“Сегодня были заблокированы карты банка без предупреждения. После попытки выяснить, почему именно заблокировали карты, ответ впечатлил, что якобы есть неприятная информация о собственнике карты. Я клиент банка долгие годы и все было хорошо, пока я не оказалась в оккупации. Сейчас всем и так тяжело, но такие поступки демонстрируют, что люди никому не нужны и я осталась один на один со своей проблемой. Мне посоветовали обратиться в полицию за разъяснением, но в оккупации это невозможно”, — написала клиентка Приватбанка 11 мая с уточнением адреса отделения Приватбанка в Мелитополе, выдавшего карту.

Через полторы недели на блокировки карт пожаловались и другие жители Мелитополя. Люди отмечали, что находятся в отчаянном положении.

“Заблокированная карта — это карта для выплат, на нее 2 раза в месяц поступает моя заработная плата. Я живу в Мелитополе. Мелитополь сейчас оккупирован. В городе работает только Приватбанк. Из-за блокировки карт меня оставили без средств к существованию во время военных действий и не объяснили причину блокировки”, — заявил другой клиент Приватбанка.

А Приватбанк в комментарии к жалобе написал о том, что заблокировал карту по требованиям финансового мониторинга.

В другой претензии клиентка София Антонова, также заявившая о блокировке карты, обвинила Приватбанк в помощи врагу, и в том, что он содействует продвижению российского рубля на оккупированных территориях Украины.

“Подобными непродуманными поступками банк делает все, чтобы граждане Украины стали гражданами России, так как отвергает своих граждан, и они, конечно же, будут вынуждены работать с банками России, которые возьмут инициативу в свои руки. Получается банк работает на Путина, на агрессора”, — заявила София Антонова и призвала применить к Приватбанку санкции.

Это не последняя претензия от жителя Мелитополя, были и еще. Люди оказались в отчаянной ситуации и жалуются на то, что банк не желает идти им навстречу.

В Приватбанке проблему отрицать не стали, и признали блокировки карт в Мелитополе.

“Да, блокировки в Мелитополе были, но они были единичными. Массовых блокировок карт на оккупированных территориях не было”, — заявил “Стране” пресс-секретарь Приватбанка Олег Серга без детализации причин.

Источники “Страны” в Приватбанке сообщили, что все блокировки карт мелипольцев происходили по одной причине — из-за нарушения правил финансового мониторинга. Клиентов банка подозревают в обналичивании средств и подозрительных операциях.

“Мы выявили подозрительные операции по обналу средств и по непонятным переводам. Причем, на крупные суммы — свыше 400 тыс. грн, которые подлежат усиленному финансовому мониторингу. Проводился обнал: разные посторонние клиенты перебрасывали на счета людей крупные суммы (с карт Привата и с карт других банков), а после в разных районах происходило снятие наличных в банкоматах. Это были не единичные случаи, подобные операции проводились неоднократно”, — заявили “Стране” в Приватбанке.

Обнал на крупные суммы (от 400 тысяч гривен) действительно запрещается действующим законом №361-IX от 6 декабря 2019 года: “О предупреждении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения”. Особенно в случае аномально большого числа однотипных операций.

Это подтверждают и банкиры, и юристы. Однако правоведы считают, что жесткие требования закона не учитывают войну в Украине.

“Подобные истории с блокировками карт Приватбанком были распространены в 2014 году в Луганской и Донецкой областях. Шли боевые действия, работали немногочисленные отделения банков, и люди выкручивались как могли, чтобы помочь друг другу — в том числе и снимали наличные (с переброской средств на счета), когда могли разыскать работающие банкоматы. Может они и нарушали требования по финмониторингу, но они находились в отчаянной ситуации и у них не было других возможностей. По-видимому, в Приватбанке вспомнили эти истории 8-летней давности, имели такой опыт, и начали оперативно блокировать людям карты, без оглядки на оккупацию и безысходность ситуации”, — прокомментировал проблему “Стране” старший партнер адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец.

Пока известно о блокировках Приватбанком карт, выпущенных в Мелитополе. Из других подконтрольных России украинских городов публичных жалоб не поступали. Хотя не исключено, что они появятся со временем.

В госбанке объяснили, что в тех оккупированных городах, где есть угроза жизням работникам и клиентам, отделения Привата закрыты (не работают). Там также не происходит инкассация банкоматов, и они перестают работать, как только в них заканчивается наличность.

“Есть соответствующее постановлением Нацбанка о работе банковской системы во время войны, и мы его четко выполняем. Если работа отделения и инкассации создает угрозу для жизни, то она приостанавливается. Работаем в тех населенных пунктах, где нет опасности. Но выпущенные нами карты работают, и если торговые точки продолжают принимать безналичные платежи, то ими можно рассчитаться. Например, в Херсоне за апрель произошло более 2000 карточных оплат проезда нашими картами в местных трамваях. Функцию банкоматов выполняют магазины, которые продолжают принимать карты — можно снять наличные с карт на кассе. Торговцы заинтересованы в таких операциях, поскольку в оккупированных города не работает банковская инкассация, и им лучше отдавать наличные держателям карт”, — сказал “Стране” Олег Серга из Приватбанка.

Принципов безопасности при работе на оккупированных территориях придерживаются и в других банках.

“Если территория оккупирована, и там нет возможности работать, то мы там не работаем”, — объяснил “Стране” член правления Ощадбанка (ответственный за розничный бизнес) Антон Тютюн.

После начала войны Нацбанк утвердил для банков специальное “военное” постановление, которым предписал сворачивать работу на оккупированных территориях или там, где возникает угроза жизни людей. Безопасность ставится на первое место.

Чего Нацбанк не сделал — это не подумал о том, как придется выживать украинцам на этих территориях. И как им получать деньги, покупать продукты и все необходимое для жизни. Юристы надеются, что в НБУ подумают о сложной ситуации сограждан, и пересмотрят требования по финмониторингу.

“Несправедливо применять к людям, находящихся в сложной ситуации на временно оккупированных территориях, такие же жесткие требования по финансовому мониторингу, как и ко всем остальным. Считаю, что Нацбанку нужно смягчить требования по финансовому мониторингу для людей, оказавшихся в непростой ситуации. Хочется верить, что НБУ сделает это как можно скорее”, — считает юрист Ростислав Кравец.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Monobank начал насчитывать людям 3,1% в месяц – стандартную ставку без оглядки на войну в Украине и невозможность получать доходы в довоенном режиме. В пересчете на 12 месяцев это порядка 37,12% годовых.

До 1 апреля у этой структуры действовали кредитные каникулы, и люди не платили проценты по использованным кредитным лимитам. А теперь их насчитали, и что важно – их фактически списали со счетов, что подтверждают люди.

“За февраль и март, сняли комиссию 3500 грн. Никого не интересует что я переселенец”, – написал на финансовом форуме Алексей Бражников и опубликовал свою переписку с контакт-центром.

Похожих сообщений очень много, а также обвинений в бесчеловечности.

“Монобанк… уже как фашисты… не добили русские… так добьет монобанк своими насчитываемыми процентами. Скажите пож. уважаемый монобанк, где в Харькове или Мариуполе можно заработать вам на выплату процентов?” – отметил клиент Андрей.

Главная претензия людей – что банк списывает проценты за пользование кредитными лимитами во время войны. Многие остались без работы, многие лишись жилья и средств к существованию, многие стали внутренними переселенцами или беженцами. Заемщики рассчитывали, что кредитные проценты не будут начисляться и списываться до конца боевых действий и банк поможет им продержаться. Но этого не произошло.

На четвертый день войны соучредитель monobank Олег Гороховский заявил о продлении льготного периода на месяц, и в марте с кредиток не списывали проценты.

Но уже в апреле заемщики не получили этой льготы. Проценты были насчитаны и списаны, что и вызвало тотальное недовольство клиентов.

В банке это объяснили необходимостью платить проценты вкладчикам, а также стремлением к самосохранению. Это было сказано прямым текстом: если заемщики не будут платить проценты – банк лишиться своего капитала и его закроет Нацбанк.

“Если банк не получит проценты по кредиту и заплатит проценты по депозитам, у него будет убыток, у него снизится капитал и в банк придет регулятор и его накажет. Может ли банк простить всем клиентам проценты по кредитам? Может. Два раза – первый и последний. Неполученные проценты на сумму с непогашенными кредитами полностью израсходуют капитал банка и у него заберут лицензию”, – заявил все тот же Олег Гороховский.

По данным Нацбанка, на 1 февраля счета Универсалбанк (monobank) имели 5,3 млн человек, и многие из них пользовались кредитными лимитами. Потому волна недовольства на насчитанные проценты была большой. Универсалбанк, по информации НБУ, находится на втором месте в Украине по численности обслуживаемых граждан. Больше него счетов населения имеет только государственный Приватбанк, который открыл их 23,3 млн физлиц.

Приватбанк – 1,7% в месяц и “нецелевая” комиссия

Надо сказать, что Приватбанком клиенты тоже недовольны. На него в апреле также начали жаловаться после того, как он поднял проценты по своим кредитным лимитам на картах.

“Открыл приложение Приват24 2.04.22, и увидел, что идет начисление процентов. Так как я не внес сумму льготного периода до 25.03.22 и с меня берется 1,7%, а не 0,00001% как это обещалось”, – написал в своей претензии Владислав Суярко 3 апреля с заголовком “Приват это позор”.

А другие клиенты госбанка опубликовали извещения на предмет процентной ставки, которые прислал Приватбанк.

После в Приватбанке официально подтвердили введение по кредиткам с 1 апреля процентной ставки на уровне 1,7% вместо символических 0,00001%, которые работали с начала войны.

“Да, действительно с начала апреля мы стали начислять 1,7% в месяц – это половина стандартной ставки. В марте был 0%, а теперь 1,7%. Но у нас работают кредитные каникулы до 1 июня. Нет требования обязательного платежа, нет пеней и штрафов. На практике это значит, что мы насчитываем 1,7%, но автоматически не списываем этот платеж со счета. Он остается на усмотрение клиента. Если человек не может – может пока не платить. В этом суть кредитных каникул, которые утверждены до 1 июня. Будут ли они дальше после продлеваться, пока не знаю”, – сказал “Стране” пресс-секретарь Приватбанка Олег Серга.

При этом он сказал, что банк не вводил комиссий за снятие наличных в банкоматах для зарплатных и пенсионных карт, а также карточек для соцвыплат. Там действует нулевая комиссия. С остальных карточек взымается стандартная 1% комиссия.

В то же время Приватбанк признал, что снова ввел комиссию за нецелевые зачисления средств на некоторые карты.

“С 1 апреля банк вернул комиссию за нецелевое зачисление средств на зарплатные и социальные карты – 0,5% суммы (она отменялась в начале войны), но не более 25 грн”, – сообщил Серга.

Нецелевое зачисление – это использование карты не по назначению. Если это, например, зарплатка, то есть карточка для зачисления заработной платы, и на нее начинают поступать не только средства от работодателя, а переводы от родных/знакомых, то это считается нецелевыми перечислениями.

В этом случае с суммы таких перечислений Приватбанк будет взыскивать 0,5% средств, но не больше 25 грн.

Пеню и штрафы запретили законом

Понятно, что любые комиссии и процентные ставки во время войны провоцируют волну недовольства со стороны населения. Люди каждый день сталкиваются со страшными трудностями, многие оказываются на грани голода и выживания. Целые города разрушены и постоянно растет безработица, в том числе и скрытая (людей отправляют в простой без сохранения окладов). А государственная помощь вроде разовых 6,5 тыс. грн или 2+3 тыс. грн для временных переселенцев не позволяет покрыть даже расходов на питание.

Для многих кредитные карты – шанс на выживание, и люди надеялись, что банки не будут во время войны насчитывать на них проценты.

Однако здесь сразу возникло большое “НО”. Ни один старый или новый закон Украины не запрещает банкам насчитывать проценты по кредитам во время войны. Поначалу ряд банков проявили лояльность, и позволили людям месяц платить условные 0,00001%, но потом быстро отказались от этой льготы.

“У банков возникли серьезные финансовые проблемы, ведь платежи по кредитам упали чуть ни в ноль, а проценты по вкладам они продолжили платить. Это настоящая финансовая дыра. Пока ее перекрывают за счет кредитов рефинансирования от Нацбанка, однако очень скоро это перестанет работать. Ведь банки ничего не зарабатывают, а только тратят. Потому вернулись к начислению процентов. Кому-то это поможет выстоять, а какие-то банки все равно будут закрываться после войны. Об этом финансисты сейчас и думают – как не закрыться раньше времени”, – объяснил “Стране” заместитель председателя правления одного из банков.

Единственная защита, которую государство предоставило заемщикам банков, – запрет на начисление пеней и штрафов. В марте Верховная Рада приняла соответствующий закон – №2120-IX “О внесении изменений в Налоговый кодекс Украины и другие законодательные акты Украины относительно действия норм на период действия военного положения”. По нему пеня/штрафы не могут начисляться на потребительские кредиты населения во время действия военного положения и еще 30 дней после его завершения. Также банкам запрещено повышать процентную ставку из-за кредитных неплатежей за исключением случаев, которые предусмотрены договором.

Потому, когда банки хвалят себя за то, что не насчитывают заемщикам штрафы – это не их личная лояльность, а выполнение закона, обязательного для всех кредиторов.

Что сказал Нацбанк

Чего этот и прочие законы не запрещают – это начислять проценты по банковским кредитам в военное время. Банки, правда, имеют на это право, и в судебном порядке это не оспорить. Людям предлагают просить кредиторов о снисхождении и договариваться в каждом отдельно взятом случае. В этом суть официальной позиции Национального банка после утверждения закона №2120-IX и запрета на кредитные штрафы.

“Новые правила не предусматривают отмену процентов за пользование кредитными средствами. Такое начисление правомерно со стороны кредитора. Кредитные каникулы – это отсрочка уплаты долга, а не его прощение. Также кредитные каникулы – это право кредитора, а не его обязательства. Поэтому рекомендуем договориться непосредственно с кредитором о кредитных каникулах”, – говорится в заявлении Нацбанка.

Каждому пострадавшему от войны советуют не дожидаться глобальных программ лояльности от своих банков, а просить отдельных поблажек лично для себя. Это значит, просить о проведении реструктуризации по кредитам. Такие реструктуризации были распространены после троекратной девальвации гривны в 2014-2015 года, а еще в 2019-ом после начала пандемии коронавируса. По всей видимости, их будет много и после завершения войны в Украине.

“Вынужденным переселенцам, людям, оставшимся без крова, без кормильцев нужно обратиться в банк с соответствующими заявлениями, и их заявления будут рассматриваться персонально. Точные условия реструктуризаций кредитов пока неизвестны, их будут нарабатывать”, – сказал Олег Серга.

Можно обнулить карты и думать, как выжить

Вряд ли кредитные реструктуризации станут массовым явлением до завершения войны. Отделения банков в ряде регионов не работают из-за войны.

В то же время для многих людей очень остро стоит вопрос выживания, и ключевая задача на текущий момент – найти средства на питание и транспорт пока не наступил мир. Им сейчас советуют взять деньги, а реструктуризациями заниматься уже потом.

“Самое простое, что может сделать человек без средств к существованию, – это обнулить карту. Это значит, снять свои личные средства, чтобы банку нечего было списывать в виде процентов по кредиту. А может обнулить и кредитный лимит, если нет другого выхода. Начисление процентов будет идти в минус, а списать будет нечего. Пени и штрафы на эти долги банки насчитывать не смогут, им законодательно запретили. А когда закончится война и семья снова встанет на ноги, уже будет утрясать дела, может быть будет подписывать соглашения на реструктуризацию. Сейчас важно выжить”, – отметил в разговоре со “Страной” старший партнер адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец.

Он объяснил, что у заемщиков в действующем законодательстве нет никаких серьезных привилегий или льгот во время действия военного положения. Поэтому, чтобы исправить ситуацию нужно принимать отдельный закон.

“Права заемщиков в военное время законодательно не защищены. Для них нужно принимать специальный закон. Иначе банки смогут после войны преследовать должников и отсуживать по долгам имущество, которое у них будет появляться”, – подчеркнул Кравец.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Например, Сергей сообщил в воскресенье, 5 декабря, что Приватбанк без предупреждения заблокировал счета и отказал в дальнейшем обслуживании без предупреждения.

Причем человек имел в Привате счета не только как физлицо, но еще и как физлицо-предприниматель, обслуживался более 10 лет.

В тот же день Приватбанк заблокировал счет киевлянке Оксане, которая сообщила о происшествии “Стране”.

“В субботу вечером пыталась сделать покупку в интернете, но проплата с приватовской карты не пошла. Я махнула на это рукой. А утром в воскресенье пришло сообщение в Приват24 о том, что мой счет заблокировали, и от меня хотят получить информацию о происхождении средств. Говорила с контакт-центром и там потребовали справку – откуда у меня деньги. Если я официально безработная, то обещали принять объяснительную о том, что получаю благотворительную помощь от кого-то. Иначе закроют счет. Решила не заморачиваться, если не подхожу банку как клиент. Пускай закрывают счет. В Украине предостаточно других банков”, – рассказала “Стране” Оксана.

Эксперты говорят, что блокировка/закрытие счетов физлиц – не единичные случаи, а распространенное явление в Приватбанке. Если раньше госбанк задавал клиентам о происхождении средств в основном после крупных транзакций – по 100-200 тыс. грн, то теперь начинает блокировать счета и при проводках поменьше – до 50 тыс. грн. Не всем подряд, конечно, но количество блокировок становится все больше.

Обычно все происходит в четыре этапа:

• человеку без предупреждения блокируют счета, и он не может рассчитаться/перевести деньги;
• банк требует документы, объясняющие происхождение средств клиента;
• если банк не получает затребованные документы, он в одностороннем порядке закрывает счет;
• деньги с закрываемого в Приватбанке счета либо перечисляют на счет в другом банке, либо выдают наличными через кассу.

Кстати, Приват далеко не всегда восстанавливает работу счета даже после получения документов.

“Нередко Приватбанк закрывает людям счета даже после предоставления справок или других документов о происхождении денег. Это не всегда помогает, клиентов обманывают. Даже после подачи нужной информации, Приватбанк закрывает счет в одностороннем порядке. К сожалению, еще в 2015 году Нацбанк при председателе Валерии Гонтаревой добился изменений на этот счет в законе о защите прав потребителей, и теперь банки этим пользуются. Раньше банки не имели права отказывать людям в обслуживании в одностороннем порядке, а теперь они, увы, могут это делать”, – прокомментировал “Стране” ситуацию старший партнер адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец.

Чаще всего при блокировках счетов банки ссылаются на правила финансового мониторинга, и на то, что люди не предоставляют информацию о происхождении своих средств. Подозрительным могут назвать что угодно: от крупных платежей до подозрительных денежных проводов. Причем к подозрительным могут отнести все, что банк посчитает аномалией. Например, когда денежных проводов очень много или когда их совершают безработные или студенты с небольшими официальными доходами.

Упрощать требования финансисты не обещают

“Не собираемся упрощать финансовый мониторинг, это законодательные требования, и будем их дальше выполнять. Если законодательство и нормативная база будут меняться, то будем идти вслед за этими изменениями”, – подчеркнул в разговоре со “Страной” пресс-секретарь Приватбанка Олег Серга.

В то же е время юристы настоятельно советуют людям при принудительном закрытии счетов не допускать перевода средств в другие банки. Нужно требовать наличные.

“Рекомендую всем своим клиентам требовать выдать им наличными деньги со счета при закрытии. Даже, когда банк будет просить номер счета в другом банке – не стоит на это соглашаться. Нужно требовать выдачу через кассу. Ведь, когда тот же Приватбанк переводит средства в другой банк, он, по моему мнению, сообщает тому банку о принудительном закрытии счета человека. Это как черная метка, которая может создать проблемы в другом банке. Там тоже начнут проверку о происхождении денег, и история пойдет по кругу”, – объяснил Ростислав Кравец.

Люди не первый раз жалуются на жесткие требования Приватбанка и на закрытие счетов. Финансовых данных о том, к чему это приводило в декабре, пока, конечно, нет. Однако уже опубликован отчет Нацбанка за октябрь. Из него видно, что в октябре физлица-вкладчики Приватбанка сняли своих счетов 3,1 млрд грн, и на 1 ноября депозитный портфель банка сократился до 245,7 млрд грн.

“Полагаю, это связанно с определенной сезонностью и перетоком средств населения. А также с тем, что наш банк в отличии от коллег не повышал ставки по депозитам”, – дал свое объяснение Олег Серга.

Однако, по информации НБУ, общие вложения населения на счетах в 70 украинских банках (кроме Ощадбанка) выросли в октябре на 1,8 млрд грн, и достигли 629,4 млрд грн.

При этом Приватбанк занял первое место по оттоку средств населения.

Тройка банков с самыми большими оттоками выглядит так:

1. Приватбанк – минус 3,1 млрд грн;

2. Укрэксимбанк – минус 404,8 млн грн;

3. ОТП Банк – минус 137,6 млн грн.

Правда, даже после этого государственный Приват остается крупнейшим банком по числу вкладчиков и вложениям на счетах.

Из отчета Нацбанка на 1 ноября 2021 года вырисовывается такой топ-10 (по числу вкладчиков):

1. Приватбанк – 23,1 млн вкладчиков с 245,7 млрд грн;

2. Универсалбанк (Монобанк) – 4,4 млн вкладчиков с 31,8 млрд грн;

3. Райффайзен Банк Аваль – 2,7 млн вкладчиков с 43,9 млрд грн;

4. Альфа-Банк – 2,5 млн вкладчиков с 47,8 млрд грн;

5. ПУМБ – 2,4 млн вкладчиков с 32,9 млрд грн;

6. Укргазбанк – 2,36 млн вкладчиков с 28,2 млрд грн;

7. УкрСиббанк – 2,33 млн вкладчиков с 33,5 млрд грн;

8. А-Банк – 2,1 млн вкладчиков с 8,8 млрд грн;

9. ОТП Банк – 1,3 млн вкладчиков с 22,3 млрд грн;

10. Банк Пивденный – 710,6 тыс. вкладчиков с 13,1 млрд грн.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

По сути, речь идет о блокировке счета со средствами на нем.

Это следует из информационной рассылки, которую Приватбанк провел сегодня в системе Приват-24 родителям детей. Письма пришли тем, кто выпускал своим отпрыскам карты “Юниора”. Это детские карты, которые взрослые выпускают для своих чад, они привязаны к счетам родителей/опекунов.

“Если вы не предоставите идентификационный налоговой номер ребенка, банк не сможет обслуживать Карту Юниора, то есть ребенок не сможет ею пользоваться”, — говорится в сообщении банка, которое получила мать 7-летнего ребенка.

“Понятно, что у сына в таком возрасте нет налогового кода. Я же точно не побегу сейчас в налоговую, чтобы получать первоклашке ИНН. Собираюсь закрыть счета (мой и ребенка) и забыть об этом банке”, — отметила мама Ирина в комментарии “Стране”.

В контакт-центре, когда давали разъяснение на этот счет сослались на закон о финансовом мониторинге №361-IX: “О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения”. Это глобальный закон, который сильно ужесточил требования по финмониторингу, в народе его назвали “законом о 5 тысячах гривен”, поскольку он запрещал людям анонимные перечисления свыше данной суммы. А также подразумевал массу разнообразных новаций, и требовал чтобы люди на каждом шагу докладывали банку о происхождении своих средств. Верховная Рада приняла этот закон еще в декабре 2019 года, а вступил он в силу с 28 апреля 2020-го. “Страна” много писала об этом документе.

“Очень похоже на то, что Приватбанк получил от Национального банка какое-то новое предписание после проверки, и решил на скорую руку устранить проблему — запросить у родителей все документы, и подложить их под уже открытые счета. Это привычное для банков поведение. Но интересно, что они будут делать с теми родителями, которые по религиозным соображениям в свое время отказались получать ИНН в Налоговой. Ведь таким родителям сделали соответствующую запись в их паспортах. А у их несовершеннолетних детей паспортов нет, и вносить эту запись просто некуда”, — прокомментировал “Стране” ситуацию старший партнер адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец.

В пресс-службе Приватбанка заявили, что произошла ошибка. Там объяснили, что по закону о финмониторинге (“О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения”) ИНН нужен лишь с 14 лет.

“Могла произойти ошибка, будем выяснять, что случилось. Согласно закону, идентификационный код обязателен для открытия счетов с 14 лет. До этого возраста, ИНН не обязателен. Это просто ошибка при информировании”, — ответил “Стране” пресс-секретарь Приватбанк Олег Серга.

Сколько именно родителей-клиентов Приватбанка получили ошибочную рассылку по счетам своих детей — неизвестно. Хотя все знают, что госбанк обслуживает рекордное число физлиц — 22 млн счетов.

Чтобы окончательно расставить все точки над “i”, “Страна” также направила соответствующий запрос в Национальный банк. Чтобы получить исчерпывающее разъяснение.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

По словам юриста, его адвокатское объединение взыскало с “Привата” десятки депозитов. Причем – со всеми штрафными санкциями и процентами. Но вот с переуступкой депозитов столкнулось впервые. В самом же Приватбанке от подобных операций в комментарии UBR.ua открестились и прямо заверили, что подобной практики в финучреждении нет.

Юрист же утверждает, что долг Приватбанка в таких случаях все равно останется за финучреждением – ответчиком по-прежнему будет банк, а сам по себе такой договор о переуступке депозита клиента будет ничтожным. И взыскивать деньги будут всегда с финучреждения, что бы оно не заявляло.

“Представьте себе такую абсурдную ситуацию, когда вы берете в банке кредит, а потом заявляете, что переуступили свой долг кому-то другому и говорите, чтобы финучреждение обращалось с требованиями к нему. Но что бы вы не написали, ничего не изменится. И ваш долг останется вашим”, – подчеркнул Кравец.

Как поясняет в разговоре с UBR.ua финансист Василий Невмержицкий, отдаленно подобное возможно только в случае так называемого доверительного управления.

“У “Привата” есть такая функция – доверительное управление, когда клиент не кладет деньги на депозит, а говорит, что хочет вложить средства в бизнес. В Приватбанке, если соглашаются, предлагают какой-то вид бизнеса. И клиент уже потом выступает инвестором”, – говорит Невмержицкий.

Суд якобы тормозит дела, чтобы спасти “Приват”

Кравец жалуется, что Большая палата Верховного суда тормозит такие дела, рассматривая вопрос, с чего же именно нужно взыскивать у банка проценты годовых – с процентов или со всего тела.

“Это, конечно, абсурд, поскольку ясно, что взыскивать деньги нужно со всего тела. На мой взгляд, в Большой палате придумывают способы, как спасти Приватбанк, чтобы он платил вкладчикам как можно меньше за свои проделки”, – полагает адвокат.

Кравец обращает внимание, что Нацбанк, будучи регулятором, на подобные нарушения не реагирует и, наоборот, “покрывает такие вещи”. Не реагируют и другие институции.

“Я считаю, что НБУ должен был бы просто один банк наказать, чтобы больше подобных “креативов” не было. Это я называю “эффектом Коломойского”, когда обманывают миллион человек. Единицы идут в суд и получают положительные решения. Миллион обманули, оставшись с неплохими барышами”, – говорит юрист.

Кто в зоне риска

Кравец по этому поводу даже опубликовал на YouTube соответствующее видео, но кого именно такие дела касаются, не уточнил. Вероятно, из соображений адвокатской тайны, предполагает адвокат, управляющий партнер ЮК “Альянс Правовых Сил” Виталий Собкович, который предположил, что речь идет именно о т.н. “крымских депозитах”.

“У Приватбанка по крымским депозитам действительно есть такая тактика, когда он переуступает депозиты финкомпаниям. Последние привлекаются третьими лицами в судебный процесс. Но это, насколько я знаю, касается только крымских депозитов, которые были размещены до аннексии”, – говорит Собкович.

По его словам, сначала у “Привата” была практика просто отвечать вкладчикам, что “у банка нет информации по таким депозитам”, что “банк не проводил инкассацию”, что “у него нет договоров и что банк ничего не может подтвердить”. И в “Привате” говорили клиентам дождаться конца аннексии, после которой можно будет уже разбираться.

“Если Кравец имеет в виду действительно “крымские депозиты”, то такая проблема в Украине существует уже минимум два-три месяца. Тут “Приват” переуступал их на третьих лиц, но, обращаю внимание, он может произвести замену должника только при письменном согласии вкладчика”, – предполагает адвокат.

В данном случае Собкович видит лишь два варианта, если банк в последствии поступит законно: либо клиент сам письменно сознательно согласился на возможную передачу банком депозита третьим лицам, либо просто не увидел, что подписал.

“Когда вы заключаете с Приватбанком договор о депозите, то этот договор будет на одной-двух страницах, где изложены основные условия. Далее идет ссылка на договор комплексного банковского обслуживания. Последний – на сайте банка, который регулярно меняется. И выходит, что при подписании “листочка” вы соглашаетесь и с теми условиями”, – говорит он.

Но, акцентирует еще раз внимание Собкович, Приватбанк может поменять должника путем переуступки своих обязанностей только при письменном соглашении вкладчика.

В Приватбанке такую практику отвергают

Пресс-секретарь Приватбанка Олег Серга в комментарии UBR.ua заверил, что финучреждение никогда подобным не занималось.

“Приватбанк никогда и ни при каких условиях никому депозитов не переуступал. Единственный вопрос, что в свое время была ситуация с Крымом. Крымские активы и пассивы предыдущим руководством были для подачи иска в Стокгольм переданы финансовой компании “Финилон”. И “Финилон” уже от имени “Привата” и других компаний подал иски к РФ”, – рассказал он.

Но это касается только неработающих активов, которые были физически конфискованы у банка на полуострове. Серга утверждает, что ему неизвестно о таких случаях, кроме тех, когда речь идет о банках, выведенных с рынка.

“Кравец уже давно ведет дела крупных вкладчиков по Крыму. И все, что он говорит, касается крымских вкладчиков. Поэтому это – тема отдельного регулирования”, – заключил Серга.

UBR

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Напряжение, которое окутало политический Олимп в последние месяцы в связи с “делом Суркисов”, стало тем нервным узлом, вокруг которого вертелась политика и экономика. Власть оказалась между молотом и наковальней – судебная система своими решениями фактически отнимала поэтапно у государства Приватбанк, а МВФ грозил не дать деньги, если это произойдет.

Решение Большой палаты Верховного суда по “делу Суркисов”, казалось бы, поставило в этой судебной тяжбе точку и отдало победу государству. Об этом заявили чиновники структур, выступавших ответчиками, – НБУ и Минфина. Однако юристы говорят обратное: во-первых, “дело Суркисов” совсем не закрыто, во-вторых, чиновники манипулируют общественным мнением.

Манипуляции

В ночь с понедельника на вторник Нацбанк сообщил, что Большая палата Верховного суда, которая рассматривала иск семьи Суркисов, чьи депозиты в Приватбанке были конфискованы при национализации банка, отменила решения судов низших инстанций, а значит, официально подчеркнули в НБУ, Суркисы являются связанными с Коломойским лицами, и чиновники имели полное право на конфискацию их депозитов.

Еще дальше пошел Минфин – уже в заголовке его релиза прямо сказано, что Верховный суд признал Суркисов связанными лицами. Юристы прямо говорят, что такие заявления вводят в заблуждение, ведь никакой “победы” в Верховном суде не состоялось. Старший партнер адвокатской компании “Кравец и Партнеры” Ростислав Кравец убежден, что чиновники манипулируют общественным мнением. С ним согласны и другие юристы.

“Распространена позиция юристов НБУ, мол, они выиграли дело. Но дело не выиграно, всего лишь решен вопрос о судебной юрисдикции, которая в принципе изначально была спорной: одни заявления подавались в административные суды, другие – в суды общей юрисдикции. Решение вообще не ставит точку в “деле Суркисов”. Его передадут в суд общей юрисдикции, и оно будет рассматриваться по-новому”, – прокомментировал UBR.ua управляющий партнер Suprema Lex Виктор Мороз.

Соломоново решение

Фактически Верховный суд ушел от ответа на вопрос, были ли Суркисы связанными с Коломойским лицами или нет, и на то есть причины. В последние месяцы на судей оказывалось сильное давление. С одной стороны, активисты связанной с экс-президентом Петром Порошенко “Демсокиры” демонстративно разместили под судом плакаты с топорами и грозили принести в банках макеты “отрубленных голов” судей. С другой стороны, давили чиновники, так как решение по Суркисам открывало дорогу подобным искам против государства на 29 млрд грн.

Большая палата могла задействовать “антиколомойский закон”, однако его применение задним числом сомнительно, ведь Конституция прямо говорит, что закон не имеет обратной силы. Поэтому судьи поступили по принципу: ни нашим, ни вашим. Ввиду того, что дело могли рассматривать как административные суды, которые разбирают нарушения чиновников, так и гражданско-правовые, в чьей юрисдикции имущественные вопросы, Большая палата отменила решения низших инстанций админсудов на основании того, что, по ее мнению, оно имущественное и должно рассматриваться именно в гражданских судах.

С таким же успехом можно предположить, что если бы “дело Суркисов” изначально рассматривалось в судах общей юрисдикции и дошло до Верховного суда по этой “ветке” судебной власти, то в этом случае судьи приняли бы “обратное” решение – что оно должно быть подсудно именно админсудам.

“На мой взгляд, во-первых, судьи продемонстрировали полную зависимость от действующей власти и фактически исполнение не норм закона, а пожеланий тех или иных политических кругов. Во-вторых, отменены решения по делам, которые рассматривались более трех лет десятками судей, которые имеют квалификация значительно выше чем те, которые пришли в Большую палату, и отмена этих решений говорит о полном провале судебной реформы”, – говорит Ростислав Кравец.

Обращение в ЕСПЧ

Соломоново решение судей, однако, не решает проблему, а только его затягивает и усугубляет, так как теперь открывается новая проблема. Если “дело Суркисов” неподсудно админсудам, то на основании чего две их инстанции брали его на рассмотрение? Вердикт Большой палаты, таким образом, подтвердил всему миру, что в Украине настолько неграмотные судьи, что не могут определить, в чьей юрисдикции должно быть “дело Суркисов”. Это открывает всем пострадавшим от приватизации Приватбанка новые возможности.

Да, говорит Кравец, обратиться в ЕСПЧ можно только после того, как дело пройдет по всем инстанциям, включая Верховный суд, который вроде бы “обнулил” процесс. Но с другой стороны, не вина истцов, что судьи первых двух инстанций, по логике Большой палаты, оказались некомпетентными. Это может дать основание параллельно запустить новые иски как в Украине через суды общей юрисдикции, так и в Европе – через ЕСПЧ.

“Я не исключаю, что Суркисы, несмотря на отсутствие конечного решения в Украине, могут параллельно обратиться в Европейский суд по правам человека, который установит отсутствие эффективной защиты прав и имущества даже без наличия конечного решения, фактически уже установленного судами”, – предполагает Кравец.

Таким образом чиновники выиграли время, но не само дело. Те решения, которые уже были приняты административными судами, будут приняты судами общей юрисдикции, ведь по факту нормы права, которым пользуются украинские суды, не изменились. Более того, решения по другим вкладчикам Приватбанка, также пострадавших от его национализации, которые уже приняты гражданскими судами, стали, наоборот, более “легитимными”, ведь их юрисдикцию Верховный суд уже подтвердил.

Инвестиционная привлекательность

Пока идет судебная война нынешней власти из-за ошибок и нарушений прежней, стране наносится вред, который скажется не сразу. Юристы акцентируют, что иностранные партнеры интересуются “делом Суркисов”, чтобы понять, насколько можно вести в Украине коммерческие дела при таком давлении на суд. При этом деньги пострадавшим вкладчикам все равно придется рано или поздно вернуть. Экономисты же обращают внимание, что инвестиционная привлекательность Украины и так существенно снизилась.

“В отношении власти и судов ничего не поменялось за последние 25 лет: кто готов к такому стилю деловой игры в Украине, тот инвестирует, кто не готов, тот давно не инвестирует. Никаких прорывов ни от прошлой, ни от нынешней власти никто не ждал. А что касается инвестиционной привлекательности Украины, то действительно ее индекс существенно упал. Но причиной этому является в первую очередь так называемый пакет “гетманцевских законов”, которые существенно усложняют жизнь среднего и малого бизнеса, и компаниям, которые ведут международный бизнес”, – полагает старший экономист Ukraine Economic Outlook Михаил Кухар.

АО «Кравец и Партнеры»

Речь идет об арестах счетов, которые происходят по постановлениям судов. Их проводят либо Государственная исполнительная служба, либо частные судебные исполнители. Причем решения могут касаться самых разных споров и дел: от выплат алиментов и дорожных штрафов до решений по имущественным спорам.

Государственный Приватбанк пока единственный банк в Украине, который перешел на автоматические аресты счетов — это подтвердили в Минюсте. В тоже время в этой структуре сосредоточено больше всего счетов в нашей стране — более 20 млн штук. Блокировки счетов происходят очень быстро после получения сообщения судебного исполнителями через специальную систему: банк выясняет есть ли у него счет указанного лица, а после арестовывает его. То есть человек не может им больше пользоваться до снятия ареста. Ни карточкой в магазине рассчитаться, ни наличные с депозита снять.

Приватбанк запустил автоматическую блокировку счетов клиентов в октябре 2019 году. А со временем чиновники хотят внедрить ее и в других финучреждениях, причем говорят об этом открыто. «Это очень эффективная система. Сейчас обсуждаем вопрос, чтобы к ней подключились еще несколько банков. Также работаем над тем, чтобы до конца года эта система была обязательной в работе всех банков», — заявил министр юстиции Денис Малюська.

В Приватбанке подчеркивают, что важным моментом внедрения автоматической системы стала не только молниеносная система блокировки, но и разблокировки тоже.

«Серьезной проблемой для клиентов была именно разблокировка. Когда весь документооборот был в бумажном виде, ее можно дожидаться три-семь или больше дней. Выходило, что из-за кого мелкого штрафа на несколько сотен гривен, человек лишался доступа к счету и сидел без денег. Теперь ему достаточно урегулировать вопрос (например, заплатить штраф), и исполнитель снимет блокировку. Снимет очень быстро, не нужно ничего неделями ждать и носить бумажки из одного места в другое. При этом отмечу — речь идет только о блокировке счета, автоматических списаний денег со счета мы не проводим. Даже не смотрим, сколько денег на нем», — подчеркнул Олег Серга.

Списание денег по постановлениям судов происходит после блокировок в старом режиме — в бумажном формате.

«Выигравшая в суде сторона получает исполнительный лист. После чего обращается в банк, требуя арестовать счет и списать указанную в постановлении сумму в пользу победившей стороны. Есть процедура, и судебные исполнители ей строго следуют», — рассказал «Стране» старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Автоматизацию арестов банковских счетов юристы приветствуют только при одном условии.

«Если она применяется корректно и без ошибок. Чтобы не было злоупотреблений и аресты счетов не использовались для давления на людей. Оперативные блокировки счетов очень важны, они позволят лучше исполнять решения судов. Если все делается быстро — проигравшая сторона может не успеть оперативно вывести средства и избежать ответственности», — отметил Кравец.

СТРАНА

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Правда, уже с понедельника все пошло не по плану.

16 декабря Верховный суд планировал рассмотреть дело о связанности братьев Суркисов с Приватбанком. Но заседание перенесли на 31 января 2020 года. Причем, ВС откладывает вердикт по этому делу уже не первый раз — до этого слушания переносили в августе.

Напомним, Суркисы уже выиграли суды первых двух инстанций в 2017 году и, согласно им, Приватбанк должен выплатить их семье 1 млрд гривен, 265 тысяч долларов и 7,8  тысяч евро, которые были изъяты по процедуре bail-in (она предусматривает, что финучреждение может конвертировать средства собственников и связанных с ним лиц в акции банка в случае кризисных ситуаций).

Дело Суркисов считалось особо важным, так как в случае их окончательного выигрыша в Верховном суде, оспорить изъятие банком своих денег могут и другие физические и юридические лица, которых называют связанными с бывшими собственниками Приватбанка. На кону — порядка 30 млрд гривен.

Теперь ключевым является дело о национализации Приватбанка, которое 19 декабря после многочисленных переносов должен рассмотреть Шестой апелляционный суд.

Окружной суд Киева уже признал национализацию Приватбанка незаконной еще в апреле. Так что вердикт по апелляции Нацбанка будет решающим.

Впрочем, пока непонятно, будет ли в итоге решение, и главное — какое именно.

«Коломойскому нужны выигранные в Украине суды, чтобы использовать их как аргумент в международных судах, в частности, в Делавере (США) и Высоком суде Лондона», — говорит аналитик института Growford Алексей Кущ.

«Страна» разбиралась, будет ли судебный «турбо-режим» по делу Приватбанка и будет ли он возвращен Коломойскому.

Рябошапка в деле

На эту неделю назначено сразу несколько дел по Приватбанку.

Сегодня Верховный суд должен был вынести решение по иску Суркисов к Пиватбанку на миллиард. Заседание началось, однако ВС перенес его рассмотрение на 31 января 2020 года.

«16 декабря 2019 года генеральный прокурор обратился к Большой палате ВС с сообщением о вступлении в это дело и это ходатайство было удовлетворено. Но в то же время представитель Офиса генерального прокурора, которая была допущена к участию в рассмотрении дела, заявила ходатайство о его переносе в связи с необходимостью ознакомится с материалами дела», — говорится в сообщении на странице Верховного суда в Facebook.

Дело Суркисов должно было стать образцовым. Если бы Верховный Суд признал неправомерность конвертации Приватбанком их сбережений в акции, то это могли бы использовать как аргумент в судах и другие истцы из списка связанных лиц. И, выиграй они дела, Приватбанк рискует заплатить около 30 млрд гривен.

Эксперты отмечаю, что шансы у семьи Саркисов отсудить миллиард были. Суды первых двух инстанций уже вынесли решение в их пользу, и, как говорят юристы, не просто так.

«Что то такое bail-in банка? Это когда у банка возникают финансовые проблемы, механизм bail-in предусматривает принудительную конвертацию вкладов (их части) крупных вкладчиков в займы или уставной капитал проблемного банка для его спасения путем покрытия дыры в его собственном капитале. Идея принципа bail-in родилась на Западе после крупной волны дефолтов кредитных организаций в период кризиса 2008-2009 годов. Такой инструмент, в частности, применялся на Кипре в 2012-2013 годах. При его применении исходили из того, что крупным вкладчикам лучше потерять часть депозитов, но спасти банк и остальную часть в нем, став его акционерами, чем потерять все. А поскольку такая операция должна пройти очень быстро и слаженно, ее проведение объективно может быть только принудительное. У государства нет времени ждать, пока банк и все вкладчики договорятся. Но мы ж всегда идем своим, особенным путем. Поэтому у нас bail-in по Приватбанку тоже был особенным. У связанных лиц банка обнулили все депозиты, конвертировав их в капитал, а также обнулили конвертацией в капитал все выпущенные банком зарубежные бонды. Потом капитал все равно оценили в 1 гривну, за которую Минфин символически у ФГВФЛ и выкупил весь банк, оставив связанных лиц и иностранных кредиторов банка, как и остальных акционеров ни с чем. Естественно, и первые, и вторые пошли в суды. Первые оспаривают свою связанность, вторые — незаконную экспроприацию активов», — написал на своей странице в Facebook экс-советник НАПК, финансовый эксперт Александр Ярецкий,

По его словам, в случае с Суркисами не было формальных критериев, по которым их можно отнести к связанным с бывшими собственниками Приватбанка лицам. И именно на этом и строилось их оспаривание незаконности процедуры bail-in.

И именно этот аргумент, по мнению юристов, заставляет ВС медлить с вердиктом — считают юристы.

«Видимо все же решили дождаться итогового решения по законности национализации Приватбанка», — говорит глава адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец. Причем, как видим по поведению генпрокурора, который вдруг решил войти в дело, сами власти затягивают дело.

«Непонятно, при чем тут Генпрокуратура, которой понадобилось дополнительное время на изучение материалов дела. Думаю, вся эта история говорит о попытке надавить на суд», — говорит Кравец. 

«Идет неприкрытое давление на суд. Власти бояться допустить массового вала исков от так называемых «связанных лиц», который грозит Приватбанку выплатами в несколько десятков миллиардов», — сказал «Стране» банковский юрист одного из финучреждений.

Вернут ли Приватбанк Коломойскому

Законность национализации Приватбанка Шестой апелляционный суд должен рассмотреть 19 декабря. Окружной суд Киева уже вынес решение в пользу бывших собственников, но его оспорил Нацбанк. И уже несколько месяцев это дело ждет апелляции (его рассмотрение несколько раз откладывали).

Вердикта по Приватбанку ждут не только в Украине. Это вообще ключевой вопрос, который повлияет на отношения Киева с Фондом, да и со странами Запада в целом.

Коломойский не раз заявлял в интервью, в том числе, иностранным СМИ, что уже скоро ему вернут Приватбанк.

В то же время президент Владимир Зеленский на инвестиционном форуме в Мариуполе в конце октября этого года сказал, олигарху ничего возвращать не будут. «Ходят слухи о том, что президент или кто-то из его окружения хочет вернуть Приватбанк прежним владельцам. Это неправда. Мы не собираемся возвращать банки бывшим владельцам», — заявил Зеленский.

Ранее МВФ неоднократно давал понять Зеленскому, что на уступки Коломойскому по «Приватбанку» идти нельзя.

Напомним: Фонд настаивает не только на невозврате Приватбанка бывшим собственникам, но и на взимании с них $ 5,5 млрд, потраченных государством на спасение банка. И, якобы, из-за того, что этот вопрос все еще в подвешенном состоянии, срывались предыдущие переговоры о кредите.

Но 7 декабря Зеленский и глава МВФ сообщили, что стороны достигли принципиального согласия по кредиту. Однако это, как писала «Страна», еще не означает выделение кредита. Окончательно решение должен принять Совет директоров Фонда. 

При этом, как дает понять сам Фонд, решение это будет принято только после получения «железобетонных» гарантий, что банк Коломойскому не вернут.

Такими гарантиями и должен быт стать законопроект о невозврате выведенных с рынка банков прежним собственникам, который на прошлой неделе оперативно подал на рассмотрение Рады Кабмин.

Однако, как уже сообщала «Страна», с ним есть проблемы.

Во-первых, до нового года законопроект уже точно принять не успеют. Потом каникулы, потом новая сессия, и вопрос может «зависнуть» надолго.

Во-вторых, сам по себе законопроект не является гарантией того, что банк не вернут или же, что бывший собственник не сможет претендовать на компенсацию. Дело в том, что закон обратной силы не имеет. А потому применим только к тем банкам, которые будут закрываться или национализироваться в будущем.

В законе есть только одна процессуальная норма, которая может осложнить процесс возврата банка бывшим владельцем — это изменение суда, в котором слушается дело. Если закон будет принят и вступит в силу, то Коломойский сможет оспаривать национализацию только в Верховном суде. То есть процесс, по сути, там начнется сначала.

Однако, этот «предохранитель» сможет сработать только в том случае, если к моменту принятия закона суды не вынесут решения в пользу Коломойского.  

А такая вероятность, как видим, есть. 19 декабря — это четверг. И если суд примет решение в пользу Коломойского, то оно будет считаться вступившим в силу и олигарх начнет процесс возврата контроля над банком. 

И такой вариант может иметь катастрофические последствия для банковской системы страны. 

«Возврат Приватбанка, если и может быть, то только на основании юридической реституции — каждая сторона получит то, чем владела изначально, до национализации. То есть, государство заберет из Приватбанка облигаций на 144 млрд гривен, оставив кредитный портфель в 60 млрд и обязательства перед клиентами банка на 220 млрд гривен. Из них 180 млрд — это обязательства по депозитам физлиц, в том числе, 80 млрд — до востребования. То есть, если на рынке начнется паника, люди уже завтра могут прийти за своими деньгами. В этом случае встанет вопрос о рефинансирование. Но выкупить гособлигации, которыми докапитализировали Приватбанк могут или другие госбанки или НБУ, так как интересных инвесторам бумаг там максимум на 20 млрд. Решить эту проблему можно разве что за счет включения печатного станка и колоссальной эмиссии. Последствия будут катастрофическими», — считает Алексей Кущ.

И это не говоря уже о том, что Нацбанк может просто отказать «Приватбанку» в рефинансировании и признать его неплатежеспособным, введя временную администрацию или проведя повторную национализацию.

Впрочем, все эти действия очевидно полностью разбалансируют банковский рынок Украины. Также, в таком случае, мы уже точно не получим кредита МВФ.

Поэтому, по данным источников «Страны» в судейских кругах, по поводу предстоящего решение идут очень серьезные баталии. «Присутствует очень жесткое давление как с одной так и с другой стороны. И нельзя исключать ни одного варианта. И то, что банк вернут прежним владельцам, и то, что им откажут и то, что решение перенесут на потом, чтоб дождаться принятия закона по невозможности вернуть банк прежним собственникам», — говорит источник в судейской сфере.

Пачка исков

Но до «решающего» суда по национализации Приватбанка 19 декабря состоится еще несколько судебных заседаний. В частности, 18 декабря Печерский районный суд Киева должен рассмотреть иск Игоря Коломойского к НБУ, Приватбанку, агентству Интерфакс-Украина, газете «Закон и бизнес», Киевскому институту проблем управления имени Горшенина и др. о признании информации недостоверной и такой, котора] унижает честь, достоинство и деловую репутацию.

Главное, чего хочет добиться Коломойский, выиграв это дело, — подкрепить аргумент, который уже активно эксплуатируют его адвокаты, в том числе, в международных судах: о том, что национализация Приватбанка была политической расправой. 

В чреде дел «судебного турбо-режима» Коломойского есть также дело по иску подконтрольного ему Никопольского ферросплавного завода к Приватбанку. Предприятие требует от теперь уже государственного Приватбанка вернуть ему 22 млн гривен, на которые завод когда-то поручился за Приватбанк перед НБУ при рефинансировании.

«Не исключено, что будут и другие иски к Приватбанку. Скажем, о неправомерности передачи его в управление Кабмину. К его законности тоже при желании можно подкопаться. Кабмин не является юрлицом и управление банками не является функцией правительства», — говорит Кравец.

Чего добивается Коломойский

Эксперты говорят: Коломойский добивается нужных для себя судебных решение не просто так.

Во-первых, он хочет снять претензии по выплате 5,5 млрд долларов компенсации государству.

Во-вторых, и для него сейчас это даже более важно — от вердиктов украинских судов во многом зависит ход дел, которые сейчас рассматриваются в международных судах, прежде всего, в штате Делавэр (США) и Высоком суде Лондона.

Иск в Канцлерский суд Делавера подал Приватбанк. В нем идет речь о незаконном отмывании средств и покупку различных объектов недвижимости в США. Но после того, как к расследованию подключились американские правоохранители, дело рискует выйти за рамки гражданского иска. Коломойского и его окружение обвиняют ни много ни мало — в создании преступной группировке, масштабном мошенничестве и отмывании средств в США, а за такие преступления в Штатах светит тюремный срок.

Более того, в начале этой осени СМИ сообщали, что правоохранительные органы США, якобы, получили право в рамках этого дела не только арестовывать имущество, но и доставлять Коломойского и его партнеров на судебные заседания.

В Высоком суде Лондона, который ранее взял отсрочку на решение, берется ли он за рассмотрение иска Приватбанка к Коломойскому на 1,9 млрд долларов (чтобы определить юрисдикцию), дела олигарха тоже идет не лучшим образом. В октябре этого года юристы Приватбанка выиграли аппеляцию, а это значит, что лондонский суд продолжит рассмотрение иска, а активы Коломойского останутся под арестом, как и финансовые ограничения для него. И хотя само дело, скорее всего, будет рассматриваться несколько лет, пока позиции олигарха весьма шаткие.

«Выигранные иски в украинских судах позволят стать аргументом в судах международных, прежне всего, в Высоком суде Лондона. Если же будет подписано мирового соглашение, то не исключено, что этот иск и вовсе будет отозван. С судом Дэлавера ситуация гораздо сложнее, но и там юристы олигарха могут попытаться усилить защиту за счет украинских судебных побед. Правда, не факт, что это сработает», — подытожил Кущ.

Но, как считает наш источник из банковской среды, результаты судов нужны Коломойскому и для будущих переговоров по Приватбанку с украинскими властями. «Будет ли он что-то платить, или вопрос решат полюбовно, зависит от того, на каких позициях он изначально зайдет в переговоры», — говорит банкир.

Кроме того, если Коломойский хотя бы несколько дней вновь станет владельцем «Приватбанка», он просто даст команду отозвать иски и из Лондонского суда, и из американского. Уже это само по себе это делает для олигарха процесс возвращения контроля над «Приватбанком» игрой, которая стоит свеч. 

Для власти же решения судов по Коломойскому уже успели окрестить «тестом» на связь с олигархом.

«Хорошее саммари недели, которая многое определит в судьбе и карме президента. Пройдет ли Зеленский самое сложное свое испытание, испытание Коломойским», — написал в Facebook инвестиционный банкир Сергей Фурса.

Между тем, для Зе суды Коломойского могут стать настоящей проблемой. С одной стороны,  его попытка надавить на суды может повлечь за собой обвинения во вмешательстве в судебную систему и стать дополнительным козырем для Коломойского. С другой — учитывая, как в реальности работают наши суд, и с какой легкостью олигарху ранее уже удавалось решать через служителей Фемиды нужные вопросы, посыл о независимости судебной системы и подчинению его решениям, скорее всего, не оценят ни в Украине, ни на Западе.

И если Коломойскому все-таки удастся вернуть банк, то это будет воспринято в мире как свидетельство зависимости президента и всей системы власти от олигарха.

СТРАНА

Адвокатская компания Кравец и Партнеры