Запустят карусели

У нововведений уже появились противники. Например, по мнению главного финансового аналитика РА «Эксперт Рейтинг» Виталия Шапрана, идея НБУ составить список «плохих банкиров» и держать его в тайне, убирая из этого списка людей по пока еще неутвержденной процедуре — это «очень неэффективное решение проблемы недопуска нечистых на руку лиц к банкам».

«По нашим оценкам, на рынке около 5 тыс. человек, которые могут претендовать на первые должности в банках. Среди них, наверняка найдутся и те, кто готов «продать свою репутацию». Поэтому на рынке будет просто запущенна «карусель», когда одни не чистые на руку сменяют других, а результат остается тем же», — говорит Шапран.

Как ранее писали «Вести», в четверг в Нацбанке состоялось заседание Комиссии общественного совета НБУ по вопросам реформирования банковской системы. Основной темой встречи стала разработка процедурных аспектов под постановление №357 «Об утверждении изменений в Положение о порядке регистрации и лицензирования банков, открытия обособленных подразделений».

Самым «болезненным для банкиров вопросом», по словам участников встречи, стал именно вопрос деловой репутации менеджмента банков. Банкиры не согласны с тем, что Нацбанк не хочет видеть среди менеджеров банков людей, которые работали в финучреждениях, как минимум, полгода до признания его неплатежеспособным.

Как рассказывают участники встречи, банкиры назвали такой подход регулятора «непрозрачным» и «субъективным», а также раскритиковали НБУ за то, что он лишает таких людей дохода. Основной аргумент банковских работников — в неплатежеспособности виноваты собственники, так как именно они выводят деньги из банков, а потом отказываются их докапитализировать.

Без суда и следствия

В свою очередь, партнер компании Investor Relation Agency Оксана Параскева, считает, что правда в этом вопросе находится посередине. «Правильно, что менеджеры с утраченной репутацией не смогут переходить из банка в банк и продолжать воровать. Но, правда также и в том, что как человек работавший в банке менеджером среднего уровня, знаю, что не все члены правления могут быть посвящены в детали той или иной операции, или принимать в ее проведении какое-либо участие. А так получается, что и они теряют право на работу. Такой подход несправедлив и необходимо искать компромиссное решение», — подчеркнула она.

Правда, на этот счет есть и альтернативное мнение. «Не думаю, что можно говорить о непричастности топ-менеджмента к банкротству банков. На мой взгляд, это не соответствует действительности. Ведь имея доступ к оперативной информации, они в силах остановить инсайдерское кредитование и доведений банка до неплатежеспособности. Аргументация а-ля Тимонькин, что они только получают зарплату, не соответствуют действительности. Руководство банка имеет непосредственное отношение к его стабильности», — сказал «Вестям» старший партнер адвокатской компании «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец.

Также банкиры обращают внимание на то, что запрещать им в дальнейшем работать в банках может только суд, на основаниях расследования правоохранительными органами финансовых махинаций с участием менеджмента банка.

Ранее Нацбанк пообещал не печатать бездумно деньги

В этом вопросе есть претензии к 357-му постановлению и у самой Комиссии по реформированию банковской системы. Накануне встречи в Нацбанке, по словам Виталия Шапрана, одна из банковских ассоциаций получила ответ НБУ на свой запрос, в котором утверждается, что Нацбанк не должен доказывать чью-либо вину, а только наказывать банкиров, запрещая им заниматься банковской деятельностью. Этот тезис, по мнению эксперта, резко взвинчивает юридические риски регулятора. «НБУ ограничивает в правах физические лица, следовательно, кто-то из обиженных может обратиться в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ)», — заметил Шапран. При этом, банковские топ-менеджеры, в основной массе — небедные люди, для которых запрет заниматься банковским бизнесом приведет к падению доходов. «Поэтому приговоры от ЕСПЧ будут учитывать и материальные потери, а они могут исчисляться десятками миллионов долларов. Такова потенциальная ответственность НБУ за не слишком удачный текст постановления», — говорит финансист.

К примеру, в Европейском Союзе сразу три наднациональных финансовых регулятора (EBA, ESMA и EIOPA) проверяют репутацию первых лиц банков в рамках своих полномочий, учитывая наличие уже доказанной вины. Как правило, при этом учитываются или наличие приговора суда, или административных правонарушений. «Процесс доказательства вины слишком трудоемкий и требует расследования и экспертизы, что доступно судебным властям и следственным органам», — подчеркивает Шапран.

Найти выход

Сейчас Комиссия по реформированию банковской системы ищет варианты конструктивного выхода из сложившейся ситуации, разрабатывая свою концепцию реализации постановления № 375. В ближайшее время она должна обсуждаться и с НБУ, и с профильным комитетом Верховной Рады.

Среди новаций, которые обсуждаются сейчас внутри Комиссии можно выделить предложение о том, чтобы дать возможность НБУ лишать права занимать должности в банковском секторе менеджменту неплатежеспособных банков на протяжении «стерильного периода» в 3-6 месяцев — пока к ним не поступят иски от кредиторов и Фонда гарантирования вкладов физлиц. «Также предлагается проводить аналогичные действия на период судебного разбирательства. Кроме того, Комиссия предлагает создать при НБУ консультативный и апелляционный орган, куда входили бы не только представители банковского сообщества, но и профильных ассоциаций участников фондового и страхового рынков», — рассказал Виталий Шапран.

Также, чтобы избежать мошенничества со стороны правления банков в будущем, по мнению Параскевой, в финучреждениях необходимо внедрять практику «независимых директоров». «Проблема репутации менеджмента лежит также в плоскости корпоративного управления. Независимые директора в наблюдательных советах должны в приоритете контролировать соблюдение баланса интересов. Сейчас же набсоветы выполняют исключительно волю мажоритарного акционера, так как на 99,9% сформированы его представителями. В какой-то мере, и клиенты банка и его менеджмент становятся заложниками «управленческих решений» собственника банка», — резюмирует она.

Марк Поллок, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры