Примечательно, что оба нюанса есть в реформаторских “маяках”, определенных для украинской власти меморандумом с МВФ, и оба они просрочены — по плану, их нужно было завершить еще до ноября 2020-го. Миссия МВФ, тем временем, в субботу отбыла из Украины, заявив, что для пересмотра программы “нужен больший прогресс”. Однако будут ли прогрессом законопроекты, которые предлагает президент?

“Кто больше занес, тот и в дамках”

Сообщение на сайте президента о реформе появилось вскоре после того, как МВФ огласил свой вердикт. “В случае принятия первого законопроекта все судебные споры, в которых обжалуются акты центральных органов исполнительной власти, госрегуляторов и любого иного субъекта властных полномочий… будут изъяты из исключительной подсудности ОАСК и переданы Верховному суду“, — говорится в коммюнике.

Надо отметить: ОАСК — это тот самый суд, благодаря решениям которого будет пересмотрено украинское правописание, был снят запрет на сериал “Сваты” Зеленского, остановлено насильственное переименование УПЦ МП, а из Красной книги исчезло упоминание о лосях.

“У ОАСК, который не желает подчиняться “активистам”, чем подорвал к себе доверие в их глазах, хотят забрать ряд полномочий — речь, прежде всего, о делах, связанных с тарифами, постоянном оспаривании постановлений Кабмина об ограничении пенсий, прочих постановлениях, — пояснил “Вестям” старший партнер адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец. — Но эти решения отменил бы любой иной суд, которому поручили бы рассмотрение этих дел, — и не надо подменять это попытками “наклонить” судей и подменить суды, надо закон соблюдать“.

Мощным аргументом активистов, о которых говорит Кравец, стала история с главой ОАСК Павлом Вовком — НАБУ пытается обвинить его во влиянии на кадровые назначения Высшей квалифкомиссии судей, принятии заказных решений в интересах политиков и т. п. Однако Вовк успешно (пока еще) избегает вручения ему подозрения детективами НАБУ, даже в замкнутом помещении служебного лифта, и не ходит на допросы.

“Мне, как бывшему судье, конечно, унизительно, что такие, как Вовк и Тупицкий (глава КСУ. — Авт.) — это мои коллеги. Но система выстроена таким образом, что востребованы именно такие, как они: изначально власть не считала необходимым с ними договариваться. А когда попыталась это сделать, они в свойственной им манере ее “кинули”: власть полагала, что платить судьям не надо, но те привыкли работать только за бабки, — говорит “Вестям” Денис Невядомский, глава общественной организации “Всеукраинская ассоциация судей в отставке”. — Но глобально дело не в том, что суды-де “плохие”. А в отсутствии доверия между гражданином и государством, и в низком качестве судебного спора, вопросах юрисдикции, ведь речь тут идет об основах государственности, указах президента, нацбезопасности“.

Невядомский приводит в пример решения админсудов о восстановлении на работе уволенных чиновников (скажем, экс-главы ГФС Романа Насирова): они должны выполняться немедленно после принятия судами первой инстанции. Но апелляционной проверки дело еще не прошло, т. е. действующего чиновника нужно уволить сразу же, вернув на его место “прежнего”. “И тут государство начинает петлять — не выполняет решения судебной власти, “подвешивает” действующего чиновника. Получается чехарда, которая длится до решения апелляционной инстанции — а там уже кто больше занес, тот и “в дамках“.

Есть и еще один важный момент. При передаче юрисдикции от ОАСК в Верховный суд последний окажется завален делами и попросту не справится. “В нем уже находится более 100 тысяч дел. Без увеличения в размерах не обойтись, — убежден известный юрист Андрей Портнов. — К тому же нынешняя система правосудия, состоящая из четырех звеньев (первая инстанция, апелляция, кассация и Большая палата ВС. — Авт.), ужмется до двух звеньев“.

“Сопротивляться некому”

Второй аспект — проверку честности всех действующих членов ВСП и создание новых правил отбора для будущих членов — Запад требовал как в меморандуме с МВФ, так и в недавней Резолюции, принятой по украинскому вопросу Европарламентом. К слову, вопрос ВСП для “активистов” актуален, поскольку в конфликте между властью и ОАСК он единогласно встал на защиту судей. “Похоже, что ВСП и сам наполнен такими же “вовками”, и рука руку моет“, — говорил в одном из интервью бывший судья, глава правления фундации DEJURE Михаил Жернаков.

У президента озвучили рецепт: “обязательная проверка на порядочность действующих и будущих членов ВСП, а также урегулирование вопроса деятельности службы дисциплинарных инспекторов как постоянного структурного подразделения секретариата ВРП”. Иными словами, провести “чистку” состава этого органа-“контролера” судей и “подвесить” его будущих членов, упростив увольнение.

“Но что такое “советы доброчесности”? Как правило, это люди с очень спорной биографией, часто интеллектуально неподготовленные, без опыта, с завышенным самомнением. А нередко и аферисты, которые позиционируют себя в антикоррупционной сфере, — говорит “Вестям” Андрей Портнов. — Название красивое, а внутри — попытка влиять на суд вне процессуальных норм, ведь методология определения добропорядочности известна им одним“.

Эксперт приводит в пример аналогичные механизмы внесудебного влияния: люстрация, наложение санкций, агрессия со стороны радикальных сил. “Эти механизмы находятся под внешним управлением, т. к. прямо сформированы либо иностранными организациями, либо украинскими НГО, финансируемыми из-за границы. В целом инициативы президента отношения к реформам не имеют — власть хочет нравиться общественному мнению“, — считает Портнов.

Однако можно ли утверждать, что судебная ветвь власти (которая, как известно, по Конституции должна быть независимой от законодателей) сможет, в случае принятия законопроектов от Офиса президента, сохранить свой статус? По мнению экспертов, опрошенных “Вестями”, это весьма сомнительно.

“Что делает судебную ветвь хоть немного независимой?  Это ОАСК, который отменяет незаконные решения “экспертов” и министров, КСУ, который способен отменить незаконные решения Верховной Рады, и Высший совет правосудия, который не позволяет окончательно запугать все остальные суды, заставив их принимать решения “именем МВФ“, — говорит Ростислав Кравец.

В случае принятия проектов, по его мнению, независимости у судей станет еще меньше. “Но судебная власть, в принципе, за годы независимости не выросла до того, чтобы иметь какое-то свое мнение. Есть “судебные генералы”, которые о чем-то договариваются с властью, а потом — пропихивают решения через своих людей, — заключает Денис Невядомский. — Ситуация грустная, сопротивляться там некому“.

ВЕСТИ

АО «Кравец и Партнеры»