АО «Кравец и Партнеры»

В  Минздраве пояснили: это является “вторым этапом реагирования на распространение коронавируса”.

Главных целей две. Во-первых, не допустить вспышек коронавируса в самих больницах (как показывает зарубежная статистика, там “корону” подхватывает до 30-40% пациентов), во-вторых, освободить медучреждения не инфекционного профиля под прием ковидных больных, ведь в отведенных под коронавирус больницах свободные койки во многих регионах уже фактически закончились.

Стоит отметить, что подобные запреты уже были во время весеннего карантина. Но действовали они недолго. Кроме того, тогда врачи быстро нашли схему их обхода: плановых пациентов просто записывали как “срочных”, понятно, за дополнительный гонорар врачу.

Как считает глава ассоциации “Медицинское право в Украине” Виктор Сердюк, в этот раз такая схема (и соответствующее удорожание операций) тоже будет. Но есть одно но: многие больницы и врачей забирают под лечение коронавируса. Это значит, что лечить “обычные” болезни и проводить операции будет попросту негде и некому.

Что может стать серьезной проблемой для украинцев. Ведь пока люди будут ждать окончания эпидемии, их болезни могут перейти в действительно “неотложные состояния”.

Виктор Сердюк говорит, что граждане имеют все основания идти в суд – ведь нарушается их конституционное право на получение медпомощи.

Впрочем, как говорит глава адвокатского объединения “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец, доказать в суде вину Минздрава или Кабмина будет непросто. “Особенно, если речь идет о такой тонкой материи, как ухудшение здоровья. Не так просто связать его с отказом, скажем, в плановой госпитализации или операции”, — пояснил юрист.

“Страна” разбиралась, почему из-за коронавируса украинцев прекращают лечить от других болезней.

Запретили лечить

Минздрав, поясняя запрет на плановые госпитализации и операции, ссылается на постановление Кабмина № 641 от 22 июля 2020 года об установлении карантинных ограничений. В частности, для оранжевой зоны (а сейчас это, по-сути, вся территория Украины) там прописано, что лечебным учреждениям запрещено принимать плановых больных за исключением ряда случаев. В частности, ограничения не распространяются:

• на медпомощь при родах и их последствиях
• медпомощь новорожденным
• медпомощь с специализированных онкологических отделениях
• паллиативную медпомощь
• другие неотложные состояния, если вследствие переноса сроков госпитализаций или операций существуют значительные риски для жизни или здоровья людей.

То есть, как видно, существует ряд исключений.

Стоит отметить, что весной, когда на волне жесткого карантина уже были похожие ограничения, врачи научились их обходить. Многих плановых пациентов просто оформляли “по скорой”, правда, за дополнительное вознаграждение врачам. Как говорят сами пациенты, операции обходились им на 20-30% дороже, чем было бы в “мирное время”. Но так как выхода не было, люди соглашались платить.

Но в этот раз ситуация более серьезная. Весной все ограничительные мероприятия носили скорее превентивный характер, ведь тогда реальные показатели коронавирусной статистики были более-менее благополучными. Сейчас же ситуация кардинально изменилась.

Как рассказали “Стране” главврачи нескольких больниц, из местных управлений здравоохранения поступают “устные рекомендации” не брать “лишних” пациентов. Ведь койки под коронавирусных пациентов в стране реально заканчиваются (а в ряде регионов их уже и вовсе нет), поэтому все лечебные учреждения находятся в «повышенной боевой готовности» – их в любой момент могут перевести в разряд “коронавирусных”, а некоторые уже переводят. К примеру, под ковид закрывают один из роддомов в Чернигове.

Поэтому в этот раз запрет на плановые госпитализации будет более жестким, чем весной.

Ждать ухудшения или платить “сверху” до 15 тысяч

Медицинское сообщество уже активно обсуждает новые запреты.

“Отменены плановые операции. Конечно, это неоказание необходимой медицинской помощи и дискриминация больных. Раз уж вы (Минздрав – Ред.) смогли насчитать 250 тысяч коек в стране и 50 тысяч отдали под ковид то хотелось бы понять предназначение еще 200 тысяч”, — написал на своей странице в Фейсбуке известный врач-инфекционист Андрей Волянский.

“Большинство плановых операций назначается по жизненным показаниям. И при многих составляющих ждать неделю – это уже очень долго. Человек, может, и не умрет, но болезнь будет запущена, а здоровье явно ухудшится. Непонятно, почему вдруг решили ограничить конституционное право украинцев на медпомощь”, — удивляется глава Национальной медицинской палаты Сергей Кравченко.

По словам Виктора Сердюка, в новых ограничения есть как плюсы, так и минусы.

Положительный момент – за счет снижения числа госпитализаций удастся не допустить вспышек коронавируса в больницах. “Есть европейская статистика, которая показывает, что из-за внутрибольничного распространения коронавируса может заразиться 30-40% пациентов. По Украине статистики нет, так как не было соответствующих эпидемиологических расследований. Но стоит отметить, что такие цифры заражений были раньше, когда еще массово не применяли “быстрые” тесты на ковид-антиген, позволяющие определить коронавирус буквально с первых дней заражения. То есть, в теории, если тестировать пациентов при госпитализации и дальше 1-2 раза в неделю, то риски можно значительно снизить”, — говорит Сердюк.

Минусов в запретах на госпитализацию и операции, по его словам, значительно больше, чем плюсов.

“Многие состояния здоровья, которые сейчас выглядят как “несрочные”, можно запустить. Скажем, с грыжей человек может ходить и год. Но если произойдет ее защемление, есть риск перитонита, а там смертность 25%. Точно так же по сердечным и многим другим болезням. Неужели человеку с язвой, чтобы получить медпомощь, нужно ждать желудочного кровотечения”, — возмущается эксперт.

Он отмечает, что, как и в прошлый раз, врачи будут обходить запреты. “Доктора, конечно же, будут входить в положение, и к тому же они не против получить благодарность от пациента. Поэтому станут оформлять плановое лечение как экстренное”, — говорит Сердюк.

Киевлянка Светлана весной, когда  действовали ограничения на плановые госпитализации, чтобы оформиться в кардиологическое отделение, заплатила врачу сверху озвученной ранее суммы еще 2 тысячи гривен. “Доктор сказал: вы же понимаете, я рискую. Если будет проверка и обнаружится, что вы не “срочная”, накажут меня. Пришлось заплатить, так как чувствовала себя плохо, а домашнее лечение не помогало. Но это я еще дешево отделалась. За то, чтобы врачи взялись за плановую операцию, люди платили сверху по 10-15 тысяч гривен и больше”, – вспоминает Светлана.

“Время потеряно, остается констатировать коллапс медицины”

Впрочем, в этот раз не все можно будет решить деньгами.

На самом деле власти не столько беспокоятся о том, чтобы уберечь украинцев от рисков заражения коронавирусом в больницах, сколько о том, что заканчиваются койки в ковидных отделениях. Это значит, что принимать коронавирусных больных будут и обычные больницы.

На сегодняшний день под коронавирус в украинских больницах отведено порядка 53 тысяч коек. Как заявил недавно министр здравоохранения Максим Степанов, всего может быть задействовано 83 тысячи коек.

И не исключено, что, если эпидемия будет набирать обороты, эту цифру придется увеличивать. Всего в отечественных медучреждениях порядка 270 тысяч коек. То есть получается, остальные места оказались в своего рода “резерве”. Плановые госпитализации и операции им проводить нельзя, но и коронавирусных пациентов они пока тоже принимать не будут. Следовательно, станут просто простаивать и ждать времени “Ч”.

Во врачебном сообществе обсуждается версия, что таким образом власти не только перестраховываются, но еще и хотят сэкономить. Ведь за время вынужденного простоя больницам будут платить по-минимуму – деньги от НСЗУ за количество пролеченных случаев им не положены (так как нет “случаев”), а по ковидным пакетам оплаты также не будет, поскольку пока нет пациентов и специальных медицинских бригад для их лечения.

Но при этом, как отмечает Сергей Кравченко, вовсе не факт, что освобожденные за счет отказов от плановых больных койки подойдут для лечения коронавирусных больных.

“Там главное условия – кислород (централизованная подача или хотя бы концентратор). Его нет, и быстро решить этот вопрос уже не получится даже при наличии денег. Госказначество закрывает финансирование по бюджетным программам в конце декабря. Но еще за две недели до этого начинается аудит использованных средств, то есть фактически получить деньги уже невозможно. Остается всего месяц, и за это время больницы должны разработать и согласовать документацию, выбрать подрядчиков, провести работы. Обычно на это уходит не менее трех месяцев. Я уже не говорю о том, что, скажем, купить кислородный концентратор сейчас – большая проблема, так как они попали в разряд дефицитных. Время, которое у нас было для подготовки к пику эпидемии, а это 8 месяцев, безвозвратно потеряно. Теперь остается разве что констатировать медицинскую катастрофу”, — говорит Кравченко.

Отдельный вопрос – по врачам. Минздрав уже собирает данные о медперсонале, включая врачей-интернов – у больниц затребовали личные данные медиков, что, как поясняют в лечебных учреждениях, связано с готовящейся мобилизацией докторов под лечение ковида.

“Но при этом не было массового обучения врачей неинфекционных специальностей. Как, скажем, проктолог, должен лечить ковид? Это, конечно, лучше, чем если бы у койки корнавирусного больного поставили уборщицу или официанта, но проблему не решает”, — добавил Виктор Сердюк.

Эксперты говорят, что во врачебном сообществе зреют массовые протесты – медики, которых, по сути, оставляют без денег и собираются “мобилизовать” на борьбу с эпидемией, все чаще подумывают об увольнениях.

Как засудить Минздрав

Виктор Сердюк говорит, что пациенты, которым откажут в госпитализации или операции, вполне могут судиться. “Нужно предоставить заключение врача о необходимости стационарного лечения и официальный отказ от госпитализации, связанный с распоряжением Минздрава. Это может стать достаточным основанием для подачи иска”, – уверен Сердюк.

Кравченко также считает, что больницы могут отказаться выполнять распоряжения Кабмина и Минздрава. “У нас прошла автономизация лечебных учреждений. Это значит, что формально все решения Кабмина носят для них лишь рекомендательный характер. Чтобы ограничения вступили в силу, должно быть еще решение собственника больницы, к примеру, местного органа власти. Но в этом случае уже он, а не Минздрав, будет нести ответственность за непредоставление медпомощи. Возможно, поэтому местные власти пока ограничиваются в основном устными указаниями на этот счет”, — отмечает Сергей Кравченко.

Как пояснил нам Ростислав Кравец, в своем прежнем решении относительно законности жесткого карантина, Конституционный суд уже признал, что ограничение на лечение, образование, свободу передвижения и т.п могут вводиться только при объявлении в стране чрезвычайного или военного положения.

Формально это значит, что люди могут подавать в суд на Кабмин и Минздрав за запрет на госпитализации. Но выиграть его будет нелегко, – предупреждает юрист.

“В случае, если пациент из-за несвоевременно проведенной операции умрет, и это будет подтверждено соответствующим медицинским заключением, суд, возможно, и станет на стену истца. Но если речь будет идти, скажем, об ухудшении состояния здоровья, то тут доказать вину будет сложнее, так как сложно сказать, как бы себя чувствовал больной, если бы операцию ему провели вовремя. То есть, нюансов очень много”, — говорит юрист. Другими словами, чтобы добиться правды в суде, человек должен разве что умереть. Понятно, что ждать такого исхода никто не будет, и люди предпочтут “искать выходы” или переплачивать врачам, чтобы решить проблему со здоровьем.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

По его мнению, проведение там выборов — это незаконно, но это может быть.

«Поэтому, я считаю, что принятие этого закона возможно, тем более, что он предложен президентом. Если он договорится с остальными партиями и фракциями, которые на сегодняшний день имеют большинство в парламенте, но при этом имеют нулевые рейтинги, это проголосовать. Этот закон в дальнейшем Конституционный суд может признать незаконным, лет эдак через 5-6. Но сейчас он позволит провести выборы в том виде и в том формате, в котором они нужны действующей власти и при этом продлить военное положение на бесконечное количество времени», — отметил он.

Но исходя из норм законодательства и Конституции, акцентировал Ростислав Кравец, эти выборы будут нелегитимными и незаконными.

«Как отреагирует на это мировое сообщество тоже сказать сейчас тяжело. Это незаконно, но это может быть», — отметил он.

Прим этом, по словам эксперта, на территориях, где объявлено военное положение, формально, предвыборная агитация может не проводиться.

«Хотя, судя по всему, она там проводится, и с этим особых проблем нет. Единственное, что мне печально наблюдать как юристу, что президент Украины, Гарант Конституции, несмотря на прямые нормы Конституции, несмотря на выводы Конституционного суда, о том, что невозможно проводить выборы, все же собирается эти выборы проводить», — подчеркнул Ростислав Кравец.

По его словам, Конституционный суд указал относительно недавно на то, что при введении военного положения, проведение выборов, в общем-то, невозможно, это объективная норма Конституции.

«На мой взгляд, выборы незаконны. Но Верховная Рада может признать это абсолютно законным, нормальным и скажет, что можно спокойно проводить выборы даже во время военного положения», — отметил он.

Источник

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Создание ВКС, на самом деле, кроме пиара ничего не даст. Создадут они эту специальную следственную комиссию. Полномочия у этой комиссии кроме сбора каких-то свидетельств, предоставления их следствию и прокурору, делать что-либо в правовом поле — тем более, они не могут даже собирать свидетельства, а только контролировать надлежащее выполнение обязанностей следователем. Хотя следователь — независимая фигура. Кроме этого фактического политического пиара — мол, мы чем-то занимаемся, мы контролируем — больше ничего эта следственная комиссия не делает», — сказал Кравец.

NEWSONE

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

NEWSONE

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Он сказал, что ситуация с этим делом «неординарная», так как одного арестованного уже отпустили, когда выяснилось, что он невиновен.  Кравец отметил, что в Херсоне меры пресечения выбирают, «идя навстречу правоохранителям, не имея доказательств и показаний». Кроме того, в полиции до сих пор, спустя почти месяц после нападения, расходятся в версиях — не исключают и личный конфликт, и профессиональную деятельность пострадавшей как активистки и как гослужащей.

«В СМИ уже распространили информацию, что они (арестованные по делу Гандзюк, — ред.) сознались и идут на сделку со следствием. Это свидетельствует о том, что правоохранители не умеют раскрывать преступления. Большинство приговоров, которые мы получаем по любым делам… раскрываются благодаря так называемой сделке со следствием. Человека держат год-полтора в изоляторе, а потом он признает себя виновным — даже в тех преступлениях, к которым не имеет никакого отношения», — рассказал Кравец.

NEWSONE

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

НВ Бизнес попросил прокомментировать представителей деловых кругов слова премьер-министра Владимира Гройсмана о суде между Нафтогазом и Газпромом, который проходит в Стокгольме. Глава правительства выразил надежду, что Нафтогаз победит и ему не придется возвращать многомиллиардные долги Газпрому.

Если же украинская компания проиграет, то Гройсман готов отдать Газпрому Юлию Тимошенко, поскольку, по его словам, все сомнительные сделки подписала именно она, когда возглавляла правительство.

НВ Бизнес опросил экспертов, кого еще они готовы отдать в случае проигрыша Нафтогаза в суде в Стокгольме.

Глеб Вышлинский, исполнительный директор Центра экономической стратегии:

Как бы не привлекательно звучала эта идея, но мы должны строить правовое государство, где нет места торговле людьми.

Ростислав Кравец, старший партнер юридической компании Кравец и партнеры:

Я, в принципе, не против. Если вместо газа Украине можно будет отдать Юлию Тимошено, то еще можно будет отдать и самого Гройсмана, и Арсена Авакова (министра внутренних дел) и Андрея Парубия (спикера Верховной Рады). Даже Валерию Гонтареву (пока что главу Нацбанка) готов отдать.

Толку от них все равно никакого, никакой пользы они не приносят. Если нам простят газовые долги, то это довольно неплохая цена.

Алекс Лисситса, президент Украинского клуба аграрного бизнеса:

Отдать можно было бы многих. Если посчитать за 25 лет независимости, то одним эшелоном Киев-Москва не обойдется. Тех, кто за эти годы продавали Украину и порочили наше государство, на самом деле очень много.

Если честно, меня удивляют такие высказывания премьер-министра об одном из самых популярных политиков Украины. Чтобы там не говорили о Юлии Тимошенко, на сегодня она является лидером парламентской фракции. Как по мне, такие высказывания неуместны.

Игорь Мазепа, генеральный директор инвесткомпании Concorde Capital:

Отдать Тимошенко – это значит отдать еще около 25% населения Украины, которые ее боготворят…

Ну, еще можно отдать Олега Ляшко (глава Радикальной партии). Половину Верховной Рады можно отдать – это же ценный «товар». За многих наших популистов могут заплатить хорошие денежки.

Юрий Яковенко, председатель правления инвесткомпании Eavex Capital:

Если бы ее (Тимошенко) взяли, то это был бы идеальный вариант. Ведь она сама создала эту ситуацию (газовые долги), поэтому пусть за нее отвечает, в конце концов.

Тимошенко и Виктор Ющенко (экс-президент) приложили руку, чтобы поломать выгодный для Украины газовый контракт, который заключил еще Леонид Кучма (предшественник Ющенко на посту президента).

В пресс-службе партии Блок Юлии Тимошенко заявление Гройсмана комментировать отказались.

Мыкола Олиярнык, Новое время

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Антимонопольный комитет начал расследование злоупотреблений монопольным положением на энергетическом рынке группой компаний ДТЭК, принадлежащих Ринату Ахметову. Об этом сообщил глава АМКУ Юрий Терентьев. Он отметил, что причиной расследования стала жалоба Национальной комиссии, осуществляющей регулирование в сфере энергетики и коммунальных услуг.

Подробнее о том, чем может закончиться данное расследование, радиостанция Голос Столицы поговорила со старшим партнером адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростиславом Кравцом.

ДТЭК уже давно является монополистом на рынке электроэнергии Украины. Почему только теперь у НКРЭ появились претензии к холдингу?

— Из самого заявления НКРЭ не совсем понятно, в чем претензия к ДТЭК и почему обратились только сейчас. Кроме того, на сегодняшний момент действующая власть пытается отнять бизнес, придумываются законы про спецконфискацию. А теперь еще это расследование АМКУ, которое не совсем укладывается в логическую цепочку. Тем более, что совсем недавно и сама НКРЭ подняла тарифы на электроэнергию, которые в суде первой инстанции были признаны незаконными. Поэтому сегодняшние действия НКРЭ вызывают у меня, как у юриста, много вопросов. Это больше похоже на попытку либо вымогательства, либо тонкого намека на предложение чем-то поделиться.

Положения украинского законодательства о монополиях предусматривают отдельное описание монопольного положения для отдельно взятых регионов страны?

— Конечно, есть четкие нормативы, какой процент занимают компании на рынке услуг, товаров, работ, это все четко описывается. Кроме того, сам АМКУ непосредственно контролирует работу этих компаний. То есть он не сидит и ждет, когда к ним кто-то обратится. Они точно также собирают статистическое данные, точно также у них есть перечень компаний, точно также они получают отчетность от этих компаний. И это касается фактически любого рынка. Поэтому такое обращение НКРЭ вызывает вопросы. Потому что АМКУ, если есть такие нарушения, самостоятельно, по своей инициативе возбуждает подобные дела.

Как расследование АМКУ повлияет на работу самого холдинга?

— Я не думаю, что это вызовет какие-то сбои до момента принятия решения и непосредственно исполнения этого решения, которое будет принято по результатам проверки. Кроме того, в связи с изменениями в закон Украины о судебном сборе, у Антимонопольного комитета забрали льготу при подаче исков в суд. И теперь, если комитет укажет большой штраф, у АМКУ может не хватить средств для подачи такого иска.

Если будет доказано, что нарушения есть, как будет развиваться ситуация?

— Будет составлен акт, который компания ДТЭК будет обжаловать. У них довольно хорошие юристы, и если они выиграют, то этот акт будет аннулирован. А если проиграют, то АМКУ должен будет обратиться с соответствующим иском о взыскании этой суммы. Но в связи с тем, что он должен сейчас будет заплатить 1,5% от суммы иска — а верхняя планка не ограничена — то у АМКУ может просто не хватить средств, чтобы обратиться в суд.

Если АМКУ должен сейчас заниматься расследованием в отношении ДТЭК, можно ли ожидать подобных обвинений по отношению к другим компаниям?

— Да. Я думаю, что сегодня это может коснуться любой компании, кроме компании «Рошен». Это даже не шутка.

Ранее эксперт Александра Устинова сообщила, что Генпрокуратура из-за своей коррумпированности не должна осуществлять надзор за делами НАБ. По ее словам, специальная антикоррупционная прокуратура сможет заработать не ранее ноября.

Отметим, что уже с 1 октября этого года Национальное антикоррупционное бюро приступит к полноценной работе. Об этом заявил директор бюро Артем Сытник. Исполнительный директор Центра противодействия коррупции Дарья Каленюк уверена, что бюро будет следить даже за президентом.

Голос столицы

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Такое мнение в комментарии «Обозревателю» выразил украинский юрист Ростислав Кравец.

По словам юриста, Украина должна занять в отношении Росии конкретную позицию, но вместо этого Минюст за два года не смог подготовить ни одного иска против агрессора.

«Они аннексировали у нас Крым, а мы им продолжаем платить за газ. И все молчат. Две области заняты российскими террористами и их регулярными войсками, а министр юстиции уже два года рассказывает, что привлекает какие-то юридические компании и готовит иски в какие-то международные суды. Думаю, за это время можно было бы уже что-то подготовить. Но кроме тресканья языками и криков о люстрации больше ничего не происходит», – сказал Кравец.

Обозреватель

Адвокатская компания Кравец и Партнеры