НАБУ создали при содействии США и ЕС, напоминает Кравец. В целях контроля всех ветвей украинской власти, считает он.

“Но физически это сделать оказалось тяжело и невозможно. Поэтому НАБУ с самого начала своего существования занимается тем, что создает пиар-акции.

У нас НАБУ борется со всем — с судьями, с судами. Берутся даже за дела Майдана. А вот реальной борьбой с коррупцией, к сожалению, нет. КПД их деятельности равно нулю”, — говорит юрист.

Большинство дел, за которые берется НАБУ, разваливается в судах, продолжил Кравец. Чтобы доказать эффективность своей работы, детективы прибегают к разным манипуляциям, добавляет адвокат. Самый популярный метод бюро — подписание соглашений.

“Один из вариантов: задержать личность, подержать ее год-полтора в бесчеловечных условиях в СИЗО, а затем заставить признаться в том, чего она не делала, и пойти на сделку со следствием. Львиное большинство дел НАБУ завершается именно соглашением со следствием. Еще один вариант — придумать преступление и коррупцию, чтобы оправдать свое существование. Потому что если не будет преступлений, то возникнет вопрос, зачем нам НАБУ? Иногда мне кажется, что если бы Илон Маск работал в Украине — против него уже было бы открыто дело, что он что-то делает незаконно. Было бы тысячи дел НАБУ о его коррупционных связях с кем-то”, — резюмировал специалист.

К теме

Европейский аудитор Юхан Партс заявил, что у Евросоюза нет стран, масштабы коррупции в которых были бы такими же, как в Украине. По итогам аудита помощи ЕС Украине специалисты пришли к выводу, что поддержка Евросоюзом реформ в Украине по борьбе с коррупцией малоэффективна.

НАБУ в Украине существует с 2015 года, впрочем, все больше возникает вопрос о бесполезности существования этого органа, как и САП, учитывая отсутствие ощутимых результатов. Отдельные народные депутаты предполагают, что для изменения ситуации не хватает политической воли Президента Владимира Зеленского.

В 2019 году директор НАБУ Артем Сытник был внесен в Реестр коррупционеров, однако продолжил возглавлять антикоррупционное бюро.

Его первого заместителя Гизо Углаву неоднократно обвиняли в подыгрывании интересам Михаила Саакашвили и использовании ресурсов бюро. В частности, об этом открыто заявил мэр Одессы Геннадий Труханов.

За семь лет существования НАБУ ни разу не проходил аудит, хотя бюджет содержания органа растет из года в год.

К слову

ВАКС закрыл дело “Роттердам+” и оправдал экс-министра инфраструктуры Владимира Омеляна.

АО «Кравец и Партнеры»

Верховная Рада проголосовала закон, регулирующий механизм заочного осуждения. С 2014 года это третья попытка перезапустить правовой институт, чтобы если не физически, то морально “посадить” тех, кто скрывается от уголовного преследования за пределами Украины. Но и на этот раз депутаты не смогли создать совершенный механизм, считают юристы.

Зачем принимали закон

Главная причина – это дела Майдана, Крым и преступления в зоне АТО – ООС. Редакция Уголовно-процессуального кодекса 2014 года позволяла начинать заочные процессы только в отношении лиц, которые объявлены в международный розыск. А Интерпол отказывался выставлять карточки на беженцев либо военных преступников, мотивируя это политикой.

Закон, позволивший экс-генпрокурору Юрию Луценко устроить процесс над Виктором Януковичем и открыть еще ряд заочных производств, имел временное действие. Оно закончилось в 2018 году с началом работы Государственного бюро расследований.

Нынешний закон, как заявила генпрокурор Ирина Венедиктова, позволит разблокировать остановленные уголовные дела в отношении лиц, которые скрываются от украинских законов, и начинать новые производства и новые процессы.

За что могут судить

Заочное правосудие распространяется на совершеннолетних. В законопроекте указаны 14 статей из четырех блоков Уголовного кодекса, по которым оно может применяться.

Первый блок – это преступления против основ национальной безопасности: попытка свержения конституционного строя, финансирование терроризма, измена родине, диверсия, шпионаж, дезертирство и так далее.

Второй – насильственные преступления против личности: убийство, нанесение телесных повреждений, незаконное лишение свободы, пытки.

Третий – коррупционные и экономические преступления: злоупотребление положением, расхищение государственного имущества, отмывание денежных средств, растраты…

Четвертый – это преступления против мира и человечества: пропаганда войны, применение оружия массового поражения, геноцид…

По умолчанию все это должно касаться беглых чиновников и политиков времен Януковича, лидеров “ДНР” и “ЛНР”, крымских военных и чиновников, боевиков ОРДЛО. Но закон не оговаривает сроки действия, то есть устремлен в будущее. При смене власти под него могут попасть нынешние руководители страны и все державные мужи.

Кого могут судить

Закон распространяется на лиц, которые скрываются от следствия и суда на временно оккупированных территориях, на территории страны-агрессора, то есть в России, либо находятся в международном розыске. Последняя трактовка в первой редакции отсутствовала и появилась только перед вторым чтением.

– Депутаты не прописали в УПК, что нужно считать международным розыском, и таким образом сохранили ту неопределенность, которая грозит проигрышем Украины в Европейском суде, – говорит бывший начальник спецрасследований Генпрокуратуры Сергей Горбатюк.

Проблема в том, что до 2018 года международный розыск трактовался как база Интерпола. После следователи ГБР или детективы НАБУ взяли на себя право ходатайствовать в суде о заочном расследовании на основании того, что сами объявили подозреваемого в международный розыск.

– Одни суды соглашались с этим, другие – не соглашаются, – говорит Сергей Горбатюк. – Единой практики нет, а мнение Высшего совета правосудия склоняется в сторону Интерпола.

Если встать на эту позицию, то все, кто убежал не в Россию и не внесен в базу международной полиции, остаются недосягаемыми для заочного правосудия. Если на позицию следователей, то ее легко оспорить в том же ЕСПЧ.

Как отрывается производство

Следственный судья вправе открыть заочное производство и заочно арестовать подозреваемого либо обвиняемого, если он больше двух раз без уважительных причин не являлся по вызовам. Скрылся на оккупированных территориях или в России. Однако закон обязывает это доказать. Без достаточных оснований судья должен отказать в заочном производстве.

Правовые отношения с Россией не разорваны, но она не отвечает на запросы по лицам, которых считает политическими. Делать запросы в ОРДЛО – это фактически признать их существование.

– Думаю, достаточными основаниями будут считаться ссылки на оперативную информацию, на слова третьих лиц, – говорит старший партнер адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец. – Судей обяжут принимать решения, чтобы не получить ярлык “покрывателя сепаратистов”, и в конечном итоге они будут нести ответственность за нарушения. Именно так работает правовая система Украины.

Сергей Горбатюк отмечает, что закон является этакой подсказкой нынешним на будущее: если бежать в Россию, то через Беларусь или Польшу.

– Адвокат делает запрос в погранслужбу и предоставляет в суд справку о пересечении границы. Или сам едет в Польшу и оттуда дает следствию телеграмму от имени клиента, – говорит Сергей Горбатюк. – В законе много моментов, которые можно обойти.

Эксперты прогнозируют, что заочные приговоры без последствий будут вынесены простым боевикам, у которых нет средств на адвокатов. VIP-персоны с деньгами выиграют дела в Страсбурге.

Как узнать, что судят

При заочном расследовании закон разрешает публиковать повестки в прессе и на официальном сайте Офиса генерального прокурора. Считается, что таким образом подозреваемый уведомлен.

– Ни один закон не обязывает человека читать газеты и веб-сайты, – отмечает адвокат Александр Плахотнюк. – Зная, как работают наши следственные органы, я могу допустить, что тут могут быть злоупотребления.

В законе есть статьи, под которые можно подвести представителей бизнеса. Допустим, человек уехал на долгое время и понятия не имеет, что нужно где-то смотреть и что-то читать. Возвращается, а у него заочный арест – и марш за решетку! Либо делись деньгами…

ЕСПЧ встанет на сторону истца, если окажется, что человек не был осведомлен должным образом об открытии заочного расследования или суда. Но опять же это время и деньги.

Чем грозит заочный приговор

Даже страна, с которой есть договор об экстрадиции, вправе отказать выдать для исполнения приговора заочно осужденного, если посчитает суд политическим преследованием. Сесть в тюрьму человек может только в том случае, если добровольно вернется на родину.

Единственное, что заочный приговор, когда он вступит в законную силу, позволит конфисковать оставшиеся в стране имущество и активы беглеца.

Поэтому юристы считают, что заочные приговоры наиболее целесообразны по экономическим либо насильственным преступлениям, когда можно компенсировать ущерб государству или пострадавшим.

КП в Украине

АО «Кравец и Партнеры»

Об этом в комментарии “Громадського” заявил представитель Главного управления разведки Минобороны Украины Андрей Черняк.

“Мы опровергаем информацию о причастности Главного управления разведки к похищению Чауса. Мы считаем, что это провокация российских спецслужб по дискредитации военной разведки Украины и для того, чтобы поссорить два братских народа”, – заявил он.

Напомним, Чауса похитили в Молдове 3 апреля. О похищении бывшего судьи тогда сообщил адвокат экс-судьи Ростислав Кравец со ссылкой на слова его супруги.

5 апреля молдавские правоохранители заявили, что похищением беглого украинского экс-судьи Чауса занимались иностранцы. Они уже выехали из Молдовы в Украину. Одного из подозреваемых удалось задержать.

Затем журналисты “Слідство.Інфо” и RISE Moldova сообщили, что молдавские силовики проверяют по делу похищения скандального судьи Николая Чауса десят граждан Украины, среди которых вроде бы есть связанные с разведкой лица.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Но уже сейчас активизировались “собиратели” бесплатных земель. Речь идет о наделах, на которые, согласно законодательству, имеет право каждый украинец — по несколько соток на постройку дачи или гаража, садоводства, дома или 2 гектара под личное крестьянское хозяйство.

Для рядовых граждан свободной земли давно нет. По крайне мере, об этом заявляют местные чиновники, аргументируя людям отказы в полагающихся двух бесплатных гектарах. Но на самом деле только нераспаеванной земли государственных и коммунальных сельхозпредприятий у нас еще 10,6 миллионов гектар.

Если гектар земли после открытия рынка действительно будет стоить до 2 тысяч долларов, 10,6 млн “бесхозных” угодий – это  более 20 млрд долларов.

Неудивительно, что за этими землями началась настоящая охота. Сейчас по всей Украине у людей скупают отказы на бесплатные 2 гектара. Предлагают дать доверенность от своего имени неким юристам, которые займутся получением “вашей” земли, и сразу же написать отказ в пользу третьего лица. Причем, суммы смешные.

“Пока это только начинается, люди еще не поняли что к чему, некоторые продают свою подпись на документах и по 500-1000 гривен”, — говорит глава адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец.

Готовятся также другие схемы по получению бесплатной земли. Недавно в парламенте зарегистрирован законопроект №3012-2. В нем предлагается поделить земли госпредприятий между работниками (нынешними и пенсионерами), участниками АТО и представителями социальной сферы (учителями, медиками).

Но не только. Речь может идти о расширении вариантов для земельных схем. “Я называю их “схемами Черновецкого”, по аналогии с той, что действовала в свое время в Киеве. Когда гектары столичной земли якобы раздали студентам, а те затем переписали их на “нужных людей”. Накануне старта рынка земли чиновники смогут неплохо заработать на откатах, а те, кто сумеет провернуть схемы, соберут целые массивы земли, которые затем можно будет выгодно продать”, — говорит  Ростислав Кравец.

“Страна” разбиралась, как делят бесплатные земли и есть ли шансы получить  свой надел у рядовых украинцев.

Распаевка земли по второму кругу

Недавно в Раде появился законопроект №3012-2, который подала в парламент депутатская группа, в том числе глава профильного комитета Николай Сольский, продвигавший закон по рынку земли, и другие “слуги народа” (Сергей Литвиненко, Степан Чернявский, Галина Третьякова и прочие).

В нем поднимается вопрос – что делать с землями госсобственности. Как указано в пояснительной записке, из действующего Земельного кодекса не совсем понятно, как проводится приватизация таких земель, какую площадь можно приватизировать, а какая должна оставаться в собственности государства.

Предлагается следующая схема — до 40% земли передать работникам сельхозпредприятий, как нынешним, так и тем, кто уже на пенсии, а также работникам местных предприятий социальной сферы.

При этом размер пая для первой категории должен быть средним по району (в зависимости от региона, цифры варьируются от нескольких соток на западе страны, до 10-12 гектар на юге и востоке), для второй – не больше 2 гектаров.

Еще 20% хотят передать на распределение участникам АТО (до 2 гектар в одни руки). А оставшиеся 40% – передать в аренду через аукционы.

В феврале этого года нардеп Сергей Минько (“За майбутне”) подал в Раду проект №3012. В нем предлагалось просто урегулировать приватизацию земли государственных госпредприятий, более тщательно прописав процедуру. В пояснительной записке депутат указал, что до этого времени нераспаеванными остаются порядка 10,6 млн земель.

Проекты №3012-1 и 3012-2 фактически дублируют друг друга, и там появляется уже конкретная разбивка по претендентам на бесплатную приватизацию.

В мае профильный комитет проект Минько отклонил, а за основу взял альтернативные законопроекты как “более актуальные для аграрной отрасли”.

По словам Андрея Кошиля, проблема приватизации госземли действительно есть.

“Часть государственных предприятий, например многие опытные хозяйства, так и остались нераспаеванными. Причины разные, в некоторых хозяйствах руководители оказались нерасторопными и в свое время не смогли провести приватизацию, в других все это намеренно блокировали. Но получилось, что в одном селе, к примеру, селяне получили паи, а в соседнем – нет. Люди ходят по чиновничьим кабинетам уже десятилетиями, но так ничего и не могут решить. Поэтому этот вопрос давно нужно решать на законодательном уровне”, — отмечает эксперт.

Правда, законодатели прописали распаевку земли только государственных, а не коммунальных аграрных предприятий.

В случае с последними, особенно новыми, “есть риск превращения такой приватизации в коррупционный механизм выведения из коммунальной собственности большого объема земель”, – говорится в пояснительной записке.

Но тут не все так просто. На новом законе, если его примут, можно будет построить схемы по сбору бесплатной земли.

“Лишние” гектары

Напомним: по действующему земельному законодательству, украинцы имеют право на бесплатные участки.

“Статья 121 Земельного кодекса Украины предусматривает шесть видов земельных участков, которые можно бесплатно получить в собственность, а именно:

• для ведения фермерского хозяйства – в размере земельной доли (пая);
• для ведения личного крестьянского хозяйства – не более 2 га:
• для садоводства – не более 0,12 га;
• для строительства и обслуживания жилого дома – от 0,1 до 0,25 га;
• для дачи – не более 0,1 га;
• для строительства гаражей – не более 0,01 га.

То есть сейчас украинец с учетом среднего размера пая (4,2 гектара – Ред) может теоретически получить в собственность до 6 гектаров земли.

Но практически мало кому из рядовых граждан удается получить участки хотя бы двух из указанных видов. И причин здесь много. Однако основные – это почти непреодолимые для простых людей бюрократические препоны и одновременно, как это ни странно, отсутствие свободной земли.

“Ведь фактически в настоящее время большая часть той самой сельскохозяйственной земли, из которой можно получить участок в 2 гектара, уже давно распаевали между бывшими членами колхозов”, — пояснил нам адвокат адвокатского объединения “Креденс” Сергей Головко

Если по новому запустят распаевку в государственных сельхозпредприятиях, что сейчас и предлагают сделать депутаты, появится еще почти 11 млн гектар “лишней” земли. И ее можно не только раздать селянам и пенсионерам под огороды, но и пустить по схемам.

Вместо двух гектаров – сразу 10

“Уже сейчас в законодательных новшествах можно предположить некоторые схемы. Ведь приватизация и паи такой “коллективной” земли государственного предприятия напоминает приватизацию коллективных предприятий конца девяностых – начала двухтысячных годов”, – говорит Головко.

По его словам, в тех регионах, где есть большие нераспаеванные угодья, уже началась скупки прав потенциальных пайщиков.

“Людям предлагается за небольшую сумму передать по доверенности другому лицу права на участие в собрании работников предприятия и на голосование, на подачу документов в соответствующие органы и в конце концов – на переоформление или отчуждения полученной участка третьим лицам. При этом для подтверждения намерений человека по нежеланию лично владеть землей, которая приватизируется, от него могут одновременно принимать заявление на отказ от собственного права на бесплатное получение земельного участка с передачей такого права другому лицу. Вопрос законности описанных действий открыт и зависит от конкретных обстоятельств. В том случае, когда такие действия связаны с прямым давлением на человека и обманом, можно усмотреть признаки уголовных правонарушений. Но когда давления нет, а последствия разъяснены, то фактически все сводится к тому, что человеку предлагают получить какие-то деньги сейчас, вместо каких-то не всем понятных прав в будущем и тут все в рамках закона”, — говорит  Сергей Головко.

То есть формально скупщикам особо предъявить нечего, даже если они получают отказы от граждан за бутылку водки или пару сотен гривен, а такие случаи тоже есть.

Кстати, скупают права на бесплатную землю не только будущих пайщиков, но и других граждан. Ведь, по закону, все имеют право на те же 2 гектара под личное крестьянское хозяйство.

“Пока этот “бизнес” только начинается, поэтому подпись под доверенностью люди продают и по 500 гривен. Понятно, что по мере  сокращения предложения услуга будет дорожать”, – говорит Кравец.

Впрочем, и сейчас цены разные. Некоторые льготники сами пытаются продать право на надел. К примеру, на специализированной площадке “Пай. укр” есть следующее объявление: “Продам право на получение земли ветерану АТО, 2 гектара в любой точке Украины. Никаких документов ещё не подавал, цена договорная”. В качестве ориентира указана цена в 80 тысяч гривен.

Но на рядового гражданина или участника АТО можно оформить максимум 2 гектара. К тому же нужно будет еще платить целой армии чиновников, которые проведут нужное решение через местные советы.

Другое дело – паи работников сельхозпредприятий. В новом законопроекте прописано, что они не могут быть меньше, чем в среднем по району. Как отметил Андрей Кошиль, эти показатели по разным регионам разные. Но, к примеру, в некоторых районах южных и восточных областей средний пай доходит до 10-11 гектаров (при том что средний по стране – 4,2 гектара). То есть, перекупив права на пай, можно одним махом получить не 2 гектара, а впятеро больше. Причем по более простой процедуре.

“Поданные в Раду законопроекты детализируют, а некоторые упрощают процедуру приватизации земли предприятий, прямо указывая, что главным инициатором приватизации являются сами работники соответствующего предприятия, а органы власти должны в любом случае согласовать принятое большинством работников решение”, — говорит Головко.

Отдельно огромные наделы могут вводиться под документы “льготников” (участников АТО, медиков, учителей).

“Бесплатную приватизацию давно пора отменять, но этого нельзя сделать по Конституции, так как это сужение прав граждан. Надежно все эти схемы не закроешь. В качестве варианта можно было бы не давать тем же льготникам землю, а начислять им некие виртуальные деньги, за которые они эту землю могли бы купить (возможно, с доплатой). Ведь участок в Киеве и в каком-то глухом селе стоит по-разному. А у нас процедура прописана так, что 2 гектара можно оформить даже на ребенка. Но при этом вы, скорее всего, ничего не получите без связей и откатов. Аргумент простой: нет свободной земли”, — говорит Кошиль.

Как сейчас выделяют бесплатную землю

Хотя формально свободной земли в Украине осталось мало, местные органы власти раздают ее до сих пор, правда, не всем. Получить участок можно даже под Киевом, где рыночные цены доходят до тысячи долларов за сотку и выше.

К примеру, в прошлом году Рожнивский сельсовет Броварского района Киевской области выделил некоему Юрию Шимановскому 12 соток под строительство жилого дома в селе Рожны.

При этом другим заявителям  – Игорю Сющуку и Раисе Бургазлий в земле отказали, аргументируя это тем, что они неправильно оформили бумаги.

На продажу участки в Рожнах выставляются по цене от 500 долларов за сотку.

В селе Литочки Броварского района Киевской области в марте этого года разрешили готовить проектную документацию на землю четырем гражданам. Двоим дали по гектару на ведение личного крестьянского хозяйства, еще двоим – по 25 соток под застройку. На специализированный сайтах земля в этом селе в 25 километрах от столицы предлагается по цене в среднем тысяча долларов за сотку.

Депутаты Глибоцкого сельсовета Бориспольского района Киевской области 17 апреля 2020 года согласовали разработку технической документации на участок в 24 сотки под жилищную застройку некоему “Лицу 4” (в решении фамилия заявителя не указана)

18 мая этого года Высокопильский сельсовет (Херсонская область) выделил 34 сотки возле села Князевка гражданину Мамедову для ведения личного крестьянского хозяйства, а гражданка Толочко получила сразу гектар.

На сайте Госгеокадастра есть свежие данные по решением о выделении земли, в том числе по Киевской области. Там больше отказы, но есть и положительные решения. В частности, 30 апреля было выделено 2 гектара в Тетиевской районе Киевской области.

Причем, судя по всему, эти граждане не относятся к льготным категориям, имеющим право на первоочередное выделение земли. По крайней мере, в решениях об этом ничего не сказано.

И таких примеров по стране – множество.

В Киеве с землей намного сложнее. На сайте Киевсовета указано, что на получение земли подано около 23 тысяч заявок, свыше 98% – от участников АТО. На землеотвод запланировано около 2,5 тысяч гектар.

Последние данные о выделении участков датированы 2018 годом. Тогда было выделено больше тысячи участков под жилую застройку, 2 участка под садоводство, один – под гараж.

На сессии 24 апреля 2018 года Киевсовета согласовал выделение сразу 136 участков.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Суды отказываются признавать полномочия прокуратуры, ссылаясь на потерю следователями полномочий. Об этом ранее заявил народный депутат от Блока Петра Порошенко Сергей Лещенко. Позже это подтвердили и в ГПУ.

Причина в том, что следователи прокуратуры с 1 марта дня не наделены какими-либо процессуальными полномочиями. Таков результат принятия закона о Государственном бюро расследований, которое пока не работает.

При этом старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец в эфире радиостанции Голос Столицы уточнил, что расследования, которые проводила ГПУ, остановлены до момента передачи материалов дел Государственному бюро расследований.

После того, как прокуратура утратила часть своих функций, она стала неполноценным обвинительным органом?

— Не совсем так. Прокуратура осталась прокуратурой. Вопрос о том, что в целях избежания коррупции у прокуратуры будет отобрана функция следствия, обсуждается уже пятый год, этот разговор начинался еще при Януковиче. И в ноябре 2015 года был принят соответствующий закон о Государственном бюро расследований, в котором предусмотрели, что функции следствия будут переданы этому бюро. На сегодня у прокуратуры осталась функция представительства интересов государства в судах. И все эти заявления прокуроров о том, что кто-то чего-то не понимает, это попытка переложить свою бездеятельность, дилетантство, непрофессионализм на суды. Однако, есть прямые нормы УПК, есть прямые нормы того же закона о прокуратуре, где в переходных положениях четко указано, что до начала деятельности Госбюро расследований у прокуратуры остаются функции следствия, а после начала его деятельности эти функции передаются в бюро. Кабинет министров 29 февраля этого года все-таки принял соответствующее постановление и создал Государственное бюро расследований. Но вышло так, как с Национальной полицией, когда наш «министр Фейсбука», вместо того, чтобы заниматься своими прямыми обязанностями, встречал в аэропорту Фирташа. И сложилась ситуация, что 7 ноября вступил в силу закон о Национальной полиции, но забыли внести изменения в Уголовно-процессуальный кодекс. Фактически, следователи Национальной полиции два месяца не были уполномочены проводить следствие и подавать соответствующие ходатайства. Сейчас ситуация повторяется, причем еще в ноябре адвокаты проводили круглые столы и предупреждали, что «у вас 1 марта такая же ситуация случится с прокуратурой». И после того, как 29 февраля Кабмин принял постановление, была создана комиссия по набору детективов, следователей и т.д. То есть, на сегодняшний день есть постановление о создании, но нет даже руководства. Опять же, комиссия состоит из каких-то гражданских активистов, представителей бизнеса, народного депутата, заместителя нашего «министра Фейсбука». Непонятны и критерии, по которым будут отбирать сотрудников Госбюро расследований.

В Генпрокуратуре заявляют, что закон о ГБР забирает у прокуратуры полномочия досудебного следствия, а с другой стороны, Конституция своими прямыми нормами позволяет ГПУ продолжать расследования, пока не начнет работать бюро…

— Заместитель генерального прокурора почему-то начал читать Конституцию с переходных положений, то есть с конца. У нас есть статья 19 Конституции, в которой четко указано, что все государственные органы должны действовать исключительно в пределах предоставленных им полномочий. У нас есть закон о Государственном бюро расследований, где четко указано, что оно начинает действовать с 1 марта 2016 года, и есть закон о прокуратуре, где тоже четко указано, что все эти полномочия передаются с момента начала действия бюро. Все эти отсылки к Конституции являются криком души прокуроров, которые специально затягивали принятие соответствующих законов, саботировали весь этот процесс, а в последний день начали говорить, что виноваты суды. Законом четко указано, что с 1 марта все полномочия по следствию должны осуществляться исключительно Государственным бюро расследований. Дальше уже вопрос к самой прокуратуре, Кабинету министров, к премьер-министру, который упустил момент относительно…

Может ли быть так, что это сделали специально?

— Возможно, потому что у Государственного бюро расследований больше всего вопросов будет к некоторым лицам, которые сейчас вошли в комиссию, которые это все саботировали.

То есть, суды на данный момент имеют полное право не принимать никакие ходатайства от следователей прокуратуры?

— Суды не то, что имеют право, суды обязаны не принимать. Если суд примет какой-то документ от следователя прокуратуры, то в дальнейшем это все можно будет оспорить в том же суде и признать решения недействительными, потому что предоставляли документы неуполномоченные на это лица.

Если Генпрокуратура потеряла полномочия продолжать расследование, то что происходит с материалами дела?

— То же самое, как и в случае с Национальной полицией. Эти дела остановлены до передачи Государственному бюро расследований. То есть, сейчас никто не имеет права их расследовать.

Голос столицы

Адвокатская компания Кравец и Партнеры