Несмотря на то, что формально переговоры с бизнесменами еще продолжаются, уже становится ясно, что обе стороны готовятся к юридической и информационной войне. Коломойский «засыпает» государство исками в судах, а правоохранители проводят обыски в ПриватБанке. Чем закончится история с возвратом долгов, и как это скажется на стабильности «Привата» — в материале РБК-Украина.

Сроки истекли

Национализация ПриватБанка состоялась в декабре 2016 года. Формальной причиной для ее проведения стало огромное количество кредитов, которые банк выдал своим собственникам — олигарху Игорю Коломойскому и его партнеру Геннадию Боголюбову. По данным НБУ, 90% корпоративного портфеля банка -155 млрд гривен — приходилось на займы, которые выдавались аффилированным с собственниками ПриватБанка компаниям. «Это были никому неизвестные компании, существовавшие менее года. При этом их кредиты не были обеспечены ликвидными залогами», — объясняли в НБУ необходимость национализации одного из крупнейших коммерческих банков в Украине.

Владельцы ПриватБанка сами просили украинское правительство войти в капитал финучреждения. При этом они взяли на себя обязательства к 1 июля 2017 года вернуть 75% от суммы займов, а остаток погасить до конца года. Учитывая значительные расходы государства на национализацию ПриватБанка, механизм реструктуризации долгов Коломойского и Боголюбова зафиксирован в меморандуме МВФ. От имени ПриватБанка переговоры с бывшими владельцами вел консорциум, состоящий из международной компании Rothschild & Co и инвестиционно-банковской компании FinPoint, которая специализируется на вопросах слияний и поглощений (M&A) на украинском рынке.

Но уже 2 июля Министерство финансов заявило, что «значительного прогресса в вопросе реструктуризации не достигнуто». А Национальный банк сообщил, что срок реструктуризации кредитных долгов ПриватБанка истек и государство будет их взымать принудительно. Но о конкретных шагах в этом направлении НБУ рассказать отказался, лишь уточнив, что речь идет о стандартной процедуре взыскания просроченных долгов.

Национализация Приватбанка обошлась государству очень дорого. Если не считать процентные расходы по выпущенным на докапитализацию банка ОВГЗ, то затраты на Приват уже достигли 155 млрд грн, или 7% ВВП. Как объясняет глава банка Шлапак, все средства были направлены на формирование резервов под инсайдерские кредиты Привата. Он заверяет клиентов банка в стабильности финучреждения. «Докапитализация банка убережет его от любых проблем в дальнейшем, поскольку полученные средства мы направим на формирование страховых резервов. 130 млрд гривен средств — на счетах, а после докапитализации эта цифра будет около 170 млрд гривен, при том что обязательств банка перед физическими и юридическими лицами — на 190 млрд гривен», — заявил журналистам глава правления.

Срыв реструктуризации во многом обусловлен тем, что бывшие собственники банка и НБУ по-разному оценивают объем связанных, инсайдерских займов, которые были выданы компаниям Коломойского. В Нацбанке уверены, что причина банкротства ПриватБанка как раз в том, что при выдаче этих кредитов в капитале финучреждения сформировалась «дыра» в размере 155 млрд гривен. При подсчете этой суммы НБУ ссылался на собственную инструкцию учета кредитных рисков. В центробанке отмечают, что инсайдерские многомиллиардные кредиты выдавались через фирмы-«однодневки», учредителями которых были подставные физлица.

Но с оценкой Нацбанка не согласен Игорь Коломойский. До национализации аудитор Приватбанка — PriceWaterhouseCoopers оценивала инсайдерские кредиты финучреждения всего в 7,2 млрд гривен (4% портфеля). Но после того, как НБУ раскритиковал работу аудиторской компании и даже пригрозил ей лишением права проверять банки, ПриватБанк нанял компанию «большой четверки» — EY (Ernst&Young). Претензии НБУ к работе PwC заключались в том, что аудитор завысил стоимость залогов ПриватБанка по выданным инсайдерским кредитам.

Но и оценка Ernst&Young не совпадает с данными НБУ. На этот раз аудиторы насчитали в банке около 10 млрд гривен связанных лиц (6,4% портфеля). В Нацбанке такой результат объяснили тем, что перед аудитором не стояла задача изучить объем инсайдерских кредитов в ПриватБанке. Ernst&Young не смог получить подтверждение информации, о чем указал в аудиторском заключении, сообщили РБК — Украина в Национальном банке. В НБУ также рассказали, что аудитор неоднократно пытался выйти на заемщиков банка, однако они проигнорировали обращения. Сами аудиторы от комментариев воздержались.

Довести до банкротства

Глава правления ПриватБанка Александр Шлапак, заявление об отставке которого набсовет финучреждения рассмотрит 20 июля, пояснил, что оценивая инсайдерские кредиты, Нацбанк опирался на широкий перечень критериев, которым определяются связанные лица. Этот перечень закреплен в постановлении №315 от 2015 года.

Но аудиторы определяют связанные лица на основании международных стандартов финансовой отчетности. «В Европе никому даже в голову не придет, что банкир в здравом уме может выдать кредит на несколько миллиардов по ставке в три раза меньше компании, которая существует меньше года и еще и находится в плохом финансовом состоянии», — пояснял Шлапак журналистам.

Он рассказал, что ПриватБанк фактически выдавал кредиты другим компаниям Коломойского для погашения их займов. То есть, фактически речь идет о перекредитовании. По словам Шлапака, займы были выданы 36 заемщикам в октябре-ноябре 2016 года. Этими средствами были «перекрыты» кредиты предыдущих 196 заемщиков. Сейчас общий долг по этим кредитам составляет 133 млрд гривен. При перекредитовании банк снизил процентную ставку до 10,5% годовых, тогда как реальная ставка составляла 34%. Шлапак также уточнил, что под эти займы предоставлялись некачественные залоги — права на товар, которого по факту не было.

«В банке были выявлены системные нарушения со стороны бывшего менеджмента при выдаче этих займов и их обслуживании. Нами было подано заявление в Генеральную прокуратуру. ГПУ сегодня открыла уголовные дела по статьям 218.1 и 220 — доведение банка до неплатежеспособности», — резюмировал Шлапак. По его мнению, все 36 кредитов были подписаны бывшим главой правления (на тот момент Александр Дубилет) с превышением полномочий. Нацбанку предоставлялись недостоверные данные по непокрытому кредитному риску и несформированным резервам, а заемщики не проверялись на связанность, их финансовое положение искусственно завышалось.

Реакция на слова Шлапака была мгновенной. Один из бывших заместителей Дубилета, который курировал в банке направление корпоративного бизнеса, Владимир Яценко назвал слова Шлапака «враньем». «Выдача этих кредитов была согласована с НБУ и МВФ, и называлось все это трансформацией кредитного портфеля. Единственной причиной такой трансформации было нежелание Гонтаревой (глава НБУ Валерия Гонтарева, — ред.) и Рожковой (замглавы НБУ по банковскому надзору Екатерина Рожкова, — ред.) признавать договора залога, подчиненные английскому праву, что для ПриватБанка по большим кредитам было стандартной практикой. Будем надеяться, что НАБУ выяснит, какими мотивами руководствовались эти чиновники, и от кого они получили задание забрать ПриватБанк», — заявил Яценко на своей странице в Facebook 4 июля, сразу после пресс-конференции Шлапака.

В качестве подтверждения своих слов, он обнародовал переписку с Денисом Новиковым — замдиректора департамента банковского надзора НБУ. Переписка свидетельствует скорее о том, что НБУ контролировал процедуру довнесения залогов под «токсичный» портфель.

Аналогичной позиции придерживается и другой бывший топ-менеджер «ПриватБанка» Олег Гороховский. По его словам, НБУ сознательно создал ситуацию с трансформированными кредитами для того, чтобы обосновать проблемы банка и вывести его на национализацию.

По мнению регулятора, бывший менеджмент «Привата» проводил рискованную кредитную политику, ведь аудит выявил существенный объем обесцененных кредитов – почти 207 млрд гривен. Также НБУ напомнил о низком уровне обеспечения кредитов в банке. «Из 178,4 млрд грн кредитов юридическим лицам и 15,3 млрд грн финансового лизинга залогами обеспечено лишь на 23,7 млрд грн. Из-за отсутствия залогов заемщики не заинтересованы в погашении кредитов, а взыскание задолженности в судебном порядке является сверхтяжелым», — заявила 12 июля замглавы НБУ Екатерина Рожкова в Комитете Рады по финансам и банковской деятельности.

Сидячая война

Несмотря на срыв обязательств, переговоры по реструктуризации кредитов еще продолжаются. Премьер — министр Владимир Гройсман заявил, что если бывшие владельцы ПриватБанка не выполнят свои обещания, то их ждет уголовная ответственность за невыполнение закона. По его словам, окончательно точку в этом деле должен поставить отчет Rothschild о проведенных переговорах. Предполагалось, что отчет будет готов к 1 июля, однако из-за того, что «переговорщиков» наняли не в апреле, а в мае, то переговоры затягиваются. По информации РБК-Украина переговоры могут завершиться в первую неделю августа.

В свою очередь НБУ также готовится привлечь к ответственности Коломойского и Боголюбова. Для этих целей Нацбанк нанял американское детективное агентство Kroll и консалтера AlixPartners для проведения комплексного аудита — forensic audit — в Приватбанке. Обе компании имеют большой опыт расследований в финансовой сфере. В Украине Kroll уже привлекался к расследованию убийства журналиста Георгия Гонгадзе. Ожидается, что результаты forensic будут готовы к концу сентября. После их обнародования, у НБУ и ПриватБанка будет возможность перейти к юридической войне с бизнесменами в международных судах.

Параллельно Генеральная прокуратура открыла 9 уголовных производств по возможным злоупотреблениям в банке. 24 мая следователи провели обыски по месту жительства бывшего топ-менеджмента банка и адресам регистрации юридических лиц, связанных с ПриватБанком. 6 июля обыски уже были проведены следователями НАБУ в главном офисе «Привата».

Следствие рассматривает возможные злоупотребления как со стороны менеджмента и владельцев ПриватБанка, так и со стороны работников Нацбанка, осуществлявших надзор за финучреждением. Расследования проходят по факту возможного хищения руководством Привата выделенного в 2014 году рефинансирования на 19 млрд гривен, а также незаконного кредитования связанных компаний. На допросы вызываются представители бывшего топ-менеджмента банка, из тех, кто находится в Украине.

По словам Шлапака, возможное привлечение к ответственности должно происходить по статье «доведение банка до неплатежеспособности». В украинских реалиях она фактически не работает. Среди 90 ликвидируемых банков, ни один топ-менеджер или владелец финучреждения по этой статье не привлекался. Кроме того, в Украине отсутствует законодательство, которое позволяет избежать уголовной ответственности за доведение банка до неплатежеспособности даже при условии возврата каких-либо долгов.

«Поведение правительства выглядят скорее, как шантаж. Учитывая слабую историю верховенства закона в Украине, особенно когда речь идет об олигархах, мы не верим в возвращение какой-либо значительной части средств, и мы не считаем, что правительство будет преследовать кого-либо в этой истории. Во многом это связано с тем, что государственные органы уже совершили много юридических и процедурных ошибок в этом процессе, которые исключают любые успешные судебные иски», — прокомментировал заявления НБУ и правительства руководитель аналитического отдела инвестиционной компании Concorde Capital Александр Паращий.

Времени не теряет и Коломойский. От имени разных компаний к государству поданы иски по оспариванию национализации, незаконности конвертации средств в капитал банка, признании недействительным договора поручительства. Кроме того, на днях бизнесмен частично изменил структуру собственности своего телеканала 1+1, продав известным журналистам и телеведущим миноритарную долю. Естественно, юридического эффекта от этого действия нет, но в медийной сфере все выглядит как создание публичной защиты от любого посягательства на актив.

Шансы на возврат

В НБУ считают, что у Коломойского нет шансов оспорить национализацию и вернуть «Приват» в свою собственность. «Иски, по которым обжалуется национализация, не могут привести к возврату банка предыдущим владельцам. Согласно статье 41 закона «О системе гарантирования вкладов физических лиц» государство как инвестор не может быть лишено права собственности на приобретенные акции банка и такие акции не могут быть истребованы у государства в пользу предыдущего владельца», — уверена замглавы НБУ Екатерина Рожкова.

«Владельцы Привата сами попросили правительство о национализации. На соответствующее обращение ссылается Кабмин в постановлении о вхождении в капитал банка, а это юридический документ. Во-вторых, нет такого законодательного механизма, который предусматривал бы возврат банка предыдущему собственнику после национализации. Иски Коломойского можно расценивать как попытки оспорить действия власти перед обществом» — сообщил РБК-Украина один из топ-менеджеров крупного украинского банка, пожелавший остаться неназванным.

В то же время, юристы не столь категоричны. «У Коломойского и Боголюбова есть все шансы выиграть иски в украинских судах. Это касается как признания незаконным выкупа государством акций банка, так и решения НБУ по связанным лицам и невозврата списанных средств. К примеру, уже сегодня, украинскими судами принимаются решения о незаконности отнесения А-банка, и Суркисов (Григорий и Игорь Суркисы, — ред.) к связанным с ПриватБанком лицам. В этих решениях уже установлены важные обстоятельства для дальнейшего признания неправомерными действий НБУ. Само же письмо Коломойского и Боголюбова, по моему мнению, не имеет юридической силы. В нем не зафиксированы гарантии выполнения ими обязательств, следовательно, они имеют право их не выполнять и не нести ответственность за доведение банка до неплатежеспособности», — сообщил РБК-Украина старший партнер адвокатской компании «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец.

Иван Пальчевский, журналист, специально для РБК-Украина

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Реструктуризация банковских кредитов, которая долгое время была добровольным мероприятием и которую поддержало лишь 19 банков (подписавшихся под соответствующим меморандумом), может стать обязательной в Украине для всех валютных ипотек.

Как сообщила недавно министр финансов Наталия Яресько, правительство уже отработало соответствующий законопроект, который вскоре может быть внесен в Верховную Раду. «Если он будет принят и подписан (парламентом и президентом), то станет обязателен к выполнению», — подтвердил «Вестям» директор департамента взыскания кредитов ПУМБ Павел Мельниченко.

Согласно документу, если заемщик будет удовлетворять требования закона, то банк не сможет ему отказать в реструктуризации: то есть сумма задолженности на 1 января 2015 г. не превысит 2,5 млн грн ($ 158,5 тысяч) и кредитное жилье будет единственным у человека.

«В настоящий момент законопроект предполагает обязательное проведение реструктуризации кредита в течение одного месяца с момента обращения заемщика-физлица с письменным заявлением, обладающего задолженностью по кредиту, удовлетворяющей совокупности указанных в законопроекте признаков», — сказала «Вестям» начальник управления розничного кредитования банка «Пивденный» Наталья Столярчук.

Яресько заявила, что под условия правительственного законопроекта подходит до 40% всей оставшейся в Украине валютной ипотеки. На общую сумму почти 20 млрд грн, что, как уверяют финансисты, совсем немного, с учетом того, что по львиной доле займов уже произошло переподписание кредитных договоров.

«Например, в нашем банке реструктуризировано 84,4% валютного работающего кредитного портфеля. Осуществлено свыше 1000 конвертаций валютных займов в гривневые кредиты», — сообщила нам директор по управлению рисками Фидобанка Юлия Ворчак. И заверила, что 2/3 всех реструктуризаций были совершены на более привлекательных условиях, чем те, что продвигаются правительственным законопроектом.

С ней согласились и многие другие финансисты, потому «Вести» решили проверить это утверждение и понять, стоит ли заемщикам торопиться договариваться на индивидуальных условиях, пока депутаты не утвердили единую для всех обязаловку.

Кому что предлагают

Лояльнее всего относятся к тем, у кого нет за душой никакого имущества.

До сих пор у банков не было единого шаблона, который накладывался бы на всех без исключения заемщиков. Даже у тех, кто подписал весной этого года меморандум и обязался предоставлять валютным должникам по ипотеке льготы и списывать часть задолженности. Они имели возможность делать еще индивидуальные поблажки и идти навстречу людям.

Впрочем, что бы финансисты ни говорили о своей социальной миссии, их позиция при согласовании условий реструктуризаций чаще всего базировалась на взвешенном расчете — на том, сколько они смогут выиграть/потерять от договоренности. Поэтому банкиры охотно шли на переговоры по рассрочкам беззалоговых кредитов (карточные и кеш-кредиты) и проявляли максимальную лояльность: могли списать не только 50%, но и 70% суммы долга, отсрочить ее погашение на 6–12 месяцев, не требуя одномоментной выплаты 30–50% — на погашение отводили еще по 3–6 месяцев.

«Мне известны случаи, когда финучреждения предлагали разные программы по урегулированию с дисконтом 50% и более и даже с небольшой рассрочкой (несколько месяцев) по уплате даже этого долга», — заверил «Вести» директор по юридическим вопросам Банка Кредит Днепр Максим Гринченко.

Максимальные списания по необеспеченным кредитам чаще всего получали должники, за душой которых юристы банков не находили никакого имущества. Финансисты понимали, что даже если засудят таких людей, все равно ничего не смогут с них взыскать. Также крупные списания (даже более 50%) получают те, кто моментально рассчитывается с банком: кто сразу на месте наличными вносит часть долга.

Разной была гибкость кредиторов во время обсуждения залоговых кредитов (ипотек и автокредитов), особенно тех, что были выплачены на 70–80% и где оставалось до $ 30–50 тыс. задолженности. Когда у людей заканчивались средства, им чаще всего предлагали продать залоги и таким образом погасить кредитные долги. Чтобы подтолкнуть заемщиков к такому сценарию, далеко не в каждом банке им предлагали крупные списания, или как их еще называют, «прощения» долгов. Чаще всего старались скостить задолженность на 10–30% — больше по валютным займам и меньше по гривневым.

Более весомые предложения получали крупные должники, которым было далеко до полной выплаты долга. Банкиры понимали, что их залоги сильно подешевели из-за экономического кризиса и наверняка не покроют сумму долга в случае продажи. Может быть, поэтому не все финучреждения ограничивали максимальную сумму кредита для программ реструктуризаций, хотя многие оговаривали такой «потолок».

«Мы, например, предлагаем валютным заемщикам с общей задолженностью до 150 тыс. долларов/швейцарских франков/евро воспользоваться реструктуризацией по опции 50/50. При внесении определенной суммы на погашение задолженности банк списывает еще такую же сумму в качестве бонуса», — рассказал «Вестям» директор блока управления рисками в UniCredit Bank Павел Гашковец.

О похожих условиях нам сообщил и Павел Мельниченко: «Для валютных кредитов используется: рефинансирование в гривню, по сниженной ставке, списание до 50% долга и увеличение срока кредита до трех лет. Для остальных используются: кредитные каникулы и процентные каникулы сроком от 3 до 12 месяцев, увеличение срока кредитования на срок до трех лет».

Элементы у всех программ приблизительно одинаковые. «Это увеличение срока кредитования, временное понижение ставки, перевод валютного кредита в гривню, прощение части суммы при погашении заемщиком обусловленной части долга», — уточнил директор департамента взыскания кредитов Альфа-Банка Украина Алексей Тесленко. Разница только в комбинации тех или иных условий.

Главный принцип — нельзя получить все и сразу. То есть если у вас был валютный заем и после пересчета его в гривню вам списали 50% суммы долга и все штрафы, то, скорее всего, предложат что-то одно: либо снижение ставки по оставшейся части долга, либо максимальный срок продления кредита. То и другое — редкое явление.

Повторные отсрочки

Важный вопрос: что происходит, если человек или семья не справляется с выплатами даже по реструктуризированному кредиту? В большинстве случаев банк через 90 дней подает иск в суд и старается взыскать залог — недвижимость или авто, и за счет него погасить кредитную задолженность. С людьми не всегда стараются повторно договариваться.

Хотя бывают и исключения. «Повторная реструктуризация случается. Это так. Как правило, заемщик может рассчитывать на приемлемые для себя, но худшие с финансовой точки зрения условия», — подчеркнул Алексей Тесленко. Не стоит ждать, что вам снова предложат прощение половины долга или простят штрафы. Как раз, наоборот, списаний наверняка не будет, а штрафы не просто насчитают, а еще потребуют уплаты всех санкций, которые списали во время первого раунда реструктуризации.

Для повторного предоставления льгот нужно выполнить базовые условия. «Реструктуризировать задолженность повторно возможно, если заемщик не отказывается выполнять обязательства по погашению задолженности по кредиту, источники погашения у него присутствуют. Однако его объем не позволяет своевременно выполнять обязательства в силу причин, не зависящих от заемщика: сокращение/увольнение, болезнь и др. Это, как правило, кредиты, предоставленные в долларах на 15–20 лет с обеспечением в виде недвижимого имущества», — отметила «Вестям» Наталья Столярчук.

Нужно быть готовым, что если банк будет давать «второй шанс», то наверняка потребует дополнительного поручительства. То есть придется предъявить платежеспособного родственника или знакомого, который поручится своим имуществом — движимым или недвижимым. Если кредит в итоге не будет погашен, то продадут не только базовый залог, но и это дополнительное обеспечение.

Чем опасны реструктуризации

Всегда требуйте договор о закрытии кредита, и просите банк привлечь факторинговую компанию.

1. Кредит могут потребовать дважды

Юристы рассказывают, что сталкивались со случаями очень выгодных реструктуризаций (со списаниями более 50% долга, со снижениями ставки и увеличением сроков от трех лет и пр.) во время переговоров банков с коллекторскими компаниями. И именно этим объясняют лояльность кредитора: он все равно перепродает проблемный кредит. «В данном случае заемщик просто получает нового кредитора, который может в судебном порядке взыскать задолженность по кредитному договору», — объяснил «Вестям» старший юрист ЮК Prove Group Антон Каганец.

В подобных случаях, по его словам, может возникнуть удвоение долга и уйма неприятностей с судами. «Заключая новый кредитный договор на более выгодных условиях, нужно удостовериться, что действие предыдущего прекращается, иначе заемщик рискует быть должником по двум кредитам сразу», — подчеркнул Антон Каганец.

2. Пошлину в 5% придется заплатить

Налоговики не делают никаких исключений во время договорной (с банком) продажи залогового имущества, за счет реализации которого гасится кредит. «Никаких исключений для реструктуризаций нет. Налоговики квалифицируют такие сделки, как куплю-продажу, и требуют уплатить с них 5% суммы. Отвертеться от этого не получится, так что нужно быть готовым», — подчеркнул «Вестям» старший партнер АК «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец.

3. Еще 20% с гривневых кредитов

Пошлина — не единственный бюджетный платеж, который ляжет на плечи заемщика. Еще 20% ему придется заплатить с «прощенной» банком части кредита. Налоговая считает это доходом, поэтому если вы должны были банку 100 тыс. грн и он списал вам 40 тыс. грн, то 8 тыс. грн из них вам придется заплатить налога.

«Это правило касается исключительно гривневых займов. Оно не распространяется на случаи с конвертации валютных кредитов: на этот счет в мае 2015 года были приняты изменения в Налоговый кодекс, потому они являются исключением из общего правила», — объяснил «Вестям» управляющий партнер ЮФ «Можаев и Партнеры» Михаил Можаев.

Хотя тут же оговорился, что есть вполне легальные схемы, которые позволяют избежать налога на доходы физлиц и в случае со списаниями части гривневых займов. Это под силу банкам, у которых есть дочерние или дружественные факторинговые компании.

«Перед подписанием договора по реструктуризации кредита и списанием части задолженности банку достаточно продать этот заем с дисконтом (уценкой) такой компании. У нее на балансе окажется уменьшенная сумма кредита, и де-юре у человека в итоге не возникнет никакого дохода и не придется платить налог. Важно очень внимательно читать договор с факторинговой компанией, особенно пункт по комиссионным, чтобы не дать на себе нажиться. В некоторых компаниях уже начали появляться 5% комиссии», — заметил Можаев.

Кстати, сложности могут возникать и с конвертацией валютных кредитов. «Несмотря на льготы, предусмотренные в измененном в мае Налоговом кодексе, ряд банков продолжает отправлять людей платить НДФЛ. Чего мы, конечно же, не рекомендуем делать. Если людям со временем придут штрафы за неуплату налога, советуем судиться с ГФС. Закон на их стороне», — заверил Ростислав Кравец.

4. Занизят стоимость залога

Очень аккуратно стоит подходить к предложениям банков по продаже залогового имущества и погашению кредитов за этот счет. «При этом заемщику предоставляются каникулы (на несколько месяцев), при которых происходит реализация имущества. За время каникул некоторые банки предлагают сниженный процент по кредиту. Сумма, полученная от реализации имущества, направляется на погашение основной части долга (тела кредита). Условия оплаты процентов и части тела кредита (на которую не хватило суммы вырученной за отчуждение залога) очень часто определяются по собственному усмотрению банком, но уже после реализации имущества», — рассказала «Вестям» юрист ЮК KODEX Татьяна Лазоренко. И добавила, что квартиры и машины в таких случаях чаще всего продаются работником банка после оформления человеком доверенности.

«Он будет организовывать реализации залогового имущества, ведь таким образом банк становится представителем заемщика в процедуре продажи залогового имущества. А следовательно, у человека снижается способность контролировать процедуру: по какой цене, кому и на каких условиях будет осуществляться отчуждение имущества, кто несет расходы на проведение государственной регистрации таких сделок. Кроме того, советуем фиксировать в договоре условия уплаты оставшейся части долга (четко указывать процент, период их оплаты), чтобы избежать ситуации, когда банк установит свои условия погашения оставшейся части долга, а так процедура реструктуризации потеряет свой смысл для заемщика», — считает Лазоренко.

5. Временные штрафы и суды

Списав по условиям реструктуризации ранее насчитанные пени и штрафы, банк может начать начислять новые. «Процесс реструктуризации по банковским процедурам занимает немало времени, там своя бюрократия. В ожидании принятия окончательного решения банка заемщику, который продолжает пропускать сроки погашения кредита, насчитываются штрафные санкции. В итоге окончательная сумма, которая подлежит оплате по условиям списаний и снижению процентов, для клиента банка может стать неожиданно непосильной», — допустила в разговоре с «Вестями» юрист консалтинговой компании SAFIR Law & Finance Екатерина Красильникова.

Юристы рекомендуют несколько раз перечитывать соглашения, заключаемые в рамках реструктуризации. Вернуть все вспять будет очень сложно.

«К сожалению, после реструктуризации кредитной задолженности судебная перспектива в разбирательствах с банками достаточно незначительна, поскольку банк якобы пошел навстречу заемщику и по согласованию с ним выработал взаимовыгодные условия. Чаще в суд обращаются банки, если заемщик не выполняет условия уже реструктуризированного кредита. Правда, в нашей практике есть случаи обращения заемщиков в суд с исками об изменении валюты платежей или признании отдельных положений таких соглашений недействительными. Выиграть судебный спор с банком в таких случаях достаточно непросто, но возможно», — резюмировал «Вестям» управляющий партнер АО Suprema Lex Виктор Мороз.

Елена Лысенко, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Как говорится в пресс-релизе НБУ, МВФ положительно отнесся к предлагаемому варианту решения проблемы валютных заемщиков-физлиц так как инициаторами законопроекта выступили сами банки. Действительно, в официальном обращении Независимой ассоциации банков Украины (НАБУ) к председателю НБУ Валерии Гонтаревой с просьбой поддержать законопроект отмечено, что его уже поддержали банки «со значительными объемами проблемной задолженности». Документ подписало руководство Укрсоцбанка (считается держателем крупнейшего портфеля валютных займов физлиц в стране), Райффайзен Банка Аваль, УкрСиббанка, Альфа-Банка, Платинум Банка, Укргазбанка, Мега Банка, Проминвестбанка, Укрэксимбанка.

Никакого пересчета валютных займов по курсу 5 грн./$ или по 8 грн./$ не будет. Будут списания части кредита, которые начнут проводить с текущей суммы кредита. Своим законопроектом банкиры предлагают диверсифицировать списание по валютным займам, отталкиваясь сразу от нескольких критериев. А именно: тем, кто брали кредиты на покупку единственного жилья либо земли для строительства такой жилья, собираются списывать до 25% долга. Людям, оформившим социальное жилье, планируют списать не менее 50% задолженности: речь о квартирах площадью до 60 кв. м или домах до 120 кв. м. Еще одна категория — инвалиды, ветераны, участники АТО, многодетные семьи, согласно законопроекту, имеют право на списание порядка 70% долга. Если же участник АТО стал инвалидом 1 группы, имея при этом одно жилье, то банк обязуется списать ему не менее 80% валютного долга. 100% задолженности простят инвалидам 1 группы, которые принимали участие в антитеррористической операции, имея при этом лишь одно социальное жилье, а также наследникам погибших участников АТО.

Кроме того, законопроект предусматривает списание штрафных санкций, которые банки накладывали на своих клиентов из-за непогашения валютной задолженности, начиная с 1 января 2014 г.

Сколько спишут

Вопрос реструктуризации валютных долгов, по словам главного финансового аналитика РА «Эксперт Рейтинг» Виталия Шапрана, чрезвычайно актуален на сегодняшний день, как для заемщиков, так и для самих финучреждений. «К концу года некоторые банки будут иметь более 50% в своих портфелях проблемных кредитов, поэтому им также нужно разгрузить балансы», — подчеркнул он.

Как минимум, запуск программы реструктуризации позволит банкам расформировать часть резервов. «Убыток то, фактический, они уже понесли, но не отразили его в отчетности, а вот резервы сковывают их активные операции», — добавил Шапран.

С экспертом соглашаются и банкиры. «Мы считаем, что решение такого важного на сегодня вопроса, как реструктуризация валютных кредитов на условиях разработанного государством и банками законопроекта, является правильным и актуальным», — сказала «Вестям» начальник управления кредитования департамента розничного бизнеса банка «Хрещатик» Елена Трояновская.

Действительно, в портфелях украинских банков сейчас находится, по украинским меркам, внушительная сумма валютных кредитов. Согласно данным Национального банка, по состоянию на 1 августа 2015 г. общее количество ипотечных кредитов составляло 55,7 тыс. штук общим объемом $ 2,4 млрд.

Банкиры считают, что прописанные в законопроекте условия списания части долгов населения, позволят безболезненно для обеих сторон реструктурировать валютную задолженность и снять социальное напряжение, вызванное курсовыми колебаниями.

По мнению Елены Трояновской, вышеуказанный документ учитывает предложения всех сторон. «В законопроекте адекватно составлены условия и ограничения. Это постепенно поможет восстановить стабильность в банковской системе», — сказала она.

Основным преимуществом предлагаемой системы реструктуризации Трояновская считает то, что под действие будущего закона не будет попадать сегмент заемщиков, который брал валютные кредиты на собственные потребительские цели.

Действительно, с целью не допустить злоупотреблений правом реструктуризации валютных обязательств со стороны заемщиков, документом предусмотрен целый ряд ограничений. Во-первых, в нем присутствует ограничение по целевому использованию средств. Реструктуризировать можно лишь кредит, который получал клиент банка на покупку одного жилья при условии отсутствия другой жилплощади. Также есть ограничение по сумме задолженности. Списать можно лишь часть кредита, задолженность по которому на 1 января 2015 г. составляла не более 2,5 млн грн. (около $ 150 тыс.).

Какие риски

Но юристы также отмечают, что предложенный банковским сообществом документ имеет массу нюансов. К примеру, заемщик может обратиться в банк с заявлением о реструктуризации в течение трех месяцев с даты вступления закона в силу, и банк имеет право рассмотреть данное заявление тоже в течении этих трех месяцев. Но, по словам управляющего партнера юридической фирмы «Можаев и Партнеры» Михаила Можаева, банк может сознательно затягивать этот срок, требуя от заемщика различные дополнительные документы. «И только когда банк получит все документы — для него начинает истекать данный срок в три месяца. С другой стороны, с принятием закона, через шесть месяцев теряет силу закон «О моратории», что позволит банкам в полной мере обращать взыскание на любой предмет залога заемщика», — подчеркнул он.

Этот момент смущает и старшего партнера адвокатской компании «Кравец и Партнеры» Ростислава Кравца. «На мой взгляд, законопроект прописан исключительно с одной целью — отмена существующего моратория на продажу залогового имущества», — подчеркнул он.

Некоторые «огрехи» в рассматриваемом потенциальном законе подметил и партнер юридической фирмы «Ильяшев и Партнеры» Максим Копейчиков. К примеру, как отмечает он, одним из критериев, соблюдение которого необходимо для получения права на реструктуризацию валютного ипотечного кредита, является отсутствие в собственности заемщика или членов его семьи другого жилья. «Безусловно, это требование является справедливым. Но теоретически владение заемщиком на праве общей долевой собственности жилой недвижимостью в Крыму или на территории проведения АТО (к примеру, при приватизации этого жилья в начале 1990-х), т.е., объектами, которые нельзя использовать или продать для частичного погашения долга, может лишить его права на реструктуризацию», — сетует юрист.

При этом Ростислав Кравец отмечает, что вместе с принятием этого законопроекта, банки стараются сохранить запланированную сверхприбыль.

Хотя, с юристом не соглашается Елена Трояновская отмечая, что по данным НБУ, только прямые расходы банков с наибольшим портфелем валютных кредитов от списания части реструктурированного кредита составят около 15 млрд грн в соответствии с условиями разработанного законопроекта.

При этом, как сообщает председатель совета «ЕйСиАй – Украина» Павел Козак, Министерство финансов подсчитало, что банки из-за списания части долгов могут потерять 95 млрд грн. В то же время, НБУ озвучивал убытки банковской системы в размере 15 млрд грн или 40%.

«Что же касается возможности продажи кредитных портфелей после реструктуризации, то, вероятнее всего, подобная практика не будет пользоваться большой популярностью ввиду отсутствия развитого рынка подобных услуг в Украине и четких законодательных правил, регламентирующих подобные процедуры», — резюмирует Козак.

Марк Поллок, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Вчера НБУ совместно с Министерством финансов Украины презентовал законопроект о финансовой реструктуризации, которым определяются пути решения проблем с «плохими» кредитами. Документом предлагается законодательно урегулировать на промежуточный период – следующие три года – добровольную внесудебную реструктуризацию кредитов юрлиц, которые являются работающими бизнесами и могут эффективно функционировать в дальнейшем, но на сегодняшний день столкнулись с финансовыми сложностями.

Однако претендовать на реструктуризацию проблемной задолженности смогут далеко не все. Критерии, по которым будет определяться, подпадает ли конкретный бизнес под этот закон, инициаторы законопроекта собираются прописать в самом документе. Среди вероятных инструментов – столь популярное в последнее время привлечение внешних аудиторов. «Жизнеспособность предприятий будет проверяться независимой экспертизой. Банкам также необходимо будет развивать свою экспертизу в этом направлении», – рассказал в ходе презентации заместитель министра финансов Артем Шевалев.

«Под действие документа подпадает портфель кредитов в 200 млрд гривен. Это закон для нормального бизнеса. С недобросовестными заемщиками мы будем работать отдельно и с помощью других инструментов», – уточнил заместитель председателя НБУ Владислав Рашкован.

По мнению руководства Нацбанка, частично «расправившись» такими методами с проблемной задолженностью, финансовые учреждения смогут ощутимо повысить качество своих кредитных портфелей. «Основной целью данного законопроекта станет расчистка банковских балансов от накопившихся проблем и, как следствие, восстановление кредитования», – пояснил Рашкован.

Процедура предполагает добровольное участие предприятия в реструктуризации. Она будет происходить при согласии минимум трех финансовых структур, являющихся сторонами рамочного договора, или же одной финансовой структуры, которой принадлежит минимум 25% общей суммы долга.

«Будет создан координационный комитет, куда должны являться должники, и подавать соответствующие заявки. Такие заявки будет обрабатывать НАБУ, после чего будет формироваться комитет кредиторов. Для проведения реструктуризации, которая предполагает пролонгацию, изменение ставок либо новое финансирование, комитет будет оценивать жизнеспособность бизнеса», – отметил Юрий Гелетий, директор департамента финансовой политики Минфина.

В то же время, по словам авторов законопроекта, пока что у банков и заемщиков нет общих правил и прописанных процедур для реструктуризации. «Отдельные банки договариваются с отдельными кредиторами, и это не носит системный характер. У коммерческих банков сейчас нет стимула проводить серьезную реструктуризацию, так же, как нет механизмов координации кредиторов. Законопроект при этом описывает правила и процедуры, по которым кредиторы могут договариваться с компаниями-заемщиками», – объясняет Шевалев.

По его словам, Минфин и НБУ должны будут создать реальный механизм урегулирования кредитных отношений. При этом речь не идет о спасении нежизнеспособных компаний. А если в банк, выдавший в свое время кредит, зашла временная администрация, реструктуризацией будет заниматься Фонд гарантирования вкладов. Кроме того, закон не будет касаться связанных лиц.

Владислав Рашкован также подчеркнул, что законопроект создает действенные механизмы для недопущения проблем в сфере кредитования в будущем. Работать он должен совместно с пакетом документов о защите прав кредиторов, разработанным Национальным банком.

Кроме того, в пакете с данным законопроектом идет и проект закона, предполагающий налоговые льготы для финансовой реструктуризации. В частности, сумма списания должна быть освобождена от налогообложения.

Как отмечалось в ходе презентации законопроекта, ожидаемыми результатами финансовой реструктуризации проблемных кредитов юрлиц являются пересмотр нескольких параметров, в частности:

срока погашения кредита;

размера процентных ставок или других условий кредитного соглашения;

предоставления нового финансирования должнику;

списания части долга;

привлечения новых инвестиций в капитал должника;

реорганизации деятельности должника.

«В результате такой финансовой реструктуризации с целью снижения долговой нагрузки может состояться реструктуризация долга путем его замены на капитал, то есть компания может поменять свой долг на долю в своем капитале», – подчеркнул Артем Шевалев.

Координировать весь этот процесс поручат группе экспертов, в которую войдут представители НБУ, Минфина, Минэкономразвития и Минюста.

В случае утверждения законопроекта банки окажутся в выигрыше, уверяют авторы документа. По их словам, уменьшится количество проблемных кредитов, регулярнее будут возвращаться деньги вкладчикам, активизируется кредитование населения и корпоративного сектора, а доверие к банковской системе будет восстановлено.

Окажется востребован данный инструмент и среди бизнеса, полагает Сергей Фурса, специалист отдела продаж долговых ценных бумаг ИК Dragon Capital. «Это цивилизованный способ урегулировать существующую проблему. Больше всего будут заинтересованы в работе этого закона банки, у которых есть ипотечные кредиты», – уверен он.

Однако не все эксперты готовы разделить подобный оптимизм. Ростислав Кравец, старший партнер юркомпании «Кравец и партнеры», предупреждает: если в итоговом варианте законопроекта будут сохранены те критерии допуска, о которых говорят в НБУ, то число счастливчиков, чьи долги подпадут под реструктуризацию, окажется весьма незначительным. «Данным инструментом сможет воспользоваться, согласно [прописанным в законопроекте] критериям, примерно 0,5% украинского бизнеса», – констатирует он.

Что же касается непосредственно участников банковского рынка, то большинство из тех, к кому обращался за комментариями Forbes, оказались не готовы давать свои оценки. Банкиры ссылались на необходимость основательно изучить законодательную инициативу Нацбанка и Минфина – и лишь потом выходить с оценками и предложениями.

При этом эксперты отмечают, что сейчас сложно сказать, сколько заемщиков и банков пойдут на такую реструктуризацию. «Из положительного в этом законе то, что его исполнение необязательно. Он просто дает кредитору и заемщику (но только юридическому лицу) три варианта решения кредитного спора: 1) договориться самостоятельно, 2) идти в суд или 3) использовать предложенные в этом законе институты государственного посредничества в решении кредитных споров. То есть в этом случае государство дает возможность, но не принуждает», – поделился с Forbes своим первым впечатлением глава юридического департамента одного из банков на правах анонимности.

По словам собеседника издания, главный вопрос состоит в том, захотят ли кредитор и заемщик выбрать именно третий путь – договариваться о реструктуризации через нового государственного посредника. В связи с этим предложенный механизм вполне может оказаться «мертворожденным».

«Чтобы они захотели это сделать, нужны стимулы, которых я в этом законе, к сожалению, не увидел. Например, не предусматривается никаких налоговых или других стимулов для обеих сторон, чтобы они пошли друг другу навстречу. Во-вторых, создаваемые под этот закон госструктуры не будут иметь полномочий, чтобы обеспечивать выполнение должником обновленных обязательств, – перечисляет банковский юрист. – В-третьих, арбитражная функция уже выполняется сегодня и регулируется действующими законами. Чем новый механизм лучше существующих, непонятно. В-четвертых, закон не распространяется на физлиц».

В целом идея хорошая, но, чтобы заработать на практике, она требует серьезной доработки, резюмировал собеседник Forbes.

Вместе с тем, по словам Артема Шевалева, уже в ближайшую неделю документ подадут на рассмотрение в Кабмин.

Ольга Левкович, ФОРБС

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

На этой неделе в Национальном банке должна пройти встреча руководства НБУ с банкирами из банков с иностранным капиталом. Встреча будет посвящена попытке договориться о возможной реструктуризации валютных долгов финучреждениями с иностранными акционерами.

Напомним, Нацбанк Украины 8 мая сообщил о вступлении в силу Меморандума о реструктуризации валютных займов. Ирония в том, что банки с самыми большими портфелями валютных кредитов документ не подписали, а сам меморандум будет действовать только после отмены моратория на выселение неплательщиков. Зачем Украине недействующий меморандум о реструктуризации валютных долгов, и какой может быть реальная реструктуризация – выяснял Forbes.

Реструктуризация валютных займов: мифы и реальность

Реструктуризация валютных кредитов является одним из болезненных вопросов, в котором на сегодня больше политики, нежели практических действий. Напомним, в своих решениях по реструктуризации валютных кредитов скопом Украина зависит от договоренностей с МВФ.

Согласно 19-му пункту меморандума Украина – МВФ, «при принятии закона, который потребует принудительной конвертации валютных ипотечных кредитов в гривневые, президент должен будет наложить вето». Между тем источники Forbes в МВФ поясняют, что Фонд не является противником реструктуризации валютных займов. Ведь аналогичный сценарий был внедрен в Венгрии, во время работы в стране МВФ, и реализуется в настоящее время.

«Венгерский сценарий в Украине не рассматривался, потому что это разные обстоятельства, – говорит член совета НБУ Роман Шпек. – Потому что венгерский сценарий реализовывался за счет государства, у нас же страна не может позволить себе принять участие в таком процессе. У нас – девальвация 300%, Крым, Донбасс».

Однако найти пряник или кнут для украинских банков с целью проведения реструктуризации займов будет непросто. Председатель правления ОТП Банка Тамаш Хак-Ковач рассказывает, что в Венгрии был принят закон о реструктуризации. «В Венгрии несколько месяцев тому назад провели принудительную конвертацию займов в форинты. Местный национальный банк предоставил банкам валюту для этих целей. В Украине это невозможно», – констатирует Хак-Ковач.

Пока что все действия по массовой реструктуризации валютных займов являются больше декларативными. Партнер компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец отмечает, что меморандум носит декларативный характер, и даже исходя из условий документа – не действует. «Меморандум – документ, [принятый] чтобы сбить ажиотаж, связанный с курсом, и успокоить толпу», – характеризует документ Кравец.

Опрошенные Forbes банкиры считают, что меморандум – своего рода компромисс, потому что реальные действия каждый банк регулирует на свое усмотрение. При желании – предпринимает, при желании – не предпринимает.

«Банки сами будут выбирать, в какой степени они будут выполнять этот меморандум по реструктуризации, с точки зрения отношений с регулятором, общественного мнения и объективной ситуации по тому или иному заемщику», – считает экс-член совета НБУ Василий Горбаль.

Меморандум, договоренность по которому была достигнута еще в марте, подписали, в том числе, Альфа-Банк, банки «Михайловский», «Приват», «Креди Агриколь», «Платинум». Среди подписантов – даже неплатежеспособные «Надра» и «Дельта», которые уже относятся к сфере Фонда гарантирования вкладов.

Ростислав Кравец из компании «Кравец и партнеры» отправил в НБУ запрос с просьбой прояснить, как была просчитана доля валютных займов, подпадающих под реструктуризацию

Роман Шпек сообщил Forbes, что на обращения Национальной ассоциации банков Украины об участии в меморандуме государственных банков Министерство финансов не ответило: «Удивительно, что Минфин не отвечает на вопросы по госбанкам, хотя именно Минфин формирует наблюдательные советы госбанков, которые могут, в том числе, рассмотреть вопрос и представить его перед Кабинетом министров».

По другим банкам с иностранным капиталом НАБУ обращалась в наблюдательные советы. Напомним, крупными держателями кредитов в валюте являются Райффайзен Банк Аваль, Укрсоцбанк, ОТП Банк и другие. Например, по данным Тамаша Хак-Ковача, под реструктуризацию в портфеле ОТП Банка подпадают кредиты на $ 200 млн – или 80% валютного портфеля. «У нас около 7000 валютных займов, которые могут подлежать конвертации. На конец первого квартала мы конвертировали в гривну около 15% портфеля», – поясняет член правления АО «ОТП Банк» Тарас Проць.

Главной помехой для реструктуризации по меморандуму является то, что в Украине до сих пор действует запрет на отчуждение жилья неплательщиков. «При наличии в Украине моратория на отчуждение жилья не все банкиры пойдут на реструктуризацию. Потому что отмена моратория – это условие меморандума», – напоминает Шпек. По словам Василия Горбаля, условие об отмене моратория на отчуждение жилья – это встречное требование банка, чтобы Верховная рада отменила мораторий. «Но в настоящее время я сильно сомневаюсь, что мораторий отменят», – продолжает Горбаль.

«При конвертации по льготному курсу у банка получается разбалансировка валютной позиции. Пока что никто не предложил сценария, как эту разбалансировку компенсировать», – объяснил один из банкиров.

О каком масштабе проблем идет речь? Например, в ПриватБанке речь идет о нескольких процентах кредитов от общего портфеля. У банка «Михайловский», одного из подписантов валютного меморандума, вообще нет кредитов в валюте. Председатель Национального банка Украины Валерия Гонтарева оценивала, что под реструктуризацию подпадает 40% от всех валютных кредитов, или около 15 млрд гривен.

По оценке Ростислава Кравца, под реструктуризацию подпадает менее 5% кредитов. «Чтобы меморандум был действительным, в документ нужно вносить серьезные правки. Ирония в том, что даже в НБУ не раскрывают информацию, откуда эта сумма взята, как посчитана сумма кредитов, подпадающих под реструктуризацию», – подчеркивает Кравец.

«Моя точка зрения такова, что валютные кредиты – это, в большой степени, искусственно обостряемая проблема. Все банки, в том числе и мы, предлагают клиентам конвертацию, дают дисконт, и все, чтобы не пустить клиента на просрочку. К сожалению, многие из активистов хотят провести реструктуризацию вне зависимости от итоговой возможности платить», – считает Тамаш Хак-Ковач.

Позиция самих гражданских активистов заключается в том, что реструктуризацию нужно проводить по курсу 5

грн/$ . Член общественной организации «Банковский контроль» Любовь Молчанова настаивает, что при курсе 8 грн/$ 50% заемщиков все равно не смогут платить. «Банки начали с нами войну, когда курс был 11 грн/$ . То есть банки не согласились на разницу в 6 грн, но теперь соглашаются на разницу в 13 грн по каждому доллару. Потому это выглядит как завышение убытков за счет заемщиков», – рассказывает Молчанова. Напомним, за первый квартал 2015 года у банков образовалось 80 млрд гривен убытков.

Согласно данным Forbes, 15 мая в НБУ должна пройти встреча банков с иностранным капиталом, в том числе – Укрсиббанком, Укрсоцбанком, Райффайзен Банком Аваль и другими. Уже по ее итогам будет понятно, получается ли договориться с иностранными банками о массовой реструктуризации валютной ипотеки, и в какой мере такая реструктуризация повлияет на банковский сектор.

Ответ НБУ по финансовым результатам для банковской системы от реструктуризации валютных долгов

Маргарита Ормоцадзе, ФОРБС

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Многие просят Президента ветировать Закон (в том числе и банковское сообщество), считают его дискриминационным и ожидают крайне негативных последствий в случае его вступления в силу, вплоть до развала экономики. Часть специалистов уверяет, что банковская система вовсе не пострадает, поскольку таких кредитов осталось мало.

ЮРЛИГА узнала мнения юристов, которые представляют противоположные стороны в ситуации с реструктуризацией кредитов.

Надежда Рыбальченко, юрисконсульт АО «Национальная правовая палата»:

«Впервые официальное сообщение о том, что Комитет по вопросам финансовой политики и банковской деятельности ВР рекомендует принять за основу проект закона № 1558-1 «О реструктуризации обязательств по кредитам в иностранной валюте», появилось 20 марта 2015 года и подразумевало, что законопроект в перспективе станет базой для более широкого обсуждения и поиска компромисса. Сам компромисс пытались найти более года, и как можно заключить из анализа законопроекта — попытка оказалась неудачной.

В поисках баланса между интересами людей, которые стали заложниками курсовых колебаний, и сложностями банковской системы, в результате парламентариям удалось принять настолько несбалансированный документ, который еще более расшатает и без того нестабильную финансовую систему и вынудит заплатить за эту инициативу средствами государственного бюджета, а значит деньгами другой части людей — обычных налогоплательщиков.

Если говорить о законопроекте № 1558-1 исключительно с правовой точки зрения, то выполнение его норм косвенно впоследствии будет связано с необходимостью со стороны государства выполнения норм Закона «О системе гарантирования вкладов физических лиц». Кроме того, положения законопроекта № 1558-1 вступают в прямую конфронтацию с нормами других действующих законодательных актов. В частности, вопросы договорных отношений субъектов хозяйствования в первую очередь регулируются Хозяйственным и Гражданским кодексами Украины, согласно которым стороны самостоятельно определяют степень ответственности при заключении договора. Таким образом, пересмотр обязательств, внесение дополнений и изменений, таких как, например, реструктуризация задолженности по кредитному договору, решаются непосредственно между сторонами, то есть, кредитором и заемщиком.

Кроме того, нормы законопроекта № 1558-1 нивелируют также такие законы, как «О банках и банковской деятельности» и «О защите прав потребителей», которыми также гарантирована самостоятельность банков в вопросе ведения собственной кредитной политики, определения условий размещения средств и займа, процентных ставок по таким операциям.

Подобные нормы о невмешательстве государственных органов закреплены также в Меморандуме об экономической и финансовой политике, который принят Президентом Украины, Кабинетом Министров, Минфином и НБУ 18 августа 2014 года в целях сотрудничества с МВФ. К примеру, пунктом 8 данного Меморандума государство гарантирует сохранение стойкости банков, а пунктом 14 предусматривает принятие специального закона для реструктуризации исключительно ипотечных займов в иностранной валюте, но только при условии тщательного анализа финансового состояния заемщиков и предварительного согласования ситуации с банками. Именно пренебрежение этими нормами и вызвало возмущение со стороны международных партнеров Украины после голосования ВР за законопроект № 1558-1.

Также хотелось бы отметить очень важную деталь всего шумного процесса вокруг принятия законопроекта № 1558-1: принимая одни законы в угоду социальным настроениям общества, нельзя пренебрегать нормами остального законодательства. Это угрожает эффективному функционированию всей правовой системы, которая в Украине и так далека от сбалансированности».

Национальный банк не раз высказывался, что принятие законопроекта 1558-1 будет иметь разрушительный характер для финансовой и банковской системы. По мнению регулятора, если все кредиты, предоставленные физлицам-резидентам в иностранной валюте конвертировать в гривню по курсу 5,05 грн./долл. США, то банковская система понесет убытки в сумме около 100 млрд. грн.

«Реализация указанных положений приведет к тому, что банковская система утратит способность придерживаться обязательных нормативов капитала, что приведет к необходимости немедленной капитализации банковской системы, в том числе государством через рефинансирование, а это дополнительная существенная нагрузка на государственный бюджет. Такие нововведения приведут к массовому отнесения банков к категории неплатежеспособных, увеличению расходов Фонда гарантирования вкладов физических лиц», — говорится в сообщении НБУ, который считает, что урегулировать данный вопрос необходимо исключительно на добровольных и договорных началах.

Ростислав Кравец, адвокат, старший партнер АК «Кравец и партнеры»:

«Законопроект № 1558-1, на мой взгляд, единственный за последние 7 лет, предложивший реальный механизм погашения валютных кредитов. И при этом без перекладывания ответственности на государство, против чего выступал МВФ, и фактически дающий шанс заемщикам погасить долги, а государству не потерять ни копейки и свободно вздохнуть, предоставив возможность реальному сектору экономики выйти из тени.

Единственных, кого он не устраивает, — это банки, желающих получить прибыли в 1000% вместо 100%, и приближенных к ним депутатов, наживающихся на проблемах валютных заемщиков. Ведь абсолютно объективно можно сказать, что сегодня для банка вопрос стоит не в возврате средств, а исключительно в размере получаемой прибыли. Большинство этих псевдовалютных кредитов уже давно возвращены финучрежедениям и сегодня стоит вопрос только в размере полученной сверхприбыли.

Ведь даже в случае получения реальной валюты на руки в дальнейшем 95% этих средств оставалось в стране и обменивалось в тех же банках на гривню. Именно банки распоряжались полученной валютой, в своих интересах привлекая ее за границей и размещая в Украине с рентабельностью, в несколько раз превышающей заграничные проценты.

В отношении же самого принятого закона можно отметить, что его действие распространяется исключительно на взаимоотношения, возникшие между заемщиками физлицами-резидентами Украины и банками, а также другими финучреждениями и лицами, которым переуступлены права по потребительским валютным кредитам. При этом его действие не распространяется на физлиц-предпринимателей, юрлиц и кредиты, выданные для развития бизнеса, чем ранее довольно удачно манипулировало банковское лобби в парламенте, стеная о развале экономики.

По данным НБУ, доля потребительских валютных кредитов не превышает 15 млрд.грн. И в данном случае речь идет исключительно о фактической прибыли финучреждений. Откуда появилась цифра 100 млрд. грн. — не совсем понятно. Хотя, на мой взгляд, сумма непогашенных валютных кредитов является, даже исходя из февральских данных НБУ, сильно завышенной, и не включает в себя те дисконты, с которыми банки перекупали кредиты у других финучрежедений. Сами дисконты в среднем составляли порядка 90%. Поэтому и проблема потребительских кредитов для экономики сильно преувеличена и абсолютно не соответствует действительности. Тот же Фонд гарантирования вкладов на сегодня даже работающие кредитные обязательства продает со значительными дисконтами.

Поэтому, на мой взгляд, вся эта шумиха инициирована исключительно с целью получить как можно больше прибыли и не уплатить с нее налоги».

По информации веб-сайта Верховной Рады, сейчас Закон о реструктуризации готовится на подпись.

ЮРЛИГА

Адвокатская компания Кравец и Партнеры