Правда, сам закон будет внедряться в практику постепенно – в общей сложности на адаптацию новых законодательных правил к украинским реалиям отведено полтора года. Первый из трех этапов внедрения закона предусматривает существенное расширение полномочий Фонда гарантирования вкладов физических лиц. Теперь Фонд, в частности, сможет проверять банки на предмет финансовой состоятельности при первых же признаках их неплатежеспособности, что, по мнению законодетелей, будет способствовать предотвращению многих масштабных банкротств.

Далее, с 1 января 2016 года (на этот день запланировано начало второго этапа), с трех месяцев до одного сокращается срок временной администрации в банках. Это означает, что процесс признания банка неплатжеспособным и выведение его с рынка со следующего года сильно ускорится.

Третий и заключительный этап «усовершенствования системы гарантирования вкладов», который стартует 1 июля 2016 года, обещает сокращение сроков выплат компенсаций для вкладчиков банков-банкротов. С этого момента, согласно закону, Фонд должен будет рассчитаться со всеми вкладчиками банка в течение 20 дней со дня начала его ликвидации.

Но действительно ли власти приняли закон, который улучшит защиту вкладов не только в теории но и на практике? И станет ли обычный гражданин, решивший доверить свои деньги украинской банковской системе, более защищенным в финансовом плане? Как теперь изменится система гарантирования вкладов в Украине и кто займет главную вершину в треугольнике «Вкладчик – Банк – Государство»?

Ответить на все эти вопросы «Минфин» попросил разобравшихся в теме юристов. Их мнения совпали в одном: документом, который действительно защищает права вкладчиков, новый закон назвать нельзя.

Инна Рудник
Комментирует Инна Рудник, юрист юридической фирмы «Лавринович и партнеры»:

Безусловно, этот закон в первую очередь укрепляет позиции Фонда и неплатежеспособного банка в процессе выведения его с рынка.

Есть некоторые положения, которые могут быть одобрительно приняты кредиторами ликвидирующегося банка. Например, законом предусмотрен запрет на обеспечение иска путем наложения ареста на имущество и средства неплатежеспособного банка или Фонда. Таким образом, кредиторы не будут вынуждены ожидать окончания судебного разбирательства для реализации имущества банка и удовлетворения их требований. С другой стороны лицо, чьи имущественные права были нарушены банком не сможет обеспечить свой иск до вынесения решения по сути. В результате, к дате принятия решения у банка может не остаться имущества, за счет которого его восстановленные требования смогут быть удовлетворены.

Закон противоречивый и некоторые его положения следовало бы доработать или вовсе исключить, но общая его цель ясна – усилить ответственность служебных лиц банка и расширить полномочия Фонда в отношении неплатежеспособных банков.

Кардинальных перемен вкладчикам после вступления в силу закона ждать не стоит, есть лишь отдельные нормы, которые могут отобразиться на их правах. К примеру, физические лица-предприниматели наконец получат те же права вкладчиков, что и обычные физлица, в том числе и относительно гарантирования вклада в размере до 200 000 грн. Законом также расширен перечень вкладов, не гарантируемых Фондом. К ним добавились вклады связанных с банком лиц, оценщиков и аудиторов банка, предоставляющих услуги на протяжении последнего года, средства размещенные на счетах в результате мошеннических или иных противозаконных действий, являющихся предметом уголовного производства, а также средства, находящиеся под арестом.

Помимо этого, законом усилена ответственность руководителей и служебных лиц банка касательно заполнения финансовой и бухгалтерской документации, а также баз данных о вкладчиках. Внесение заведомо неправдивой информации в такие документы и базы будет уголовно наказуемо. Расширен перечень оснований для отнесения банка к категории неплатежеспособных, к примеру, таким основанием может быть систематическое нарушение банком требований НБУ об устранении нарушений банковского законодательства.

Ростислав Кравец
Комментирует Ростислав Кравец, адвокат, старший партнер адвокатской компании «Кравец и Партнеры»:

Я считаю, что изменения в этот закон о гарантировании вкладов фактически делают граждан Украины беззащитными перед непрофессионализмом и беззаконием со стороны должностных лиц Фонда гарантирования вкладов физлиц.

С момента вступления документа в силу, на мой взгляд, любая сумма вклада в Украине не гарантируется. В ее выплате человеку может быть отказано по любой субъективной причине, которую в Фонде сочтут обоснованной.

Чиновникам ФГВФЛ сейчас предоставлены слишком большие полномочия, в частности, это касается признания банковских договоров ничтожными, благодаря чему у Фонда фактически появляется право не возвращать гражданам их вклады.

Я очень надеюсь, что Фонд не будет применять этот закон в отношении к старым договорам. То есть новые правила будут касаться исключительно новых договоров, заключенных после вступления закона в силу.

Не знаю, кто может оценить все эти изменения позитивно. Разве что Национальный банк, который получил неограниченный инструментарий по признанию любого украинского банка, в любой момент, когда ему вздумается, неплатежеспособным.

Кроме того, НБУ теперь имеет теоретическую возможность запугивать уголовной ответственностью не только топ-менеджеров банков, но и их рядовых сотрудников, которые имеют дело с подписанием депозитных договоров.

В такой ситуации обычным украинским вкладчикам можно посоветовать только одно: забрать все свои средства из банков, потому что ни одна копейка из этих денег не является гарантированной государством.

Весь механизм защиты денег граждан нашей страны теперь выбит за правовое поле – подозреваю, что злоупотребления со стороны сотрудников Фонда будут массовыми.

Дмитрий Овсий
Комментирует Дмитрий Овсий, юрист, партнер Адвокатской фирмы GORO legal:

Система гарантирования вкладов действительно требовала изменений и усовершенствований. Поэтому закон очень своевременный. Удалось ли законопроектом существенным образом радикально улучшить ситуацию? Вряд ли. Но, определенные изменения к лучшему есть.

Из положительного можно отметить следующие изменения:

Введена уголовная ответственность уполномоченных лиц Фонда. Учитывая, что фонд имеет особенный статус (не государственный орган), ответственность уполномоченных лиц Фонда приравнена к ответственности лиц, оказывающих публичные услуги.

Запрещен любой зачет встречных требований по обязательствам, в которых стороной является неплатежеспособный банк.

Информация обо всех собственниках банка подлежит публикации на сайте НБУ. Ранее подлежали публикации только данные о собственниках существенной доли.

Проблемным банкам запрещено использовать корреспондентские счета, кроме счетов в НБУ, что безусловно является положительным моментом.

В процессе выведения банков допущены объединения инвесторов, что позволит средним и малым инвесторам конкурировать с крупными.

К сожалению, не обошлось без изменений, к которым можно относиться, как минимум, неоднозначно:

Отказ от ответственности менеджмента банка, которая была ранее предусмотрена статьей 73 Закона Украины «О банках и банковской деятельности» в размере до 5 000 необлагаемых налогом минимумов.

Дополнен перечень случаев, в которых фонд не проводит компенсацию. В целом конкретизация случаев, с учетом практики злоупотребления, это не так уж и плохо. Однако явно неоднозначным можно назвать пункт, согласно которому не подлежат компенсации средства, размещенные в проблемном банке путем переоформления договоров. На практике банки, не имея возможности вернуть вкладчику средства, часто предлагали клиентам пролонгацию вклада, в том числе с увеличением процентов. Теперь же у Фонда есть возможность отказать таким вкладчикам в возмещении средств.

Был упразднен срок проведения инвентаризации активов и обязательств банка. Ранее такой срок составлял 30 дней с момента введения временной администрации.

Расширение полномочий НБУ, в силу предыдущего опыта работы регулятора, который продемонстрировал непредсказуемость и непоследовательность в своих действиях. Ручное управление председателем НБУ с Банковой, по сути, следует отнести к негативным изменениям, так как это грозит настоящей узурпацией полномочий.

Новый закон так и не урегулировал проблемные моменты, на которых ранее в особой степени акцентировали внимание многие специалисты. В частности речь идет об отсутствии эффективного контроля за кураторами из НБУ в проблемных банках.

Достаточно вспомнить несколько случаев, когда средства банка выводились его менеджментом за границу, причем касалось это и средств рефинансирования. Все это происходило на глазах куратора из Нацбанка. При этом и кураторов и собственников банка довольно трудно привлечь к реальной ответственности — таких механизмов не было раньше, отсутствуют они и сейчас.

Сергей Шевчук, Минфин

Адвокатская компания Кравец и Партнеры