В четверг, 20 октября, на голосование Рады вынесут обновленный законопроект о спецконфискации. Изначально он был задуман как способ наказания чиновников, уличенных в коррупции. Но после «правок» проект может повернуться как против бизнеса, так и против обычных украинцев.

Кто окажется под ударом

Суть проекта: имущество (счета, дома, машины) безвозмездно изымают в собственность государства в двух случаях. Первый: когда экс-чиновник или должностное лицо не может обосновать легальный характер происхождения имущества. Второй: когда у активов попросту нет «хозяина». Главные моменты в законопроекте — возможность изъятия имущества еще до приговора суда, соответствующих полномочий добавят генпрокурору, его замам и главе Специализированной антикоррупционной прокуратуры.

За 45 дней с момента открытия производства суд проводит предварительное судебное заседание, вызывает туда прокурора и ответчика и разрешает спецконфискацию имущества даже в случае неявки владельца. Кстати, если через время будет доказана невиновность человека, но деньги уже изъяты, никто ничего не возвращает, а конфисковывать можно даже имущество усопших — обычно смерть является основанием для закрытия дела.

Авторы настаивают: действие закона будет распространяться на экс-чиновников времен Виктора Януковича, нынешних коррупционеров, членов их семей. И точка. На деле же его жертвой может пасть кто угодно — от бизнеса средней руки до обычного гражданина, обладающего ценным, с точки зрения «антикоррупционеров», имуществом. В проекте прописано: спецконфискацией будут наказывать «общественно опасное деяние». Формулировка чересчур размыта — слишком многие подпадают под эту классификацию.

«Законопроект превратился в проект национализации, — говорит юрист Ростислав Кравец. — Используя его, можно изъять в пользу государства практически любой бизнес».

Отдельный «привет» бывшим (и некоторым нынешним) силовикам: под спецконфискацию подпадают те из них, кто своим действием или бездеятельностью поспособствовал в накоплении активов «бывшими». «Так хотят расширить сферу применения закона», — убежден юрист Иван Либерман.

Но главные претензии юристов — к нарушению базового принципа презумпции невиновности. Авторы проекта называют свой подход «обратной презумпцией» (все «бывшие» априори виновны). «Вместо доказательства вины подозреваемого сам человек должен будет доказывать законность приобретения активов», — говорится в аналитической записке к проекту.

«Это неконституционно, стало быть, незаконно. Кроме того, в Конституции указано, что закон не имеет обратной силы, кроме случаев, когда он смягчает ответственность. Это не тот случай — значит, Раде предлагают заведомо «тухлый» закон», — сказал «Вестям» собеседник в юридических кругах.

Его величество следователь

Проект сделает следователей по резонансным (и не очень) делам важнейшими персонами. У них, по словам Кравца, появляется возможность распоряжаться доходами от предпринимательской деятельности, если конфискованное предприятие продолжает работать. Не урегулирован и вопрос с дивидендами с изъятых банковских счетов.

«Кроме того, следователь может сознательно «ошибиться» и наложить арест на одну из компаний, фигурирующих в корпоративном споре — это будет «удобно» противникам, ведь быстро оспорить решение следователя невозможно», — считает Либерман. Адвокаты призывают разработать и механизм наказания следователей.

«Нам нельзя превращаться в полицейское государство, когда у кого угодно можно изъять что угодно, — полагает адвокат Роман Марченко. — Следователей нужно будет показательно наказывать за халатность и превышение полномочий».

Но защитник проекта, нардеп Игорь Лапин, настаивает: арест имущества эффективен и сегодня. «Следователи налагают его отдельным постановлением, изымая с целью обеспечить возможный гражданский иск в будущем, чтобы человек не передал имущество на сохранение третьим лицам», — пояснил он «Вестям».

Планируют получить $ 1,5 млрд

Проект — «священная корова» «Народного фронта», его в различных формах продвигает в Раде «группа Пашинского», в сторонниках — и спикер Андрей Парубий. Законопроект для НФ и «корова дойная»: после создания Нацагентства по управлению конфискованными активами его возглавила скандальная чиновница из орбиты Арсена Авакова — Елена Тищенко (была близкой к казахскому миллиардеру Мухтару Аблязову). И хоть она была уволена, из сферы интересов Авакова — Яценюка потенциально «ресурсное» агентство не исчезло. С другой стороны, в противниках — половина БПП (среди нее — группа, близкая к Петру Порошенко, несмотря на вербальную поддержку спецконфискации президентом).

«Есть опасения, что проект может быть использован против кого угодно», — сказал «Вестям» один из этих депутатов. Раз так, в БПП готовят к нему свои «правки»: «Указание точных сумм, которые мы хотим вернуть. Перечень лиц, против которых возбуждены дела. Четкий временной отрезок — и изъятие только после решения суда», — загибает пальцы нардеп от БПП Борислав Розенблат.

По данным «Вестей», поддержка под куполом будет. Поможет ультиматум «фронтовиков». «Мы не будем голосовать за бюджет, пока не будет этого закона», — заявил нам Игорь Лапин. «Идут пакетные договоренности, — пояснил политолог Владимир Фесенко. — Чтобы заполучить недостающие голоса, будут использовать бюджет и выделят некоторым нардепам дополнительные преференции на мажоритарные округа или добавят денег на те или иные отрасли».

Ставки высоки — Кабмин уже заложил в проект бюджета-2017 поступления от конфискации. Глобально называют сумму в $ 1,5 млрд. Для сравнения: это полдолга России или 6 млрд кубов газа (хватит на одну зиму). «Сейчас этими деньгами планируем профинансировать потребности армии и сельского хозяйства», — пояснил глава Минфина Александр Данилюк.

«Но всегда есть подозрение, что деньги попадут под контроль определенных людей от определенных политических сил», — резюмирует Владимир Фесенко.

Анастасия Рябоконь, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры