В адрес бизнесменов, продавцов, кассиров ресторанов и супермаркетов летят различные оскорбления. Некоторые из них – обвинения в сепаратизме и даже угрозы физической расправы. Правоохранители молча наблюдают за тем, как после этого мелкий бизнес вынужден закрываться, а людей попросту лишают работы.

На днях за обслуживание клиента на русском языке администрация сети супермаркетов Novus уволила своего кассира. При этом “сторона обвинения”, которая не предоставила ничего, помимо поста в соцсети с чеком, мягко говоря, вызывает много вопросов.

Да и политика “Новуса” по отношению к своим же работникам выглядит странно. При том что эта сеть супермаркетов давно находится под прицелом националистов и радикалов, обвиняющих их в работе на территории Крыма.

Разбирались в очередном скандале на языковой почве.

Кто пожаловался на кассиров “Новуса”

Обвинения в адрес сотрудников сети Novus начали регулярно появляться на странице в Фейсбуке после принятия очередной нормы закона об украинизации, когда на государственный язык была обязана перейти вся сфера услуг (от продавцов и официантов до фитнес-инструкторов, репетиторов и интернет-магазинов).

Первая жалоба на сотрудников “Новуса” поступила от Оксаны Лебидь. Она датирована 22 января (20:00). Клиент супермаркета обвинила оператора супермаркета Семчук Оксану Петровну в том, что та “не соблюдает закон о языке”, проявляет некорректное, обижающее поведение (хамское).

Под этим постом появились два комментария Анны Сокол, которая тегнула блюстителей – “Мовный патруль” и “Уполномоченного по защите государственного языка”.

После этого на странице самой Анны Сокол в Фейсбуке 22 января в 20:57 также появился пост с жалобой на эту же кассиршу – Оксану Семчук, которая якобы отказалась обслуживать ее на украинском языке. Помимо этого пользовательница сети потребовала “наказать” свою обидчицу за нанесенные ей оскорбления.

То есть атака на конкретную кассиршу шла целенаправленная.

“Супермаркет Novus вашим операторам закон не писан? У вас было 1,5 года подготовить персонал и научить общаться на украинском, если уже за 30 лет Независимости мама с папой не научили вашего кассира.

Ответ кассира на просьбу обслуживать по-украински – “Началось, бл@дь” это считается приемлемым? За что ваш HR-менеджер получает зарплату? Или у вас есть желание унижать украинцев? Так у вас это не получится. Требую рассмотрения ситуации и наказания вашей сотрудницы. Дата, время, адрес и номер оператора и кассы указан на фото моего чека. Я оцениваю работу кассира Семчук Оксаны Петровны в 0 баллов”, – говорилось в сообщении недовольного покупателя.

В комментариях хейтеры принялись обвинять кассиров, не знающих украинского языка, в сепаратизме и предлагали ухать в Россию.

При этом выражений явно не выбирали. Приведем некоторые из них:

“Не можешь даже на работе выдавить из себя пару украинских слов, тогда сиди дома и умирай с голоду”, – советует Вячеслав Шкирко.

При этом никаких доказательств (видеозапись, например) “правонарушения” радетели за украинский язык зачастую не предъявляют. Кроме чеков, которые подтверждают, что совершена покупка в супермаркете, о котором идет речь.

На странице Анны Сокол в соцсети, в качестве обложки помимо государственного флага был выбран флаг “Правого сектора”, который указывает на идеологическую позицию клиентки супермаркета.

На аватарке Анна Сокол тоже обозначила свою позицию, выбрав для фото рамку “українською, будь ласка”.

Себя Аня охарактеризовала как “спокойную неврастеничку с прекрасным, светлым чувством черного юмора”.

“Сказываются последствия русификации”. Реакция Novus

После скандала в сети, с Анной Сокол связалась управляющая супермаркета Ольга Поляничева, которая сообщила о том, что кассира, обслуживавшего клиента, лишили премии и вынесли выговор, а старшого кассира Оксану Семчук – уволили.

При этом менеджмент супермаркета в качестве оправдания привел “продолжительную русификацию” украинцев.

“Наша компания действительно считает качественное обслуживание каждого гостя своим приоритетом. Поэтому описанная Вами ситуация сейчас находится под особенным вниманием и Компания уже приняла меры для решения этого вопроса. Кассир, который вас обслуживал, был депремирован. Также ей был вынесен строгий выговор. Старшего кассира Семчук Оксану уволили, а со всем персоналом проведена профилактическая беседа.

Мы ни в коем случае не хотели обидеть Вас, а также наш украинский народ, но последствия продолжительной русификации нашего народа еще сказываются. Во всяком случае, позвольте от имени Компании принести Вам извинения и поблагодарить за обращение”, – говорится в ответе представителя супермаркета.

То есть, как видим, наказали сразу двух сотрудников – обслуживающего кассира, которая якобы оскорбила посетителя и не говорила на украинском языке, и старшего кассира, чья фамилия была указана на чеке.

Отметим, что пока факт увольнения и взыскания известны только из скриншотов, которые привела языковая активистка.

На запрос “Страны” в “Новусе” ответили довольно обтекаемо.

“Мы сожалеем, что данный инцидент произошел в одном из наших магазинов сети, ведь мы заботимся о комфорте клиентов и стремимся, чтобы сервис работал отлично. К сожалению, иногда мы сталкиваемся с человеческим фактором и не можем предсказать реакцию и действия сотрудника во всех ситуациях. С коллективом была проведена беседа, были приняты необходимые меры по предупреждению подобных ситуаций в будущем. Надеемся, что в дальнейшем такие инциденты не будут случаться в NOVUS “, – заявила “Стране” PR-менеджер Novus Кристина Ивченко.

При этом юристы считают, что с точки зрения украинского трудового законодательства голословные (по сути) обвинения в соцсетях не могут быть основанием для увольнения человека.

“На мой взгляд, увольнение на основании обвинений в соцсетях и прочие подобные вещи не предусмотрены Трудовым кодексом. Может быть, это расценили как нарушение корпоративной этики, или трудовой дисциплины, но это все необходимо доказать. Одного утверждения в соцсети не достаточно. Должно быть проведено служебное расследование, получены факты и доказательства. Важный момент, какая причина указана в приказе об увольнении. Если вынудили уволиться по собственному желанию – это одно дело. Если же уволили в связи с нарушением трудовой дисциплины, то это можно оспорить. Что касается исполнения закона о языке. В случае отказа обслуживать на украинском языке, после составления протокола, штраф будет наложен на супермаркет, а не на кассира. После этого супермаркет может попытаться регрессом взыскать этот штраф с кассира. На данный момент нельзя оштрафовать кассира за нарушение языкового законодательства”, – сказал “Стране” известный юрист Ростислав Кравец.

Реакция соцсетей

В соцсетях традиционно оформилось два лагеря – те, кто защищает людей, и те, кто их обвиняет по языковому признаку.

Отметим, что большее число комментариев – от людей, которые заступились за кассира супермаркета и не считают незнание украинского языка основанием для увольнения.

Но есть и те, кто радуются увольнению человека.

“Вот и замечательно. Украинцы будут иметь работу. А москалики будут без работы”, – комментирует Яков Козачук.

“Все правильно сделали”, – пишет известный “порохобот” Михаил Голубь.

Ему отвечают, что “человек разговаривает на том языке, на котором ему комфортно, мы все понимаем друг друга. Люди, откуда столько злости, ненависти и презрения, откройте глаза, что же столько ограниченности! Столько сейчас вопросов, на которые люди должны обращать внимание, а вы как звери, друг друга убить готовы за то, что один говорит на русском, а другой – на украинском. В Швейцарии 4 языка, и люди прекрасно уживаются и процветают. А вы готовы лишить человека работы в такое трудное время, чтобы потешить свое эго”.

“Купила на три копейки, а шороха навела на миллион, как бы Вы ещё самоутвердились. Вы не думали, что у этой кассирши дети дома могут быть голодными, или вы кайфуете от того, что человеку нагадили, не на том языке вам ответили”, – не сдержалась Таня Валерьевна.

Часть людей осуждает ситуацию в принципе и пишут о том, что есть покупатели, которые восприняли закон как право проводить инспекции.

“И просто, от нечего делать, ходят и инспектируют.

Мне такие встречались и устраивали шоу на кассе, особенно в час пик, чтобы зрителей было больше! У кассиров должны быть железные нервы” – пишет Таня Демченко.

“Люди неужели у нас все так хорошо? Неужели у нас нет других проблем? Прицепились к языку, половина жителей Украины жили при СССР, как им быть? Мало того, что и так жить тяжело, так мы сами готовы друг друга утопить и причину ищем любую…”

“И что ей легче стало от того, что уволили человека, а второму выписали выговор? Какое-то недовольное чудовище”, – пишет Маричка Герасименко.

“Люди добрые, что это с нами произошло? Были все дружные, а сейчас как собаки грызем друг друга. Так быстро невозможно перейти на язык. Уважайте людей. А проблемы есть и поважнее. Мы уже как полицаи, хотя и свой, но враг”, – добавляет Ирина Шевченко.

“Пусть бы та Сокол сама за кассу села, там и без языка туго, работают по 10-12 часов, еще и каждая Соколиха пристебывается. На кассе должны пробивать чеки правильно, а не общаться”, – заступается за уволенных сотрудников “Новуса” Валентина Амбросиенко.

“Не зря говорят, хуже, чем москальски вши, бывают только украинские гниды, эти потомки нквдшников до сих пор не поняли, как их разводит наша власть, соседа готовы сожрать, запомните дураки, война у нас идет с Россией, а не с русскоязычными гражданами Украины!” – пытается переубедить националистов Артур Житарь.

“Молодец кассир, нужно уметь бороться за свои права, скоро такое будет по всей Украине”, – считает Александр Самусенко.

“Каждый имеет право разговаривать на том языке, на котором ему удобно, хуже, когда ты суржике разговариваешь, а собеседник тебя не понимает. Плохо, что с матом, но по языку-то нарушены права человека общаться на том языке, на котором удобно, спорный бессмысленный закон, где пострадал человек из-за чьей-то принципиальности. Послушайте тех, кто этот закон принял, на каком языке они общаются. Каждый из Вас понимает русский, но на чистом украинском общаются единицы”, – пишет Светлана Таран.

Лилия Романова считает, что можно было обойтись выговором и лишить премии, но не увольнять:

“В данном случае мова не объединяет, а вызвала агрессию. Не поняла, зачем уволили старшего кассира? При чем тут он? Почему нельзя было обойтись выговором и депримированием? Сейчас трудно найти работу людям и никто не знает, что у этих людей дома? Теперь можно сильно усомниться в том, что для этой уволенной женщины украинский язык станет ближе. Есть люди, которые его не знают, и этот факт нельзя отбрасывать. В целом, очень неприятная история. Чем больше людей заставлять что-то делать, тем больше они будут сопротивляться. Можно было обойтись без таких мер”.

“Когда уже нас перестанут сортировать”, – задается риторическим вопросом Валерий Хачава.

Наталия Гавриляка вспомнила картинку из детства и отметила, что “в странах, где социальный уровень высокий, даже не обращают внимание на вопросы языка”.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Это первое серьезное изменение, которое принятый еще при Порошенко закон вносит в жизнь общества.

Украинизаторы во главе с уполномоченным по вопросам языка Тараса Кремнием и его многочисленные “добровольные помощники” из числа националистов и разного рода “мовных активистов” уже готовятся к этому дню.

Креминь опубликовал специальную инструкцию для доносов.

А “активисты” уже обсуждают как будут проверять выполнения нормы закона в магазинах. То есть, можно ожидать многочисленных конфликтов и наездов на работников сферы услуг в духе “бросков мелочью” от Ларисы Ницой.

При этом, опросы, которые еще в прошлом году проводила “Страна”, показывают, что в русскоязычных городах (Харьков, Одесса и других) люди не настроены переходить на украинский язык и намерены игнорировать нормы дискриминационного закона.

Тем более, что применить их на практике, чтоб наказать кого-то за русский язык будет очень непросто с правовой точки зрения.

Другими словами, не исключено, что после 16 января усилится напряженность в обществе по языковому вопросу – “мовные активисты” будут пытаться кошмарить сферу услуг в русскоязычных регионах, а их жители будут этому сопротивляться.

Чего ждать от нового витка украинизации, который начнется уже в субботу – разбиралась “Страна”.

1. Что меняется с 16 января?

В этот день вступают в силу новые положения закона “Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного”.

Закон был принят при предыдущей власти, а подписан бывшим президентом Петром Порошенко уже после своего поражения на президентских выборах. Владимир Зеленский, обещавший пересмотреть скандальный документ, этого не сделал, а по итогу даже начал защищать.

Нормы по украинизации вступают в силу не одномоментно. Например, наука перешла на украинский язык еще в 2020 году, а сфера театра будет обязана перейти на украинский с 16 июля 2021 года.

А вот сфера услуг переходит на украинский язык уже завтра – с 16 января. Мову теперь обязаны использовать по умолчанию кассиры в магазинах, продавцы-консультанты, официанты, тренеры, репетиторы – в общем, все, кто получает деньги, обслуживая клиентов.

Механика такая: любое обращение к покупателю должно быть на украинском языке. И только по просьбе клиента можно (но не обязательно) перейти на другой язык.

2. А если клиент первым заговорит по-русски?

Опрошенные “Страной” юристы считают, что если клиент сам начинает говорить по-русски, то это по умолчанию можно трактовать как его согласие на обслуживание на этом языке.

“Если вы обратитесь на русском, венгерском, английском языке или иврите и вам официант, продавец, портной ответит на русском, венгерском, английском или иврите, это не будет нарушением закона”, – пояснил старший партнер адвокатской компании “Кравец и партнеры” Ростислав Кравец.

Аналогичная ситуация, если потребитель будет обращаться в колл-центр какой-либо организации и выбирать для себя с помощью голосового помощника русский язык обслуживания или запрашивать русскоязычное меню в ресторанах, или выбирать русский язык в банкоматах.

3. Как будут наказывать?

Самих продавцов, официантов и прочих работников сферы услуг с завтрашнего дня штрафовать не смогут – для штрафы начинают действовать только с 16 июля 2022 года (им грозит взыскание от 5100 до 6800 гривен).

Но, как пояснила в своей статье для “Страны” известный юрист и экс-министр юстиции Елена Лукаш, штрафы для предпринимателей из сферы услуг могут вводиться уже с 16 января.

Юрлицам, чьи работники нарушают мовное законодательство, грозит взыскание от 5100 до 6800 гривен после составления соответствующего акта.

И уже сейчас власти готовятся к тому, что языковые инспекторы будут кошмарить сферу услуг на предмет соблюдения закона. Правда, в аппарате мовного омбудсмена Тараса Креминя таких “бегунков” всего 30 человек, но, по его словам, эта цифра может вырасти более, чем вдвое.

Хотя даже 60 человек, понятное дело, в масштабах всей страны это как капля в море.

Видимо поэтому, чтоб сделать контроль более тотальным, омбудсмен призывает людей  “стучать” на своих сограждан, говорящих на русском языке в магазинах и ресторанах и присылать ему видео-доказательства. То есть не исключено, что акты будут выписываться и дистанционно, со слов “неравнодушных граждан”.

А такие “активисты” наверняка найдутся. Среди националистов уже обсуждается как они “выйдут в рейды” 16 января. Тем более они и раньше кошмарили магазины и рестораны за обслуживание на русском языке, хотя никаких требований закона тогда еще не было.

4. Что отвечать “активистам”, которые начнут кошмарить бизнес?

Елена Лукаш в своей статье для “Страны” предлагает следующий алгоритм действий, чтоб защититься от “мовных активистов”.

Во-первых, что касается попыток “активистов” устроить скандал и помешать другим покупателям.

“При попытках озабоченного гражданина устроить скандал помните, что нарушение общественного порядка и спокойствия граждан – это мелкое хулиганство. Многие люди, устраивающие стычки и разбирательства в магазинах в стиле Ницой, не догадываются, что их действия прямо подпадают под административный состав ст. 173 КОАП о мелком хулиганстве”, – рассказала Лукаш “Стране”.

Она также процитировала эту статью:

“Мелкое хулиганство, то есть нецензурная брань в общественных местах, оскорбительное приставание к гражданам и другие подобные действия, нарушающие общественный порядок и спокойствие граждан, влекут за собой наложение штрафа от трех до семи необлагаемых минимумов доходов граждан, или общественные работы на срок от сорока до шестидесяти часов, или исправительные работы на срок от одного до двух месяцев с отчислением двадцати процентов заработка, или административный арест на срок до пятнадцати суток”.

“Не стесняйтесь вызывать полицию, граждане Украины, если чувствуете оскорбительное приставание или иное нарушение общественного порядка и спокойствия”, – напоминает Лукаш.

А вот “шпрехенфюрерам” полицию вызывать смысла никакого нет – МВД не имеет права составления протоколов по языковым вопросам. Тогда как продавец или официант вполне может позвать правоохранителей, если “активист” начинает кричать, хамить, блокировать работу учреждения или бросаться мелочью.

Во-вторых, ссылаться на Конституцию. Часть вторая статьи 10 гласит, что в Украине гарантируется свободное развитие, использование и защита русского языка и других языков национальных меньшинств.

“Конституция Украины имеет высшую юридическую силу. Законы и иные нормативно-правовые акты принимаются на основе Конституции и должны соответствовать ей. Нормы Конституции Украины являются нормами прямого действия”, – устанавливает статья 8 Основного закона.

Норма прямого действия – это означает, что люди могут применять Конституцию в своей повседневной жизни. То есть при претензиях украинизаторов можно ссылаться на десятую статью.

Третий момент – частных лиц запрещено снимать на видео без их согласия. Об этом говорит статья 307 Гражданского кодекса Украины. Это можно делать только с чиновниками, депутатами и прочими госслужащими. Никаких особых подобных прав для работников мовного аппарата в законе не прописано. Поэтому нужно громко и на камеру сказать, что вы возражаете против видеосъемки.

Еще один способ – вести свою параллельную запись, где эти слова будут отчетливо слышны. Это позволит признать съемку незаконной в суде, что дает основание отменить акт о нарушении.

И четвертое – если все-таки вашему предприятию выпишут штраф его можно (и нужно) оспорить в суде.

Кроме того, для отдельных регионов, как оказалось, еще действует статус региональных языков. И это может стать дополнительной аргументацией, чтобы там не переходить на украинский язык.

Например, Николаевский горсовет принял соответствующее решение о предоставлении регионального статуса русскому языку еще в августе 2012 года и оно до сих пор не отменено. По требованию языкового омбудсмена прокуратура направила запрос в горсовет относительно отмены этого решения, но ситуация пока не изменилась. И до 16 января уже вряд ли поменяется.

В Черновицкой области только после последних местных выборов сразу несколько местных советов инициировали решения об отмене статуса регионального для румынского языка, и обещают принять такие решения на ближайших сессиях новосформированных советов.

Но не факт, что примут.

В целом сопротивление на местах может обнулить шансы закона на претворения в жизнь в русскоязычных регионах.

“Скандалы будут, доносы будут, драки и кляузы будут, провокации будут. А сама статья (о штрафах – Ред.) работать не будет. Не Будет Работать Никогда – напишите большими буквами”, – говорит нардеп Максим Бужанский.

5. Какие будут политические последствия?

Очевидно, что само по себе вступление в силу такой нормы закона создаст сильное напряжение в обществе.

“Ключевое практическое последствие закона – это то, что массово появятся группы бродячих активистов, которые начнут требовать его выполнять. Одни пойдут кошмарить продавцов и официантов в силу политических соображений, других наймут конкуренты того или иного бизнеса, чтобы дискредитировать неугодных соперников. Это сгенерирует огромное количество бытовых скандалов, разборок, конфликтов, то есть тема языка будет горячей проблемой многие месяцы. Только представьте, что по разным регионам Украины будут бродить тысячи активистов и шантажировать всех, кто им не нравится, этим законом”, – говорит “Стране” политолог Руслан Бортник.

По его словам, на этой теме могут возникнуть структуры, которые возьмут на себя консультирование и помощь тем людям, которые пострадают из-за языковой проблемы.

“Эти штрафы легко оспорить в судах, они противоречат Конституции, Хартии региональных языков (ее ратифицировала Украина – Ред.). И если у украинизаторов есть свой уполномоченный, который будет их защищать и выписывать штрафы, то и на другой стороне конфликта могут и должны появиться структуры, которые возьмут на себя тяжесть доказывания в судах противоречия этого закона Конституции, и помогать пострадавшим послать этих проверяющих на… хартию о правах языковых меньшинств”, – считает Бортник.

Но в целом, как показывает практика, на власть действуют лишь массовые акции протеста.

Конкретный пример – акции против повышения тарифов, после которых правительство спешно принялось снижать расценки на газ для населения.

В оппозиции уже говорят, что не исключают защиты таким образом и прав русскоязычного населения.

“Мы готовы будем участвовать и поддерживать акции протеста, так как уверены, что это будет последней каплей в терпении людей, – говорит “Стране” нардеп от “Оппозиционной платформы за жизнь” Илья Кива. – Будем противостоять несправедливости и заведомо преступным решениям, раскалывающим общество и ущемляющим права граждан”.

Кроме того, стоит напомнить, что конституционность закона о тотальной украинизации сейчас рассматривается в КСУ. Правда, работа суда сейчас фактически заблокирована из-за войны с Офисом президента.

Но, не исключено, что в случае сильного возмущения в обществе процесс будет активизирован. Также как и отмена (или хотя бы коррекция самых дискриминационных норм) закона через Верховную Раду. Если на то будет воля президента, то голосов хватит.

Если же такой воли у Зеленского не появится и закон о тотальной украинизации не будет отменен или изменен, то, что начнется после 16 января может окончательно добить популярность и президента и его партии, обнулив их рейтинг на юго-востоке.

СТРАНА

АО «Кравец и Партнеры»

Малый бизнес

Александр Чумак
основатель компании «Чумак и партнёры», которая занимается поставками запчастей для промышленного оборудования

— Я начал заниматься частным бизнесом ещё в 1996 году. За это время заплатил немало налогов и пережил множество неприятных ситуаций, связанных с налоговой. Были у меня и «маски-шоу» в начале 2000-х: несколько милиционеров ворвались в мой офис и попытались вынести сейф весом 600 кг в надежде, что там лежат деньги и документы. Был и приезд бригады из 12 сотрудников налоговой милиции, которые искали в моём офисе оружие. Были и обвинения в уклонении от уплаты налогов, подделке документов и даже хищении государственных средств. Мне до сих пор интересно, как могла присвоить государственные деньги частная структура, никогда не работавшая с бюджетными организациями.

Времена, когда налоговую возглавлял Азаров, запомнились как полный «беспредел». Рабочий день мог начаться с прихода УБЭПа, а закончиться приездом милиции или СБУ.

Когда произошла Оранжевая революция, у нас, небольших предпринимателей, появилась надежда, что бизнес можно будет вести открыто. Помню, в 2005 году мы с партнёрами отмечали старый Новый год и решили: «А давайте мы больше не будем заниматься минимизацией — станем работать честно. Ведь пришла новая власть». И вот дожил я с такими намерениями до мая. А в мае ко мне пришёл человек из налоговой милиции и попросил денег. Мол, начальство прислало собрать средства на ремонт сгоревшего котла. Я достал 150 грн, которые у меня на тот момент были, отдал налоговику и сказал: «Чтоб я тебя больше не видел».

Конечно, при Ющенко всё-таки стало лучше. Но не потому, что он стал президентом. Мы просто научились защищаться. Ко мне уже нельзя было просто так прийти и открыть двери ногой.

«Налоговая сейчас работает в основном со средним бизнесом, у которого ещё что-то осталось. Но методы при этом те же — прийти и наехать»

Сама система не поменялась. После этого со мной происходило ещё много таких моментов, которые напрочь убили мою веру в будущее. Я видел, что без того, чтобы «порешать вопросы», заниматься бизнесом просто невозможно. Когда ты должен принять какое-то быстрое решение, которое относится к компетенции органов власти, дешевле дать взятку и сэкономить время.

До сих пор система заинтересована поставить бизнес в такие условия, когда он сам будет вынужден договариваться. Предприниматели же не ставят себе цель давать взятки. Они делают это по той причине, что это один из способов быстро решить вопрос: получить лицензию, разрешение, возместить НДС…

Справедливости ради отмечу, что сейчас налоговая милиция стала намного меньше «кошмарить» малый бизнес. Он просто ушёл на второй, потому что с мелких предпринимателей уже взять нечего. Поэтому налоговая сейчас работает в основном со средним бизнесом, у которого ещё что-то осталось. Но методы при этом те же — прийти и наехать, потому что функции этого органа до сих пор такие же, как и раньше. И государство продолжает возлагать на ГФС функции по выполнению планов по сбору налогов. Налоговая так и не стала сервисным органом, который бы помогал предпринимателям в сдаче отчётности и решении проблем с ошибками. У нас по-прежнему главная задача фискалов не помочь бизнесмену найти ошибку и исправить её, а наказать за её совершение.

Да, некоторые улучшения есть. Например, намного улучшилась ситуация с процедурами открытия и закрытия бизнеса. Но, например, электронное возмещение НДС, которое декларировалось новой властью, работает неэффективно и постоянно подвергается критике со стороны налогоплательщиков. Потому что это большие деньги. А где есть большие деньги и контакт с чиновником, там обязательно будут проблемы. Существующая система не позволяет работать честно ни фискалам, ни бизнесу.

Средний бизнес

Ростислав Кравец
адвокат, старший партнёр адвокатской компании «Кравец и Партнёры»

— Я — законопослушный налогоплательщик, законодательство не нарушаю, тем не менее не питаю уважения к налоговым органам. Мне так и не довелось увидеть, как налоговая занимается проблемами государства, а не решает свои меркантильные задачи посредством давления на бизнес и искусственного создания непрозрачных схем для получения дивидендов.

С первых лет независимости в действиях налоговой службы так и не наблюдалось шагов, ориентированных на реальное упрощение ведения бизнеса. Все усилия направляются на ужесточение фискальной политики, усиление контроля над бизнесом и искусственное увеличение штрафов для наполнения бюджета. В украинский бюджет в качестве статьи доходов традиционно вписывают поступления от штрафов налогоплательщиков. То есть государство закладывает плановый показатель взимания штрафов, а налоговая любым путём старается достичь поставленной цели, вне зависимости от реальной ситуации с нарушениями среди налогоплательщиков.

Отцом-основателем подобной практики стал Николай Азаров. В форме, созданной им в 90-е годы, фискальная система действует до сегодняшнего дня — со всеми теневыми тарифами и поборами. Со временем она дополнялась лишь новыми, более технологичными элементами контроля над бизнесом наподобие электронного декларирования, электронной отчётности и накладных.

Каждый новый глава налоговой в Украине фактически продолжал дело Азарова. Единственное, что по мере развития информационных технологий и давления международной общественности, руководители налоговой службы пытались продемонстрировать прогресс и отсутствие коррупции в первую очередь в сфере возврата НДС, что является наибольшей статьёй доходов для чиновников.

При Александре Клименко таможенную службу из отдельного института государственной власти трансформировали в подразделение налоговой в рамках новообразованного министерства по налогам и сборам. Некоторая логика в таком объединении есть, но и налоговую, и таможню нужно было бы подчинять Минфину. Клименковский же «Минздох» стал неким отдельном царством, а у его чиновников появилась ещё одна крупная статья доходов, наряду с возвратом НДС, — контрабанда.

«В налоговой сфере с приходом Насирова ничего не изменилось. Возвращать НДС продолжали в ручном режиме. Все схемы — контрабанда, конвертационные центры и т. п. — продолжили свою работу»

Бизнес на конвертации денег и переводе их в наличность для минимизации налогов начался в Украине ещё при Азарове и развивался довольно успешно. Но при Азарове всё это делалось не централизованно — кто как хотел, так и конвертировал деньги, периодически попадаясь. При Клименко же для конвертации средств под крышей налоговой появились так называемые сертифицированные площадки, через которые должна была работать вся страна. То есть произошла первая за всю историю попытка налоговой полностью возглавить теневой бизнес по оптимизации налогов. На сертифицированных площадках для всех субъектов хоздеятельности были установлены одинаковые правила игры относительно того, сколько и куда платить. На эти площадки загоняли весь работающий бизнес. То же касалось и ввоза импорта. При Клименко большинству импортёров, которые готовы были завозить товар в Украину честно и открыто, не давали этого сделать. Их попросту принуждали заниматься контрабандой через механизмы, налаженные под эгидой «Минздоха». В частности, через схемы приближённого к «семье» Сергея Курченко в страну контрабандно завозились нефтепродукты. Никому другому импортировать в Украину нефтепродукты не давали физически.

К слову, после бегства преступной власти бизнесу нередко приходилось отвечать за участие в схемах Клименко. В частности, из-за того, что предприятия Курченко не доплатили миллиарды гривен налогов, фискалы не придумали ничего умнее, чем прийти с проверкой ко всем украинским нефтетрейдерам, покупавшим у компаний Курченко нефтепродукты. Государство в лице налоговой и СБУ покрывало схемы контрабанды Курченко, а новая власть решила возложить ответственность за это на пару сотен нефтетрейдеров и взыскать неуплаченные налоги с них. История закончилась десятками судебных разбирательств, которые бизнесу удалось выиграть.

Когда после Революции достоинства налоговую возглавил Игорь Билоус, часть сертифицированных площадок какое-то время успешно продолжала работу, также как и схемы по возврату НДС в ручном режиме. Несмотря на то, что каждая новая власть заявляла о запуске автоматического возврата НДС, на самом деле эта практика всегда касалась только очень крупных налогоплательщиков с прямыми взаимоотношениями в верхах. Все остальные по-прежнему вынуждены стоять в очереди и ожидать возвращения НДС в ручном режиме.

Площадок, которые действовали при Клименко и Билоусе, уже нет. Однако конвертационные центры по всей стране продолжают действовать. Я бы не сказал, что эта проблема неразрешима. Ещё со времён Азарова аналитический департамент налоговой успешно выявлял фирмы, через которые оптимизируются налоги. Ведь налоговикам прекрасно видно количество сотрудников на предприятии, обороты, когда и на кого фирма была оформлена и т. п. Практически фискалам не представляет труда выдать хоть сегодня список таких конвертационных компаний по всей Украине с точностью до 99%. Однако этим никто не занимается, потому что сами же фискалы без конвертцентров лишатся своего дохода.

Карьера Романа Насирова в ГФС началась со скандала. В июле 2015 года он, будучи уже главой ГФС, голосовал за изменение Конституции Украины в качестве народного депутата. Но в феврале 2016 года дело закрыли, так как, видимо, в прокуратуре посчитали, что нет никакого нарушения законодательства в том, что одно и то же лицо может исполнять обязанности главы ГФС и голосовать за изменение Конституции.

Также при назначении Насирова возникло немало вопросов и по поводу его налоговой декларации. В частности, удивило отсутствии в ней информации относительно квартиры в Лондоне, которая якобы находится в лизинге.

Впрочем, самое важное, что в налоговой сфере с приходом Насирова ничего не изменилось. Возвращать НДС продолжали в ручном режиме. Все схемы — контрабанда, конвертационные центры и т. п. — продолжили свою работу. И, что печально, ни при преступной власти, ни при власти, поставленной Революцией достоинства, никто так и не занялся системным реформированием «азаровского» Налогового кодекса в направлении упрощения ведения бизнеса и повышения его прозрачности. Те, кто добиваются власти, видимо не планируют жить и работать в этой стране.

Крупный бизнес

Всеволод Кожемяко,
владелец компании «Агротрейд»

— При «позднем Кучме», когда Николай Азаров стал главой налоговой, «Агротрейд» был ещё небольшой компанией с более чем скромным влиянием в бизнес-среде. А отношения бизнеса с налоговиками, если так можно выразиться, — первобытными. Уважения к частной собственности не было никакого. Цель стояла одна: забрать, отнять, поделить.

Все предприниматели были для фискалов одного поля ягодами, то есть ворами. Если я купил у государства на аукционе какое-то предприятие, то считалось, что я украл его, а не честно приобрёл. Они действительно верили, что бизнес работает и вообще существует исключительно благодаря тому, что они где-то «недоработали». К нам относились, как к нарыву на теле многострадального украинского народа, который появился исключительно благодаря тому, что они нам дали такую возможность. Этот махрово-совковый менталитет пронизывал налоговую того времени.

Одним словом, созданное Азаровым ведомство наводило на нас ужас. Да и на весь остальной бизнес тоже. Только сейчас понимаю, что тогда всё было не так уж страшно. Если сравнивать азаровских фискалов с теми, кто пришёл позже, это была любительская работа. Да и экономика была такой, что «куда не кинь зерно, оно прорастёт».

При Викторе Ющенко с фискалами работать стало достаточно комфортно (в этот период налоговую возглавляли Александр Киреев и Сергей Буряк — Фокус). Тогда в стране появилась определённая демократия.

«По большому счёту в налоговой сделали лишь «лёгкий косметический ремонт». Суть взаимоотношений бизнеса и фискалов осталась прежней»

Увы, длилась «оттепель» недолго. При Клименко у фискалов появилась чётко налаженная, очень жёсткая вертикаль. Условия в экономике стали вполне цивилизованными, поэтому налоговую инспекцию власть превратила в эффективную машину, которая выкачивала деньги из экономики. Всё это происходило в «промышленных масштабах». При этом с каждым годом ресурсов оставалось всё меньше, а желающих покормиться на них становилось всё больше. Соответственно и методы фискалов становились всё более «эффективными» и изощрёнными.

Среди налоговиков существовала стопроцентная круговая порука, и вся эта машина действовала в интересах Виктора Януковича, стоявшего на вершине властной пирамиды. Методы работы были очень жёсткими, и мало кто мог позволить себе не согласиться или противодействовать. Мне даже трудно представить, кто бы мог тогда на такое решиться. Если «сверху» поступала команда «работать» с какой-то компанией, потому что она кому-то приглянулась, её владельцу лучше было сразу попрощаться с бизнесом. Спать спокойно можно было лишь в том случае, если к твоему бизнесу никто не испытывал интереса.

Сегодня такой жёсткой централизации нет. Появилась демократия, но вместе с ней и определённый хаос. Из-за этого атаковать бизнес может начать кто угодно на любом уровне. И предлог для этого может быть самый благовидный и, как ни странно, самый патриотичный. У нас в Харькове некоторые налоговики, например, пытались собирать с предпринимателей деньги якобы на АТО, для армии. Уровень цинизма просто зашкаливает.

Разве что налоговая стала осторожнее относиться к большим компаниям, которые платят много налогов. При Азарове нас запросто могли бы обвинить в отмывании денег, назвать конвертационным центром.

Но по большому счёту в налоговой сделали лишь «лёгкий косметический ремонт». Суть взаимоотношений бизнеса и фискалов осталась прежней. У каждого из них по-прежнему есть свой «маленький» покровитель, который позволяет продолжать всё как было. И в этом нет ничего удивительного. У нас, в Харькове, кадровый состав налоговой не менялся очень давно. Получают налоговики по-прежнему мало, недостаточно для того, чтобы работать честно и качественно.

Главные изменения после Майдана произошли не в налоговой, а в бизнес-среде. Мы поняли, что нужно отбиваться и искать справедливость. Да, сейчас у нашей компании судов с фискалами гораздо больше, чем когда бы то ни было. Но появилась надежда, что есть шанс их выиграть и на нас за это не нападут.

Мария Бабенко, Антонина Бажан, Елена Романюк, ФОКУС

Адвокатская компания Кравец и Партнеры