“Денег на содержание нет”

На прошлой неделе ВР приняла в первом чтении законопроект, которым предлагается утвердить список из 74 госпредприятий, в которых доля государства должна составлять 100%. Указано также девять АО, в них доля Украины должна составлять 50% +1 акция. Среди них такие гиганты, как НАК «Нафтогаз Украины», АО «Укрпочта» и АО «Укрзализныця». Документ разрешает приватизацию 49% акций этих обществ, тогда как сейчас государству принадлежит по 100% акций этих компаний.

Как объясняет «Вестям» советник президента по экономическим вопросам Олег Устенко, решение, которое принял парламент — это скорее решение для глобального движения на приватизацию. «Каждая государственная компания, особенно когда речь идет о крупных, таких как «Укрзализныця», «Укрпочта» и «Нафтогаз», на протяжении последних десятилетий с завидной регулярностью сталкивается с различного рода проблемами. Это и поезда, которые сходят с рельс, и, что не менее важно, не совсем прозрачные финансовые отчетности, которые наблюдаются во всех перечисленных выше компаниях», — отмечает Устенко.

Второй вопрос связан с тем, что практически каждая из этих компаний требует технической модернизации. «А это вопрос больших инвестиций, которые государство сейчас дать не может. И единственный выход — это попытаться привлечь инвестора путем выставления части акций на свободный рынок», — сказал «Вестям» Устенко.

При этом, по его словам, если речь идет о монопольных компаниях, то замена их частниками всегда сопряжена с большим количеством рисков. «Поэтому очень многое будет зависеть от того, как будут выписаны инвестиционные договора. Это вопрос, над которым сейчас работает ФГИ», — сказал «Вестям» Устенко.

“Скидок по газу больше не будет”

Одним из самых лакомых активов, которые остались в Украине, безусловно является «Нафтогаз». «Укргаздобыча», которая входит в его структуру на сегодняшний день добывает более 70% газа в стране. Чистая прибыль самого «Нафтогаз», по данным обнародованного ранее финплана, в 2021 году ожидается около 11,5 млрд грн. Выплаты в пользу государства ожидаются на уровне 58,1 млрд грн.

Стоит заметить, что его прибыльность — это во многом заслуга высоких тарифов, которые платят украинцы. В самой компании уже давно не скрывают, что главной целью до 2025 года видят вывод компании на IPO (первичное публичное размещение акций на бирже. — Авт.). Что принесет компании такое решение — вопрос весьма спорный. С одной стороны, как уверяют сторонники приватизации, это позволит привлечь дополнительные инвестиции и увеличить добычу собственного газа, но с другой — есть все риски потери контроля над компанией. «С точки зрения внешнего управления, продажа 49% акций будет означать передачу контроля над ключевым государственным предприятием. Ведь абсолютно не важно, какая доля у вас. Важно, кто управляет. На примере «Укрнафты» мы видим, что совсем не нужно иметь мажоритарный пакет, чтобы управлять бизнесом», — говорит «Вестям» энергетический эксперт Валентин Землянский. Он имеет в виду, что, даже несмотря на наличие контрольного пакета акций у госдарства, все ключевые решения принимались миноритарными акционерами. В число которых входит олигарх Игорь Коломойский.

По словам эксперта, по такой логике становится абсолютно понятно, почему правительство не идет на снижение цен на газ для населения. «Все делается для того, чтобы показать максимально возможный финансовый результат перед тем, как вывести на компанию на биржу. И делается это за счет украинцев.

В противном случае мы бы сейчас говорили о пересмотре цены для населения, формировании годового контракта на основе цены собственной добычи и имели 5–6 грн за куб. м», — говорит «Вестям» Землянский.

Кроме самой добычи, иностранцев интересуют хранилища. «ПГТ находятся в собственности «Укртрансгаза». По сути, под 100%-м контролем «Нафтогаза». Если говорить про IPO, то иностранцев могут интересовать только две вещи — это добыча и хранение. Причем хранение интересует даже больше. Во-первых, это позволит обеспечить энергетическую стабильность ЕС, а во-вторых, это дает возможность производить выгодные операции, реализуя и храня газ на територии Украины, но по ценам с привязкой к европейским биржам», — отмечает Землянский.

А вот украинцам приватизация ничего хорошего не сулит. «Если «Нафтогаз» перестанет быть на 100% государственной компанией, то влиять каким-то образом на цены государство, боюсь, больше не сможет», — сказал «Вестям» Землянский. Это значит, что применение граничных цен на газ для населения, которые были установлены в этом году на уровне 6,99 грн за куб. м, после частичной приватизации станет невозможным. И в случае повышения цены на газ на европейских биржах пропорционально будет расти цена куб. м и в платежках.

В то же время, как говорит «Вестям» глава комитета Верховной Рады по вопросам энергетики и жилищно-коммунальных услуг Андрей Герус, перспектива частичной приватизации пока весьма туманна. «Нет никаких шансов, что в этом году «Нафтогаз» будет выведен на IPO или частично приватизирован», — сказал «Вестям» Герус.

“УЗ не интересна иностранцам”

А вот «Укрзализныце» пока похвастаться перед возможными инвесторами нечем. Чистый убыток компании за девять месяцев 2020 года составил 11,36 млрд грн. Такие результаты объясняют падением доходов от перевозок из-за Covid-19. В добавок основные средства компании находятся в катастрофическом состоянии износа. Около 98% локомотивов и поездов, 93% пассажирских вагонов, 70% грузовых вагонов и 30% путей отработали свой срок службы и требуют замены или глубокой модернизации. И для того чтобы ситуация изменилась, необходимы кардинальные шаги и колоссальные инвестиции.

Одним из выходов из ситуации в правительстве видят частичную приватизацию. Но, как говорит «Вестям» заместитель министра финансов Александр Кава, в таком состоянии компания просто не интересна инвесторам. К тому же, по опыту других стран, приватизация железной дороги не всегда несет ожидаемый эффект. «Как показывает опыт разных стран, все железные дороги находятся в государственной собственности. Прецедентов по приватизации железных дорог не было. Были попытки приватизировать в Эстонии и Англии. Но это привело к тому, что спустя время их пришлось национализировать и платить за эту национализацию гораздо большую сумму, чем было получено за приватизацию. Железные дороги эффективно работают только при достаточном государственном финансировании. А частники это обеспечить не могут. Поэтому эксперименты в Украине проводить точно не стоит. Нужно заниматься развитием отрасли, а не отвлекать внимание на подобные вещи», — сказал «Вестям» Кава.

По его словам, до недавнего времени единственным прибыльным направлием в УЗ были международные транзитные грузовые перевозки. «И то, за последние пять лет они сократились на 60%. В таком состоянии наша железная дорога не интересна никому. Техническое состояние ужасное, а технологически она осталась в 60-х годах прошлого века и нуждается в больших капитальных вложениях. Более того, железная дорога выполняет множество социальных функций. В том числе перевозка пассажиров по тарифам, которые гораздо ниже себестоимости, а также перевозка отдельных категорий грузов по тарифам ниже себестоимости. В таких условиях бизнес работать не будет. УЗ уже много раз раз то включают, то исключают из приватизационного списка. Но это не более чем бег на месте и имитация бурной деятельности. Железные дороги развиваются только благодаря огромным вложениям со стороны государства. А просто под шумок забрать самые сладкие активы и высокорентабельные виды деятельности, оставив на государстве только убыточную деятельность, абсолютно несправедливо», — говорит «Вестям» Кава. К тому же такие шаги могут привести к абсолютно неконтролируемому росту цен на ЖД перевозки. Частные ЖД-операторы есть во многих странах. И стоимость билетов там намного выше, чем в Украине. Например, билет на поезда частной компании по маршруту Лондон — Эдинбург (длина 550 км, 4–5 часов в пути) стоит 146–166 фунтов стерлингов, или 175–200 долл. Тогда как проезд поездом Париж — Ницца (длина 850 км, 6–7 часов) государственной компании SNFC стоит в среднем 87–106 долл., хотя вы путешествуете на значительно большее расстояние и с большей скоростью. На «Укрзализныце» же поезд Киев — Львов «Интерсити» (550 км, 5 часов) стоит 14–40 долл. Это более чем в пять раз дешевле стоимости перевозок в Великобритании.

Вопрос почты

Что касается «Укрпочты», то, при всей своей закостенелости и отсталости, предприятие имеет несколько очень привлекательных для покупателя активов. Во-первых, это наличие огромного количества недвижимости (1,3 млн кв. м!), а также готовое финансовое учреждение с инфраструктурной сеткой и налаженными логистическими связями по всей стране. Кроме того, открывается огромное поле для обслуживания клиентов в сельской местности, где нет инфраструктуры традиционных банков.

Но главное, что «Укрпочта», как и «Укрзализныця», сегодня обеспечивает ряд социальных функций. А они зачастую прямо противоречат логике экономических бизнес-процессов, которые заключаются в получении и максимизации прибыли. «Если говорить про «Укрпочту», то это даже более чувствительная социальная тема. Ведь, кроме прочего, это еще и доступ в села и доставка пенсий. Поэтому очень важно, как будет выписан инвестиционный договор. Но президент не раз подчеркивал, что главный вопрос сегодня не в спешке, главное — это правильно выписанная документация с целью минимизации рисков. Именно этим сегодня занимается ФГИ», — сказал «Вестям» советник президента по экономическим вопросам Олег Устенко.

“Семь раз отмерь – один отрежь”

В то же время, как говорит «Вестям» эксперт Growford Institute, экономист Виктор Скаршевский, представители нынешней власти, да и многие эксперты, переоценивают значение большой приватизации. Особенно в наших условиях, когда отсутствует защита прав собственности, а регуляторные институты — слабые. «Самое главное — это что будет происходить после смены формы собственности. Улучшится ли управление, будут ли инвестиции, повысятся ли зарплаты, будут ли созданы новые рабочие места? Но, как показывает пример «Криворожстали», после приватизации не были выполнены даже социальные и экологические обязательства. Это говорит о том, что при слабых регуляторных органах приватизация никакого эффекта не даст. Более того, если заходит инвестор и видит в компании какие-то убыточные направления, то он в любом случае будет их закрывать. Работать они могут лишь в том случае, если они будут компенсироваться из государственного бюджета. Но зачем тогда все усложнять? Если в предприятиях есть социальная нагрузка, то такие предприятия необходимо оставлять в государственной собственности. Приоритет — улучшение эффективности на государственных предприятиях. И приватизация — не панацея, а лишь один из возможных вариантов», — сказал «Вестям» Скаршевский.

В свою очередь, адвокат Ростислав Кравец и вовсе уверяет, что подобная приватизация может привести к окончательной потере предприятий. «То, что сегодня лица, которые проходят стажировку в различных американских вузах, компаниях и разведслужбах, в Украине пытаются провести приватизацию стратегических предприятий, говорит об одном — наши иностранные партнеры хотят окончательно уничтожить экономику Украины. Мы понимаем, что инвестиции вряд ли будут, сама приватизация произойдет за копейки, как это происходило все годы независимости. И пользы для страны в целом и экономики не будет. Все эти действия направлены на подрыв экономической безопасности страны. А лица, которые выступают с этой инициативой, я считаю, подлежат привлечению к уголовной ответственности по статье «Государственная измена». Причем с избранием меры пресечения без какого-либо залога», — сказал «Вестям» Кравец.

По его словам, несмотря на то, что мажоритарный пакет акций будет у государства, держатели 49% акций получают практически безграничное влияние. «В том числе они могут блокировать проведение собраний акционеров и требовать назначения своего топ-менеджмента на ключевые должности. И фактически за это время, устроив различные корпоративные войны, они могут уничтожить эти предприятия, а всю прибыль вывести за границу. Я считаю, что инвестором может быть только украинское предприятие без права вывода средств за границу. Мы уже видели на примере приватизации отеля «Днепр», когда при отсутствии денег внутри страны сюда зашли российские деньги. Тут будет то же самое. Первым делом Украине следует убрать набсоветы с иностранцами из государственных предприятий. Как мы видим, все предприятия становятся убыточными после того, как там появляются наблюдательные советы из иностранцев», — сказал «Вестям» Кравец. Таким образом, как говорит экономист Алексей Кущ, в данном вопросе как никогда важен принцип: семь раз отмерь — один раз отрежь. «Ведь одно дело «малая приватизация» складов и устаревших АТП с автомусором. И совсем иное — таких компаний, как «Нафтогаз», УЗ и «Укрпочта». Нынешняя и завтрашняя Украина никогда не сможет создать с нуля даже нечто отдаленно напоминающее действующую железную дорогу, систему ГТС и подземных хранилищ газа. Никогда не построит новый ОПЗ, аммиакопровод или атомные станции», — резюмирует Кущ.

ВЕСТИ

АО «Кравец и Партнеры»

Он обращает внимание на странное поведение НАБУ, которое вместо реакции молчаливо соглашается с происходящим. Кравец называет “очковтирательством” подписанный в прошлом году меморандум между “УЗ” и НАБУ о совместной борьбе с коррупцией.

Цитата

“Я рассматриваю меморандум НАБУ с „Укрзализныцей“ исключительно как попытку очковтирательства с их стороны. Мы знаем о последних скандалах, связанных с „Укрзализныцей“, и понимаем, что компании могли нанести огромный ущерб. И если в других отраслях НАБУ сразу на это реагирует, то здесь у НАБУ странное молчание. Вообще, отсутствие какой-то реакции на подобные действия может свидетельствовать о том, что цель меморандума: под контролем НАБУ уничтожить крупнейшее государственное монопольное предприятие в Украине, сделать его убыточным. А поскольку железная дорога является основой экономики — нанести удар по экономике Украины. „Укрзализныця“ станет убыточной, государство не сможет ее содержать и придется ее приватизировать или отдавать в частные руки. И, похоже, что цель меморандума пустить пыль в глаза, когда уничтожается компания”, — сказал Кравец.

Детали

В октябре 2020 года “Укрзализныця” и НАБУ подписали меморандум о совместной борьбе с коррупцией. После скандалов и отставки коммерческого директора Иракли Эзугбая и главы правления Владимира Жмака в НАБУ сообщили, что меморандум имел только декларативный характер и не имел правовых последствий. Суть меморандума заключалась в том, чтоб “Укрзализныця” отвечала на запросы НАБУ.

“Они бы и так отвечали на уровне законодательства. На самом деле, что касается меморандумов НАБУ, они их скрывают. Я в свое время даже оспаривал подобные вещи и пытался добиться раскрытия меморандума между НАБУ и ФБР, что они им предоставляют — но они так не сделали этого”, — добавил Кравец.

Контекст

11 марта в отставку подал коммерческий директор “Укрзализныци” Иракли Эзугбая — бывший глава железной дороги Грузии, обвиненный там в хищениях в особо крупных размерах. 15 марта Кабмин уволил главу правления “Укрзализныци” Владимира Жмака, бывшего заместителя Михаила Саакашвили в Одесской областной госадминистрации. Всех троих (пока неофициально) подозревают в действиях, которые могли ухудшить финансовое положение “Укрзализныци”, а это: занижение тарифов на грузоперевозку, передача значительного парка полувагонов на три года по фиксированной цене компании из орбиты Рината Ахметова, а также реформирование “Укрзализныци”, а именно выделение вертикали грузоперевозок (самая прибыльная часть “УЗ”) “Карго” в способ, который противоречил европейским директивам. Все эти действия остались без внимания НАБУ, которое от имени детектива Дениса Гюльмагомедова расписалось в меморандуме.

Если раньше Гюльмагомедов тщательно отслеживал льготы на грузоперевозку и привлекал к ответственности должностных лиц “УЗ” за их предоставление, то в случае с Иракли Эзугбая и его решением занизить тарифы на грузоперевозки и как следствие недополучить как минимум 7 млрд грн реакции детектива не последовало. Разумеется, Эзугбая со Жмаком против себя не свидетельствовали, а НАПК, несмотря на публичные призывы проверить Эузгбая на предмет конфликта интересов, — этого не сделало.

Из открытых источников известно, что НАБУ с даты подписания меморандума не открыло ни одного дела против правления “Укрзализныци” на фоне недополучения 25 млрд грн от запланированного годового дохода госкомпании, а также по информации СМИ известно о возможной связи Эзугбая с интересами “Индустриальной группы Грузии” и компании Рисоил, которые в Украине имеют отношение к грузоперевозкам на железной дороге и управляют (через договор концессии) херсонским портом.

О детективе НАБУ Гюльмагомедове известно, что он получает гранты от фонда “Возрождение” Джорджа Сороса (считавшегося спонсором политического движения Саакашвили в Грузии), а также вместе с первым заместителем директора НАБУ Гизо Углавой посещает организованные этим фондом мероприятия.

Связующим звеном между правлением “Укрзализныци” и НАБУ вероятней всего была Полина Чиж, которая была ранее помощницей первого заместителя директора НАБУ Углавы, а после оказалась в “Укрзализныце”. Журналисты выдвинули версию, что “Укрзализныцей” в этот период мог управлять Михаил Саакашвили, а схема связей выглядела так:

Дополнение

Сам Гюльмагомедов на момент выхода публикации на вопросы УНН не ответил.

О журналистском расследовании и возможной связи детектива НАБУ Дениса Гюльмагомедова с членами правления “Укрзализныци” НАБУ сообщило в Специальную антикоррупционную прокуратуру.

Также известно

Временная следственная комиссия парламента, созданная в январе для оценки критического положения “Укрзализныци”, на следующее заседание вызвала правоохранителей, которые должны были надзирать за соблюдением законов в “Укрзализныце”. В том числе ожидается доклад НАБУ.

АО «Кравец и Партнеры»

«Настоящей цены никто не даст»

Еще весной во время карантина приватизация крупных объектов в Украине была остановлена до стабилизации на финансовых рынках. Период действия ограничительных мер использовался больше для аудита на предприятиях, поиска инвесторов и разработки маркетинговых материалов для выставления объектов на аукционы сразу после кризиса.

«В условиях мировой экономической турбулентности, вызванной эпидемией COVID-19, сейчас принимаем решение воздержаться от выставления на приватизационные аукционы объектов большой приватизации и государственных предприятий до стабилизации ситуации на финансовых рынках», – писал на своей fb-странице глава Фонда госимущества Дмитрий Сенниченко в конце марта.

Правительство вернулось к теме приватизации в августе. На заседании Кабмина, 12 августа, было принято решение о передаче около 200 государственных предприятий для дальнейшей продажи. Как сообщали в правительстве, это непрофильные и неприбыльные активы, большинство которых не осуществляет производственной деятельности и требует инвестиций.

«В Украине около 3000 государственных предприятий. Подавляющее большинство из них – это неприбыльные активы, которые, к сожалению, используются только для различных схем и махинаций, в том числе и коррупционных. Единственный выход это остановить – передать такие предприятия в частные руки. В результате мы получим сохранение и увеличение количества рабочих мест, уплату налогов и привлечение инвестиций», – заявил министр развития экономики, торговли и сельского хозяйства Украины Игорь Петрашко.

Кроме того, было заявлено, что Кабмин завершает подготовку законопроекта о перечне объектов запрещенных к приватизации.

«Наша стратегия – оставить около 300 предприятий из более 3000, находящихся в госсобственности», – сказал премьер-министр Денис Шмыгаль, но чуть позже уточнил цифру. В правительстве планируют оставить в госсобственности около 600 объектов. Как правило, это те, которые обеспечивают энергетическую независимость, обороноспособность государства, являющиеся естественными монополиями и те, которые имеют критически важное значение для обеспечения жизнедеятельности населения.

«Среди таких объектов “Нафтогаз”, “Энергоатом”, “Укрэнерго”, “Укргидроэнерго”, “Укрзализныця”, “Укрпочта” и другие», – уточнил Шмыгаль.

Все эти приватизационные процессы проходят в Украине в то время, когда экономический кризис не миновал и выгодная продажа госимущества по-прежнему невозможна.

«Сейчас крайне неблагоприятное время для приватизации, и если исходить из интересов бюджета, то приватизировать не выгодно, потому что настоящей цены никто не даст, бизнес в упадке, – говорит экс-министр экономики Украины Виктор Суслов. – Обычно приватизацию в целях пополнения бюджета не проводят в условиях такого падения производства, падения спроса, кризисного развития. Так что цель очевидно тут не пополнение бюджета. Цель возможно передача каких-то объектов за бесценок своим людям или олигархам, или за откаты, что-то такое. Другого чего-то разумного для такой приватизации, которую они сейчас проводят, придумать невозможно».

По оценкам главы украинского правительства большая приватизация должна принести бюджету в ближайшие годы около одного миллиарда долларов. Очень неконкретные сроки. Планируя бюджет на 2020 год, правительство намеревалось получить по 6 миллиардов от большой и малой приватизации. Негусто. При этом, как показывает практика, планы по приватизации не выполняются каждый год. Например, по итогам 2019 года такой план был выполнен только на 3 %. Сами же заявленные цели типа развития предприятий и создания рабочих мест после приватизации очень преувеличены.

«Нет ведь никаких препятствий для частного сектора инвестировать и создавать новые современные предприятия, – говорит Виктор Суслов. – Поэтому наивно рассуждать, что частный сектор по каким-то причинам ничего не инвестирует, а вот если дать ему возможность, то он начнет их якобы приватизировать. По мировой практике государство стремится избавляться от неэффективных и избыточных предприятий, ну а у нас едва ли это будут делать».

«Правительство выполняет задачу распродажи интересных объектов в частные руки по дешевке, – говорит экономический эксперт Всеволод Степанюк. – Есть несколько стратегических предприятий. Такие предприятия являются прямыми конкурентами транснациональных корпораций. Их надо закрыть и лучший способ – это приватизация, как показывает украинская практика последних 30 лет. Лучший способ закрыть предприятие – это продать его прямому его же конкуренту».

Новый-старый законопроект

Говоря о том, что стратегические крупные предприятия останутся в государственной собственности, правительство имеет на это весьма своеобразный взгляд. Он отражен в проекте закона «О перечне объектов права государственной собственности, которые не подлежат приватизации». Согласно документу, часть корпоративных прав на акционерные общества может быть продана, но у государства останется 50 % плюс одна акция. Таких государственных предприятий девять: НАК «Нафтогаз», компания «Артем», Феодосийская судостроительная компания «Море», завод «Фиолент», Киевский завод автоматики, «Укрзализныця», «Укрпочта», «Хартрон» и ПрАТ «Киев-Днепровское МППЗТ». Такие условия, по мнению экспертов, будут означать фактически приватизацию данных предприятий, среди которых очень много прибыльных.

«НАК “Нафтогаз” имел прибыль в прошлом году 63 миллиарда гривен, уплата в бюджет налогов составила 121 миллиард гривен, это достаточно прибыльное предприятие, – говорит экономический эксперт Всеволод Степанюк. – Продажа 49 % акций – это вообще-то приватизация части предприятия. Это прямое нарушение закона о запрете приватизации, потому что частично предприятие будет в руках частного капитала. Мы уже имеем примеры, когда миноритарные акционеры назначали своих управляющих и посредством этого контролировали предприятие. Трудно назвать пакет 49 % миноритарным пакетом. Это не миноритарный пакет, это блокирующий, а вообще-то основной пакет акций. В нормальных акционерных обществах контрольный пакет может быть и 10 %, и 8 %, а 49 % – это, естественно, контрольный пакет, а не какая-то частичная приватизация».

По мнению эксперта, такая приватизация части крупных госкомпаний в будущем приведет к их полной приватизации. Нет гарантий, что владея по системе 50 % плюс одна акция, государство будет управлять предприятием.

«У нас существует закон о защите миноритарных акционеров, где очень сильно усложнено принятие и назначение руководящих органов без добра миноритарных акционеров, где нельзя собрать собрание акционеров, если определенное количество не пришло, естественно, больше чем 50 %. То есть государство, имея даже 50 % плюс одна акция, полностью теряет контроль над предприятием», – говорит Всеволод Степанюк.

Подобный законопроект поступал в Верховную Раду еще в феврале этого года, когда правительство возглавлял Алексей Гончарук. Проект был отозван в марте, но не прошло и полгода, как он снова актуален для Кабмина, но уже под руководством Дениса Шмыгаля.

«В государстве около 3600 предприятий, – говорит глава Центра анализа и стратегий Игорь Чаленко. – Некоторые в “спящем” режиме, неактивные, большинство из них убыточные и содержатся за счет налогоплательщиков. Буквально 100 из них приносят 95 % прибыли из всей госсобственности, и они являются лакомым куском с точки зрения контроля крупных промышленных групп либо путем частичной приватизации, либо путем заведения своих людей в руководство. Не обязательно получать право владения. Если мы разрешим приватизацию 49 %, мы можем получить ситуацию, которая много лет была с “Укрнафтой”, где государство никак не могло перебороть господина Коломойского. Такие ситуации могут происходить на всех абсолютно предприятиях, и для этого есть все механизмы, чтобы миноритарные акционеры могли защищать свои права и внедрять свою политику, обходя национальные государственные интересы».

По мнению эксперта, существуют заинтересованные силы, которые постоянно добиваются, чтобы приватизацией занимался исключительно Кабинет министров в обход Верховной Рады.

«Постепенно, раз в квартал-полугодие, совершается попытка отдать полномочия Кабинету министров самому определять, какие предприятия можно приватизировать, а какие оставлять, обходя Верховную Раду, то есть не надо никакие изменения в закон. Мы видим такие проекты, которые пытаются пройти парламентские комитеты и даже выносятся в зал. Но в зале парламента есть противодействие, которое не дает этому произойти. На сегодня существует запрос определенных сил на фактическую распродажу оставшегося ликвидного имущества государства, и, к сожалению, больно смотреть на ту же “Укрзализныцю”, которую посредством бездействия и некачественной работы набсоветов доводят до банкротства. Та же самая ситуация с набсоветами в “Нафтогазе” и остальных крупных компаниях. Ситуация с набсоветами немного критическая. В них присутствует иностранное влияние, и принимаются довольно неоднозначные решения», – подчеркивает Игорь Чаленко.

Почему именно указанные девять объектов, в том числе «Нафтогаз», «УЗ» и «Укрпочта», попали в Приложение № 1 с предприятиями, доля государства в которых должна составить 50 % плюс одна акция, не объясняется. Но это очень интересный актив, который строился годами, а ту же железную дорогу и сеть почтовых отделений практически невозможно построить с нуля. Эти же объекты фигурировали и в аналогичном законопроекте от правительства Гончарука. Преемственность сильна как никогда, а значит, определяется настойчивым источником интереса к этим предприятиям.

25 августа Верховная Рада ратифицировала меморандум с Евросоюзом о предоставлении кредита на 1,2 миллиарда евро. Чтобы получить второй транш на 600 миллионов, украинской стороне необходимо выполнить ряд условий, среди которых отмена ограничений зарплат для членов наблюдательных советов, а также создать независимые наблюдательные советы на крупнейших 15 госкомпаниях. Как известно, в набсоветах, которые есть сейчас, заседают иностранцы, граждане Евросоюза. Выходит, в украинской госсобственности заинтересованы не только местные олигархи, но и иностранный капитал.

Законодательство по приватизации постоянно развивается. При президентстве Порошенко был принят закон о приватизации, который якобы ограничивал возможность покупки активов инвестором из страны-агрессора и внедрял в процесс проведения приватизации неких советников, которые тоже должны быть из-за рубежа. Но доказать происхождение средств, которые будут уплачены государству в рамках приватизации крупных объектов госсобственности, в Украине практически нереально.

«Буквально недавно состоялась приватизация так называемой гостиницы “Днепр”, – рассказывает адвокат Ростислав Кравец. – Миллиард. Миллиард – это небольшая сумма вообще, яхта Абрамовича стоит дороже. Но посмотрите, к чему все привело. В Украине нет структуры, которая бы могла подтвердить легальность происхождения миллиарда. Уже сегодня по этой гостинице всплывает ситуация, что на самом деле был другой покупатель. Фактически обманули при подготовке документов, и есть все основания для отмены этого конкурса. За какие деньги собираются покупать крупные объекты, не совсем понятно. На самом деле доказать легальность происхождения этих средств и отсутствие связи со страной-агрессором, я думаю, будет практически нереально, если это будет проверяться. Если исполнять даже те законы, которые они приняли, реально предприятие стоимостью от миллиарда приватизировать нельзя. Вы не покажете никогда реальность и легальность происхождения этих средств. На этом приватизация закончилась».

Уже в парламенте девятого созыва был сделан следующий шаг. Был отменен перечень объектов, запрещенных к приватизации, кроме тех, которые относятся к сфере обороны и спорту. Документ действовал около 20 лет. При этом говорилось, что новый перечень активов, запрещенных к приватизации, будет разработан после, что было совсем нелогично. Именно этот список сейчас пытается отправить в парламент Кабмин.

«К сожалению, после каждых новых выборов меняются сферы влияния, – говорит Всеволод Степанюк. – И, естественно, новое правительство выражает интересы новых хозяев. Поэтому вот эта чехарда с теми же законами. Законы ж принимались под других олигархов, теперь пришли эти олигархи, и закон нужно поменять не потому, что он плохой, а потому, что он их не устраивает. Опять же об интересах народа не думает совсем никто».

Ростислав Кравец считает, что политики и чиновники инициируют и принимают новые законопроекты по приватизации, чтобы обеспечить свое личное состояние: «То, что делает сейчас власть, я думаю, что просто зарабатывает себе на пенсию, лично, персонально, каждый, кто голосует за этот законопроект, получая какие-то деньги, какие-то обещания в будущем от иностранных правительств, что они их как-то поддержат, они просто продают», – отмечает юрист.

Стратегические интересы

А пока доля государства в экономике постоянно сокращается и без продажи крупных государственных активов. В начале 2020 года Министерство экономики сообщало, что доля государственного сектора в экономике Украины за девять месяцев 2019 года составляла 12,2 %, что меньше, чем в первом полугодии. Тогда она составила 13 %. Доля государства в экономике постоянно тает. Еще несколько лет назад она была чуть выше и составляла около 16 %.

«Эта цифра говорит о том, что каждое новое правительство в угоду своим собственникам передает им те или иные государственные активы, – говорит Всеволод Степанюк. – Государство поступает с госсобственностью, как первый президент поступил фактически с Черноморским пароходством – просто приватизировали в интересах определенных людей. А тем более, сейчас, когда правительство полностью зависимо, оно не является самостоятельным, правительство в условиях феодального государства, которым является Украина, выполняет волю той прослойки общества, которая туда их поставила. И интересы народа правительство не выражает совсем, и не только оно. Мы имеем классическое классовое государство, где правительство работает абсолютно эффективно в интересах полпроцента граждан Украины».

Самую большую долю государство занимает в профессиональной, научной и технической деятельности с удельным весом 59,9 %. Это, как правило, НИИ. Помещения, в которых они тлеют, также активно хотят продать. Затем идет поставка электроэнергии, газа, пара и кондиционированного воздуха – 35,2 %. На третьем месте искусство, спорт, развлечения и отдых – 32,5 %. На четвертом – транспорт, складское хозяйство, почтовая и курьерская деятельность – 29,7 %. И только на пятом месте промышленность – с 11,6 %.

«Все зависит, в общем-то, от той политики, которую собирается проводить страна, – говорит Виктор Суслов. – Мы же знаем, что, например, в других странах достаточно большой государственный сектор, особенно когда речь идет об оборонной промышленности, там, где она развивается. То есть мы должны знать, Украина оборонную промышленность собирается сворачивать, приватизировать, перепрофилировать под гражданские цели или все-таки собирается развивать. Это непонятно. Таких вопросов очень много. Структура может быть разной. Ясно, что те виды бизнеса, которые развиваются в Украине, не должны быть государственными, допустим, сфера услуг, рестораны и прочее. Торговля у нас частная, так и она должна быть частной. В существовании государственных магазинов нет смысла. Но зато наукоемкие отрасли, современные, высокотехнологичные отрасли иногда могут развиваться только при поддержке государства. А для этого и должен быть такой мощный государственный сектор. Скажем, атомная энергетика, как правило, везде государственная в других странах и относится к государственному сектору, но Украина, вероятно, будет ее помаленьку сворачивать. Все определяется стратегическими целями экономической политики».

В США доля государства в экономике составляет 28 %. В особом почете госсектор во Франции, традиционно он высок в Италии, Испании, Греции, Австрии, Финляндии, Норвегии, Германии. Эти государства сложно назвать нерыночными. А в отношении Украины остается удивляться, на что государство живет. Неужели на одни налоги.

«У нас государство живет даже не с налогов, а с кредитов, – говорит Всеволод Степанюк. – У нас почти половина бюджета – это обслуживание долга, которое покрывается новыми долгами. Там, где государство присутствует, там государственная собственность очень даже эффективна. Давайте посмотрим на Францию, Китай, Вьетнам, где очень эффективна госсобственность. Эти ребята не понимают, что такое стратегические экономические интересы. У них для этого нет ни образования, ни опыта работы. Там нет ни одного человека, который может внятно объяснить, какие предприятия обеспечивают стратегический интерес страны и в чем эти интересы состоят. Они понимают, что стратегические интересы у полпроцента населения переделить то, что осталось. Это они понимают как стратегические интересы страны».

АО «Кравец и Партнеры»

Ранее с таким заявлением выступил руководитель Фонда государственного имущества Украины Виталий Трубаров. Он ссылался на то, что Кассационный апелляционный суд в составе Верховного Суда отменил решения судов низших инстанций, фактически на год заблокировавших процесс большой приватизации, запрещая правительству утверждать отобранных инвестиционных советников.

«Речь идет об обеспечении иска, которым было запрещено отбирать инвестиционных советников. Сам иск пока не рассматривался, на сколько становится ясно из самого сообщения. Говорить о том, что разблокирована большая приватизации — преждевременно. За год прошедший с момента «блокировки» изменилась ситуация на рынке, а соответственно и цены объектов, а также услуги.

К тому же, поменялась политическая ситуация в стране. А ведь не секрет, что в большинстве случаев приватизация крупных объектов проходит под плотным контролем первых лиц государства.

Именно поэтому я считаю заявления о разблокировании большой приватизации излишне оптимистичными.

Кроме того, сейчас точно не время заниматься такой приватизацией, т.к. цены на намеченные в ней объекты – минимальные. И сегодня такие действия будут скорее преступлением, чем экономически обоснованной реализацией госимущества.

На мой взгляд, вопрос большой приватизации необходимо отложить до стабилизации экономической ситуации в Украине. А на сами предприятия, выставленные на эту приватизацию, нужно предварительно ввести эффективных управленцев, которые могут значительно повысить их стоимость. Так что нужно уделять внимание не столько вопросу приватизации, сколько эффективному использованию государственного имущества».

comments.ua

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Формально, до приведения в исполнение полученного еще летом решения Лондонского суда Ахметову еще не о чем переживать, как и Коломойскому с Боголюбовым в вопросе ареста активов по иску к собственникам Приватбанка.

Однако наличие подобного решения значительно усложняет или делает фактически не возможным привлечение внешних инвестиций для собственного бизнеса, а также ставит под вопрос возврат уже полученных. Кроме того регуляторы тех стран, где находится бизнес Ахметова и в первую очередь Украины, должны обратить пристальное внимание на исполнение финансовыми компаниями и банком взятых на себя обязательств, а также соблюдением соответствующих финансовых нормативов.

В отличии от Коломойского с Боголюбовым, у Ахметова еще остался работающий бизнес в Украине, требующий существенной финансовой поддержки.

Но не смотря на это, судя по сообщениям пресс-службы СКМ, у Ахметова еще есть шанс сохранить свои активы и средства. Насколько известно, на сегодня поданы апелляции как на само решение Лондонского суда, так и на определение кипрского суда об аресте активов.

При этом второе будет рассмотрено уже в феврале. А судя по политической составляющей всего этого дела, связанного с абсолютно не прозрачной приватизацией Укртелекома, и наличием уже решения, вступившего в силу о возврате Укртелекома государству, шансы на удовлетворение апелляции как по самому решению, так и по определению об аресте активов довольно велики.

Таким образом, если будет отменено определение кипрского суда, то соответственно будут сняты аресты во всех юрисдикциях где оно уже было применено, в частности в Голландии.

Судя по сложившейся ситуации и информации, появившейся в связи с решением, вопросы, связанные со столь крупной приватизацией государственного имущества, так или иначе контролировались и продолжают контролироваться первыми лицами государства, не говоря уже о их прямом вмешательстве в процесс приватизации.

И я не сильно удивлюсь, если генеральная прокуратура Украины откроет очередное дело в отношении бывшего Президента Украины, связанное именно с этой приватизацией. Кроме того, исходя их обнародованных решений, очень похоже, что администрация Президента, возглавляемая на то время Левочкиным, с помощью средств государства и приближенных олигархов, довольно умело использовала средства налогоплательщиков с целью приватизации государственного имущества.

Думаю, в ближайшее время, стоит ожидать очередных подробностей связанных с финансированием за государственный счет этой, так называемой, приватизации Укртелекома. И не стоит забывать о непогашенных кредитах перед государственными банками, средства от которых были направлены для осуществления этой схемы.

Подводя итог этой истории, не лишним будет обратить внимание и на возможные позитивные для бизнес-империи Ахметова решения об аресте, что дает возможность определенным образом и предотвратить отчуждение его активов другими кредиторами, либо недружественного поглащения.

Адвокатская компания Кравец и Партнеры