Налоговые накладные – это документы, которые должны регистрировать все плательщики НДС. В них нужно указывать торговые операции, и, если накладная успешно зарегистрирована, компания имеет право на налоговый кредит. На сумму этого кредита затем можно уменьшить налог.

Все налоговые накладные проверяются в специальной системе мониторинга налоговой службы. Если ту или иную операцию признали рискованной (есть ряд критериев, которые позволяют заподозрить схему. К примеру, в компании работает всего несколько человек, а оборот – огромен, или, скажем, декларируется производство той или иной продукции, но нет материально-технической базы для этого, либо часто меняются товарные коды и пр.), то налоговую накладную блокируют – до выяснения обстоятельств.

“Что происходит, если налоговая накладная заблокирована? У вас в любом случае возникает налоговое обязательство, по которому нужно платить. Но вот получит “скидку” за счет налогового кредита нельзя – “бан” не позволяет. В итоге, придется платить по полной. Вернуть сумму излишне уплаченного налога в теории можно, после разблокировки налоговой накладной, если удастся ее добиться. Но, как показывает практика, “живые” деньги получить крайне сложно, “лишнее” вычтут уже из следующего налогового платежа. То есть, идет заморозка оборотных средств предприятия, а государство получает больше налогов”, — пояснил нам экономист Алексей Кущ.

Но, по его мнению, дело не только в попытке выбить из бизнеса как можно больше налогов.

“Идет попытка частично заместить внешний НДС, который возвращается экспортерам, за счет НДС внутреннего, а он формируется  как раз за счет налогового кредита. В октябре возмещение НДС составило рекордные 10,9 млрд гривен, что, несомненно, ударило по бюджету”, — говорит Кущ.

Впрочем, на проблемы жалуются и экспортеры. Как заявила недавно Европейская бизнес-ассоциация, идут затягивания в возмещении экспортного НДС.

То есть, получается, налоги подгоняют на “входе”, и притормаживают на “выходе”. Что значит для бизнеса?

“Многие компании уже просто не регистрируют налоговые накладные. Нет регистрации – нет и налоговых обязательств, то есть, платить ничего не нужно. Понятно, что в будущем это может грозить проблемами с налоговиками. Но пока об этом не думают. Некоторые уходят на ФОП – оформляют несколько фирм-неплательщиков налога на добавленную стоимость. А есть и те, кто вообще уходит в тень. Понятно, что в дальнейшем это уменьшит поступления налогов в бюджет”, — рассказал нам налоговый адвокат Андрей Тамошюнас.

Разбирались, как бизнес попадает в налоговый “бан”, и можно ли из него выбраться.

Что такое налоговая накладная и почему ее могут заблокировать

Налоговая накладная  — это документ, в котором учитываются налоговые обязательства предприятий- плательщиков НДС. В него вносятся все данные по торговым операциям, и на их основании компания может получить налоговый кредит. На эту сумму в последующем можно уменьшить сумму налогового обязательства.

Налоговые накладные регистрируются в едином реестре НН, а затем проверяются через систему автоматизированного мониторинга налоговых накладных.

Главная цель таких проверок – выявить “рискованные” операции или сомнительного плательщика и заблокировать их.

Порядок такого мониторинга прописан в постановлении Кабмина №1165.

В нем прописаны критерии “рискованности” плательщика, а именно:

1.     Плательщик НДС зарегистрирован на основании недействительных документов

2.     Плательщик зарегистрирован физлицами с последующим переоформленном на  на умерих, пропавших без вести и др.

3.     Плательщик зарегистрирован физлицами, которые не собирались проводить финансово-хозяйственную деятельность (фирмы-“пустышки”)

4.     Плательщик зарегистрирован  и проводит хозяйственную деятельность без согласия всех основателей и руководства

5.     Плательщик- юридическое лицо -не имеет открытых счетов в банках

6.     Плательщик не подал налоговую отчетность по НДС за два последних отчетных периода

7.     Плательщик налога на прибыль не подал отчетность за последний отчетный период.

8.     У контролирующих органов есть налоговая информация, которая стала известна в процессе проведения текущей деятельности и проверок (под этот пункт вообще подвести все, что угодно)

Отдельно выписаны критерии рискованности операций:

1.     Несоответствие указанных  в налоговой накладной товаров и услуг тем,  которыми плательщик занимается постоянно, наличие “лишней” продукции (большая разница межд входящими и выходящими объемами),.

2.     Отсутствие лицензий  на экспорт, импорт, оптовую торговлю подакцизными товарами

3.     Отсутствие корректировок ведомостей в реестре плательщиков акцизного налога  по реализации топлива (для профильных компаний)

4.     Замена номенклатуры товаров и услуг (скажем, на входе – бананы, на выходе – мебель)

5.     Превышение суммы компенсации стоимости товара, указанного в НН, на уменьшение суммы налоговых обязательств получателя товара

6.     Составление расчета корректировки  на уменьшение налоговых обязательств на неплательщика НДС.

Если налоговая накладная заблокирована, то налоговое обязательство все равно возникает (и налоги придется платить), но право на налоговый кредит плательщик не получает – до разблокировки накладной.

“Как это работает на практике? К примеру, вы закупили материалы на 60 тысяч гривен, в стоимости которых налог – 10 тысяч гривен. Ваша продукция, произведенная из этого материала, стоит 100 тысяч, из которых 16,6 тысяч – налог. Ваше налоговое обязательство – разница между налогом на готовую продукцию и на материал, то есть, 6,6 тысяч гривен. Но, если налоговая накладная заблокирована, налоговый кредит в размере 10 тысяч вы не получаете, и должны заплатить полную сумму — 16,6 тысяч. Если НН впоследствии разблокируют, “замороженные” 10 тысяч вам вернут, но, как показывает практика, чаще всего возврат идет не “живыми” деньгами, а зачетом налоговой переплаты в следующих налоговых обязательствах. То есть, вам уменьшат налоги на “лишнюю” сумму, но как нибудь потом. А сначала нужно заплатить по полной. Таким образом, идет вымывание оборотных средств предприятий, но бюджет получает больше налогов”, — пояснил Алексей Кущ.

Глава профильного парламентского комитета Данил Гетьманцев в своем Телеграм на днях опубликовал свежую статистику по налоговым поступлениям в бюджет.

В октябре собрали на 9,9% или на 3.8 млрд больше, чем за аналогичный период прошлого года. За 10 месяцев этого года “мирный” план (сформированный еще до войны) перевыполнен на 1,8% или на 9,9 млрд. А, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года в бюджет собрали налогов на 18% (87,5 млрд) больше.

“Перевыполнение год к году произошло за счет НДС (сальдо плюс 56,2 млрд или 43,8%) и ренты (плюс 25 млрд или 57,6%)”, – констатировал Гетьманцев, поблагодарив налоговую и бизнес.

Эксперты говорят, что такой “налоговый рывок” обеспечила в том числе и массовая блокировка налоговых накладных.

“Блокируют всех”

Блокировка налоговых накладных для украинского бизнеса – не новость. Их блокировали “волнами” и в прошлые годы. Но, как говорит Андрея Тамошюнас, со средины октября ситуация заметно ухудшилась. “Блокируют даже тех, кого никогда не блокировали, кто годами работает с одним и тем же товаров и контрагентами. В их деятельности ничего не поменялось, но ранее налоговые накладные пропускали, а теперь – прекратили”, — говорит он. Эту тенденцию подтверждает и Сергей Доротич, руководитель общественного объединения SAVEФОП и владелец фирмы по производству окон в Вишневом Киевской области.

“Мы пять лет не меняли ни товарные позиции, ни поставщиков. Но в итоге имеет заблокированных налоговых деклараций на 2 млн”, — говорит нам Доротич.

Почему пошла “октябрьская волна” блокировок?

Дело в том, что 14 октября вступило в силу новое постановление Кабмина №1154, которым внесены изменения в порядок мониторинга налоговых накладных.

Нововведений несколько:.

1.     Усилены требования к критериям рискованности. В итоге так называемые “минусовые” расчетные корректировки, которые предусматривают снижение суммы компенсации стоимости хотя бы одного товара  поставщику будут попадать под усиленный мониторинг

2.     Остановка регистрации НН будет применяться не только к уже составленным накладным, но и тем, что только подаются

3.     Расширен список случаев, когда спецкомиссия при ГНС может в ручном режиме отклонять таблицу данных плательщика (в ней перечисляются данные по деятельности бизнеса и без нее зарегистрировать налоговую декларацию нельзя). Таблицу могут завернуть, даже если автоматическая система мониторинга ее пропускает

4.     Расширены критерии рискованности. Налоговики могут проверять не только товары, по которым есть сомнения, но и все товары, которыми занимается данный плательщик НДС.

“Основной фактор риска сейчас — изменение первого критерия рискованности операций (о так называемом “пересорте”). Ранее он состоял из трех пунктов: первый – неподача таблицы, второй – наценка на товаре больше 50%, третий – если в остатке товара на виртуальном складе (разница между тем, что поступило, и тем, что продал) – более 50% составляет так называемый “рискованнй товар” (его списки правительство составляет отдельно, в них несколько сотен наименований – Ред). В новой редакции третий пункт убрали, то есть, проверяют уже все остатки, а не только те, где больше половин – товары повышенного с налоговой точки зрения риска. теперь под “колпак” налоговиков попадают все товары, по которым указана наценка более 50%. От этого страдают, в первую очередь, производственные компании, где коды товаров на входе и выходе – разные. Скажем, предприятие получает сырье, а продает готовую продукцию”, — говорит Тамошюнас.

Он также добавил, что стали массово заворачивать таблицы, причем, даже если автоматическая система их пропускает. “То есть, идет искусственное торможение блокировок в ручном режиме”, — отметил эксперт.

По данным Государственной налоговой службы, на 17 октября было признано “рискованными” чуть больше 11 тысяч плательщиков. При этом по последнему пункту ( о том, что контролирующие органы получили некую информацию по компании) — больше 6 тысяч.

“Этот пункт – самый размытый, тут нет четких обоснований, а налоговая дополнительных разъяснений не дает. Поэтому на основании такого “компромата” блокируют наиболее массово”, — говорит глава адвокатского объединения “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец. Недавно ГНС направила на региональные управления письмо, в котором просит более детально расписывать претензии к плательщикам. Изменится ли что-то после этого – пока непонятно.

Судятся, уходят в тень, закрываются

Блокировки налоговых накладных уже запустили цепную реакцию по рынку. “Блокировка накладных зачастую попросту останавливает работу предприятия, а нередко – и его контрагентов. Поэтому 11 тысяч заблокированных плательщиков – это только вершина айсберга. Число тех, кто страдает из-за блокировок, модно смело умножать на 10”, – говорит Кравец. Причем, по его словам, в суде добиться разблокировки налоговой накладной не так сложно, особенно, если главный аргумент фискалов – тот самый пункт о, якобы,  “полученной” ими  некой “информации”. Но на судебные разбирательства уходит немало времени.

“По заблокированным еще в феврале налоговым накладным мы до сих пор не можем подать иск в суд. То воздушная тревога, то судьи разъехались, то реорганизация. По нашим прикидкам, разблокировка займет год-полтора”, – добавил Доротич.

Впрочем, предприниматели говорят, что по поводу беспроблемной регистрации налоговых накладных или снятия “бана” можно договориться в местных налоговых управлениях. То есть, коррупционная составляющая никуда не делась.

Интересную информацию приводит в своем Телеграм нардеп Ярослав Железняк.

По его словам, заблокировано всего 0,87% налоговых накладных. После блокировки только по 45% было подано пояснения плательщиками. А из тех накладных, по которым плательщики подали пояснения, 89% разблокировали. Еще 1,3% разблокировали по решению судов. То есть, по итогу “бан” снимают в более 90% случаев, по которым плательщики начинают активно разбираться.

“Это говорит о том, что заблокировали налоговые накладные безосновательно. Ответственность за это для налоговиков – никакой. Поэтому они могут “банить” всех подряд. Разбирательства занимают немало времени. Так что если хочешь выключить” бизнес (и лишить его права на налоговую скидку) – можно блокировать налоговые накладные”, — отметил Кравец.

Что касается указанного Железняком мизерного количества заблокированных накладных, мол, непонятно, почему предприниматели вообще раздувают проблему то у бизнеса на этот счет есть свои аргументы.

“Действительно, какая-то смешная цифра получается. Объясняю. Допустим, предприятие проводит в день 50. За полгода оно провело 5000 накладных. А 5001 заблокировали. Предприятие остановлено. Но ведь заблокировано всего 0,02% накладных этого предприятия. Вот чудо то! Такой маленький процент, а предприятие исчезло, сотни людей потеряли работу, а учредители – свои деньги и имущество”, — написал на свое странице в Фейсбуке киевский предприниматель Павел Себастьянович.

По закрытию бизнеса из-за одной заблокированной налоговой накладной – это не преувеличение.

“Я становлюсь “рискованным” плательщиком, не могут оформить налоговую накладную на своих контрагентов, соотвественно, они не хотят иметь со мной дела. Плюс – налоги, нужно платить больше, хотя доходы уменьшаются за счет частичного  сворачивания деятельности. Я по итогу блокировки налоговых накладных нашей компании вынужден был пополнять собственными средствами корпоративный счет. Те, у кого такой возможности нет, будут останавливаться”, — говорит Доротич.

По словам Андрея Тамошюнаса, предприниматели  лихорадочно ищут способ решить проблему с блокировками налоговых накладных. “Многие просто перестают подавать их на регистрацию. Нет накладной, нет налогового кредита, но нет и налогового обязательства. Соответственно, можно не платить. Понятно, что в дальнейшем это чревато проблемами с налоговой службой, судебными разбирательствами и штрафами. Но это будет потом. Пока же есть возможность хоть как-то удержать бизнес на плаву. Некоторые компании из плательщиков НДС уходят на сеть ФОПов, которые налог на добавленную стоимость не платят. Следовательно, никаких налоговых накладных регистрировать не нужно. А есть и те, кто попросту уходит в тень, и работает безо всяких обязательств и налогов”, — рассказал Тамошюнас.

По словам Доротича, все больше предпринимателей, которым и так нелегко выживать в войну, выставляют имущество на продажу и планируют переезд в Европу. “Сколько компаний по итогу закроется — вопрос открытый”, — говорит он.

Зачем “банят” бизнес

По мнению Тамошюнаса, главная цель блокировок налоговых накладных – увеличить налоговые поступления в бюджет (и такой расчет в принципе срабатывает). Но, понятно, что такой рост налоговых поступлений – временных. Если затем налоговые накладные массово разблокируются, то переплату по налогам придется учитывать в следующих периодах.

Тут главное – фактор времени. Чем дольше идет разбирательства, тем дольше можно бизнесу ничего не возвращать.

Но это – только одна из причин.

По мнению Алексей Куща, отмашка на массовые блокировки дана, чтобы в срок возмещать экспортный НДС (его в октябре заплатили 10,9 млрд гривен).

“Пока Зерновой коридор работает, нужно возмещать НДС экспортерам, среди которых большинство – международные трейдеры. Возмещение идет из и без того дефицитного бюджета. Поэтому я расцениваю массовые блокировки НДС как попытку заместить экспортный налог на добавленную стоимость внутренним”, — говорит эксперт.

Впрочем, не все так хорошо и с возмещением НДС. В конце октября Европейская бизнес-ассоциация заявила о том, что проблемы с возмещением НДС приобретают все более “системный характер”

“Чтобы произошло возмещение, налоговая должна подтвердить заявленные суммы – или путем проведения проверок или за счет автоматического подтверждения. Но сейчас налоговики  по неизвестным причинам не назначают камеральных проверок )которые можно провести дистанционно), а требуют проведения жокументальных проверок, непосредственно в офисе компании, которые в свою очередь откладывают из-за небезопасной ситуации”, — утверждают в ЕБА.

Андрей Тамошюнас говорит, что в дальнейшем экспортеры могут дать возмещения дольше. “Если они приобретают продукцию у компании-плательщика НДС, а ее налоговую накладную блокируют, то и экспортер не может показать НДС, который ему нужно возместить”, —  пояснил эксперт.

То есть, получается двойной интерес. С одной стороны, “заморозка” денег бизнеса (который не получает налоговый кредит, следовательно, должен платить больше налогов), с другой — заработок для нечистых на руку налоговиков.

То есть, у государства появляется возможность, хоть и временная, аккумулировать в бюджете больше средств. Но в последующем это может обернуться, наоборот, снижением налоговых поступлений – как за счет того, что бизнесу придется возвращать излишне уплаченные суммы, так и из-за закрытия предприятий и их ухода в тень.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Причем, люди готовы отдавать жилье с большим дисконтом — до 50-60% от довоенной цены.

“За квартиру на Оболони, которая стоила примерно 120 тысяч долларов, собственник хочет получить хотя бы 60 тысяч. За несколько дней до войны он выехал в Польшу, сейчас собирается открывать там свой бизнес, поэтому срочно нужны деньги. От коллег слышал, что подобные обращения есть и у них. Не скажу, что они очень массовые, но даже такого количества желающих продать квартиры за полцены может оказаться достаточно, чтобы обвалить ценники на рынке”,— говорит нам киевский риэлтор Виталий.

По словам эксперта рынка недвижимости, риэлтора Ирины Луханиной, продать квартиру в Киеве сейчас практически нереально и крайне рискованно — по любой цене. Да и покупатели явно не выстраиваются в очереди.

“Сделки могут быть разве что между своими, поскольку нотариальное оформление практически остановлено”, — говорит она.

Впрочем, как пояснил нам глава адвокатского объединения “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец, на днях Минюст открыл доступ к реестрам недвижимости (они были закрыты с начала войны), поэтому технически сделки проводить можно.

Разбирались, начнется ли в Киеве распродажа квартир и что будет с ценами после войны.

“Готовы уступать 50%”

Напомним: с прошлого года ценники на киевскую недвижимость резко пошли вверх. Среднестатистическая столичная квартира прибавила в цене, минимум,  30%. И даже на воне слухов о вторжении РФ особого волнения на рынке и попыток сбросить недвижимость за любые деньги не наблюдалось. Правда, в конце января-начале февраля, когда ситуация стала накаляться, занервничали иностранцы. Те, кто в последние годы скупал квартиры и коммерческую недвижимость в Киеве, чтобы зарабатывать на аренде или с прицелом на дальнейшую перепродажу, стали избавляться от ставших рискованными объектов. При этом большинство выставляло их по рыночной цене, без особых скидок.

С началом войны рынок по понятным причинам остановился.

“Минимальная активность наблюдается разве что в сегменте аренды. Да и то цены просели на 30%, минимальная планка, по которой можно снять сейчас квартиру в Киеве, — всего 4 тысячи гривен”,— говорит Луханина.

Впрочем, как рассказывают риэлторы, в последнее время появились обращения от киевлян с вопросами как можно продать квартиру.

В основном, этой темой интересуются те, кто выехал в Европу, и нуждается в средствах на обустройство новой жизни.

Якобы, люди готовы отдавать недвижимость в столице за полцены или даже дешевле. Скажем, по единичке в хрущевке озвучивался ценник в 15 тысяч долларов, хорошую квартиру в новостройке владелец готов отдать за 50 тысяч.

То есть, по сути, начинают сбываться прогнозы, которые риэлторы давали еще до войны: о том, что в случае эскалации люди будут готовы продавать квартиры и по 10 тысяч долларов.

Можно ли в войну оформить сделку купли-продажи

Ирина Луханина говорит, что продать квартиру в Киеве сейчас попросту нереально — рынка фактически нет, сделки не совершаются. “Возможно, кто-то из уехавших собственников и был бы заинтересован в срочной продаже даже с большим дисконтом, но вот где найти покупателя — вопрос открытый. Сделка, даже если ее удастся провести, крайне рискованная. После отмены военного положения ее можно оспорить. Поэтому найти покупателя можно разве что по договоренности, между своими”,— отмечает Луханина.

Впрочем, технически сделки купли-продажи недвижимости с недавних пор все же возможны. На днях Минюст открыл реестры недвижимости, правда, доступ к ним имеют только уполномоченные регистраторы, которых по стране не так много. “Также убрали региональную привязку, чтобы в каком-нибудь селе на относительно тихой Западной Украине не начали массово переоформлять права собственности на недвижимость. Тем не менее, оформить сделку купли-продажи все же возможно”,— говорит Кравец.

Также, как рассказал нам киевлянин, который пытается сейчас продать квартиру, риэлторы предлагают разного рода схемы, в частности, оформить доверенность, предварительный договор или завещание на покупателя. Понятно, что продать жилье по таким схемам можно только с существенным дисконтом. Озвучиваются даже суммы на 60% ниже довоенной цены.

Впрочем, президент Ассоциации риэлторов Украины Юрий Пита уверен, что в войну сделки по недвижимости являются рискованными как для покупателей, так и для продавцов. Поэтому советует до отмены военного положения их не совершать.

“Согласно статьи 233 Гражданского кодекса сделка может быть признана судом недействительной,  если заключена под воздействием тяжелых обстоятельств, к которым можно отнести и войну”,— отметил Пита.

Что будет с ценами на квартиры

Понятно, что в войну продажи квартир, даже по супер-низким ценам и без юридических барьеров, вряд ли будут массовыми.

Но, как говорят эксперты, появившаяся тенденция снижения цен может получить дальнейшее развития и после войны.

Особенно, если владельцы недвижимости в Украине, которые выехали за границу, не будут спешить с возвратом на родину.

“Не исключено,  что на первом этапе после войны цены на недвижимость снизятся”,— говорит Луханина.

Впрочем, по ее словам, эта тенденция вряд ли будет долгосрочной, так как с учетом разрушения жилищного фонда возникнет дефицит квадратных метров. Поэтому ценники на недвижимость, после спада, могут пойти в рост.

“Похожая тенденция наблюдалась в Донецке, когда после событий 2014-2015 года квартиры там резко подешевели, а затем начали дорожать. Правда, на прежний уровень они так и не  вышли”,— отмечает Луханина.

Риэлторы допускают, что сразу после войны квартиры в Киеве можно будет купить с дисконтом до 50%, а затем они могут подорожать на 20% и остановиться на том уровне, с которого начался бурный рост в прошлом году, который еще тогда эксперты назвали необоснованным.

При этом Юрий Пита прогнозирует рост цен на недвижимость в западных областях, причем, уже в ближайшее время.

“В западных областях наблюдается тенденция увеличения спроса на жилье на вторичном рынке. До конца марта количество вынужденных переселенцев здесь достигнет полумиллиона человек. Около 3% могут быть заинтересованы с покупке жилья. Поэтому цены на наиболее востребованные форматы — комнаты и 1-2 комнатные квартиры — могут вырасти на 3-7%”,— считает Пита.

Впрочем, что будет с ценам на недвижимость после войны во многом зависит от экономической ситуации в стране. “Если власти вытянут экономику, не исключено даже подорожание жилья, но на спаде людям просто не за что будет покупать квартиры”,— подытожил Кравец.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Народные депутаты готовят новый законопроект о депутатах из пророссийских партий, которые запрещены в Украине по решению Совета национальной безопасности (СНБО) от 18 марта. Соответствующий указ подписал президент. Как оцениваете подобное решение? Что ждет названные партии в будущем?

Меры касательно отзыва депутатов смогут принимать после ликвидации политсил

Глава Института публичной политики и консалтинга (ИНПОЛИТ), политический консультант Сергей Быков отмечает:

“СНБО не может запретить деятельность, отозвать свидетельство о регистрации той или иной политической партии. Но во время военного положения решения СНБО, которое утверждается указом президента (что и произошло в данном случае), может приостановить на время военного положения любую деятельность любой политической партии”.

Касательно партий, по которым приняли решение президент и СНБО (ОПЗЖ, “Партия Шария”, “Наши”, “Оппозиционный блок”, “Левая оппозиция”, “Союз левых сил”, “Держава”, “Прогрессивная социалистическая партия Украины”, “Социалистическая партия Украины”, “Социалисты”, “Блок Владимира Сальдо”), мнение у Сергея Быкова однозначное – необходимо было останавливать их деятельность. Следующим шагом, по его словам, должно быть обращение Министерства юстиции в суд, чтобы полностью ликвидировать данные политсилы.

“Решение своевременное, правильное. Нельзя позволять, особенно в такое сложное военное время коллаборантам разрывать Украину, – говорит эксперт. – Отмечу, что отзыва действующих депутатов (и парламента, и местных советов), по крайней мере, сейчас – не будет. Можно начать обращаться через Минюст в ЦИК с предложением отозвать мандаты у депутатов, потому что нет такого субъекта выдвижения, от которого они баллотировались. Но дело в том, что субъект выдвижения (партии) есть, просто их деятельность приостановлена на время военного положения. А вот когда будет решение суда о ликвидации той или иной политсилы – тогда, возможно, будут приняты более радикальные и действенные меры касательно отзыва депутатов”.

Впрочем, отмечает Сергей Быков, сами депутаты уже массово покидают ряды пророссийских политсил. В местных советах происходят самороспуски фракций, в том числе ОПЗЖ. Так что процесс уже необратим. Политики, которые видят свое будущее в Украине, не заинтересованы в том, чтобы их ассоциировали с “рукой Кремля”, уверен политконсультант.

Полномочия избранных ранее депутатов не могут быть приостановлены

Ростислав Кравец, адвокат, глава профсоюза Украинская независимая фундация юристов, глава АО “Кравец и партнеры” обращает внимание, что на сегодняшний день любые законы, которые будут приниматься, не имеют обратной силы.

“То есть, принятые решения не могут распространяться на тех депутатов, которые уже избраны от партий, попавших в условный “черный список”. Пересмотр статуса депутатов от партий, которые были ликвидированы или деятельность которых была приостановлена, попытки исключить таких людей из органов местного самоуправления – не будут соответствовать конституционным нормам, действующим сегодня. Потому что они избирались в установленном законом порядке. И такого основания в законе для утраты депутатами полномочий как ликвидация партий, запрет партий, приостановка из деятельности – нет”, – поясняет юрист.

По его словам, если это и внесут в законодательство, то такие нормы распространятся уже на будущих депутатов от тех или иных партий, которые будут запрещены.

“Может быть запрещена или приостановлена деятельность тех или иных партий на период военного положения, но – не полномочия ранее избранных от этих политсил депутатов. Указанные партии не исключены из реестров. У нас, как всегда, решение приняли, а теперь пытаются его как-то вписать в рамки закона, в которые оно явно не вписывается”, – резюмирует Ростислав Кравец.

Комментарии

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

20 мая Специализированная антикоррупционная прокуратура закрыла это дело, не найдя в нем состава преступления. Причем, это уже четвертое закрытие дела по Роттердам плюс. И такое решение принял новый старший группы прокуроров Денис Демкив (который не так давно сменил прежнего старшего прокурора Виталия Пономаренко).

Впрочем, в НАБУ заявили, что не согласны с выводами САП.

“Судьбу дела Роттердам плюс должен решить суд – только так можно исследовать полноту и убедительность собранных детективами НАБУ доказательств и дать им справедливую оценку. Решение нового старшего группы прокуроров – Дениса Демкива – о закрытии так называемого дела “Роттердам плюс” 20 мая 2021 года вызывает сомнения в его объективности. Это решение принято во внерабочее время, без консультации с детективами и независимого изучения материалов дела. Идет речь о более 100 томах письменных материалов и 350 гигабайт видеозаписей допросов. НАБУ обжалует решение о закрытии дела “Роттердам плюс” в.о руководителя САП”, – говорится в заявлении НАБУ.

То есть, не исключено, что Роттердам плюс могут запустить по новому кругу.

“Скорее всего, дирижируют этот процесс даже не Банковой, а из внешних иточников. В частности, есть мощное лобби в США, представляющие интересы бизнеса, который хочет скупить по сходной цене активы Ахметова”, – считает аналитик Института стратегических исследований Юрий Корольчук.

Глава адвокатского объединения “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец полагает, что все намного проще – НАБУ, выступая против закрытия дела, преследует, в первую очередь, собственные интересы.

“Это банальный пиар и попытка оправдать годы расследования дела, которое оказалось полностью провальным. И не в последнюю очередь – из-за некорректного сбора доказательной базы самим НАБУ. Им осталось потянуть совсем немного – каких-то шесть лет, и тогда дело можно будет закрыть по истечению 10-летнего срока давности”, – иронизирует Кравец.

“Страна” разбиралась, какие есть перспективы по делу “Роттердам плюс”.

Как работал Роттердам плюс

Напомним вкратце о деле по “Роттердам плюс”.

Оно связано с одноименной формулой определения стоимости угля, которую утвердило НКРЭ в марте 2016 года. Эта методика вводилась для формирования рыночной цены на энергетический уголь, который поставлялся производителям электроэнергии. В Нацкомиссии тогда утверждали – такая формула нужна, чтобы рассчитывать прогнозную оптовую цену на электроэнергию, чтобы тариф покрывал ее себестоимость.

Сама формула “Роттердам плюс” состояла из средних индексов цен на уголь API2 в портах региона Амстердам-Роттердам-Антверпен за 12 месяцев до расчета оптовой цены плюс логистический затраты по доставке угля на украинские ТЭС. Индекс API2 приводили в соответствие с калорийностью украинского угля, а итоговые цифры утверждало Министерство энергетики.

Понятно, что при этом никаких поставок угля из Роттердама не было, цены на европейской бирже были взяты как ориентир. То есть, по-сути, “Роттердам плюс” это более ранний аналог формулы расчета цены газа – “Амстердам плюс”, которая действовала в Украине вплоть до недавнего времени (и фактически еще действует для теплокоммунэнерго). По такой же формуле Кабмин недавно ограничил стоимость бензина и дизеля на отечественных заправках.

Зачем вводили «Роттердам плюс»?

“На то время стоимость украинского угля была очень низкой – порядка 830 гривен за тонну. 50 гривен брал себе “Уголь Украины”, то есть шахты получали меньше 800 гривен. А российский уголь поставляли к нам по 100 долларов, это от 2,5 тысяч до 2,8 тысяч за тонну. (Также поставлялись партии угля из ЮАР . Всего в 2016 году импорт угля составил 15,6 млн тонн на 1,46 млрд долларов – Ред). То есть, с ценами на уголь был полный хаос (производители электроэнергии могли закладывать в тариф лишь стоимость украинского угля, а его не хватало – Ред). Фактически цены на украинский уголь искусственно занизили в 3-4 раза. После введения “Роттердам плюс” цены на уголь начали расти – сначала до 1100-1200 гривен, затем до 1700, позже до 2500-2800 гривен за тонну. Государственные шахты за счет этого получили дополнительно порядка 10 млрд гривен. Если бы тогда не ввели эту формулу, угольной отрасли в Украине уже не было бы”, – говорит глава Независимого профсоюза горняков, народный депутат Михаил Волынец.

“НКРЭ вводила “Роттердам плюс” по рекомендациям АМКУ, который, по итогам изучения ситуации на этом рынке пришел к выводу, что необходима методика формирования цены на уголь, которой на тот момент не было – цены регулировались либо в административном режиме, либо в ручном”, – добавит руководитель исследовательских проектов НТЦ “Психея” Геннадий Рябцев.

Но в СМИ часто высказывались подозрения, что формулу “Роттердам плюс” пролоббировали структуры Рината Ахметова (при содействии экс-президента Петра Порошенко), которым новая схема была выгодна вдвойне – с одной стороны они получали более высокую цену на уголь, с другой – смогли заложить ее в стоимость электроэнергии и отпускать ее потребителям дороже.

Впрочем, структуры Ахметова заявлении о коррупционной составляющей отвергали.

Противниками новой формулы были крупные потребители электроэнергии, прежде всего Игорь Коломойский, контролирующий Никопольский и Запорожский ферросплавные заводы, а также предприятия Виктора Пинчука. Еще в 2016 году нынешний глава профильного комитета ВР Андрей Герус (его связывают с Коломойским) обжаловали введение “Роттердама плюс” в Окружном админсуде Киева, но попытки оспорить скандальную формулу через суд так ничего и не дали. В 2017 году Высший админсуд окончательно признал законным решение НКРЭ по “Роттердаму плюс”.

НАБУ и угольная пыль

Но буквально сразу после этого за дело взялось НАБУ.

“24 марта 2017 года Национальное антикоррупционное бюро Украины начало досудебное расследование в уголовном деле № 52017000000000209 по факту злоупотребления служебным положением должностными лицами НКРЭКУ в связи с принятием Порядка утверждения оптовой рыночной цены на электроэнергию, которая содержала методику определения прогнозный цены угля, впоследствии названная формулой “Роттердам плюс”.

После трех с половиной лет расследования дело 27 августа 2020 года было закрыто прокурором САП Пономаренко в отношении подозреваемых лиц из-за отсутствия достаточных доказательств их вины и исчерпания возможностей для их получения.

Прошел почти год с этого события, и за то время дело было закрыто этим прокурором трижды.

Но также три раза дело закрывал Высший антикоррупционный суд, а потом дважды и.о. главы САП Грищук восстанавливали дело.

НАБУ акцентировало внимание в публичной плоскости и в суде, что прокурор Пономаренко некорректно ведет расследование и должен быть отстранен. А группа поддержки НАБУ намекала на то, что он был “мотивирован” фигурантами расследования.

Вопрос снятия прокурора трижды рассматривался в антикоррупционном суде тремя разными судьями.

Суд оставлял прокурора на своем месте, не найдя в его действиях нарушений. Однако НАБУ настаивало на своем, в результате чего уже генеральный прокурор заявила о том, что с учетом политического резонанса дела она меняет прокурора и назначает нового прокурора по делу – Дениса Демкива.

Таким образом, требование НАБУ было удовлетворено.

Прокурор Демкив давно и успешно работал с НАБУ и известен по реализации ряда громких дел. То есть человек для Бюро совсем не чужой. И более того, по данным “Страны”, именно его НАБУ и рекомендовало.

Однако и Демкив, изучив материалы дела, 20 мая 2021 года принял решение о закрытии дела “Роттердам плюс”. Таким образом, дело закрыто уже в четвертый раз.

Тут же НАБУ объявило Демкива необъективным, а решение неправильным.

Как говорится в заявлении НАБУ, Демкив, якобы, “проигнорировал мнение своего коллеги-прокурора САП, который также осуществляет процессуальный контроль по этому дела с начала его расследования и имеет противоположную позицию относительно судьбы этого дела и готов представить обвинение в суде”.

Напомним: по версии следствия, генеральный директор ДТЭК Сети Иван Гелюх, менеджер ДТЭК Борис Лисовой по предварительной договоренности с экс-главой НКРЭКУ Дмитрием Вовком, бывшим членом Нацкомиссии Владимиром Евдокимовым, замначальника управления энергорынка НКРЭКУ Тарасом Ревенко и начальником отдела этого управления Владимиром Бутовским пролоббировали формулу “Роттердам плюс”. В итоге ДТЭК, контролирующий до 80% рынка электроэнергии, как утверждают в НАБУ, получил дополнительную прибыль, а общий ущерб от внедрения формулы превысил 18 млрд гривен.

Но как раз с оценкой ущерба возникли сложности.

Еще в 2018 году Андрей Герус и его Ассоциация потребителей энергетики и коммунальных услуг запустили онлайн-счетчик, который определял потери от “Роттердама плюс”. По состоянию на осень прошлого года этот счетчик насчитал переплат за электроэнергию на более чем 64 млрд гривен (хотя сама формула “Роттердам плюс” на тот момент уже не действовала).

Но эти подсчеты – скорее для широкой общественности. Что же касается доказательной базы для суда, то было несколько экспертиз.

“Экспертизы проводили Киевский институт судебной экспертизы, Институт экономики и прогнозирования НАН Украины, Торгово-промышленная палата, европейская профильная ассоциация производителей энергетического угля. И все они сделали в целом одинаковые выводы – не было ущерба от “Роттердама плюс”, – рассказывает нам Геннадий Рябцев, которого привлекали к исследованиям в качестве эксперта.

По его словам, не к чему было подкопаться и по процедуре принятия решения НКРЭ по угольной формуле.

“Проект был согласован со всеми ведомствами – Миниэнергетики, регуляторной службой, Антимонопольный комитетом- без замечаний. Все прописанные законодательством процедуры были соблюдены”, – говорит Рябцев.

То есть, доказательной базы не нашлось, что, собственно, и стало причиной закрытия дела.

Правда, в прошлом году появилась еще одна экспертиза. Ее предоставила частный эксперт Ирина Педь, установив, что “Роттердам плюс” нанесла убытков на 39 млрд гривен. После этого сама Педь заявляла, что на нее началось давление, якобы, со стороны адвокатов менеджеров ДТЭКа, которые проходили по этому делу.

Но, как видно, данная экспертиза не впечатлила Демкива, закрывшего дело “Роттердам плюс” в четвертый раз.

“Если госшахты после запуска “Роттердама плюс” получили дополнительно 10 млрд, то о каких убытках можно говорить”, – говорит Волынец.

Что будет с делом по “Роттердаму плюс” и как быть с аналогичными формулами на газ и бензин

В ситуации, когда дело уже многократно закрывалось, дальнейшие перспективы его расследования у экспертов вызывают большие сомнения. А нынешние заявления НАБУ скорее напоминают пиар, чтоб отвлечь внимания от фактического развала дела и роли в этом должностных лиц Бюро.

“Это чистый пиар. За несколько лет НАБУ оказалось неспособным грамотно провести процессуальные действия и собрать доказательную базу по этому делу, суду предоставляли какие-то слайды и презентации, а не доказательства. Грамотной экспертизы не было, хотя я считаю, что “Роттердам плюс” все же нанесла ущерб всем потребителям электроэнергии. Создается впечатление, что НАБУ намеренно “зарубило” это дело. При таком подходе, его можно еще 6 лет “расследовать”, а потом уже окончательно закрыть по истечению срока давности, который для подобных дел составляет 10 лет”, – говорит Ростислав Кравец.

Впрочем, есть еще один нюанс.

Как уже писал выше, в Украине действовали и действуют аналогичные формулы – скажем, газовые “Дюссельдорф плюс” и “Амстердам плюс” или новая формула по регулированию цен на бензин.

По сути, они полностью идентичные “Роттердаму плюс” – для определения цены ресурса (газа, бензина, дизеля) предлагается учитывать европейские котировки и доставку в Украину, хотя сам ресурс из Европы физически не поставляется.

“Странно как-то выглядит эта ситуация: прокуроры возбуждаются только на Роттердам плюс, при этом в Украине в это же время существовала формула Дюссельдорф плюс. Сейчас есть  формула  газа Амстердам плюс для ТКЭ (и в этой формуле заложена несуществующая доставка газа от Амстердама  до границы с Украиной, а это 50 евро на тысяче кубов), и при этом — ни одного расследования мы не видим”, – говорит эксперт энергорынка Олег Попенко.

“Сегодня каждый автовладелец заправляет свое авто по цене «Роттердам плюс». Неделю назад правительство даже отдельный акт приняло, в котором черным по белому прописало, что цены на украинских АС должны быть не выше чем цена “Роттердам плюс 7 гривен на литр”. Другими словами это “Роттердам плюс 200 долларов на тонне”. А сейчас читаю удивления всяких маршалов железнодорожных войск, что прокурор САП как-то неправильно закрыл дело по угольной формуле “Роттердам плюс”. Так а что вы хотите? Чтобы он Шмыгалю выписал пидозру и всему правительству за Роттердам плюс в бензине? Или Зеленскому зачитал права подозреваемого из-за его подписи в меморандуме с МВФ, по которому украинцам навязали цену на газ “Амстердам плюс”. Я всегда говорил, что “роттердамы”, “амстердамы”, “дюссельдорфы” и “плюсы” – это все не украинская история и ничего общего с интересами потребителей в этих формулах нет. Но если расследовать одну формулу, то будьте здоровы, идите с пидозрами в правительство и офис президента”, – написал на своей странице в Фейсбуке нардеп Алексей Кучеренко.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Заместитель министра юстиции — уполномоченный по делам Европейского Суда по правам человека Иван Лищина в интервью сайту «Буквы»  заявил, что сейчас против Украины в ЕСПЧ есть 10 500 заявлений, из них 7000 — с Донбасса. По словам чиновника,  в основном в исках идет речь о выплате пенсий и разрушении жилья.

«У нас в Минюсте есть подозрение, что людей, живущих в ОРДЛО, могли подтолкнуть массово подавать заявления против Украины», — рассказал представитель Украины в ЕСПЧ.

Статистика обращений в ЕСПЧ действительно складывается отнюдь не в пользу Украины. Так, в 2019 году против Украины были поданы 1300 исков и почти все они касались событий на Донбассе. По данным секретариата Суда, на рассмотрении в Страсбурге находятся примерно 5590 жалоб, касающихся Донбасса, в 4500 из них ответчиком указана Украина и только в 40 жалобах – Россия. Еще около 1050 жалоб поданы одновременно против Украины и России.

Klymenko Time решили разобраться, кто же жалуется на Украину в ЕСПЧ на самом деле и реально ли вообще жителям Донбасса — по обе стороны разграничения — получить компенсацию за разрушенное жилье.

В “ДНР” оценивают ущерб в 200 миллиардов рублей

Не исключено, что такой активности жителей Донбасса в подаче исков против Украины в 2019 году предшествовало создание «комиссии по оценке экономического ущерба, нанесенного населению Донбасса Украиной». Основная цель общественной комиссии – работа по составлению формуляров в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), оценка материальных убытков, которые нанесены «ЛНР» и «ДНР».

Первые коллективные иски с помощью этой комиссии появились в сентябре 2019 года, их подали жители Первомайска, расположенного на Луганщине: один иск – от 12 жителей многоквартирного дома № 12, находящегося в квартале 60 лет СССР.

Любопытно, что по данным СМИ «народных республик», сама комиссия была официально создана лишь 5 декабря 2019 года, а упомянутые сентябрьские иски были названы инициативой жителей домов. 

Спустя 2 недели после своего создания, комиссия уже заявила о подготовке исков в ЕСПЧ жителей Донецка и Углегорска на сумму в 106 млн российских рублей против Украины, решение о чем было принято в ходе заседания самой комиссии. 

В июле 2020 года «депутат Народного Совета «ДНР»» Елена Шишкина заявила, что 1050 жителей народной республики подготовили иски в ЕСПЧ к Украине на сумму в 130 миллиардов российских рублей. 

А уже в  марте 2021 года все та же Елена Шишкина оценила общий ущерб, нанесенный «ДНР» действиями Украины более 200 млрд рос. руб.

Украина не заплатит – нет денег

Впрочем, перспективы получить компенсацию от Украины по этим искам в ЕСПЧ, крайне малы.

Во-первых, практика суда свидетельствует, что по делам о событиях на неподконтрольных правительству территориях ЕСПЧ обычно признает вину государства, которое через зависимую от него администрацию осуществляет фактический контроль на этой территории. Так, при рассмотрении жалоб на нарушения прав человека в Приднестровье ЕСПЧ обычно отвергает жалобы против Молдовы, зато жалобы против России имеют шанс на удовлетворение.

Старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец рассказал Klymenko Time, что,  как свидетельствует практика обращений в ЕСПЧ, это не самый простой способ добиться справедливости от государства.

«Чаще всего обращения украинцев в ЕСПЧ связаны с неисполнением государством Украина своих обязательств в уголовной, финансовой, социальной и прочих сферах. Обычно не удовлетворив свои претензии к государству в отечественных судах, украинцы обращаются в ЕСПЧ, а жители неподконтрольного Донбасса могут сразу обращаться в европейский суд. Уже на стадии приема иска им могут отказать в этом. Но даже прием документов не делает жизнь истца легче. Как свидетельствует практика, рассмотрение этого иска может затянуться на целое десятилетие, а закончиться решением государству Украине компенсировать судебные издержки истца и некоторую сумму морального ущерба. Доказать же стоимость пострадавшего в ходе боевых действий имущества как правило невозможно», — резюмирует печальную статистику походов украинцев за справедливостью в ЕСПЧ юрист.

Во-вторых, у Украины хронически нет денег на выплату таких компенсаций — даже для тех граждан, которые проживают на подконтрольной территории.

По данным украинской «Судебно-юридической газеты», по уже принятым решениям различных судов Украина должна своим гражданам порядка 5 млрд грн., при том что на 2021 год в бюджете на эти выплаты запланированы всего 100 миллионов гривен. В целом же, Украиной выполняются лишь 2,6% судебных решений касающихся социальных выплат.

Восстанавливают своими силами

Пока что восстановление жилья  и инфраструктуры в Донбассе идет за счет местных ресурсов по обе стороны линии разграничения. Так, по данным Донецкой облгосадминистрации, из бюджета Донецкой области на восстановление в 2021 году пострадавших от обстрелов домов в прифронтовой зоне выделили 4,6 миллиона гривен.

Как заявил глава Донецкой ОГА Павел Кириленко, в Донецкой области в результате военных действий остаются поврежденными или разрушенными более 5500 жилых домов. По его словам, ОГА планирует выплатить компенсации 31 лицу на общую сумму более 7,9 млн. гривен. Речь идет об 11 населенных пунктах на линии разграничения: Широкино, Зайцево, Авдеевка, Марьинка, Славянск. В администрации заявляют, что уже восстановлено 8207 поврежденных домов, из них 1370 — в 2020 году. Также в 2020 году были выплачены первые компенсации владельцам домов, разрушенных из-за военных действий – в ноябре 9 из них получили по 300 тысяч гривен. 

В самопровозглашенной “ДНР” тоже, похоже, решили заняться этим вопросом. Там  в ходе рабочего совещания с руководителями ряда министерств глава «ДНР» Денис Пушилин заявил, что в рамках выполнения Программы восстановления и развития республики в 2020 году осуществлен капитальный ремонт 73 многоквартирных жилых домов, ремонт кровли 85 многоквартирных жилых домов, 138 лифтов. 

Годом ранее российские СМИ что с 2014 по 2020 год были восстановлены 11 тысяч жилых домов пострадавшие в ходе обстрелов, в том числе 9071 – частные. Еще порядка 2 тысяч семей нуждаются в новом жилье взамен разрушенного, что запланировано сделать за счет достройки ранее недостроенных многоэтажек в Донецке, Макеевке, Горловке, Шахтерске, Углегорске и Старобешево.

В Министерстве пока не придумали механизм выплат

По оценкам Министерства по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Украины, ориентировочная сумма средств, необходимых для восстановления разрушенных и поврежденных объектов недвижимости на подконтрольной украинской власти территории Донбасса, составляет почти три миллиарда гривен. В госбюджете Украины на 2020 год предусмотрено лишь около 40 миллионов на возмещение убытков за поврежденное имущество. Но даже механизма выплаты этой компенсации до сих пор не существует. 

Вопрос денежных компенсаций должна рассматривать специальная комиссия, по формуле «средняя стоимость квадратного метра жилья в регионе, где находился дом, помноженная на площадь разрушенного жилья». Причем получить эту компенсацию смогут лишь жители подконтрольной Украине части Донбасса.

Klymenko Time

АО «Кравец и Партнеры»