В конце лета министр финансов Сергей Марченко заявил, что его ведомство разрабатывает законопроект о введении в Украине косвенных методов выявления доходов. Этого, по его словам, требует Международный валютный фонд.

“Это значит, что налоговым органам предоставят полномочия проверять доходы не на основании налоговой отчетности, а исходя из информации об имуществе и сопоставлении его стоимости с доходами, отраженными в декларации или иной отчетности”, — объясняет суть инициативы Денис Шевчук, юрист ЮК “Волхв”. Подобные начинания не могут не волновать украинцев, которые в течение многих лет получали зарплату в конвертах, обзавелись жильем или автомобилем. Они задаются вопросом, не придется ли в ближайшем будущем им оплатить подоходный налог (НДФЛ) и военный сбор из этих активов?

Учет и контроль: косвенные методы выявления доходов

Ссылаясь на МВФ, министр Марченко мог иметь в виду документ под названием “Украина: Отчет о технической помощи — Последующие меры в отношении налога на выведенный капитал, внедрения BEPS, программы добровольного раскрытия информации и косвенных методов определения налогооблагаемого дохода” от 23 ноября 2020 года, о котором Фокус подробно уже писал.

Кроме того, Игорь Ясько, управляющий партнер ЮК Winner, напоминает, что еще в 2016-м Украина и МВФ подписали обновленный меморандум, где в перечне реформ, необходимых для получения транша, речь идет и о введении косвенных методов выявления доходов. То есть фонд в этом вопросе последователен и настойчив.

Сергей Лысенко, адвокат, управляющий партнер Gracers Law Firm, уточняет, что МВФ в упомянутом отчете предлагает перенести бремя доказывания на налогоплательщиков.

“Налоговый орган получит право уточнять происхождение средств, ­потраченных на приобретение ценных активов. Если ­гражданин не сможет ответить или показать декларацию об ­амнистии, ему придется доплатить налог с расходов, которые не удастся объяснить“, — уточняет Лысенко. Кроме декларации об амнистии, фискалам можно предоставлять документы, подтверждающие, что активы получены из источников, не предполагающих налогообложения. Например, нулевая ставка в Украине действует на наследование любого имущества ближайшими родственниками.

Косвенные методы выявления доходов — не украинское изобретение. МВФ приводит пример Мексики. В числе стран, где практикуют подобное, опрошенные Фокусом эксперты называют Австрию, Великобританию, Германию, Францию, Израиль. Так, по словам Игоря Ясько, во Франции используют процедуру taxation d”office (оценка дохода), если налогоплательщик не подает в срок налоговую декларацию и не реагирует в течение 30 дней на требования налогового органа ее предоставить. В рамках процедуры фискалы оценивают налоговую базу на основании доступной информации, например, об образе жизни плательщика, и отправляют сообщение, которое он не может оспорить в обычном порядке. В Великобритании, по словам Ясько, налоговая может прибегнуть к косвенным методам в случае обмана или если инспектору не предоставили полной информации о доходах в течение 20 лет.

“Самым ярким примером выступает Израиль — страна с высокими налогами и серьезным уровнем ответственности, где за неуплату налогов можно угодить в тюрьму. В Израиле налоговые органы устанавливают доход на уровне расходов гражданина, доначисляют налоги. Отказ от их уплаты может быть фатальным для гражданина”, — продолжает Александра Томашевская, налоговый консультант Киевского центра поддержки и развития бизнеса, гендиректор компании “Е.С. Консалтинг”.

Какую именно модель собираются внедрить в Украине — загадка. Широкой дискуссии и консультаций с общественностью по этому вопросу нет. Текст законопроекта отсутствует.

Декларирование доходов: сначала амнистия

Защититься от притязаний фискалов в случае введения косвенного метода выявления доходов поможет декларация об амнистии. Такую “индульгенцию” можно получить, задекларировав активы и уплатив 5% налога от их стоимости в ходе кампании одноразового декларирования доходов, которая стартовала 1 сентября 2021 года и продлится до 1 сентября 2022-го. Как уточняет Денис Шевчук, внедрение косвенных методов определения доходов, а именно: разработка и принятие ВР закона об усилении контроля над доходами граждан, — предусмотрено законом о налоговой амнистии. Поэтому собеседник Фокуса предполагает, что косвенные методы внедрят после 1 сентября 2022 года.

В Израиле налоговые органы устанавливают доход на уровне расходов гражданина, доначисляют налоги. Отказ от их уплаты может быть фатальным для гражданина

“Если гражданин не задекларирует средства в течение 2021–2022 годов, ему, вероятно, все равно придется это сделать, но по ставке 18% (вместо 5%). В противном случае человек не сможет приобрести что-либо дороже 400 тыс. грн”, — предупреждает Игорь Ясько.

Однако легализировать активы украинцы не спешат. По состоянию на 7 сентября СМИ сообщили только о двух декларациях, поданных в рамках кампании.

“Я проводил опрос на своем Youtube-канале. Около 80% его участников отметили, что им нечего декларировать, 5% обдумывают возможность и только 2% собираются подавать декларацию. При этом Минфин даже не включил в бюджет поступления от этого декларирования“, — говорит Ростислав Кравец, адвокат, старший партнер АК “Кравец и Партнеры”.

Вместе с тем нельзя исключать, что украинцы откладывают декларирование на последний момент и по мере истечения срока кампании процесс активизируется.

“Мы уже наблюдаем значительный интерес со стороны граждан, видимо потому, что почти каждому есть что скрывать от налогообложения”, — отмечает Томашевская.

Зарплата в конверте. Час расплаты и оплаты

Некоторые опрошенные Фокусом эксперты успокаивают, что новшество в виде косвенных методов вряд ли коснется каждого украинца, который получал зарплату в конверте. Однако в поле зрения фискалов может оказаться собственность граждан.

“Скорее всего, мониторинг расходов будет отталкиваться от большего — сравнения данных о доходах граждан с информацией из реестров движимого и недвижимого имущества относительно владения недвижимостью, землей, транспортными средствами и т. п. Сделать это достаточно просто”, — считает Александра Томашевская. То есть тот, кто в течение многих лет попросту проедал зарплату в конверте и не обзавелся имуществом, из-за прошлых “грехов” (неуплаты налогов) может не переживать.

Впрочем, опрошенные эксперты не исключают, что следующим этапом усиления контроля может стать отмена банковской тайны.

“Налоговая сможет оценивать реальный образ жизни физлиц, получая информацию от банков. Если в готовящемся законопроекте такое введут, налоговая сможет спросить у лица источник происхождения всех поступлений, которые превышают официальный доход”, — отмечает Игорь Ясько. При развитии такого сценария полученную в конверте зарплату украинцы перестанут класть на карту и везде, где можно, будут рассчитываться наличными. Тогда, по словам Ясько, доначислить налоговая ничего не сможет. Тем не менее юрист предупреждает, что лицо, которое самостоятельно арендует квартиру по договору за 12 тыс. грн с официальной зарплатой 10 тыс. грн может запросто вызвать интерес у налоговиков. Соответственно, многие арендаторы будут стараться не заключать договоры аренды. В итоге вместо безналичной экономики и детенизации государство получит рост наличного оборота и еще больший уход в тень рынка аренды жилья. Вслед за ним постараются изобрести теневые схемы работы с клиентами и другие рынки (автомобилей, дорогих брендов, ювелирки).

Впрочем, по мнению Томашевской, для доначисления налогов на зарплату в конверте у фискалов должны быть точные данные о размере получаемого дохода, иначе это легко обжаловать в суде.

“На самом деле [факт неуплаты налогов с зарплаты в конверте] нужно будет доказывать через суд. Просто так никому ничего не начислят”, — считает Ростислав Кравец. Хотя при введении косвенных методов определения доходов нельзя исключать появления показательных судебных разбирательств и даже расправ с неугодными.

Сергей Лысенко делает вывод, что в ближайшей перспективе украинцев ожидает введение всеобщего декларирования доходов. А вот Денис Шевчук считает этот сценарий маловероятным. “Для налоговых органов очень дорого администрировать декларации в таком количестве, поэтому фискальный эффект будет незначительным”, — добавляет Александра Томашевская.

К слову, страны, где уже действуют косвенные методы выявления доходов, преимущественно отличаются высоким качеством жизни, расширенными социальными гарантиями для граждан, низким уровнем коррупции. Там, в отличие от Украины, совершив малейшую оплошность, которая получает моральное осуждение со стороны общественности, чиновники добровольно подают в отставку. В такой ситуации жесткий налоговый контроль воспринимается как плата за достойный уровень жизни и равные возможности, которые обеспечивает государство. Поэтому прежде всего эксперты советуют власти искоренять коррупцию в верхах, а также закрыть схемы уклонения от уплаты налогов крупным бизнесом.

Крипта в законе. Как будут сочетаться криптовалюта и налог на прибыль

После принятия 8 сентября 2021 года закона “О виртуальных активах” в поле зрения фискалов попала и криптовалюта. “Операции с такими активами теперь будут требовать верификации пользователей, сбора информации о переводах, а подозрительные транзакции будут детально анализироваться контролирующими органами, — комментирует нововведение Руслан Нифтуллаев, юрист компании Axon Partners. — Поскольку ранее основной привлекательностью криптоактивов была анонимность, не все участники рынка готовы к таким изменениям”.

Налоговая будет проверять доходы не на основании налоговой отчетности, а исходя из информации об имуществе и сопоставлении его стоимости с доходами в декларации или иной отчетности

В целом принятие закона эксперты оценивают позитивно. По мнению Андрея Шевчишина, руководителя отдела аналитики ГК Forex Club, это огромный шаг в сторону цифровой экономики и регулирования ее составляющих. Собеседник Фокуса подчеркивает, что в Украине после вступления закона в силу будут доступны все операции с криптовалютами (обмен, покупка), кроме прямого их использования как средства платежа. То есть чтобы купить за биткоины, например, автомобиль Tesla, сначала придется конвертировать их в гривню.

Минцифры в своем пресс-релизе отмечает, что в результате принятия закона “О виртуальных активах” страна получит дополнительные налоговые поступления в бюджет.

“Криптовалюты выступают активом, а значит, при изменении их стоимости при списывании образуется финансовый результат (прибыль, убыток или нейтральный). В случае получения прибыли необходимо заплатить налог на прибыль”, — говорит Шевчишин. По его словам, контроль будет распространяться на операторов рынка, через которых проходят ­такие операции.

“Пока идет речь о необходимости принятия специального порядка налогообложения дохода от продажи виртуальных активов. Ожидается введение налогообложения инвестиционной прибыли от продажи виртуальных активов по ставке налога на доходы 5%”, — комментирует Фокусу Игорь Белицкий, юрист Юридической группы LCF.

Николай Рехлицкий, старший юрист практики интеллектуальной собственности, координатор направления Copyright & Media АО Arzinger, уверен, что специальные правила налогообложения разблокируют возможность обращения виртуальных активов и простимулируют инвестиции в этот рынок. Но заключительные и переходные положения принятого закона о перспективах таких изменений ничего не говорят.

На фоне подготовки Минфином закона о косвенном выявлении доходов для всех любителей крипты создается ситуация, когда заплатить налог на доход от продажи виртуального актива будет более интересным вариантом, чем ждать “письма счастья” от налоговой и последующей уплаты 18% НДФЛ и 1,5% военного сбора.

“Будет проблематично сделать дорогую покупку за заработанные на продаже криптовалюты средства, если не были уплачены налоги. Точнее, необходимо будет уплатить налог с разницы между размером расходов и налогооблагаемыми ранее доходами. При этом ставка налога с такой разницы может быть повышена как мера наказания за недекларирование доходов. Это приведет к тому, что своевременное исполнение налоговой обязанности и декларирование доходов будут более выгодными, чем ожидание применения налоговиками косвенных методов”, — объясняет Игорь Белицкий.

Опрошенные Фокусом эксперты считают, что часть представленного в Украине криптобизнеса после вступления закона в силу перейдет в другие юрисдикции. По мнению Нифтуллаева, это чаще коснется проектов, которые не могут соответствовать стандартам FATF, предусматривающим меры по противодействию отмыванию средств. Однако найти другую “теплую гавань” таким игрокам рынка будет непросто. Ведь, как отмечает Николай Рехлицкий, усиление контроля над деятельностью участников рынка — реальность современного глобализирующегося мира, а не хитрая интрига со стороны украинского государства.

“С одной стороны, контроль убивает свободу рынка, с другой — делает рынок цивилизованным, защищенным, доступным для широкого круга пользователей”, — подчеркивает Шевчишин.

ФОКУС

АО «Кравец и Партнеры»

Президент Владимир Зеленский 2 февраля ввел в действие решение СНБО о санкциях против Тараса Козака, народного депутата из фракции “Оппозиционная платформа — За жизнь”, а также его медийных компаний: “Ариадна ТВ”, “Новый формат ТВ”, “ТВ Выбор”, “ТРК “112-ТВ”, “Лидер ТВ”, “Партнер ТВ”, “Новости 24 часа”, “Новые коммуникации”. Им аннулировали лицензии, запретили трансляцию, заблокировали активы, приостановили финансовые и экономические обязательства, запретили выводить капитал за рубеж.

Остальные предприятия нардепа продолжают работать. В частности, по данным онлайн-системы YouControl, братьям Тарасу и Богдану Козакам принадлежат компании в сфере недвижимости и стройматериалов: отель­но-ресторанный комплекс “Навария Нова” вблизи Львова, рынок во Львове (ООО “Галицьке перехрестя”), компания по производству кирпича “Керамбуд”. Кроме того, в декларации нардепа указано, что он бенефициар четырех офшорных компаний: Turul Investments Limited, Havanor Management Limited, ALVHO TRADING LIMITED (зарегистрированы на Кипре) и Revelon Investments LTD (на Британских Виргинских островах).

В публичной плоскости идут жаркие споры по поводу юридической обоснованности введения санкций, ведь для их применения нужны веские основания.

“В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 3 Закона “О санкциях”, основанием для применения санкций являются действия иностранного государства, иностранного юридического или физического лица, других субъектов, которые создают реальные и/или потенциальные угрозы национальным интересам, национальной безопасности, суверенитету и территориальной целостности Украины, — объясняет Юрий Радзиевский, адвокат, управляющий партнер АО “Радзиевский и партнеры”. — Закон не раскрывает содержание термина “другие субъекты”, однако это не исключает возможности применения санкций к гражданам Украины и лицам без гражданства при условии, что они создают угрозы национальным интересам, национальной безопасности, суверенитету и территориальной целостности”.

Адвокат подчеркивает, что если санкции вводят на основании того, что человек или компания “ведут террористическую деятельность”, то для этого необходим приговор суда по соответствующей статье. С мнением Радзиевского согласны и другие эксперты.

“Закон “О санкциях” законодателем идеологически был направлен против нерезидентов, которые посягают или способствуют посягательству на территориальную целостность Украины и т. п. Применение этого закона к гражданам Украины, исходя из его внутреннего содержания, является проблематичным. В данном случае необходимо или менять закон, или применению санкций к гражданам Украины должен предшествовать приговор суда”, — отмечает Юрий Сухов, партнер, адвокат АО “Сухов, Кочан & Барристерс”.

Иными словами, прежде чем вводить санкции против Козака, его должны были судить согласно закону “О предупреждении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения”.

“При наличии у СБУ оснований для подозрения [в финансировании терроризма] в отношении резидентов следовало бы открывать уголовное производство, чтобы на основании решения суда привлечь к ответственности и применить дополнительные меры ограничения”, — продолжает юрист, адвокат Стелла Фурманович.

Если в суде доказана причастность подсанкционного лица к финансированию терроризма, ему грозят тюремное заключение и конфискация имущества. Но в отношении Козака этот сценарий выглядит туманным.

“Поскольку Козак — народный депутат, привлечь его не так-то просто из-за депутатской неприкосновенности, якобы отмененной Зеленским. Ведь чтобы началось полноценное следствие, генпрокурор Ирина Венедиктова должна внести представление в парламент о привлечении Козака к ответственности, а она этого делать не спешит”, — уточняет Виктор Таран, политолог, основатель центра “Эйдос”.

В определенном смысле нынешняя блокировка деятельности компаний Козака по решению СНБО является прецедентом.

“Есть риск, что в дальнейшем санкции будут применяться к компаниям, которые имеют отношение к финансированию терроризма, но при этом нет соответствующего приговора суда (по крайней мере, о нем публично неизвестно)”, — предполагает Юрий Радзиевский.

Ограничения и последствия

Введенные СНБО санкции лишили депутата-бизнесмена возможности свободно распоряжаться всеми активами внутри страны. Он не только не сможет продать или передать их в управление, но вывести дивиденды от их деятельности на свои счета за границей (согласно декларации, у Тараса Козака открыты счета в двух белорусских банках).

Как отмечает Дмитрий Гадомский, адвокат, партнер компании Axon Partners, если Козак продаст кому-либо долю в своей компании, сделку признают недействительной, аналогично нет вариантов и для сдачи в аренду помещений телеканалов. Вывести активы за рубеж в обход санкций тоже невозможно. То есть работа подсанкционных юрлиц полностью заблокирована.

По словам Игоря Ясько, управляющего партнера ЮК Winner, санкции обязывают все банки Украины в полном объеме остановить выполнение финансовых обязательств в пользу фигурантов санкционных списков.

“То есть юрлица, вошедшие в список, не смогут оплачивать услуги, работы, товары контрагентов, но на их счета могут поступать средства, которыми до снятия ограничений воспользоваться не удастся”, — уточняет он.

Вместе с тем, по словам адвоката Павла Богомазова, Законом “О санкциях” не урегулировано, как обеспечивается сохранность заблокированных активов.

“Судебной практики относительно этого механизма крайне мало. Сам же Закон “О санкциях” содержит всего шесть статей, которые требуют разъяснения. Поэтому сейчас остро встает вопрос уточнения порядка применения санкций со стороны Кабмина”, — продолжает собеседник Фокуса.

Бизнес-среда на введение санкций отреагировала молниеносно. Стелла Фурманович говорит, что все контрагенты Тараса Козака и подконтрольных ему компаний прекратили экономические отношения и выполнение обязательств перед ними, чтобы не привлекать к себе внимание госорганов. Она отмечает, что в дополнении к решению СНБО список ограничений завершает пункт о “других санкциях, соответствующих принципам их применения, установленным настоящим законом”. По мнению Фурманович, это открывает безграничные возможности для введения новых ограничений к подсанкционным юрлицам.

“Наличие этой формулировки говорит о том, что запретить намеревались вообще все. И это намерение президент, СБУ и прочие органы, по всей видимости, выполнят, — продолжает Дмитрий Гадомский. — К примеру, 5 февраля перестали работать сайты телеканалов — по информации из публичных источников, доменные регистраторы заблокировали доступ к их администрированию. Это первый подобный случай в моей практике”.

В то же время собеседник Фокуса не исключает, что YouTube может отказаться блокировать аккаунты телеканалов на своей платформе без решения суда.

Из-за санкций Тарас Козак теперь может остаться без доходов.

“Козак и бизнесы, которые на него зарегистрированы, не могут платить налоги, зарплаты или возвращать долги, а сам политик полностью лишен средств к существованию в Украине, так как не может даже получать зарплату как народный депутат, — заключает Ростислав Кравец, адвокат, старший партнер адвокатской компании “Кравец и Партнеры”. — Заморозка счетов ведет к обращению взыскания на его имущество со стороны кредиторов и государства, не получающего налогов. Если санкции затянутся, они, по всей видимости, отсудят активы”.

Другим тоже несладко

Введение санкций против юрлиц и физлиц — не новая для Украины практика. Игорь Ясько вспоминает решение СНБО 2017 года, когда санкции ввели в отношении популярной бухгалтерской программы 1С, программных продуктов ABBYY, сервисов Mail.ru и Yandex.ru, соцсетей “Вконтакте” и “Одноклассники”. Открытые в Украине юрлица, представляющие эти российские бренды, свернули деятельность.

Также Ясько напоминает, как в сентябре 2015-го к операторам лотерей “М.С.Л.” и “Патриот” в Украине применили пять видов санкций. В результате доля М.С.Л. на украинском рынке, по данным самой компании, упала с 80–85% в 2013 году до почти 25% к лету 2017-го. В 2018 году санкции сняли.

Виктор Таран в свою очередь приводит примеры санкций для физлиц — граждан Украины. Они затронули тех, кто участвовал в организации псевдовыборов в АР Крым и на оккупированной части Донбасса. Санкции против телевидения также были, но лишь против российских СМИ.

Еще один показательный пример — санкции против украинских дочек российских банков: Сбербанка, Пром­инвестбанка (ПИБ), ВТБ Банка, ВиЭс Банка и БМ Банка, которые Нацбанк ввел по требованию СНБО весной 2017 года. В результате ВиЭсБанк в конце 2017-го купил Сергей Тигипко, БМ Банк в 2018 году покинул рынок по желанию акционеров, а ВТБ Банк был принудительно выведен через Фонд гарантирования вкладов физлиц в ноябре 2018 года. Сегодня на украинском рынке работает лишь дочка Сбербанка РФ. Работа ПИБа долгое время была заблокирована судебными решениями — арест имущества банка снял Верховный суд 27 января 2021 года.

Суды покажут

4 февраля 2021 года появилась информация о двух исках в Верховный Суд относительно санкций к телеактивам Тараса Козака. Однако пока нет информации, принял ли их суд к рассмотрению. Если да, то на рассмотрение дела уйдет от пяти до восемнадцати месяцев.

При этом эксперты говорят о перспективе длительных судебных разбирательств. По словам Юрия Сухова, поскольку решение СНБО вводится в действие указом президента, то и оспариваться должен сам указ.

“СНБО в данном споре будет третьим лицом на стороне ответчика. Речь идет об административном иске, который должен подаваться в Верховный Суд как суд первой инстанции. Кстати, в Верховном Суде длительное время находятся без рассмотрения несколько исков такой категории об отмене указов, изданных президентом Порошенко”, — отметил Юрий Сухов.

Юрий Радзиевский говорит, что судом апелляционной инстанции (последняя инстанция) в данном случае станет Большая палата Верховного Суда. Именно решение палаты поставит точку в санкционном споре между Тарасом Козаком и президентом Владимиром Зеленским.

“Основанием для введения санкций стало решение СНБО, что в настоящее время является засекреченным, а потому не может быть оценено с юридической точки зрения. Именно суд будет оценивать возможность проверить значимость оснований для введения санкций. И не факт, что это слушание будет публичным”, — подчеркивает Радзиевский.

Что касается истории судов против санкций СНБО времен президентства Порошенко, то, например, в июне 2018 года Большая палата ВСУ оставила без рассмотрения апелляционную жалобу по ограничительным мерам к ООО “Яндекс”. Тогда истец пытался доказать ограничение своих прав и свобод из-за запрета пользоваться сервисом, но суд решил, что права и свободы истца не нарушены.

ФОКУС

АО «Кравец и Партнеры»

В начале этого месяца в украинской столице произошло то, что любому обывателю кажется абсурдным, незаконным и, вообще, кто знает каким. По крайней мере, так это выглядит со слов Анатолия Юркевича – владельца компании Край Проперти, которой принадлежит ТРЦ Магелан в Киеве.

От любви до ненависти

В своей статье на Экономической правде он написал: «Брат у ворот – 1 июня к зданию торгового центра Магелан приехали «зеленые человечки», – в шлемах, балаклавах и заявили, что они «от Сбербанка» и выполняют решение Верховного суда».

На следующий день они уже контролировали здание, чему никак не мешала приехавшая полиция.

Ростислав Кравец, старший партнер адвокатской компании Кравец и партнеры, говорит, что решения суда по закону может выполнять только исполнительная служба. И что люди в масках – это явное нарушение. Здесь смело можно идти в суд. Но, как правило, в судах такие дела затягиваются. И наказание за такие действия, если и есть, то оно незначительно по сравнению с ценой контролируемого имущества. Так что этим мало кто занимается, а стараются решить вопрос по сути.

Первое, что показывает случай с Магеланом, – чаще своего в Украине добиваются те, у кого крепче «исполнители».

Юркевич связывает такой смелый шаг с тем, что Сбербанк в Украине якобы перешел под контроль бизнесмена Валерия Хорошковского. Об этом косвенно говорит тот факт, что советником председателя правления Сбербанка с недавнего времени стал Ярослав Порохняк, который раньше работал с предпринимателем на телеканале Интер. Хотя он сам это и отрицает. «Я работаю с Князевой (Ирина Князева, председатель правления Сбербанка в Украине – НВ) с 2002 года, мы там и без Валерия Ивановича хорошо друг друга знаем», – заявил он НВ Бизнес.

Где деньги

Суть спора между Сбербанком и Юркевичем типична для украинского рынка торговой недвижимости.

Вот что следует из комментария кредитора для НВ Бизнес. Банк сотрудничает с Край Проперти с 2011 года. Он подписал с девелопером два кредитных договора с лимитом в $ 46,2 млн. А затем увеличил лимит по первому договору еще на $ 10 млн. Юркевич написал, что должен банку $ 67 млн, из которых $ 55 млн – тело кредита, а остальное – сумма, которую банк насчитал за просрочку выплат.

Здесь проявляется еще одна особенность бизнеса «по-украински». Заемщику, который работает в Украине, получает аренду в гривне, выдают долларовый кредит. А потом, когда ситуация изменилась, начинают думать, что с ним делать.

В принципе, так было со всеми физлицами, которые взяли ипотечные кредиты до кризиса. Когда их выдавали, никто не думал, а может и не хотел думать, что гривня – одна из наименее стабильных валют в мире.

В Сбербанке говорят, что с 2014-го по 2016-й девять раз реструктуризировали кредит. И семикратно снизили ежемесячные платежи, отсрочили выплату процентов на несколько месяцев.

Юркевич добавляет к этой истории интересные детали. По его словам, ситуация обострилась, когда в 2016-ом году полномочия по управлению украинским бизнесом на себя взял московский офис Сбербанка.

Заемщику сначала предложили взять кредит у российского банка на другую публичную компанию и погасить украинский долг. Когда он отказался, у него сначала возникли проблемы с бизнесом в России, а потом кредитор решил забрать торговый центр. Но заемщик начал защищаться в судах и делает это до сих пор.

Третий не лишний

Срок расчета по долгам перед Сбербанком у компании Край Проперти истек еще в начале 2017 года. Но должником она оказалась не только перед банком. Деньги с нее требует некая компания Краина Лимитед. И именно по запросу последней на все имущество ее должников первично были наложены аресты.

По словам адвоката и партнера практики управления конфликтами адвокатского объединения Juscutum Ксении Проконовой, здесь может быть использована схема по вводу третьего игрока, которому якобы должны. Таким игроком как раз и выступает Краина Лимитед. «Это делается для возможности наложения ареста на ТРЦ, чтобы банк не мог взять его в собственность по ипотечной оговорке», – объясняет она.

Судебное решение первой инстанции, к которому Сбербанк как сторону не пустили вообще, обязало Край Проперти вернуть долг Краина Лимитед. Что у этого решения с исполнением – неясно, но имущество, то есть торговый центр, было арестовано в рамках обеспечения иска.

Вторая инстанция тоже отказала Сбербанку во вступлении в дело. Кассация в ноябре 2017-го года частично удовлетворила жалобу и вернула на повторное рассмотрение. Обеспечение было отменено определением Киевского апелляционного хозсуда 18 декабря 2017-го.

Аргументом Сбербанка было то, что его не пустили в первую инстанцию, на имущество наложили арест по иску другого должника, и он боится, что денег вообще не получит. Арест отменили и уже через день в результате внесудебной процедуры обращения взыскания по ипотеке Сбербанк стал собственником Магелана.

Кто кого

Сейчас наблюдается юридический клинч. Владельцы Магелана всем должны, денег нет, а на какой стадии реально находится исполнительное производство – неясно, так как нет никакой информации, предъявили ли взыскатели приказы суда в исполнительную службу.

В Сбербанке сообщили, что по состоянию на 11 июня все якорные арендаторы перезаключили договора с подконтрольной учреждению управляющей компанией. Охрану объекта будет осуществлять Государственная служба охраны.

Однако, не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Юркевич говорит, что Сбербанк уже взыскал с его компании объекты залога: два завода, гостиничный комплекс и ряд помещений. Однако, это стало возможным потому, что банк добился в судах отмены обеспечительных мер. А рассмотрение иска по сути еще не завершено.

То есть Край Проперти утратила возможность получать выручку от объектов, но Сбербанк пока не может их продать.

Конечно, можно сказать, почему бы заемщику не отдать кредитору залоговое имущество и не забыть о Сбербанке, как о страшном сне. Но тут возникает проблема. Дело в том, что стоимость Магелана сейчас сильно упала. В банке оценили его в $ 22 млн. И ожидают получить от Юркевича еще $ 45 млн, которые последний, конечно, платить не спешит. Так как не согласен ни с суммой пени, ни с тем, что у него забрали торговый центр.

Скорее всего, у этой истории будет продолжение. Только, наверное, запутанное и утомительное. Край Проперти и ее связанные предприятия обжалуют в суде приобретение в собственность Сбербанком торгового центра. Сейчас дело лишь в первой инстанции. Суды могут затянуться до конца года. Параллельно проходит суд Сбербанка о взыскании оборудования ТРЦ. Кроме того, стороны, скорее всего, будут добиваться оценки залога в свою пользу.

Вернуться к девелоперскому бизнесу Юркевичу будет сложно. Потому что это невозможно без банковских кредитов. А кто его выдаст заемщику, который не отдает залоговое имущество.

Наилучшим исходом для бизнесмена будет продажа объектов и сохранение оставшегося у него бизнеса, а возможно и средств, которые он занял у Сбербанка. Если таковые у него припрятаны на черный день.

По крайней мере, многим украинским бизнесменам, в частности экс-владельцам банков, до сих пор это удается.

Андрей Юхименко, Евгений Черновалов, НВ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры