Що стоїть за цією ініціативою, та чим може обернутися перезавантаження антикорупційної системи для України. 

Масові обшуки у співробітників Національного антикорупційного бюро України, які відбулися 21 липня, стали не лише гучною подією у правоохоронному полі, а й сигналом можливого зламу всієї антикорупційної архітектури держави. Вперше за роки існування НАБУ одночасно було проведено близько 70 обшуків у регіональних офісах бюро. За офіційною версією, йдеться про розслідування державної зради та, зокрема, про зв’язки окремих співробітників з депутатом забороненої ОПЗЖ, нині фігурантом справ ФСБ, а також про начебто схему збуту наркотиків до Дагестану.

Але на цьому скандал не завершується. У Верховній Раді готуються розглядати законопроєкт №12414, який може кардинально змінити підходи до роботи НАБУ і Спеціалізованої антикорупційної прокуратури (САП). За словами нардепів, документ передбачає передачу реального контролю над САП генеральному прокурору, який отримає повноваження визначати прокурора у конкретних справах НАБУ. Ба більше, генпрокурор зможе вилучати справи у детективів НАБУ та передавати їх іншим органам. Це не просто технічна зміна — це крок до повного підпорядкування бюро вертикалі виконавчої влади.

Паралельно з цим скасовується норма, яка забороняє вилучати справи з НАБУ, а підозри топчиновникам фактично можна буде підписувати без участі антикорупційного прокурора. Тобто ключові механізми, які забезпечували незалежність розслідувань — особливо проти високопосадовців — можуть бути зруйновані.

Народний депутат Ярослав Железняк назвав ситуацію початком кінця незалежних антикорупційних органів. За його словами, такі рішення повертають країну у часи повного політичного контролю над слідством. Його колега, депутатка Анастасія Радіна, наголосила: це катастрофа для реформ, що впроваджувалися з 2015 року. Вона також звернула увагу на жорсткі дії силовиків під час обшуків у НАБУ, заявивши про можливе застосування сили та грубі порушення процедури.

Зі свого боку, у НАБУ також відреагували на законодавчі ініціативи, заявивши, що у разі їх ухвалення, незалежність бюро буде лише формальністю. Водночас антикорупційна прокуратура втратить можливість самостійно вести розслідування, а її керівник стане фігурою без реального впливу.

“Було знищено антикорупційну інфраструктуру. Те, що створювалось як запит Євромайдану, як запит суспільства, як запит на боротьбу з високопосадовою корупцією сьогодні було знищено”, — сказав на брифінгу директор НАБУ Семен Кривонос.

Своєю чергою посли країн G7 заявили про серйозну стурбованість ситуацією та закликали українську владу зберегти незалежність антикорупційних органів. А посол ЄС Катаріна Матернова прямо наголосила: від цього рішення залежить як продовження реформ, так і подальша підтримка України Заходом — політична, фінансова та оборонна.
Генпрокурор — монополіст: чим обернеться нове підпорядкування НАБУ та САП

Колишній співробітник СБУ Іван Ступак звертає увагу, що йдеться про поправки, які, судячи з усього, вносилися на рівні комітету, тому ще рано говорити про повну ліквідацію бюро.

“Я особисто не підтримую цю історію і вважаю її шкідливою. В нас є орган — НАБУ — який працює за зрозумілою процедурою. А тепер пропонують надати Генеральному прокурору повноваження вилучати справи, зупиняти розслідування, змінювати підслідність. Це, на мою думку, неправильно.

Обшуки, які відбулися, — окрема історія. Ми вже обговорювали це раніше. Так, у НАБУ можуть бути проблеми, і якщо є питання до окремих співробітників, їх треба вирішувати. Але це не підстава, щоби законодавчо “різати” всю структуру. Я вважаю, що бюро має залишитись, але працювати над помилками. Варто вдосконалити правила набору кадрів, доступу до матеріалів, внутрішнього контролю. Але руйнувати цю систему — недалекоглядно”, — каже Фокусу Ступак.

І НАБУ і САП створювалися саме для того, щоби уникнути перетинів і впливу один на одного. Особливо в умовах, коли є антикорупційні прокурори. А тепер система повертається до старої моделі, від якої колись і намагалися відійти.

“Я не кажу, що не треба реагувати на помилки. Але робити це треба обережно. Не треба відразу всіх звільняти чи ліквідовувати орган. Нехай внутрішньо працюють, вносять зміни, проводять кадрову ревізію. Жодна структура не ідеальна — ні МВС, ні СБУ, ні прокуратура, які існують десятиліттями. Але в них же не виникає бажання одразу закрити все повністю. Йдеться не про ліквідацію, а про адекватну реакцію на помилки.

Бо зараз складається враження, що систему просто хочуть розрізати “під ніж”. А це надто радикально. І це викликає занепокоєння”, — продовжує Ступак.

За його словами, у разі ухвалення законопроєкту, генпрокурор отримає монопольний контроль. Він зможе вирішувати, що НАБУ розслідує, а що — ні. Це загроза незалежності.

“Моя позиція проста: залишити НАБУ як є, але підкоригувати його роботу без законодавчих змін. Це як у випадку, коли людина вибігає на червоне світло, а їй кажуть: давай тепер руку відріжемо і приш’ємо в інше місце — це ж нібито виправлення”, — каже експерт.

Ветеран війни, громадський активіст і юрист Олег Симороз також вважає, що цими правками НАБУ та САП фактично втрачають незалежність.

“Тепер всі важливі процесуальні дії — підозри, юрисдикція, негласні слідчі дії — потребуватимуть погодження з генеральним прокурором, який є людиною з оточення президента. Ба більше, тепер генпрокурор матиме право вилучати справи з НАБУ і передавати їх іншим силовим структурам — що повністю підриває фундамент системи, створеної після Майдану”, — каже Фокусу Симороз.

За його словами, коли генпрокурором була Ірина Венедіктова, справа проти заступника голови Офісу президента Олега Татарова, підозрюваного у корупційній схемі з забудовником Микитасем, була вилучена з НАБУ і передана до СБУ. Але в результаті, через рік справу було закрито, попри вагомі підстави для підозри.

“Саме до цього все йде. Це антидемократична ініціатива, яка віддаляє Україну від європейських стандартів правосуддя. Ми вже бачимо негативну реакцію наших міжнародних партнерів, зокрема з боку ЄС. У той час, як ми ведемо війну з Росією, всередині країни ухвалюються рішення, які наближають нас до російської моделі, а не до цивілізованої Європи”, — вважає Симороз.
“НАБУ та САП мають працювати в межах держави, а не поза нею”: аргументи прихильників законодавчих змін

Попри хвилю критики, деякі експерти не бачать нічого небезпечного у законопроєкті, що змінює принципи роботи НАБУ і САП. Навпаки — переконані: ці зміни потрібні, щоб упорядкувати систему і повернути її у правове поле.

“Я бачу в цьому лише позитив. Розмови про те, що комусь “зменшують повноваження” — це маніпуляції. Жодного зменшення фактичного впливу не буде. Просто суспільству намагаються нав’язати думку, ніби в Україні є держава, а є окремо НАБУ і САП — і ці органи мають бути незалежними навіть від самої держави. Але такого немає в жодній країні світу”, — каже Фокусу адвокат Ростислав Кравець.

Він підкреслює, що в Україні є Конституція, яка чітко визначає, як працює прокуратура. Тому зміни до законодавства, які зараз пропонуються, — це не загроза, а просто спроба привести закони у відповідність до Основного Закону. І твердження, що після цього НАБУ і САП нібито не зможуть ефективно працювати — це, на його думку, відверта маніпуляція.

“Вони мали повну свободу. То де результат? Де вироки, а не підозри, які роками лежать у Вищому антикорупційному суді? До речі, сам цей суд — теж проблема. Він має спеціальний статус, що прямо суперечить Конституції. Я вважаю, що наступним кроком має стати його ліквідація. У нас не може існувати “спецсудів”, це прямо заборонено”, — зазначає адвокат.

Він додає, що діяльність антикорупційної інфраструктури, на яку витрачено мільярди гривень, не виправдала себе. Натомість, за його словами, саме ці структури стали джерелом скандалів, провокацій, падіння довіри до державної влади.

“Подивіться самі — кожна друга справа НАБУ побудована на тому, що їхній агент сам ініціює передачу хабара. Тобто, створюється ситуація, щоб потім відзвітувати: ми зловили чиновника. Це не боротьба з корупцією, а гра в провокації. І найгірше — це вже стало нормою. Суспільство вже навіть не дивується, коли НАБУ говорить про “корупцію”. А виявляється — це не чиновники в міністерствах, а директори комунальних підприємств, завгоспи, лісники. Хіба для цього створювали НАБУ?” — продовжує Кравець.

За його словами, розслідування в НАБУ можуть тягнутися роками, і при цьому витрати на зарплати детективів і прокурорів іноді у десятки разів перевищують ту шкоду, яку завдали засуджені. І саме тому, вважає він, запропоновані зміни — це спроба навести лад.

“Цей закон змусить НАБУ і САП не вигадувати злочини й не провокувати їх, а нарешті почати виконувати свою пряму функцію — боротьбу з реальною корупцією. Якщо вони не здатні це робити, тоді справді постане питання про їх ліквідацію”, — підсумовує позицію адвокат.

Обшуки у співробітників НАБУ — як вони проходили?

Співробітники Служби безпеки України та Офісу генпрокурора 21 липня влаштували серію обшуків у різних регіонах України у кількох детективів НАБУ, яких підозрюють у державній зраді.

Спецслужба заявляла про факти неофіційного впливу російських агентів на НАБУ. Як стверджується, депутат від забороненої партії ОПЗЖ Федір Христенко міг впливати на роботу відомства, перебуваючи за кордоном.

У СБУ також повідомляли, що глава регіонального управління НАБУ Руслан Магамедрасулов допомагав своєму батькові продавати коноплю в російський Дагестан.

У НАБУ заявили про проведення майже 70 обшуків щодо щонайменше 15 працівників органу.

Джерело: focus.ua

АО «Кравець І Партнери»

Счета десятков компаний заморожены по заявлению СБУ и Генпрокуратуры. Такое решение принял Сосновский районный суд Черкасс. Силовики подозревают, что десятки компаний «внедрили противоправные механизмы для уклонения от уплаты налогов», работают фиктивно и попросили суд заблокировать их счета. Под подозрение попали крупные предприятия, среди которых Бетон Комплекс (входит в состав группы Ковальская) и Металл Холдинг (крупнейший металлотрейдер в стране). Их руководство утверждает, что ничего не знало о расследовании силовиков и намерено обжаловать решение суда.

Претензии проверяющих

В начале июля в Сосновский районный суд Черкасской области поступило ходатайство следователя СБУ об аресте имущества десятка компаний. Об этом говорится в решении суда, копия которого есть в распоряжении НВ Бизнес. Следователь ссылался на уголовное производство, согласно которому с 2016 по 2019 годы граждане Украины использовали финансовые инструменты «Банка «Украинский капитал» и группы компаний, связанных с Укринвест Групп, для создания механизмов по уклонению от уплаты налогов, и формировали налоговый кредит по НДС для предприятий реального сектора экономики.

В Банке «Украинский капитал» открывались счета компаний, основным видом деятельности которых являлась торговля топливно-смазочными материалами. На них поступали средства компаний, которые приобретали продукцию по завышенным ценам. Среди таких покупателей оказалась и Укрзализныця. Причем работа большинства этих компаний является фиктивной, настаивали следователи СБУ. Суд наложил арест на счета всех компаний, список которых был предоставлен на заседании.

Получить комментарий СБУ НВ Бизнес не удалось.

Позиция бизнеса

О том, что на счета компании Бетон Комплекс наложен арест, узнали из письма банка, рассказывает НВ Бизнес генеральный директор промышленно-строительной группы Ковальская Сергей Пилипенко. «Почему компания оказалась в списке следователя СБУ — неизвестно. Бетон Комплекс никогда не занимался продажей топливно-смазочных материалов, не открывал счета в Банке „Украинский капитал“. Более того, во время расследования этого дела к нам никто не обращался», — говорит Пилипенко. По его словам, деятельность Бетон Комплекса трудно назвать фиктивной — на этом юридическом лице зарегистрирован бетонный завод, который выпускает около 100 тыс. куб м бетона, железобетонных конструкций в месяц. «Остановка работы бетонного завода Ковальской может отразиться на киевских стройках. Значительная часть девелоперов закупает у компании продукцию, которая считается одной из лучших в Киеве», — говорит НВ Бизнес управляющий партнер консалтинговой компании SV Development Сергей Степенко.

Требование об аресте средств базируется на утверждении следователя Главного следственного управления СБУ о том, что предприятие якобы не имеет собственного имущества, в нем трудоустроен только один человек, а офисные или складские помещения не арендуются, говорится в официальном сообщении компании Металл Холдинг. На самом же деле продажи компании в 2017−2019 годах превысили 7 млрд грн, из которых были уплачены налоги. «Почти 500 работников нашего предприятия остались без работы, не смогут вовремя получить заработную плату и их семьи останутся без финансового обеспечения. Кроме того, налоги не будут вовремя оплачены в местный и государственный бюджеты», — говорится в сообщении компании.

Суть схемы

Это распространенная схема, написал на своей странице в Facebook кандидат в депутаты от партии Слуга народа, известный IT-предприниматель Давид Арахамия, более известный как Давид Браун. «За последние несколько недель собрал уже десяток случаев обращений по аресту счетов крупных компаний. Схема работает как под копирку. Участники: СБУ, ГПУ, НПУ, ГБР, ГФС в разных комбинациях. Суть схемы простая — обвинить в «признаках фиктивности» и через суд наложить аресты на все счета. Как правило арест происходит в разгар сезона, и бизнесмен становится перед выбором: судиться и получить снятие ареста через 2−3 месяца, договориться с обвинителями и «порешать», — сообщил он.

Представители бизнеса написали официальное обращение на имя президента Владимира Зеленского, руководства СБУ, а также подали документы на обжалование решения Сосновского районного суда Черкасской области.

Ответа пока нет.

В среднем процесс обжалования может занять два месяца, за которые бизнес может оказаться уничтоженным, добавляет управляющий партнер юридической компании Кравец и партнеры Ростислав Кравец. «Мне кажется, у СБУ давно нужно забрать право расследовать экономические преступления», — говорит он.

Александра Некращук, Новое время

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Судебная история с Приватбанком обрастает новыми расследованиями и скандалами. В ситуацию вмешались правоохранительные органы: Генпрокуратура начала досудебное расследование по делу о давлении на судей в отношении Президента Украины, председателя Нацбанка и прочих членов Совета Нацбезопасности и обороны, которые приняли участие в заседании СНБО 18 апреля. Оно было посвящено судебному решению о неправомерной национализации Приватбанка Окружного административного суда г. Киева.

Решение было вынесено не в пользу государства (Минфина, Нацбанка), а в пользу бывших акционеров Приватбанка (Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова). Руководство Нацбанка и президент Порошенко почти сразу разразились критическими заявления по данному постановлению. После чего из-за него было созвано заседание СНБО.

«Дело Приватбанка в Окружном суде рассматривало около 30 судей. И то, что на них надавили — это факт. Я говорю не только о неподобающих заявлений в отношении судебной власти в СМИ или о заседании СНБО. Но еще и о назначенном квалификационном оценивании, и об угрозах увольнения. Хотели разогнать весь суд. Все это недопустимо, и может, по действующему законодательству, оцениваться как давление на судей», — отметил в беседе с UBR.ua старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Как уточнили в Окружном административном суде г. Киева, Генпрокуратура начала расследование по ч. 2 ст. 376 Уголовного кодекса Украины. Это «Вмешательство в деятельность судебных органов». Статья предусматривает ответственность от штрафа в размере 50 необлагаемых минимумов (850 грн.) и ареста до 6 месяцев до лишения свободы до трех лет.

«После заседания СНБО по Приватбанку лично обращался в Высший совет правосудия на предмет давления на судей и нарушения действующего законодательства. Однако получил уклончивый и размытый ответ, из которого было ясно, что совет не хочет вмешиваться в ситуацию. Также оформил официальное обращение по этой ситуации в Совет судей Украины, однако до сих пор не получил ответа», — рассказал Кравец.

Это не первый факт давления на судей со стороны банковского регулятора. Первый громкий скандал разразился еще в декабре 2016 года после письма председателя Нацбанка Валерии Гонтаревой в адрес председателя Верховного суда Ярослава Романюка. Его сразу назвали наглым и бесцеремонным, из-за того, что Гонтарева потребовала от Верховного суда при рассмотрении исков в адрес НБУ, становится на сторону центробанка. Письмо было опубликовано в соцсетях и имело большой резонанс.

Давление на ВСУ было совершенно очевидным, однако Ярослав Романюк не настоял тогда на привлечении Валерии Гонтаревой к уголовной ответственности. Каким будут результаты расследования Генпрокуратуры сейчас — покажет время.

«Не слышал, чтобы кого-то привлекали к ответственности за давление на судей по финансовым спорам. Но другим делам виновные привлекались к ответственности, причем неоднократно», — резюмировал Кравец.

Елена Лысенко, UBR

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Чем это грозит нардепу, может ли он лишиться депутатского иммунитета или даже быть арестован по примеру Надежды Савченко, разбиралась «Страна».

Оценочно о Сенцове

Как сообщала «Страна», с 16 мая украинский режиссер Сенцов, который в России приговорен к 20 годам заключения, объявил голодовку в колонии и отказывается от пищи уже 27 дней.

Депутат Мураев, комментируя эту ситуацию, заявил: «Сенцова можно по-разному воспринимать. С точки зрения того, что человек готовил поджоги и взрывы, для части населения он является террористом. Для националистической части он, наверное, является героем. Время расставит на свои места, кто прав, а кто не прав».

Такая постановка вопроса противоречит официальной линии в Украине, что Сенцов, которого в России обвиняют в подготовке террактов, ничего подобного не замышлял, а пострадал за проукраинские взгляды.

Поэтому Мураев ожидаемо оказался «под огнем» из радикального лагеря, который поддержала власть.

Крамолу в словах депутата увидели, среди прочих, министр внутренних дел Арсен Аваков (один из «ястребов» украинской политики), министр иностранных дел Павел Климкин, фракция «Блока Петра Порошенко» (БПП) в Верховной Раде. Отреагировал даже президент Порошенко, из заявления которого, правда, можно сделать вывод, что Сенцов таки мог участвовать в неких радикальных действиях.

«Как бы там не считали, всякие там мураевы, еще какие-то зарубежные голоса псевдоукраинских каналов, которые нам говорят о том, что украинские политзаключенные и герои являются террористами. Как они должны действовать для того, чтобы защитить государство, которое захватил враг, кроме как протестовать? Чего они ждали? Что они начнут бросаться украинскими паспортами и принимать российское (гражданство — Прим.Ред.)?» — заявил на встрече со студентами Украинской академии лидерства Порошенко.

В довершение к нападкам и призывам бойкотировать телеканал Мураева Newsone против депутата было открыто уголовное производство по заявлению председателя парламентского комитета по вопросам национальной безопасности и обороны Сергея Пашинского (НФ), который также относится к «ястребиной» партии в украинской политике.

Депутаты от НФ также пообещали не пускать Мураева в сессионный зал.

Сам Мураев заявил, что не считает Сенцова террористом и нигде подобного не утверждал, а лишь констатировал, что к нему есть разное отношение.

«Но одно мне известно точно, и тут другого мнения быть не может: человека, получившего 20 лет в колонии, грязно используют для пропаганды. И в этом он безусловная жертва, по-человечески его жаль. Так же, как и всех политзаключенных, ставших заложниками идиотской политики, в которой четыре года действуют Россия и Украина», – написал Мураев на своей странице в Фейсбуке.

Также он записал видеообращение, в котором извинился перед Сенцовым и другими политзаключенными, за то, что украинская власть их сделала инструментом в своих руках.

Правомерны ли обвинения?

Вообще первоначальное суждение парламентария о Сенцове, говоря юридическим языком, вопросительное и оценочное, что по закону не преследуется. Уточнив свою позицию, народный избранник еще больше обезопасил себя от претензий.

Во-вторых, Мураев, конечно, не мог сознательно дезинформировать суд, прокурора, следователя или орган досудебного расследования на тему преступления, насчет чего предупреждает статья 383 уголовного кодекса, ведь он ни с кем из них не говорил.

«Заведомо ли неправдива информация о сути приговора Олегу Сенцову? Это вопрос не к Мураеву. Это вопрос к депутатам. О приговоре знают все. Цитировать приговоры у нас пока еще не запрещено», — написала экс-министр юстиции Елена Лукаш на своей странице в Фейсбуке.

Госизмену по статье 111 тоже применить, по ее мнению, нельзя. «Государственная измена — это действие, умышленно совершенное гражданином Украины во вред суверенитету, территориальной целостности и неприкосновенности, обороноспособности, государственной, экономической или информационной безопасности Украины. Какое действие совершил Евгений Мураев? Осмелился говорить в эфире? Имел свое, как оказалось, запрещенное мнение? Задавал вопросы и оценивал ситуацию?» — риторически спрашивает Лукаш, делая однозначный вывод, что правовых перспектив у дела Мураева нет.

Оценку Лукаш разделяет старший партнер адвокатской компании “Кравец и Партнеры” Ростислав Кравец. «Статьи 111 и 383 к господину Мураеву применены неправомерно. Так же я оцениваю досудебное расследование… Он может точно так же обратиться с соответствующим заявлением в правоохранительные органы по той же статье 383 в отношении тех лиц, которые заявили о его якобы преступлении и тех прокуроров, которые вносили заявление о государственной измене. Как раз ему закон это позволяет», — прокомментировал он «Стране».

Но у следователей Службы безопасности Украины, которым ГПУ поручила досудебное расследование уголовного производства, на этот счет может быть иное мнение.

БПП и «Народный фронт» готовы голосовать

А вот в политическом плане дело Мураева рискует получить долгую жизнь. Народный депутат состоит в оппозиции к нынешней власти. Его телеканал NewsOne регулярно предоставляет эфир оппонентам Петра Порошенко.

Как подозревает Мураев, его телеканал стал для власти «занозой в заднице». «И они так хотят закрыть ему рот, что даже не пытаются особо прятаться», — отметил он на своей странице в Фейсбуке.

«Мы наблюдаем политический нажим на Мураева, и поэтому нельзя исключать, что одним моральным осуждением в его случае не ограничатся, а попытаются лишить депутатского иммунитета», — спрогнозировал политолог Кость Бондаренко.

При этом он считает, что комитет по вопросам регламента и организации работы Рады вряд ли поддержит представление ГПУ, основанное на указанных статьях. Но это может не остановить фракции власти и их сателлитов в сессионном зале. «В случае депутата от «Оппозиционного блока» Вадима Новинского тоже не было достаточно доказательств для снятия с него депутатской неприкосновенности, но представление все равно попало в зал, и сессия проголосовала за него зимой 2016-го», — проводит параллель Бондаренко, считая, что такое развитие событий только усилит популярность Мураева среди оппозиционных избирателей.

Впрочем, теоретически, в данном случае одним лишь снятием неприкосновенности дело может не ограничиться. Одна из статей, по которой возбудили дело после заявлений Мураева, а именно — госизмена, предусматривает в качестве меры пресечения арест без права внесения залога. Поэтому, если представление и будет внесено, то, нельзя исключать, что оно будет предусматривать и санкцию на задержание и арест Мураева.

Настроения среди депутатов фракций коалиции говорят о значительной вероятности того, что Рада может проголосовать за представление (если, повторимся, оно появится в зале).

Депутат от «Блока Петра Порошенко» Иван Винник считает, что его коллега по парламенту действовал не как народный депутат, а как пропагандист «чьих-то интересов» и потому его фракция будет голосовать за снятие с него неприкосновенности.

Аналогичной позиции придерживается и его коллега по БПП Александр Бригинец. «Если Мураев будет уклоняться от встреч со следователями или попытается влиять на ход следствия, или будет подозрение, что он может покинуть территорию Украины, то в таком случае безусловно будет представление. В том числе и на арест. И я проголосую «за». Думаю, фракции и группы, за исключением «Оппоблока», проголосуют за лишение Мураева неприкосновенности», — прогнозирует Бригинец, уточняя при этом, что с коллегами по парламенту еще не обсуждал эту ситуацию.

Собеседник «Страны» во фракции «Народного фронта» также дал понять, что фракция голосовать будет: «Между нами и Мураевым просто идеологическая пропасть. Мы проголосуем за любое представление Генпрокуратуры по нему».

Ряд экспертов, однако, полагает, что власть не пойдет на арест Мураева.

«С Мураева могут снять неприкосновенность, но вряд ли его арестуют. Потому что тогда тема с его «госизменой» быстро забудется, как это произошло с Савченко. Властям более выгодно раскручивать эту историю постоянно информационно, так как она удачно ложится в одну из моделей кампании Порошенко, поляризируя электорат на условно проукраинской и условно реваншистский. Поэтому тему с Мураевым будут подогревать и дальше с помощью разных инструментов — от ядовитых постов лояльных блогеров до обращения ГПУ к парламенту. Но без ареста», — полагает политолог Вадим Карасев.

Источник «Страны» в Генпрокуратуре говорит, что решение — вносить или не вносить представление на Мураева, будет принято в самое ближайшее время. «В первую очередь тут оценивается политическая целесообразность данного шага, — говорит источник в ГПУ. — Поэтому решение принимается, как вы понимаете, не у нас».

В тоже время источник в Администрации президента считает маловероятным внесения представления в Раду. «Бегать с уголовным делом за Мураевым никто не будет. Максимум что сделают — это отнимут лицензию у Newsone, так как влияние Мураева на этот канал расценивается как угроза национальной безопасности и подыгрывание информационной войне против Украины, которую ведет Россия», — сказал источник в АП.

Сам Евгений Мураев не ожидает рассмотрения представления в Раде.

«Я думаю, что все эти обвинения — абсолютная глупость, поэтому в сессионный зал никто вносить не будет. Думаю, мудрости хватит: изначально просто не разобрались и подались мейнстриму. Повторю: в моих высказываниях нет никакого состава преступления, любой мало-мальски подготовленный юрист расскажет этим неучам, что я также изменил Родине, как «убили» Бабченко», — прокомментировал ситуацию Мураев «Стране».

С другой стороны, он сомневается, что эта история быстро закончится. «В этот же день так называемое независимое НАПК (Национальное агентство по предотвращению коррупции — Прим.Ред.) назначило проверку моих деклараций на соответствие доходов и расходов, хотя они уже проверяли. В общем, будут давить на экономику. Властям категорически не нравится моя политическая позиция, как и позиция телеканала Newsone», — сказал «Стране» депутат.

Денис Рафальский, Страна

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Об этом в комментарии корреспонденту ГолосUA рассказал адвокат Ростислав Кравец.

«Такие действия начались еще год назад, когда Генпрокуратура нарушала требования закона «Об адвокатуре».Генпрокурор игнорирует все нормы, проводя соответствующие задержания адвокатов без соблюдения нужной процедуры. Кроме того, участились факты обысков адвокатов и раскрытия адвокатской тайны, когда следственные судьи, дающие разрешение на обыск, дают разрешение на доступ к материалам с адвокатской тайной, записям адвокатов, к персональным компьютерам и прочее, что запрещено Криминально-процессуальным Кодексом Украины. Уже не единожды в Европейском суде по правам человека, подобные вещи признавались нарушением прав Конституции и адвокатской тайны», — рассказывает адвокат.

Р.Кравец также отметил, что адвокаты пытаются оспаривать противоправные действия в суде, однако расследования не доходят до логического конца.

«В большинстве случаев подобные действия оспариваются в судебном порядке, мы подаем соответствующие заявления о преступлениях в отношении следователей и судей, которые принимали незаконные решения. Однако на сегодняшний момент окончательных решений по этим жалобам нет, поэтому ситуация продолжает быть в подвешенном состоянии», — отметил Кравец.

Адвокат добавил, что подобные действия в суде все равно будут признаны незаконными.

«Абсолютно непонятно, что такие действия могут дать следственным органам, так как в дальнейшем, во время рассмотрения дела в суде, подобные действия будут признаны не надлежащими, так как была раскрыта адвокатская тайна. Поэтому все дела, которые были построены на этих документах, они имеют все шансы развалиться в суде», — добавил Ростислав Кравец.

Напомним, в феврале 2017 году в Киеве по инициативе Генпрокуратуры было проведено более 10 обысков у адвокатов.

Golos.Ua

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

В ходе уголовного дела, открытого в отношении действий председателя Нацбанка Валерии Гонтаревой, Генеральной прокуратурой Украины расследуются факты противоправного завладения государственными средствами, выделенными для рефинансирования Приватбанка.

Об этом сообщило Национальное антикоррупционное бюро Украины в ответ на ходатайство адвоката Ростислава Кравца: письмом №0421-252/1097.

Он подавал собственное заявление в НАБУ об открытии расследования на предмет кредитования Нацбанком днепровского Приватбанка. Адвокат считает, что Валерия Гонтарева еще до национализации крупнейшего банка страны превышала при работе с ним свои служебные полномочия, и что дело доходило до растраты государственных средств.

Однако НАБУ в итоге не удовлетворил заявление Ростислава Кравца. В письме Антикоррупционного бюро отмечается, что ведомство отправило заявление Кравца в Генпрокуратуру для приобщения к уголовному делу, которое на текущий момент ведет ГПУ. В НАБУ даже уточнили его номер — 42014000000001261.

«То, что Генпрокуратура расследует деятельность Гонтаревой, к которой есть множество вопросов — несомненно положительной факт. Очень хочется верить, что расследование будет проведено объективно и дело дойдет до суда. Однако, считаю, что это не повод для НАБУ отказывать в аналогичных расследованиях, тем более, что для этого есть все основания. Так что планируют в суде обжаловать отказ Антикоррупционного бюро проводить следствие по рефинансированию Приватбанка, и добиться следствия НАБУ на этот счет. Ведь речь идет о злоупотреблениях при кредитовании проблемного банка на гигантские суммы», — отметил в разговоре с UBR.ua Кравец.

Елена Лысенко, UBR

Адвокатская компания Кравец и Партнеры