Если видео будет для вас полезным, не забывайте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться ссылкой со своими друзьями. А также присоединяйтесь к каналу Ростислава Кравца в Телеграм.

✔ Запись на консультацию: https://wa.me/380442296950 (сам номер телефона +380-44-229-6950) или по электронной почте info@knpartners.com.ua

АО «Кравец и Партнеры»

Об этом в комментарии корреспонденту ГолосUA сообщил адвокат, старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

«Отмена Закона об амнистии активистов Майдана нужна только с одной целью, чтобы иметь возможность расследователь совершенные на тот момент преступления. Ну а поскольку Венедиктова делала подобные заявления еще будучи исполняющей обязанности главы ГБР, то она в действительно отдает себе отчет в том, что отмена данного закона позволит провести объективное расследование и найти реальных виновников этой трагедии», — сказал эксперт.

По словам Р. Кравца речь идет не о рядовых исполнителях, а тех лицах, которые устанавливали снайперов, отдавали приказы стрелять по людям и полицейским. Ведь Закон об амнистии не распространяется на убийства и это нужно понимать.

«Пока есть карантин, сбежать из Украины будет тяжело. Но с момента отмены Закона об амнистии активистов Майдана, объявить о подозрении и произвести первые аресты можно будет на протяжении месяца, поскольку следственные органы уже располагают всей необходимой информацией», — заключил юрист.

Напомним, 17 марта Верховная Рада на заседании назначила Ирину Венедиктову новым генеральным прокурором.

За кандидатуру Венедиктовой проголосовали 269 депутатов. Не голосовали фракции «Евросолидарность», «Голос» и «Батькивщина».

Также Венедиктова назвала первые шаги на должности – аудит, координация уголовных производств между органами. Основная задача — активизировать работу прокуроров.

ГолосUA

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Такое мнение в ходе пресс-конференции в информационном агентстве «ГолосUA» выразил юрист Ростислав Кравец.

По словам юриста, сам закон о люстрации разрабатывался после смены правительств в посткоммунистических странах, ЕСПЧ давал оценки таким законам о люстрации, предупреждая: «не совершайте ошибки». ЕСПЧ выносил решения о нарушениях прав человека в той же Молдове, решения суда по правам человека также вынесены в отношении Украины (Европейский суд по правам человека принял решение, что увольнение государственных служащих на основании закона Украины «Об очищении власти» (люстрация) привело к нарушению их прав. — Ред.).

«Во всех решениях ЕСПЧ указано, что ответственность должна быть индивидуальной. Увольнение и отстранение лиц от государственного управления признаны ЕСПЧ незаконными, более того суд назвал люстрацию в Украине «дикой люстрацией». Конституционный суд Украины до сих пор, несмотря на решение ЕСПЧ, к сожалению, никакого решения не принял», — отметил Р. Кравец.

Юрист добавил, что отсутствие единой позиции в украинском законодательстве по тому или иному вопросу касается всех президентов, то, что происходило с чиновниками времен Януковича и Порошенко, это подтверждает.

«Закон об очищении власти подписал г-н Турчинов, который не имел на это никаких полномочий, он на тот момент исполнял обязанности президента Украины. Фактически узурпировав власть, Турчинов подписал закон о люстрации, не имея на это полномочий, но все обязаны этот закон исполнять. Нельзя увольнять людей за то, что они занимали определенные должности. Увольняют за преступления. При этом главное — не выйти на самих себя. По такой логике надо большую часть министров Кабинета министров или правительства увольнять, но никто пальцем на себя указывать не будет», — подчеркнул Р. Кравец.

По мнению юриста, популизм в Украине давно заменил законодательное поле. Все сводится к тому, что мы принимаем новые законы, чтобы не исполнять старые. Этим закончится закон о люстрации, который является неконституционным. Получалось так, что, ничего не нарушая в законодательном поле, человек, занимая какую-то должность, за это был люстрирован.

«Украину ждут миллиардные компенсации незаконно отстраненным от своих должностей чиновников, министров, судей и прокуроров», — подытожил Р. Кравец.

Напомним, увольнение государственных служащих на основании закона Украины «Об очищении власти» (люстрация) привело к нарушению их прав. Такое решение единогласно принял 17 октября 2019 года Европейский суд по правам человека.

ГолосУА

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Государство заставили платить за неправомерные аресты: когда человека сначала арестовывают по подозрению в преступлении, а впоследствии отпускают из-за недоказанности. Плата в таких случаях называется возмещением морального ущерба и исчисляется в конкретной сумме. Первые суммы ущерба уже утверждены, и платить их точно придется. Поскольку есть постановление Большой палаты Верховного суда, которое обжалованию не подлежит — по делу №236/893/17. И в нем содержатся четкие указания в адрес Государственной казначейской службы по уплате.

По ходу суд дал достаточно понятное понятие ущерба.

«Моральным вредом признаются страдания, причиненные гражданину вследствие физического или психического воздействия. Что привело к ухудшению или лишению возможности реализации им своих привычек и желаний. А также к ухудшению отношений с окружающими людьми, других негативных последствий морального характера. В случаях, когда границы возмещения морального вреда определяются в кратном соотношении с минимальным размером заработной платы или необлагаемым минимумом доходов граждан, суд при решении этого вопроса должен исходить из такого размера минимальной заработной платы или необлагаемого минимума доходов граждан, действующих на время рассмотрения дела», — говорится в заключении БП-ВС.

Чтобы не было разночтений или двояких трактовок, Верховный суд отдельно структурировал моральный ущерб постатейно, чтобы было понятно, в чем он выражается:

1. в физической боли и страданиях, которые физическое лицо испытало в связи с увечьем или иным повреждением здоровья;
2. в душевных страданиях, которые физическое лицо испытало в связи с противоправным поведением относительно него самого, членов его семьи или близких родственников;
3. в душевных страданиях, которые физическое лицо испытало в связи с уничтожением или повреждением его имущества;
4. в унижении чести и достоинства физического лица, а также деловой репутации физического или юридического лица.

«То, что появились первые случаи о возмещении морального вреда — это несомненный плюс. Поскольку люди имеют на него несомненное право, ведь их свободу ограничили без соответствующих оснований. Подобных историй просто масса в последнее время, особенно по подозрению в экономических преступлениях. Людей бросают в СИЗО не раздумывая, нередко по чьему-то заказу. Чтобы помордовать человека и довести до отчаяния. Чтобы, потеряв волю, он впоследствии подписали документы против себя (признания). Ни о какой доказательности или соблюдении прав и речи не идет. После такого моральный ущерб просто очевиден», — отметил в разговоре с UBR.ua старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Тем не менее, он уверен, что моральный вред людям должно возмещать не государство — госбюджет, а сами виновники.

«Получается, что за нанесенный ущерб платим мы все — то есть налогоплательщики. Хотя нанесли его конкретные следователи, которые были или подкуплены кем-то и работали «на заказ», или которые просто профнепригодны. Возмещать моральный ущерб должны именно они из своих собственных зарплат. Во-первых, это справедливо, во-вторых — это должно останавливать правоохранителей от злоупотреблений в будущем», — резюмировал Кравец.

Елена Лысенко, UBR

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Генпрокуратура и Министерство юстиции внедряют программу, предусматривающую такую возможность. Ввести ее решили пока только в шести областях: Донецкой, Львовской, Луганской, Николаевской, Одесской и Харьковской.

Эта программа является пилотным проектом по выполнению гуманистических правил Организации Объединенных Наций. Подробнее – в сюжете Радио НВ.

Не прибегать к официальному рассмотрению

Генпрокурор Юрий Луценко считает, что при рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних нужно, по возможности, не прибегать к официальному рассмотрению дела компетентным органом власти.

Условия участия в программе: наличие потерпевшей стороны, совершение несовершеннолетним впервые преступления небольшой или средней тяжести, признание несовершеннолетним факта совершения преступления, согласие несовершеннолетнего и потерпевшего на участие в программе.

«Если идти по сегодняшний процедуре через полное судебное разбирательство, этот несовершеннолетний, впервые совершивший правонарушение, может получить до трех лет тюремного заключения. Если же следовать программе, которую мы хотим реализовать, по согласию потерпевшего, правонарушителя уголовного производства, совершенного впервые, действенным раскаянием и примирением сторон будет закрыто. Подросток возместит причиненный ущерб потерпевшему, примирится с ним, а специалисты после этого будут еще некоторое время проводить профилактическую работу для коррекции его поведения», – отметил Луценко.

Юрий Луценко также добавил, что правоохранители ожидают резкое уменьшение рецидивов правонарушений и повышение гуманизации правоохранительной и судебной практики, ведь в 70% случаях несовершеннолетний правонарушитель, попавший за решетку на срок более года, попадает в тюрьму повторно.

Вернуться к нормальной жизни

Благодаря этой программе удастся сократить расходы бюджетных средств на судебный процесс, минимизировать общение юного преступника с судом, а это уменьшение влияния на его психику, а также привлечь общественные организации и социальные службы к работе с несовершеннолетним правонарушителем для исправления его поведения.

А главное – это шанс вернуться к нормальной жизни, подчеркнул министр юстиции Павел Петренко.

«Мы сейчас говорим о том, чтобы ребенок, в силу многих жизненных обстоятельств преступивший закон, получил возможность и шанс к возвращению к нормальной жизни. Чтобы и ребенок, который является подозреваемым, меньше общался с правоохранителями и следователями, и больше общалась с адвокатом и психологом», – отметил Петренко.

Небольшой шаг ни к чему не приведет

Ситуации, которые касаются несовершеннолетних, должна рассматривать ювенальная юстиция. Но эти законы в Украине не продвигаются уже годами. Об этом в комментарии НВ рассказал юрист Ростислав Кравец.

Именно системный подход поможет изменить ситуацию, такая точечная инициатива, по его мнению, результата не даст.

«Небольшие шаги, которые меняют в целом картину, на самом деле ни к чему хорошему не приведут, и наоборот возникнет очень большое количество еще попутных проблем, связанных именно в данном случае с воспитанием этих детей, с расходами, с психологами. Также может привести и к определенным коррупционным рискам относительно того, каким образом будут выдаваться все эти заключения», – отметил Кравец.

В 2017 году в Украине почти 7 тысяч преступлений было совершено детьми. В Нацполиции сообщили, что около половины преступлений – тяжкие и особо тяжкие. По сравнению с 2016, это на 150 правонарушений больше.

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Никогда еще в истории Украины генеральный прокурор открыто, на всю страну, с трибуны Верховной Рады не заявлял о совершенных им преступлениях. Но Юрий Луценко это сделал. И сделал совершенно безбоязненно. Потому что, во-первых, у него за спиной президент Петр Порошенко. А, во-вторых, признаваясь в совершении преступлений (закрытии десятков тысяч уголовных дел), Луценко автоматически становится защитником 300-400 тысяч участников АТО, ветеранов гражданской войны на востоке Украины, которые теперь знают, кого им благодарить за уход от уголовной ответственности за мародерство, грабежи и другие преступления против личности и государства.

Впрочем, Луценко, как нам кажется, не так прост. И, делая сенсационное заявление, на самом деле обеспечил себе совсем иную политическую будущность

Предлог для откровений

В четверг, 4 октября, во время выступления с трибуны Верховной Рады генпрокурор Юрий Луценко пообещал, что никто из тех, кто принимал участие в АТО, не будет экстрадирован в Россию. Это заявление генпрокурор сделал на фоне протестов АТОшной общественности, которая возмущалась задержанием и экстрадицией в Россию Тимура Тумгаева. Луценко заверил, что это дело — исключение.

«За несколько дней до окончательного решения суда о его экстрадиции, я встретился с господином Ярошем (основатель и бывший руководитель «Правого сектора»*). Таким образом, я исключаю, что специально, зная об участии человека в войне на стороне Украины, отправил его в РФ. Заявляю, как генпрокурор, что каждый человек, который принимал участие на стороне Украины в украинско-российской войне, не может быть экстрадирован в РФ или ее сателлиты», — заявил Луценко.

Генпрокурору пришлось отчитываться перед депутатами за недавние события. 17 сентября активисты националистических организаций устроили пикет у здания Генпрокуратуры (ГПУ), во время которого жгли шины, дрались с полицией и били журналистов. Радикальные движения и группировки «Национальный корпус», С14 и прочие требовали от ГПУ объяснить, почему власти выдали России российского гражданина, уроженца Ингушетии Тимура Тумгоева, который, по их словам, воевал добровольцем на Донбассе в составе Вооруженных сил Украины, то есть против ополченцев ДНР и ЛНР.

Тут отдельно надо пояснить, что Тумгоева российские правоохранительные органы подозревают в участии в военных действиях в Сирии на стороне террористической организации Исламское государство* (ИГ). А против ИГ действует не только Россия, но и большинство западных стран. То есть, выдавая Тумгоева РФ, Украина на самом деле выполняла свои обязательства не перед Россией, а перед международным сообществом. Но в эти тонкости Луценко не стал посвящать ни радикалов с националистами, ни депутатов с общественниками.

Оправдывая решение об экстрадиции, генпрокурор Луценко заявил, что Тумгоев за два года так и не смог доказать свое участие в АТО.

«Никакой выдачи врагу, тех, кто воевал за Украину. С другой стороны, мы не можем позволить манипулировать святыми чувствами участников АТО. Превратить Украину в отстойник криминальных элементов, которые массово заезжают из России к нам, мы также не имеем права», — ранее в день штурма ГПУ заявил Луценко.

Закон один, но не для всех

Но, выступая перед депутатами в четверг, Луценко неожиданно сделал заявление, которое должно было бы оправдать его в глазах участников и ветеранов АТО.

«Десятки тысяч, я подчеркиваю десятки тысяч закрытых дел против наших героев, которые так или иначе ошибались, но с моей точки зрения, не совершали уголовные преступления, мною принято лично (по закрытию этих дел. ред.)», — сообщил Луценко.

Тут надо привести статистику. В 2017 году в Украине были амнистированы 587 из 617 осужденных участников антитеррористической операции. Так же амнистированы 189 ветеранов войны из осужденных 202, которые подпадали под действие закона «О статусе ветеранов войны». Всего же под действие амнистии попадали 1722 участника АТО, из которых 1195 имеют статус участников боевых действий.

И вот теперь выясняется, что, по словам генпрокурора, десятки тысяч участников АТО, совершивших преступления, вообще избежали даже судебного разбирательства, потому что Юрий Луценко прекратил своим распоряжением их уголовные дела. Хотя при этом, совершил тем самым уголовное преступление.

Но тут, как отмечают эксперты, Луценко, во-первых, в очередной раз показал свою полную некомпетентность в вопросах юриспруденции. Да иначе и не может быть. Ведь сам генпрокурор Украины не имеет юридического образования. А, во-вторых, показал, насколько сильно он (и сам режим Порошенко) опасается националистов, которые по любому поводу готовы перевести протесты в почти вооруженное столкновение с властью.

В-третьих, и сам Луценко, как активный участник антигосударственного переворота 2014 года несет ответственность за совершенное тогда преступление — госпереворот, который он совершал вместе со многими участниками вооруженного восстания, ставшими позже добровольцами АТО.

«Луценко в очередной раз продемонстрировал свою юридическую безграмотность заявив, что закрыл уголовные дела в отношении «героев». Он, не уточнил, что это были за уголовные дела. В чем были замешаны экс-бойцы — в кражах, в грабежах, в насилии, неизвестно. На каком основании они были закрыты», — подчеркивает в комментарии Украина.ру старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

«Если закрыть уголовные дела в отношении подозреваемых в убийствах и насилии — это нарушение законодательства. Особенно, если они были закрыты по указанию (генпрокурора — Ред.), без законных оснований. И дальше, при новой власти, эти дела могут быть снова открыты, а те лица, которые их закрывали или способствовали их закрытию, привлечены к уголовной ответственности», — утверждает адвокат Кравец.

Не все так просто

Между тем, признаваясь в совершении преступления, если вдуматься, ныне генеральный прокурор ничем не рискует. Во-первых, за ним стоит президент Порошенко, который не даст своего верного товарища в обиду. Во-вторых, генпрокурор защищен своим статусом. И, в-третьих, признавшись в этом преступлении, Луценко получает поддержку ветеранов АТО, добробатовцев, которые теперь знают, кого им благодарить за безнаказанность.

И не исключено, что в недалеком будущем, когда Луценко перестанет быть генеральным прокурором, из этих ветеранов он сможет сколотить себе политическую партию, которая еще его и в Верховную Раду приведет.

Федор Тихий, УКРАИНА.РУ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Не прошло и двух недель с того момента, как народный депутат, член комитета Верховной Рады по борьбе с организованной преступностью и коррупцией Юрий Деревянко пожаловался на то, что стал жертвой квартирных мошенников, как в Киеве была разоблачена преступная группировка, занимавшаяся переоформлением чужой недвижимости не один год. «Был с рабочей поездкой в Харькове. Попросил помощников забрать почту. Они и увидели, что двери моей квартиры разбиты, замки выломлены, вместо них установлены другие», — заявил нардеп.

По словам Деревянко, 30 августа он узнал, что квартира в центре Киева на улице Пушкинской, 20 больше ему не принадлежит. Ее переоформили на неизвестного человека. Основанием стал договор купли-продажи, при том, что он приобрел эту квартиру в 1997-м, был в ней прописан, но не проживал. «Когда узнал об афере, сразу вызвал полицию. Мои документы на право собственности проверили. Сделали выписку из реестра имущественных прав на недвижимое имущество. Там новым владельцем записан какой-то Писанко Иван Иванович. Согласно документу, купил мою квартиру еще в 1999 году. А переоформил только 4 июля 2018-го в 13:05. В этот день в это время я был в Верховной Раде. После того я свободно приходил домой, аж пока не уехал в командировку», — пожаловался Деревянко.

Дело начала расследовать полиция столичного полицейского главка и уже 14 сентября отчиталась об успехах — раскрытии целой схемы незаконного завладения квадратными метрами киевлян. Как выяснили полицейские, депутат — не единственный, чье имущество переоформили на другого человека по поддельным документам. А подозреваемые, по сведениям полиции, готовили еще одну сделку.

Под видом покупателей полицейские встретились с дельцами в офисе частного нотариуса, куда те принесли недействительные документы для оформления договора купли-продажи квартир на общую сумму 180 тыс. долларов. Там фигурировали пять помещений, расположенных на столичной улице Степана Руданского. Они были оформлены на общество с ограниченной ответственностью, его директором является тот самый человек, который якобы купил квартиру нардепа Деревянко. При этом, по документам, ООО приобрело эти метры у известной строительной компании еще в 2006 году.

Организатором оказался 36-летний житель Киева, зарегистрированный в Харьковской области, ранее неоднократно судимый за кражи и мошенничество. А его подельник является основателем компании «Дажбор», чей основной вид деятельности, судя по реестру, предоставление в аренду недвижимости. «В ходе расследования установили, что аналогичные действия они уже проворачивали раньше, реализовав около десяти объектов недвижимости в Киеве», — добавил следователь Сергей Руденко.

Почему везет нардепам

Нардепу Деревянко можно позавидовать, впрочем, как и некоторым из его коллег. За сутки столичные полицейские смогли найти не только грабителей, но и похищенные в начале этого года 50 тысяч долларов из машины помощника внефракционного народного депутата Украины Якова Безбаха. Несколько месяцев у полиции ушло на поиск угнанного внедорожника Toyota RAV4 2016 года выпуска у народной избранницы Оксаны Продан. А чтобы вернуть угнанный у нардепа Нины Южаниной мерседес, его полиция… угнала у угонщиков. В сжатые сроки правоохранители расследовали конфликт народного избранника Мустафы Найема с гражданами Чечни, в результате которого у депутата оказалось сломана челюсть. Все участники инцидента установлены, некоторые задержаны, другие объявлены в розыск.

Политологи и криминалисты уверяют, что в такой прыткости силовиков в конкретных случаях нет ничего удивительного. «Как только что-то происходит с вип-персонами, тут же включаются оставшиеся в МВД ресурсы, которых достаточно, чтобы поймать преступников и найти имущество. Но если ограбят нас с вами, то рвения ожидать не стоит», — говорит политолог Андрей Золотарев.

Его слова подтверждают конкретные цифры и факты. Например, по данным ГПУ, раскрываемость полицией квартирных краж в прошлом году была минимальной. Подозрения по квартирным «чисткам» были вручены лишь в 23% случаев, а в суд направили дел и того меньше — 21,6%. Всего же в 2017 году нераскрытыми остались 60,4% уголовных правонарушений. О том, что силовики не спешат ловить преступников, рассказывают «Вестям» и жертвы ограблений. «У меня обчистили дачу. Так мне полиция открытым текстом сказала: понятно, что мы никого не найдем, могли даже и не вызывать нас», — рассказывает киевлянин Игорь Царенко.

Экс-замначальника Главного следственного управления МВД Украины Григорий Мамка говорит «Вестям», что в полиции есть приоритеты в расследовании преступлений. На первом месте тяжкие — убийства, разбойные нападения. На втором месте все резонансные дела — совершенные с большим ущербом или в отношении должностных лиц. «Эти дела сразу же ставятся на контроль, им уделяется больше внимания. Создается специальная следственно-оперативная группа, в которую входят более опытные сотрудники». 

Юрист Ростислав Кравец уверяет, что такой избирательный подход существует везде. И одна из причин тому — кадровый голод: «В полиции на сегодняшний день профессионалов можно пересчитать по пальцам. И когда совершается преступление в отношении известных персон, заниматься этим делом поручают «последним из могикан», остальные просто не способны это сделать. Но столь быстрый отчет о раскрытии квартирных афер еще не свидетельствует о том, что подозреваемых привлекут к уголовной ответственности. Потому что еще надо доказать их причастность». 

В полиции уверяют, что подход ко всем преступлениям у них одинаков, а показатели раскрываемости, напротив, растут. Просто в некоторых случаях удается сразу выйти на след преступника, а в других дело становится «висяком».

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Так, на днях волонтеру АТО Виталию Курачу Апелляционный суд Чернигова отменил приговор о лишении его свободы сроком на 6 лет. Еще зимой 2015-го, когда Виталий принес в сельскую школу гранатомет с целью передачи его в музей учебного заведения, от внезапного срабатывания оружия выстрелом было ранено два человека — одна женщина от полученных травм умерла в больнице. Судебные разбирательства длятся не первый год, а вот смягчающее решение — отмену лишения свободы — апелляционная фемида вынесла на основе того, что ранние судебные решения были с нарушениями. В материалах уголовного дела Курач значится как позитивный человек, отец малолетнего ребенка, к тому же он активно занимается волонтерской деятельностью и страдает сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Еще более снисходительными оказались судьи в деле бойца батальона «Азов» Владислава Шатило. Осенью 2016 года в Мариуполе между бойцом и двумя прохожими случился конфликт, в результате словесной перепалки Шатило решил использовать холодное оружие. Азовец одному мужчине перерезал горло, и он впоследствии умер, а второго мужчину, который получил удары ножом в спину и лицо, медикам удалось спасти. Несмотря на это, фемида выпускает Владислава Шатило на свободу под залог в размере почти 270 тыс. грн, а в качестве наказания присуждает два года служебного ограничения с ежемесячной выплатой государству 20% от общего дохода. Забранная человеческая жизнь, как и нанесенный моральный ущерб второму потерпевшему, в общей сложности оценивается в $ 20 тыс., половину этой суммы Владислав уже выплатил. В деле также фигурирует характеристика Шатило — исключительно в позитивном ключе с упоминанием того, что он участник АТО.

«Движет страх»

О том, почему фемида даже при рассмотрении особо тяжких преступлений стала более снисходительной, рассказывает адвокат Иван Либерман. По его словам, судьями движет банальный страх: «Мне кажется, что настоящая причина в том, что судьи боятся за свои жизни и жизни своих близких, ведь мы знаем, с какой психикой возвращаются люди из АТО. Кроме того, на мирной территории у людей на руках много оружия — гранаты, пистолеты. А так, когда судья дает условный приговор или выписывает штраф, то вроде бы никаких претензий обвиняемый не имеет».

Штрафными санкциями удалось отделаться и 24-летнему Николаю Васяновичу. В июле 2016 года участник АТО проходил по делу как обвиняемый в изнасиловании несовершеннолетней. Судья Иванковского районного суда Киевской области Алексей Гончарук учел все обстоятельства этого дела и в своем решении отдельной строчкой указал особо смягчающее обстоятельство — суд признает участие Николая Васяновича в антитеррористической операции на востоке страны. В качестве наказания Николай получил лишь два года условно, также ему необходимо было выплатить моральную компенсацию в отношении потерпевшей в размере 3 тыс. грн.

Поблажки были всегда

Такие своеобразные правовые льготы во многих случаях стали спасательным кругом для бойцов-преступников, хотя, впрочем, льготы от причастности к антитеррористической операции ощутили не только воины, но и волонтеры, общественники. Осенью прошлого года во Львове руководителя волонтерской группы «Всеукраинский союз ветеранов АТО» Степана Панчука патрульные полицейские только за один вечер дважды останавливали за вождение авто в нетрезвом состоянии. Несмотря на то, что правоохранители задержали волонтера, судья отпустил Степана Панчука на поруки, при этом не выписав никакого штрафа, а также не лишив водительских прав.

Впрочем, адвокат Ростислав Кравец уверяет, что об эпидемии поблажек для участников АТО говорить не стоит, более того, подобная практика существовала всегда. «Нельзя сказать, что все избирательно и лишь волонтерам и участникам АТО все прощается. Да, судами учитывается их статус как смягчающее обстоятельство, но все зависит от конкретной ситуации. Подобная практика была и есть в отношении других категорий, к примеру, афганцев, лиц, которые несут службу или имеют государственные награды. Их заслуги точно так же влияют на суровость приговора».

Возмущение в отношении снисходительных приговоров атошникам, по мнению Кравца, возникает в обществе благодаря тем людям, которые стремятся показать бойцов в не самом лучшем свете. «Зачастую лица, которые имеют статус участника боевых действий и получили поблажку от суда, на самом деле находились далеко в тылу, а вот те воины, которые были на передовой по-настоящему, своим статусом даже не хвастаются».

Не разделяет мнения адвоката даже бывший боец «Айдара» Николай Греков. О правовых «льготах» в судах для бойцов Греков говорит лаконично и по-солдатски, мол, перед судом все должны быть равны. «Перед законом никто не должен иметь никаких преференций. Это правило одно-едино и не должно распространяться даже на участников АТО или волонтеров. Если человек совершил преступление, то он должен получить за это наказание. Конечно, возможны смягчающие обстоятельства, если, к примеру, было ДТП, что бывает по неосторожности, но если человек в этот момент был пьян, то поблажек не должно быть».

Закон об амнистии

Еще в декабре 2016 года голоса более двухсот нардепов были отданы за законопроект об амнистии, который позволяет освобождать от отбывания наказаний в виде лишения свободы и от других наказаний, не связанных с лишением свободы, участников АТО. Немногие в такой формулировке, по мнению Ивана Либермана, смогли разглядеть именно политический, а не правовой контекст. Так, адвокат уверяет, что акцент в амнистии специально был сделан на атошников, это своего рода инвестиция власти в свой будущий электорат. «Это когда-то они были бойцами, которые защищали на востоке границу страны, в вот в ближайшем будущем их голоса необходимы здесь на свободе. Когда человек попадает под амнистию, то в первую очередь кому он за это благодарен? Власти, не судье, которая выпустила, потому что власть этот закон принимала. И уж поверьте, где-то там за рюмкой водки этот амнистированный боец расскажет своим побратимам, как о нем и его правах побеспокоилась власть».

Ольга Волкова, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Речь идет о закрытии дела по незаконной выдаче чиновниками Минэкологии в 2010-2012 годах разрешений на пользование недрами компаниям, связанным с Злочевским.

Ситуация проанализировал в эфире радиостанции Голос Столицы старший партнер Адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Тут мова йде про події семирічної давнини. Через такий тривалий період часу неможливо щось довести?

— Не те що неможливо щось довести в зв’язку з тим, що взагалі відсутня так звана подія злочину. Тобто фактично як такого злочину нема і не можна довести, що ці компанії якимось чином пов’язані з паном Злочевським, які видавали ліцензії на видобуток природних копалин. То, відповідно, тут навіть і строки ніяким чином не впливають, тому що якби це були компанії пана Злочевського, вони і через сто років були б компанії пана Злочевського. Якщо були зловживання, наприклад, тендеру якогось чи з підробленими документами, аби видавались ці дозволи, чи закривались очі на якісь інші порушення, то вони б залишились би і через п’ять, через десять років. Однак, у зв’язку з тим, що органами досудового слідства, в даному випадку НАБУ, не знайдено жодних доказів того, що були якісь порушення при видачі цих ліцензій, а також, що ці компанії якимось чином пов’язані з паном Злочевським, при тому, що, я так розумію, була проведена маса роботи, була допитана досить велика кількість свідків, зібрана величезна кількість документів, то, звичайно, ми бачимо, що фактично в суд передавати немає чого і фактично кримінальна справа просто розсипалась. Ці всі піар-акції виявились пустим звинуваченням пана Злочевського у злочині.

Які статті пану Злочевському інкримінували, і яке покарання йому загрожувало?

— Наскільки я розумію, це було підроблення документів і перевищення влади і службових повноважень. Йому загрожувало до десяти років ув’язнення, а також конфіскація майна. Насправді всіх цих зловживань і підроблення документів доведено не було. Причому, знову ж таки, звертаю увагу, не у зв’язку з тим, що немає документів — чи вони зникли, чи знищені, а в зв’язку з тим, що в тих документах, які існують, вони збережені, немає доказів того, що пан Злочевський скоїв якийсь злочин.

Скільки даних в ідеалі вважається достатньо і для підозри, і для провадження?

— Для того, щоб передати справу в суд, повинні бути такі вже залізобетонні докази того, що, дійсно, ця особа якимось чином чи давала незаконні вказівки на укладання якихось угод, чи впливала на прийняття рішень міністерством щодо видачі тих чи інших ліцензій, що ті компанії, яким видавались ліцензії, якимось чином пов’язані і фактично входять в сферу інтересів того чи іншого чиновника, який отримував з цього певні дивіденди. Однак в зв’язку з тим, що цих доказів немає і цих підтверджень немає, то фактично нічого і в суд передавати по пану Злочевському.

Є обмеження розгляду по часу, зокрема, і антикорупційною прокуратурою?

— Як показує досвід і норми КПК, все повинно відбуватись в так звані розумні строки. Однак, як показує практика, то жодним строком це не обмежено і я не виключаю, що через деякий час знову можуть бути порушені ці справи.

Тобто через деякий час їх можна буде реанімувати і поновити?

— Так, звичайно, коли комусь захочеться знову ж таки пропіаритись, сказати досить якісь такі вагомі аргументи перед виборцями, то їх можуть відкрити. Як це сталось, наприклад, з минулим секретарем Київради, коли його також звинувачували в незаконному продажі землі чи підписанні якихось угод. Та сама ситуація може бути і тут. Однак за нормами КК поправка Лозового так звана забороняє по тим самим справам порушувати однакові кримінальні справи. Я не виключаю, що у нас законодавство змінюється досить швидко, і що на той час можуть прибрати цю поправку і щось інше добавити.

Взагалі у корупційних злочинів є терміни придатності?

— Звичайно, у всіх злочинів є терміни придатності, це залежить від тяжкості цього злочину. В більшості випадків цей термін по таким злочинам знаходиться в межах п’яти років саме з моменту, коли було виявлено цей злочин.

Враховуючи закриття цієї справи, чи варто очікувати повернення ще якихось одіозних фігур, по яким можуть закрити справи і по яким саме?

— Я вважаю, що більшість гучних справ наших високопосадовців, прокурорів, міністрів внутрішніх справ, на жаль, до суду навряд чи дійдуть, а якщо і дійдуть до суду, то будуть фактично закриті. У нас практично всіх міністрів минулого уряду, того ж пана Азарова також звинувачували у якихось злочинах. Однак, я вважаю, всі ці злочини в подальшому так в українських судах доведені і не будуть.

Голос Столицы

Адвокатская компания Кравец и Партнеры