “пытаются отследить миллионы, которые были якобы отправлены через банки-корреспонденты США”, — сообщало издание BuzzFeed News.

При этом особый акцент в публикации делался на политической составляющей. BuzzFeed, в частности, задалось вопросом – что в этой ситуации будет делать Зеленский, которого прямым текстом называют “сторонником” Коломойского.

“Возникает вопрос: позволит ли Зеленский НАБУ сотрудничать с ФБР и провести собственное расследование и будет ли страна выдавать Коломойского, если ему предъявят обвинение в США?” — процитировало издание бывшего прокурора Флориды Романа Гройсмана.

Интересно, что эти публикации появились почти одновременно с обнародованием нардепом Андреем Деркачем разговоров Порошенко и Байдена. Причем этот “слив” активно связывают с Игорем Коломойским. А о том, что Коломойский и близкие к нему депутаты активно воюют против сторонников Демпартии США в Украине, известно уже давно. Поэтому сразу же появились подозрения, что главный смысл публикаций в американских СМИ – предупредить Зеленского, чтобы он не “включался” в кампанию против демократов, в которой участвует Коломойский, ибо олигарх стал слишком “токсичным”.

Нынешние иски Минюста США – это, по сути, официальное признание схем Коломойского и Боголюбова незаконными. В этом случае истец уже не “ПриватБанк”, как в случае с судом Дэлавера, а государство Соединенные Штаты Америки.

Ускорение американского правосудия может быть связано с приближающимися президентскими выборами в США, считает Кравец.

“Стиральная машина” Коломойского

В гражданском иске о конфискации коммерческой собственности у некоторых лиц в Кентукки и Техасе Минюст США  заявил, что Коломойский и его деловой партнер Геннадий Боголюбов вывели из “ПриватБанка” столько, что Национальный банк Украины был вынужден выплатить учреждению 5,5 млрд долларов помощи, “чтобы предотвратить экономический кризис во всей стране”, – пишет издание The Washington Post.

По информации американского Минюста, Коломойский и Боголюбов использовали “ПриватБанк” в качестве личного “кошелька” для создания бизнес-империи в США.

“Незаконно присвоенные средства были использованы для покупки недвижимости в Далласе, штат Техас, а именно офисного парка площадью около 19,5 акра, состоящего из трех зданий, парковок и незастроенных земель, известного как кампус CompuCom”, – говорится в материалах дела.

Во втором иске Минюста США говорится о покупке небоскреба PNC Plaza в Луисвилле, штат Кентукки.

Стоимость активов в Далласе и Луисвилле оценивается в 70 миллионов долларов.

Как описывает в иске Министерсво юстиции США, в целом Коломойский с Боголюбовым приобрели около 500 тысяч квадратных метров недвижимости в Огайо, сталеплавильные заводы в Кентукки, Западной Вирджинии и Мичигане, производство мобильных телефонов в Иллинойсе, коммерческую недвижимость в Техасе, офисный парк в Далласе и здание PNC Plaza в Луисвилле.

“Основная идея была проста: Коломойский и Боголюбов запрашивали деньги у “ПриватБанка” – которые, как собственники, они всегда получали – и редко их возвращали. Механизм схемы сложный. Коломойский и Боголюбов использовали ряд подконтрольных компаний, на которые получали кредиты в “ПриватБанке”. Затем армия функционеров “ПриватБанка” оформляла ссуды. Специальный кредитный комитет банка одобрял эти кредиты (несмотря на искажение информации в заявках). Затем деньги дробили и переводили через обширную сеть компаний, обычно использующих счета в кипрском филиале “ПриватБанка”. В итоге деньги разошлись по всему миру. При этом кредит погашали за счет новых кредитов или за счет доходов от инвестирования незаконно полученных средств”, – говорится в материалах дела.

При этом кипрское отделение “ПриватБанка” использовалось как “стиральная машина для похищенных кредитных средств”.

Также указано, что Коломойский и Боголюбов в дальнейшем отмывали деньги, вкладывая их в объекты в США. Для этого они и привлекли Мордехая Корфа и Уриэля Лабера, которые ранее вели бизнес в Украине и США. Корф и Лабер создали сеть компаний “Оптима”, чтобы приобретать предприятия и недвижимость Штатах.

“Используя сеть Корфа и Лабера, Коломойский и Боголюбов потратили много: они приобрели более пяти миллионов квадратных футов коммерческой недвижимости в Огайо, сталелитейные заводы в Кентукки, Западной Вирджинии и Мичигане, завод по производству мобильных телефонов в Иллинойсе и коммерческую недвижимость. в Техасе”, — говорится в материалах дела.

Приводится следующий пример. В 2010 году был приобретен кампус CompuCom в Далласе, штат Техас на деньги, напрямую связанные с четырьмя кредитами, полученными в “ПриватБанке”.

“Связанные стороны”, через которые Коломойский и Боголюбов выводили деньги из “ПриватБанка”,  включали, среди прочего, крупные украинские предприятия подконтрольные олигархам — Запорожский и Никопольский заводы ферросплавов и Орджоникидзевский горно-обогатительный комбинат (ОГЗК), а также многочисленные фирмы-прокладки.

“Было подано кредитных заявок на общую сумму более 126 млн долларов. Самым вопиющим нарушением было заявленное обоснование кредита. В заявках на получение ссуды содержится раздел, требующий от заявителя описать ее цель. В заявках от связанных сторон часто говорилось, что целью было финансирование текущих операций хозяйствующего субъекта. Вместо этого деньги отправлялись туда, куда хотели Коломойский и Боголюбов. Например, в заявке на ссуду № 4Z1195D на сумму 14 850 500 долларов указывалось, что цель ссуды заключалась в “финансировании текущих операций Запорожского ферросплавного завода”. Вместо этого значительная часть ссуды была использована “Паванти Энтерпрайзис Лимитед”, компанией, принадлежащей Коломойскому и имеющей счет в кипрском “ПриватБанке”, для покупки коммерческого здания в центре Кливленда, штат Огайо”, – говорится в материалах дела.

Приводятся и другие примеры, когда кредит запрашивался под одни цели, а тратился на совершенно другие. Скажем, кредит в 60 млн долларов брали под “завершение текущих операций, связанных с оптовой и розничной торговлей”. В итоге деньги пошли на покупку производственного предприятия Motorola в Гарварде, штат Иллинойс.

Много кредитов бралось вообще на фирмы-пустышки, которые в принципе не могли их погашать.

“Хотя на бумаге некоторые ссуды выплачивались в срок, на самом деле  погашение шло за счет выпуска дополнительных долгов, и поэтому “ПриватБанк” увеличивал свои убытки”, – говорится в материалах дела.

Также в этой схеме отмечается мошенничество с залогами под кредиты “ПриватБанка”.

“Например, в заявке на получение займа № CY001I / 4 на 20 миллионов долларов от Veroni Alloys LLC, подставной компании Коломойского, упоминалось обеспечение в виде товаров, которые будут продаваться на основании контрактов между Veroni и Halefield Holdings Limited (другая прокладка Коломойского – Ред.). Контракт предусматривал, что Veroni купит австралийскую марганцевую руду на 122 500 000 долларов у Halefield и продаст ее Hangli International Holdings Limited (очередная прокладка – Ред.). Таких покупок или продаж австралийского марганца не было”, – указано в материалах.

“Известен безжалостностью, платил головорезам”

Как поясняется в материалах дела, “чтобы контролировать работу “ПриватБанка”, Коломойский и Боголюбов назначили лояльных людей на руководящие должности. Одним из этих людей был Менеджер 1, другим был Менеджер 2, которого часто называли “казначеем Коломойского” или его правой рукой. Управляющий 2 занимал должность руководителя инвестиционного бизнеса “ПриватБанка” и первого заместителя председателя правления “ПриватБанка” с 2002 по декабрь 2016 года. На этих должностях он действовал под руководством и в интересах Коломойского и Боголюбова. Управляющий 2 также помогал управлять инвестициями Коломойского и Боголюбова незаконно присвоенных средств из “ПриватБанка” в США. Например, он принимал участие в принятии решения о предоставлении ссуды “Уоррен Стил Холдингс”, которое принадлежит Коломойскому, Боголюбову, Корфу и Лаберу”, — говорится в материалах дела.

Также в Минюсте США поясняют, почему так безотказно работал “теневой банк”.

“Коломойский и Боголюбов имели такую репутацию в Украине, которая заставляла сотрудников “ПриватБанка” выполнять все их приказы. Коломойский, в частности, был известен своей безжалостностью и даже насилием. Будучи губернатором Днепропетровской области, он, как известно, платил вооруженным головорезам”.

А если бы сотрудники “ПриватБанка” выразили несогласие, они лишились бы бонусов и работы. “Эти последствия были особенно жесткими в контексте того, что “ПриватБанк” предлагал самые высокооплачиваемые рабочие места в регионе”, — отмечается с материалах дела.

Как работал теневой “ПриватБанк”

В материалах дела подробно описано, как работал теневой “ПриватБанк” Коломойского.

“В “ПриватБанке” было два разных комитета, которые рассматривали кредитные заявки. Существовал обычный кредитный комитет, который отвечал за потребительское кредитование. Но был еще “удаленный” или “электронный” кредитный комитет, который рассматривал заявки на получение кредитов связанным сторонам. Этот комитет не собирался лично для обсуждения заявок на кредиты; скорее, он проводил электронные “встречи” через систему под названием PrivatDoc. “Электронный” комитет состоял из определенных сотрудников “ПриватБанка”, которые в остальном совершенно не участвовали в процессе одобрения кредита. Эти сотрудники понимали, что их роль – просто подписать ссуду электронным способом. Вместо того чтобы проводить тщательные проверки, члены электронного кредитного комитета просто нажимали “одобрить” всякий раз, когда получали заявку на кредит от одной из компаний Коломойского или Боголюбова. Как заявил один из сотрудников, подписание ссуды было “похоже на открытие двери и вход в офис”. Они не проводили анализа или оценки ссуд или связанных с ними документов, как того требует политика банка”, — указано в материалах дела.

Также приводятся примеры, как подозрительные кредиты проходили через “электронный комитет”.

Скажем, кредит по заявке 4N09129D на 14 млн долларов. “Залог не был предоставлен, тем не менее в тот же день кредит был одобрен и подписан Боголюбовым как председателем наблюдательного совета”.

По такой же схеме выдали кредиты на 465 млн долларов, 50 млн и 13,5 млн и пр.

Собственно, о существовании “теневого банка” и кредитной пирамиды в “ПриватБанке” было известно давно. Схему обнаружило международное детективное агентство Kroll, которое после национализации “ПриватБанка” было нанято новым топ-менеджментом для того, чтобы “накопать” компромат на бывших собственников. Затем материалы этого расследования передали в рамках иска в суд штата Дэлавер.

Но в иске Минюста “досье” на Коломойского и Боголюбова обросло новыми подробностями и конкретными примерами работы схем.

Не исключено, что они всплыли после того, как партнер Коломойского и Боголюбова  Мордехай Корф (или, как его еще называют, Мотти), который управлял бизнес-империей олигархов в США и был совладельцем латвийского филиала “ПриватБанка”, пошел на сделку со следствием.

Что грозит Коломойскому и вернут ли деньги “ПриватБанку”

Минюст США в своих исках просит конфисковать имущество Коломойского и Боголюбова на территории Соединенных Штатов – как приобретенное за счет схем по отмыванию средств.

Впрочем, по словам Ростислава Кравца, несмотря на громкие обвинения и скандальные подробности, в этом деле не все так просто.

“В частности, пока нет решения суда штата Дэлавер по похожим обвинениям. Само приобретение имущества на территории США проходило по американскому законодательству. Коломойскому и Боголюбову могут вменить только отмывание средств. Нужно доказать, что деньги, которые шли на приобретения объектов в США, получены незаконно, а также доказательно связать перечисленные подставные фирмы с Коломойским и Боголюбовым. Сделать это не так просто, тем более что у олигархов были немалые собственные средства, которыми они могут обосновать покупки. Скажем, Боголюбов незадолго до национализации “ПриватБанка”, продал алмазные рудники в Африке. Возможно, американские правоохранители запросят дополнительную информацию в Украине”, – говорит Кравец.

Сам Коломойский, похоже, попытается использовать эту лазейку. Как заявил он в комментарии LB, “все инвестиции в США были сделаны из собственных средств, полученных в 2007-2008 годах по соглашению с компанией “Евраз”, и с доходов других бизнесов, которые хранились в “ПриватБанке”.

Впрочем, как говорит адвокат, партнер АО “Радзиевский и Яровой” Анатолий Яровой, нынешние обвинения Игоря Коломойского и его партнеров в отмывании средств в США почти наверняка означают, что собраны неопровержимые доказательства.

“В Украине, чтобы обвинить человека или компанию в отмывании денег, нужно сначала доказать, что эти деньги были украдены или добыты другим незаконным путем. В США, Швейцарии, Великобритании процедура “проще”: если не можешь доказать происхождение средств – значит это отмывание. Поэтому если в обвинении фигурирует привязка к “ПриватБанку” – это значит, что аргументы уже железобетонные”, — говорит он.

Пока длятся судебные разбирательства, на имущество Коломойского и Боголюбова в США могут наложит арест. “Но сама конфискация будет только по соответствующему решению суда”, – говорит Кравец.

Если оно появится, это может стать основанием для украинских правоохранителей возбудить аналогичное дело и арестовать имущество Коломойского и Боголюбова в нашей стане. “Причем у нас все намного проще – объекты можно передать АРМА, которая имеет право их продать даже до решения суда”, — добавил Кравец.

“Когда в Украине будут рассматриваться дела о выводе денег из “ПриватБанка”, факты, установленные судом в США, будут считаться доказанными, то есть их не нужно будет повторно доказывать в Украине. Это существенно упростит работу обвинения. Аналогичные последствия, например, мы видим в деле Мартыненко, который получил обвинительный приговор в Швейцарии – суд в Украине не будет перепроверять уже найденные там данные”, — отмечает Яровой.

Но вот получит ли “ПриватБанк” компенсацию – вопрос. “Как показывает практика других судебных разбирательствам, в частности против Павла Лазаренко, конфискованные активы идут в пользу США”, – говорит Ростислав Кравец.

“Один из важных вопросов: будет ли Украина иметь право претендовать на конфискованные в США активы Коломойского и средства, вырученные от их продажи? Ответ – нет, до тех пор, пока он не будет осужден в Украине по делу, в котором будет доказано, что деньги украдены, и с формулировкой в приговоре “конфискация имущества”, – пояснил Яровой.

Срок для Коломойского и “звоночек” для олигархов

Признание Коломойского виновным в отмывании средств в США может служить основанием для возбуждения уголовного производства. “По этой статье наказание в Штатах суровое – вплоть до нескольких пожизненных тюремных сроков”, – говорит Кравец.

Если такое дело будет возбуждено, США могут объявить олигарха в международный розыск и запросить его выдачу у Украины.

“Но мы своих граждан не выдаем. Так что Коломойский попросту станет невыездным или сможет выехать в Израиль, паспорт которого имеет. Власти Украины могут поднять вопрос о его лишении украинского гражданства на основании двойного гражданства и только после этого провести экстрадицию по запросу американской стороны”, – пояснил Кравец. Но решится ли на это Зеленский – вопрос открытый.

Впрочем, тут не все так однозначно.

“В апреле 2020 года Украина присоединилась к Межамериканской конвенции о выполнении уголовных наказаний за границей и обязана либо выдавать граждан для осуществления правосудия в США, либо приводить приговоры в действие на своей территории. Так как своих граждан Украина не выдает, то остается только суд на нашей территории (или на территории Кипра или Израиля – в случае с Коломойским, у которого тройное гражданство). При этом осужденный сам может выбирать, на территории какой страны отбывать наказание. Не США выгодно выбирать в случае, если сроки наказания за одно и то же преступление вне Штатов меньше (мы все знаем, как американские судьи любят сроки по 150 лет). Также лицо, которое не появляется в США (Коломойскому туда очевидно путь заказан) может быть заочно осуждено в Америке – и от страны гражданства потребуют выполнить приговор. В любом случае понятно, что путешествия Коломойскому, скорее всего, теперь противопоказаны, поскольку в любой стране мира (кроме стран гражданства) его могут задержать по ордеру США и затем организовать экстрадицию”, — пояснил нам Яровой.

По его словам, если обвинение будет подтверждено в суде, это создаст Коломойскому и другим олигархам, которые могли отмывать или просто прятать деньги в США или офшорных юрисдикциях, целый ряд проблем.

“С большой долей вероятности, местные правоохранительные органы активизируют проверку такого имущества на предмет законности его происхождения. Соответственно, если у человека нет объяснения, откуда взялась квартира, земельный участок или бизнес – самое время подумать о схеме легализации.

Активизация поисков незаконных активов связана также с финансовым кризисом в мире. Если раньше на “маленькую легализацию” могли закрывать глаза, то сегодня любая возможность конфисковать средства в бюджет через уголовно-правовые механизмы – будет использоваться по полной программе”, – отмечает Яровой.

“Кейс по “ПриватБанку” может оказаться отправной точкой для более масштабных расследований, причем не только в США, но и в Европе и Азии. Поэтому активы наших олигархов и политиков в ближайшее время будут находиться под прицелом американцев”, — подытожил аналитик института Growford Алексей Кущ.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

«Слышал о таких случаях, люди обращаются за правовыми консультациями по трудовому законодательству. Не исключаю, что предприятия могут нарушать процедуру при увольнениях. У нас и до карантина фиксировались нарушения при увольнениях и сокращениях, да и в отпуск за свой счет отправляли под давлением. Сейчас могут возникать подобные ситуации, хотя каждый случай нужно рассматривать в индивидуальном порядке и учитывать все особенности», — рассказал «Стране» управляющий партнер адвокатского объединения «Suprema Lex» Виктор Мороз.

Чаще всего к адвокатам обращаются те, кто остался на улице: сокращенные и уволенные. Реже — те, кого перевели на ограниченные круг обязанностей с сокращением зарплат. Люди настроены судиться со своими работодателями из-за того, что остались без средств. Юристы уверяют, что это можно устроить, невзирая на карантин.

«Суды продолжают функционировать и рассматривать дела, которые поступают или находятся в производстве», — сказала «Стране» адвокат Адвокатского объединения «Лещенко, Дорошенко и партнеры» Анастасия Блынду. Она уточнила, что трудовые споры могут рассматриваться по правилам общего либо упрощенного искового производства. Взвешивается масса факторов:

• цена иска;
• категория и сложность дела;
• объем и характер доказательств (будет ли заказываться экспертиза и привлекаться свидетели);
• количество сторон;
• общественные интерес и пр.

«Рассмотрение дела в упрощенном исковом производстве должно происходить в течение разумного срока, но не более 60 дней со дня открытия производства по делу и ходатайство о рассмотрении дела по таким правилам подается истцом в письменной форме одновременно с подачей искового заявления или может содержаться в ней (ст. 275, 276 Гражданского процессуального кодекса Украины)», — объяснила Блынду.

Суды и до карантина были сильно перегружены исками, и истцов выстраивали в длинную очередь. Сейчас ситуация усугубляется, особенно с учетом новых споров. Тем не менее, люди продумывают варианты с рассмотрением дел в удаленном режиме. Адвокаты уверяют, что благодаря изменениям, которые были внесены в ст. 212 ГПК, участники процессов могут принимать участие в процессах в режиме видеоконференции с использованием собственных технических средств. Правда, даже в таком случае нужно ждать своей очереди.

«Рассмотрения по уголовным делам сейчас переносят на конец июня-начало июля, а по гражданским — вообще на сентябрь», — уточнил «Стране» Виктор Мороз.

Потому пострадавшие от увольнений хотят пораньше подать иски и встать в очередь на рассмотрение к судьям, чтобы споры скорее рассмотрели. Адвокаты советуют собрать все доказательства. Они уверяют, что правоту можно доказать не только в случае безосновательного увольнения (если в нем нет вины работника), но в историях, когда людей принуждают писать заявления «по собственному желанию».

«Принуждение можно доказать, если есть свидетели или техническая (аудио) запись. Совет — не поддаваться на уговоры руководства уволиться или уйти в неоплачиваемый отпуск, если нет такого желания. Если все же приходится уходить, позаботиться о доказательной базе и затем обращаться к адвокатам и в суд», — сказал Мороз.

Юристы подчеркивают, что предприятия не имеют право увольнять людей из-за коронавируса или карантина.

«В любом случае работодатель не может уволить работника в связи с введением карантина. Решение об увольнении наемного работника с такой формулировкой — является незаконным», — подтвердила Анастасия Блынду.

Поэтому у человека есть возможность отстоять свои права в суде. Особенно, если он был официально оформлен на предприятии, и его вынудили написать заявление об уходе. Компания, если ее финансовое состояние ухудшилась, и она решила сократить/свернуть свой бизнес, должна была официально сокращать работника. По действующему законодательству, это подразумевает предварительное информирование и уплату неустойки в размере трех месячных окладов.

«С крепкой доказательной базой более чем реально и компенсации с предприятия взыскать и восстановиться на работе», — убежден Виктор Мороз.

С учетом очередей в судах процессы против работодателей могут заняться продолжительное время. От полугода до нескольких лет в зависимости от сложности дела и противодействия предприятия. Потому, когда речь заходит о быстром получении денег (компенсаций за увольнение) на жизнь, то юристы советуют предметно поговорить с руководством компании. Оценив на деле юридическую подкованность работника и его настрой (если общение будет происходить при посредничестве адвокатов), оно может пойти на мировое соглашение.

«Самый быстрый способ договориться — это заключить мировое соглашение. Сразу получить компенсацию — деньги на жизнь. В судах все будет дольше. К тому же неясно, что будет с предприятием после завершения карантина. Если оно выстоит, то можно будет рассчитывать на выплату по результатам суда. А если нет — останется надеется на то, что после ликвидации компании ее ликвидационной массы хватит, чтобы рассчитаться по зарплатам», — отметил в разговоре со «Страной» старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Конечно, идти в суды за компенсациями имеет смысл тем, кто получает «белую» зарплату, а не выплату «в конверте». Если человек по ведомости имеет скромный оклад, то отсудить большую сумму будет затруднительно. Это останавливает от подачи исков работников, находящихся «в тени». Их пугают тем, что заплатят лишь минималку (минимальная зарплата — 4,7 тыс. грн), и больше ничего. Хотя, когда людям терять нечего, то они идут даже на это. Чтобы немного денег получить и нервы бывшему начальству расшатать.

Как сообщала «Страна», в Украине малый бизнес из-за карантина теряет до 75% выручки. Треть предприятий уволит сотрудников. Также мы писали, что согласно опросу НБУ, 20% украинских компаний планируют сокращение сотрудников в апреле.

СТРАНА

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Президент общественной организации «Медицинское право в Украине» Виктор Сердюк до мельчайших деталей помнит подробности сотен подобных «врачебных ошибок».

По его словам, даже по европейским меркам статистика шокирует — доктора ошибаются на каждом десятом пациенте. И это только по самым скромным подсчетам. То есть, поход к врачу оказывается, мягко говоря, неудачным, для каждого пятого украинца. 

И едва ли не ежедневно «черный список» пополняется все новыми и новыми случаями. «Сейчас готовим иск к Минздраву от имени пациентов, которым вовремя не профинансировали лечение за границей. Многие из них, правда, уже умерли», — говорит Сердюк. 

У людей действительно лопается терпение. И они подают иски в суд против врачей. Как утверждают в Агентстве медицинского маркетинга, в последние три года число уголовных дел и гражданских исков против медиков растет как снежный ком — в 1,5-2 раза ежегодно. 

А будет исков еще больше, — уверен председатель правления Украинского врачебного сообщества Константин Надутый. — Медицинская реформа позволяет  поставить «дело врачей» на поток. Многие юристы уже заметили и оценили эту возможность, и даже начали убеждать граждан подавать иски. Начинается своего рода кампания «Засуди доктора», — рассказал эксперт. 

«Страна» разбиралась как украинцы отстаивают свое здоровье в судах и есть ли шансы получить компенсацию. 

Дело врачей 

По данным Генеральной прокуратуры, только в августе этого года (более поздней статистики пока нет) возбуждено более 700 медицинских дел. Больше всего — около 500 — по статье 140 УК (ненадлежащее исполнение медработником своих профессиональных обязанностей). В 175 случаях врачей привлекают за то, что оставили пациентов в опасности, в 57 — за неисполнение профессиональных обязанностей по отношению к детям. Есть и вовсе экзотические дела. Скажем, о заражении ВИЧ или другой тяжелой инфекционной болезнью (5 случаев), заражении венерической болезнью (1 случай), незаконных абортах (2 случая) и другие. 

Количество дел против врачей заметно выросло. Для сравнения: за весь 2016 год было открыто меньше 600 производств, а в 2014-м их было всего 400. 

Эту тенденцию подтверждают и практикующие юристы. «Исков стало заметно больше. Судятся, в основном, с частными клиниками. В топ-3 по количеству претензий входят стоматология, пластическая хирургия и родовспоможение», — рассказал «Стране» старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец. 

«Количество жалоб на врачей в последние годы возросло. В основном, это жалобы на неквалифицированное предоставление медицинской помощи», — добавил адвокат «Suprema Lex» Виктор Мороз. 

Председатель правления Украинского врачебного общества Константин Надутый говорит, что это только начало.

«Во-первых, Минздрав открыто призвал пациентов жаловаться на врачей. Таким образом, у нас запускается американская модель взаимоотношений пациент-врач, когда все споры сразу же переносятся в судебную плоскость. Во-вторых, медицинская реформа требует от лечебных учреждений автономизации. Они становятся самостоятельными субъектами хозяйственной деятельности. А чтобы получить финансирование от Национальной службы здоровья, подписывают с ней договор, в котором четко прописано, что всю ответственность за качество предоставления услуг и их последствия больницы берут на себя.

Представьте себе клинику, которая получила «живые» деньги за нескольких тысяч пациентов (а сумма может исчисляться миллионами гривен — Прим.Ред.) и, согласно закону, может отвечать «в пределах имеющихся средств». Сложно ли в наших реалиях найти случай врачебной ошибки и содрать с больницы по максимуму? Думаю, что нет. И юристы уже оценили эту возможность и даже рекламируют «медицинские иски», — говорит Надутый.

Ранее он в шутку советовал врачам — ФОПам , которые заключили договоры с Нацслужбой здоровья, «срочно переписывать имущество на родственников», так как, дескать, первый же недовольный пациент вполне способен пустить их по миру.

Теперь эксперт прогнозирует вал дел против врачей, многие из которых рискуют закончиться банкротством медучреждений. 

Переписывают истории болезней и подтасовывают факты 

Качество медицинских услуг у нас, мягко говоря, оставляет желать лучшего. И это уже давно не новость. Стоит открыть ленту соцсетей или хотя бы на пару минут задержаться в очереди в поликлинике — и на вас выплеснутся десятки историй о том, как врачи в лучшем случае «испортили жизнь», а в худшем — «отправили на тот свет». 

Многие просто жалуются, но все чаще люди идут в суд.

«Очень сильно накипело. Три года назад мой родной брат попал сначала в терапию — неверно поставили диагноз — лечили без обследования по диагнозу энцефалопатия. А он уже поступил в терапию с парализованными ногами. Когда перевели в реанимацию, врачи сделали без обследования люмбальную пункцию. И в этот же день брата полностью парализовало. КТ сделали лишь на 18 сутки пребывания, хотя обследование полное и КТ мозга нужно было делать в первые 4 часа болезни. Брат умер. Ему было всего 38 лет. Уже три года идет гражданский суд над врачами реанимации 9 городской больницы. Также заведено и уголовное дело», — написала на своей странице в Facebook жительница Запорожья Лариса Березовка. И похожих историй — сотни. 

Как пояснила «Стране» адвокат АФ GORO legal Мирослава Мосюк, Уголовный кодекс содержит целый раздел с классификацией преступлений против жизни и здоровья личности.

Это, в частности, незаконная врачебная деятельность (статья 138), неоказание помощи больному медработником (ст. 139), ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей медицинскими или фармацевтическими работниками (ст. 140), нарушение прав пациента (ст. 141), незаконное проведение опытов над человеком (ст. 142.), нарушение установленного порядка трансплантации органов или тканей (ст. 143), принуждение к донорству (ст. 144), незаконное разглашение врачебной тайны (ст. 145). 

«Чаще всего люди обращаются с заявлениями на ненадлежащее выполнение профессиональных обязанностей медработниками по статье 140 УК. Может быть возбуждено уголовное дело, но они нередко тянутся годами и без установления вины врача не позволяют удовлетворить требование пациента о материальном возмещении», — поясняет Мосюк.

Зато в этом случае пациент не несет особых материальных издержек — все экспертизы оплачивает государство. 

Если подан гражданский иск, есть шансы получить и материальную, и моральную компенсацию. «Но за все экспертизы и дополнительные обследования придется платить из своего кармана, а это десятки тысяч гривен», — говорит Виктор Сердюк. И, опять таки, нет никаких гарантий благополучного исхода дела. 

«Не смотрите на статистику исков и открытых уголовных дел. Смотрите на результаты. Хотя там, собственно, смотреть особо не на что  — реальными решениями заканчивается очень немного дел. Большинство попросту годами пылится в судах», — говорит Виктор Сердюк. 

Он вспоминает все то же дело о сгнившей заживо в Бориспольской неврологии женщине.

«Там уникальный случай — судмедэкспертиза признала врачебную халатность, а это бывает нечасто — врачи работают в одной системе и защищаются как могут. Но судебного решения все еще нет. Как я выяснил — судья опасается привлекать врачей к отвественности. Боится мести, когда самому придется идти в больницу. И та же шутка — многие правоохранители не рискуют связываться с докторами», — рассказал «Стране» Виктор Сердюк. 

Среди дел, которые все таки довели до конца, иск украинки, которая более 10 лет назад зашла в операционную, откуда выехала уже в инвалидном кресле — вмешательство на позвоночнике оказалось неудачным. Недавно она получила компенсацию в 30 тысяч гривен.

То есть, по 3 тысячи за каждый год страданий. 

«Сложностей в таких делах хватает. Главная — отсутствие независимых экспертов. «Нужные» врачам решения судмедэкспертизы попросту покупаются, истории болезней переписываются так, что и придраться не к чему. Я помню только один случай, когда медики сдали своего — у мэра одного из городов Донецкой области из-за халатности врачей умерла мать. Он поставил вопрос ребром и доктору присудили тюремный срок. Но это, скорее исключение. Максимум — врача увольняют, следы заметают и придраться не к чему», — рассказывает эксперт. 

Но даже если вину врачей удастся доказать, рассчитывать на большие выплаты не стоит. «Моральную компенсацию практически никогда не погашают. Максимум — материальные затраты. Но для этого нужно иметь подтверждение — все чеки, обследования и пр.», — поясняет эксперт.

Понято, что суммы, которые украинцы платят в карман докторам «чтобы все было хорошо» или оставляют в аптеках, закупая по предоставленному списку медикаменты, редко когда фигурируют в судебных делах. Поэтому и выплаты небольшие — максимум несколько тысяч гривен, что явно не покрывает всех расходов на лечение, не говоря уже о страданиях пациента и его родственников. Для сравнения: в Европе и США средняя сумма компенсаций по таким делам составляет 150 000 долларов, а в России — порядка 400 000 рублей (160 000 гривен — Прим. Ред.) 

Заложат риски в ценники

Впрочем, есть и обратная сторона медали. Ростислав Кравец говорит, что немало случаев, когда претензии пациентов к врачам больше похожи на вымогательство — с целью просто сбить денег. 

«Зачастую ожидания пациентов завышены. А на деле выясняется, что пациент, скажем, не полностью прошел рекомендованный ему курс лечения, не выполнил все рекомендации, не прошел нужные обследования. К примеру, был случай, когда семья подала иск к частной клинике за родовые травмы. Но выяснилось, что врачи рекомендовали роженице кесарево сечение, но она отказалась — посчитала, что это слишком дорого», — рассказал Ростислав Кравец. 

Виктор Сердюк говорит, что при таком финансовом обеспечении медицины как у нас особо требовать с врачей нечего.

«У нас 100 долларов на человека в год, тогда как в ЕС в среднем 3 тысячи долларов. Даже в Молдове 200 долларов, а в Беларуси — 400», — говорит он. 

Но даже если дадут больше из бюджета — рассчитывать на моментальные улучшения не стоит. «Нужно работать на упреждение, а не наказание за врачебные ошибки. В 2013 году должны были запустить национальный план безопасности медицины. Там было несколько пунктов — по хирургии, инфекциям и пр. Финансировать обещал Совет Европы. Но потом все это благополучно похоронили», — рассказывает Сердюк. 

Константин Надутый говорит, что метод упреждения врачебных ошибок повсеместно практикуется в европейских странах.

«Смотрят на профилактику, убирают перегрузки врачей, обучают. Плюс — работают профильные организации и профсоюзы, отрасль регулирует себя сама. Есть независимая экспертиза и разрешение споров вне судов. Судебная модель принята в США и она очень дорогая, ведь врачи, чтобы перестраховаться, закладывают возможные риски в цены на медуслуги», — поясняет он.

По словам Константина Надутого, если у нас судебные иски к врачам действительно станут массовыми, клиники, в первую очередь, частные, также начнут переписывать цены с учетом компенсаций, которые придется оплачивать пациентам. 

Ростислав Кравец говорит, что проблему могла бы решить работающая страховая медицина. «Страховщики попросту не будут финансировать клиники, на которые много жалоб. А иначе этот порочный круг не разорвать», — считает он. 

«Во-первых, ввести страховую медицину, во-вторых, нужен нормальный врачебный профсоюз. У нас достаточно много пациентских организаций которые якобы защищают пациентов, но без страхования это не имеет большого мысла», — уверен директор Агентства медицинского маркетинга Юрий Чертков. 

По такой же схеме обещает действовать и недавно созданная Национальная служба здоровья.

«Мы сейчас активно работаем над созданием собственного контакт-центра, горячей линии, которая будет обрабатывать все виды обращений. Например, если мы увидим, что на какое-то медучреждение больше жалоб, чем в среднем, мы его проверим. И если фактический контроль покажет, что есть какая-то проблема, мы можем приостановить оплату до выяснения обстоятельств. А если мы найдем проблемы, которые могут расцениваться как мошеннические действия, мы можем обратиться в правоохранительные органы и разорвать контракт», — заявил недавно в одном из интервью руководитель Нацслужбы здоровья Олег Петренко.

Людмила Ксенз, СТРАНА.UA

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

«В пылу семейных споров люди готовы тратить на адвокатов и экспертизы больше денег, чем стоит спорное имущество. Семейные дела — это вообще кладезь случаев. Знаю клиента, который доказывает в суде, что ребенок от брака не его. А уже в другом суде, где выступает ответчиком, протестует против лишения родительских прав на этого ребенка», – рассказывает «Большому Киеву» руководитель адвокатского бюро «Аронович и партнеры» Феликс Аронович.

«В своей практике я наблюдаю постоянное увеличение количества исковых заявлений, которые подают граждане в суд. Это отнюдь не свидетельствует о росте доверия населения к судебной власти, как иногда говорят чиновники, в большинстве случаев к этому приводят системные нарушения прав», – утверждает старший юрист адвокатской компании «Кравец и партнеры» Юрий Бабенко.

Большие надежды на реформирование судебной системы [1] общество возлагало летом 2016 года после принятия Верховной Радой изменений в Конституцию в части правосудия [2].

«Что главное в этой реформе – это восстановление справедливости, это восстановление правды, которую невозможно вернуть в жизнь людей без изменений в судах. Это завершение масштабной перезагрузки всех ветвей власти», – заявил президент Украины Петр Порошенко на пресс-конференции в июне 2016 года.

Социологи свидетельствуют, что отношение украинских граждан к судам действительно поменялось, но – в худшую сторону. В 2015 году судебной системе не доверяли 67% респондентов фонда «Демократические инициативы имени Илька Кучерива» и социологической службы Центра Разумкова. В ноябре прошлого года этот показатель составил уже 79,1% (данные Центра Разумкова).

Куда идти за правдой

В разговорах с «Большим Киевом» адвокаты отмечают, что спрос на разрешение разного рода проблем через суд не уменьшается, но падение уровня платежеспособности не позволяет его удовлетворить в полной мере. В первую очередь это связанно с повышением судебного сбора в сентябре 2015 года. Государство сочло необходимым установить единый подход к ставкам судебных сборов для всех судов. Основным мотивом называлось лишение сторон спора возможности выбрать более «дешевый» суд для разбирательств. В итоге сумму пошлины привязали к прожиточному минимуму, а ее размер – к специальной формуле, в зависимости от вида судебного дела.

На втором месте в списке препятствий на пути обращения в суд находится отсутствие свободных средств на оплату услуг адвоката. Но главным сдерживающим фактором называется коррумпированность судебной системы.

«Решения судов в нашей стране со стопроцентной вероятностью невозможно предсказать, потому что даже один и тот же судья часто выносит противоположные решения по аналогичным категориям дел, при этом за подачу искового заявления нужно заплатить немалую сумму судебного сбора», – объясняет Бабенко.

«Нет доверия к судам, потому что нет решений в пользу людей – либо за большие деньги, либо за власть», – утверждает председатель Киевской областной коллегии адвокатов Вадим Хабибуллин.

По словам адвоката Михаила Рейзина, в его практике были случаи, когда сумма искового заявления была равна судебному сбору и услугам составления процессуальных документов. Он также обращает внимание на то, что в стране нет развитого механизма, который помогал бы человеку правильно составить исковое заявление в суд.

«Вот часто люди обращаются с платежками за коммуналку, где им насчитывали две-три тысячи гривен. Смотрите, сбор сразу – 640 грн, дальше нужно найти адвоката, который поможет с исковым заявлением, а в Киеве это где-то 1000 грн, прибавьте сюда почтовые услуги, вот и получается почти две тысячи. Дальше – поход в суд, а для любого человека это нервы, стресс, возможность нарваться на хамство. Много желающих пойти на это все будет? Мы еще не готовы ни ментально, ни институционально, чтобы, как в голливудских фильмах, сказать: увидимся в суде! Суд для большинства пока остается пугалом», – делится Рейзин с «Большим Киевом».

Бабенко напоминает, что даже при получении положительного решения придется заплатить 2% от суммы, которая подлежит взысканию (но не более 10 минимальных зарплат) за открытие исполнительного производства государственной исполнительной службой, которая в действительности работает с очень низкой эффективностью, выполняя мизерную долю судебных решений.

Злоупотребление щедростью

Если услуги адвоката не по карману, то можно обратиться в бесплатный государственный центр правовой помощи. В Киеве работает четыре таких центра. Здесь бесплатно проконсультируют, помогут составить исковое заявление или другой процессуальный документ. Но дальнейшее бесплатное сопровождение в суде доступно только льготным категориям граждан – в первую очередь малоимущим, ветеранам АТО, переселенцам, людям с ограниченными возможностями.

Региональный центр бесплатной правовой помощи в Киеве сообщает, что в 2016 году поступило 8340 обращений киевлян, по 1016 из них назначены адвокаты для оказания бесплатной вторичной правовой помощи.

«С изменением подходов к определению уровня малообеспеченности бесплатную помощь может получить каждый, у кого среднемесячный доход не превышает 3200 грн. При этом доход других членов семьи не учитывается», – отмечает директор центра Оксана Василяка.

В свою очередь адвокаты, сотрудничающие с центрами, говорят, что зачастую право на бесплатную помощь приводит к злоупотреблениям со стороны клиентов. Например, есть так называемые вечные истцы – категория людей, которые обращаются в суд по надуманным причинам.

«Сложно сказать: или им скучно, или хотят внимания. Но есть ситуации, когда люди, понимая, что им это ничего не стоит, идут в суд по всем мыслимым и немыслимым вопросам – от того, что сосед косо посмотрел, до НЛО, которое село у него на балконе. А суд обязан это все рассмотреть», – делится Рейзин.

Поиск альтернативы

Адвокаты отмечают, что самыми жаркими являются бракоразводные процессы, особенно когда речь идет о разделе совместного имущества. По словам Ароновича, киевляне не спешат документально оформлять договоренности между супругами или партнерами, что в итоге выливается в судебные разбирательства.

«Я не знаю, может это менталитет, но у нас привыкли верить словам. Например, развелась семья, общий автомобиль решили подарить дочке на совершеннолетие, а бывший муж подарил его пасынку в свою новую семью. У нас в практике давно уже есть брачный контракт, но ним почти никто не пользуется», – добавляет Аронович.

Адвокат отмечает, что если спор не имеет большого эмоционального накала, лучше его решить за столом переговоров, а не в суде. Как вариант, можно обратиться к медиации – это когда третья сторона выступает посредником в решении спора, без обращения в суд.

В ноябре прошлого года Верховная Рада приняла в первом чтении законопроект о медиации. Несмотря на отсутствие профильного закона, в некоторых нормативных документах эта практика поощряется как возможность выхода из спора до суда.

«Спрос на услуги медиаторов постепенно растет. Сама услуга впервые появилась в Украине в начале 1990-х, когда для решения протестов шахтеров привлекали американских специалистов. В дальнейшем они открывали здесь свои сертифицированные программы», – уточняет руководитель Лаборатории организационного поведения orGLab Юрий Ващенко. Он отмечает, что компания на волонтерских началах работает при Киевском городском центре семьи. За это время специалисты зафиксировали позитивную динамику при разрешении семейных конфликтов.

Как правило, услуги медиаторов оплачиваются почасово. В среднем цена за первый час работы начинается с 500 грн, каждый последующий обойдется в 1000 грн. Для получения сертификата медиатора необходимо пройти обучение, которое, как правило, длится не более недели. В Киеве есть несколько центров подготовки подобных специалистов, стоимость обучения в которых составляет минимум 12 тыс. грн. Руководитель Украинского центра медиации Галина Еременко подтверждает увеличение спроса на услуги медиаторов и получение соответствующего образования.

«Могу сказать, что около 60% наших студентов имеют юридическое образование. Есть менеджеры, управленцы, психологи. Многие управленцы учатся, чтобы избегать спорных ситуаций до их возникновения. Если говорить о пользователях медиации, то сейчас это доноры грантовых программ, компании, стороны, которые готовятся подписать контракт. Пристальное внимание уделяется возможности применения медиации в фискальной и таможенной сферах», – объясняет собеседница «Большого Киева».

Однако адвокаты и сами медиаторы признают, что механизм не может стать полноценной альтернативой судебному разбирательству. В первую очередь потому, что у него, в отличие от суда, отсутствует такой инструмент, как принуждение.

«Решение должно приниматься зрелыми личностями, без эмоционального накала. А со многими асоциальными элементами, например алкоголиками и наркоманами, это не действует. Тут необходимы только судебные механизмы», – утверждает Юрий Ващенко. Кроме того, даже если у супругов нет друг к другу претензий, но они решили расторгнуть брак, имея несовершеннолетнего ребенка, решение о разводе может принять только суд.

Максим Мухин, Большой Киев

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

У клиентов украинских банков появилась дополнительная возможность обжаловать вынесенные не в их пользу судебные решения — он могут оспорить те из них, что выносили третейские суды при финучреждениях либо при их ассоциациях. Неважно, по какому поводу: или из-за несправедливо насчитанных штрафов по кредиту или из-за недоплаченных процентов по депозиту. Главное, чтобы договору с банком было не более четырех лет. Соответствующее постановление недавно вынес Верховный суд Украины, рассматривая дело №6-64цс15.

«В нем четко говорится, что потребительские споры между банками и их клиентами должны рассматриваться в судах общей юрисдикции, несмотря на наличие третейской оговорки. То есть даже, если банк в договоре с клиентом прописал, что все споры должны рассматриваться в третейском суде, этого не произойдет. Так как ВСУ признал ничтожным условием договора о передаче спора в третейский суд, если тот был подписан после 12 марта 2011 г. — с даты, когда вступили в силу изменения к закону «О третейских судах», — объяснил «Вестям» старший партнер адвокатской компании «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец

Чаще всего при заключении договора с банком, люди не изучают в нем главу о рассмотрении споров. «Проблемы с третейскими судами существовали всегда. Потребитель практически никогда не обращал внимания при подписании, что в кредитном договоре существует третейская оговорка. Данные споры становятся актуальными, только когда спор уже возникает и передается на рассмотрение в третейский суд», — отметила юрист ЮФ «Астерс» Вольга Шейко.

Выиграть у банка спор в третейском суде практически невозможно по нескольким причинам. «Рассмотрение там споров в некоторых случаях создавало ряд сложностей для клиентов банков, которые в своем большинстве не знакомы с регламентами третейских судов. Ведь каждый из постоянно действующих третейских судов действует на основании собственного регламента, утвержденного и опубликованного в установленном порядке», — сказала «Вестям» старший юрист ECOVIS Бондарь и Бондарь Татьяна Лысак.

А самое главное — многие из третейских судей откровенно необъективны. «Обычно третейские суды — это «карманные» суды банков, либо суды, с которыми банки договорились. Поэтому, при рассмотрении дела, такие суды особо не обращают внимание на права и интересы должника, и быстро выносят решения по делу в пользу банка», — подчеркнул в беседе с «Вестями» управляющий партнер юрфирмы «Можаев и Партнеры» Михаил Можаев.

И хуже всего то, что права своих клиентов чаще всего нарушают именно те финучреждения, которые отказались от тяжб в хозяйственных судах и специализируются на третейских. «Они чаще других завышают штрафы и пени по кредитам и неверно насчитывают проценты по депозитам», — заметила партнер адвокатского объединения «СК Груп» Юлия Курило.

Человеку непросто отстоять справедливость в такой ситуации, но благодаря решению ВСУ №6-64цс15, стало хоть немного проще. «Оно позволяет многим клиентам банков, которые проиграли судебные споры банкам в третейском судопроизводстве, обращаться в суды общей юрисдикции для пересмотра. Процессуальная норма по подсудности является безусловным основанием для пересмотра дел», — заверил «Вести» управляющий партнер ЮК «КПД Консалтинг» Игорь Калитвенцев. Недовольных решениями третейских судов много, потому юристы ждут большое количество повторных споров.

Елена Лысенко, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры