Глава Ассоциации малого и среднего бизнеса Руслан Соболь отмечает, что экономические последствия пандемии вносят свои корректировки в жизнь вообще — и в предпринимательский сектор в частности.

“Инициатива властей будет провалена”

“Уже сейчас огромное количество торговых точек, заведений общепита, имеют “эпидемию” кассовых аппаратов. Потребителей встречают таблички “к сожалению, терминал не работает”. Это — яркое свидетельство того, как к инициативам о кассовых аппаратах относится реальный сектор, – подчеркивает эксперт. – Предприниматели игнорируют кассовые аппараты и производят расчеты в наличной форме. Именно так реальный сектор “поддержал” инициативу власти. От слова “никак”. Потребительский спрос падает, доходы падают. И попытки властей получить в такой ситуации дополнительные налоги закончатся ничем. Эта инициатива будет провалена”.

Что касается предпринимательских бунтов, то Руслан Соболь не исключает социальной активности предпринимателей.

“Но беда в том, что она будет обязательно подхвачена какой-то из политических сил — и раскручена в свою пользу. К примеру, с упором на досрочные парламентские выборы, на импичмент президента… То есть, предпринимателей втянут в политически игры, – считает Руслан Соболь. – Вместо того, чтобы совместно искать выход из кризисной ситуации”.

“Бунты приведут к федерализации”

Вице-президент Всемирного юридического альянса, старший партнер в Адвокатской компании “Кравец и Партнеры” Ростислав Кравец считает, что сам по себе отказ отсрочить введение кассовых аппаратов вряд ли приведет к массовым акциям протеста предпринимателей. Но вполне может подтолкнуть Украину к… федерализационным настроениям.

“Местные власти после децентрализации могут самостоятельно отменять действия нормативных актов. Это будет фактически начало федерализации Украины. Аналогичные шаги мы уже видели, когда центр вводил карантинные запреты, а на местах игнорировали любые рекомендации правительства”, – напоминает эксперт.

Ростислав Кравец не исключает, что некоторые политические партии, которые будут получать внешнее финансирование, также могут использовать недовольство предпринимателей (и не только) карантинными ограничениями и другими проблемными моментами как предлог для организации массовых протестов.

“Бунты если и будут, то – управляемые. А требования будут звучать уже не только экономические, но и политические”, – прогнозирует эксперт.

Как сообщал портал “Комментарии”, народные депутаты могут отсрочить на год введение системы кассовых аппаратов в Украине — до 1 января 2022 года.

Комментарии

АО «Кравец и Партнеры»

«В случае тяжких последствий – от 5 до 8 лет заключения»

Три областных центра, оказавшись в «красной зоне», отказываются вводить соответствующие ограничения: останавливать транспорт, закрывать общепит и т.п.

Ивано-Франковск и Тернополь решили не ужесточать карантин и подали в суд на Кабинет министров. Городской совет Черновцов также готовит иск на решение правительства, согласно которому город попал в «красную» зону карантина.

В Министерстве внутренних дел считают, что это связано с местными выборами, но напоминают об уголовных наказаниях.

Так, заместитель министра внутренних дел Антон Геращенко отметил, что ответственность за политические заявления не предусмотрена. «Если лично мэр нарушит правила карантина, то мы лично мэра будем штрафовать. Но за политические заявления у нас нет ответственности. У них у всех выборы, они на этих выборах хотят покрасоваться перед избирателями», – сказал он.

Геращенко напомнил, за нарушения карантина предусмотрены штрафы и тюремные заключения. Так, нарушения карантина караются по статье 325 Уголовного кодекса. Если нарушение санитарных правил и норм по предупреждению инфекционных болезней привели к распространению вируса, виновным грозит от 17 тысяч гривен штрафа до трех лет тюрьмы. Для должностных лиц штрафы составляют 34-170 тысяч гривен. В случае гибели людей или иных тяжких последствий – от 5 до 8 лет заключения.

Отметим, что с 1 августа вступили в силу новые правила карантина. Теперь территория страны разделена на зоны в соответствии с уровнем распространения коронавируса. В «зеленой» действуют обычные ограничения (маски в транспорте, социальная дистанция). В «желтой» зоне дополнительно запрещено посещать учреждения социальной защиты, где находятся люди преклонного возраста.

В «оранжевой» зоне карантина дополнительно запрещается работа хостелов и туристических баз; развлекательных заведений и ресторанов в ночное время; спортзалов, учреждения культуры; массовые мероприятия в «оранжевой» зоне можно проводить с условием того, что собирается не более 100 человек.

В «красной» зоне должны действовать все ограничения других зон, а в дополнение должен быть остановлен общественный транспорт, прекращена работа ТРЦ, запрещено посещение учебных заведений, кафе и ресторанов.

Эти ограничения на местах вводить не хотят. Городские советы обещают юридическую защиту предпринимателям, которых попытается штрафовать полиция. Тем более, что 28 августа Конституционный суд (КС) признал неконституционными ограничения, введенные правительством во время карантина в марте.

Неконституционными признаны: запрет на массовые мероприятия и ограничения в работе общепита; закрытие ТРЦ, гостиниц, фитнес-центров, учреждений культуры; прекращение пассажирских перевозок; срыв плановой госпитализации и обязательная самоизоляция лиц 60- летнего возраста.

Конституционный суд решил, что правительство не могло устанавливать такие ограничения, их можно вводить только законами. А правительство могло бы устанавливать ограничения только в условиях войны или чрезвычайного положения. А этого не было. И теперь решение КС легло в основу исков местных властей против Кабмина.

«Являются основными держателями административного ресурса на местах»

Решение КС, признавшее карантин неконституционным, было принято по майскому запросу Верховного суда: не были ли правительством нарушены права граждан на свободу передвижения, мирные собрания, предпринимательскую деятельность, доступ к медицинской помощи. КС постановил, что да, – нарушения были. Но карантинные постановления правительства КС не отменил.

Старший партнер адвокатского объединения «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец напомнил в СМИ, что Кабинет министров сам в свое время признал полномочия местных органов власти вводить ограничения в регионах.

Это, по словам адвоката, подтверждает право местного самоуправления на сопротивление инициативам центральной власти.

«Ни о каких нарушениях законодательства со стороны местных властей, вводящих тот уровень ограничений, который считают нужным, речь не идет. Ведь и вся ответственность за здоровье граждан, темпов распространения инфекции и эпидемиологического состояния в регионах лежит на органах местного самоуправления», – заявил юрист изданию Ukrinform.

Политолог Андрей Золотарев считает, что региональные элиты воспользуются карантином, чтобы «передернуть» результат выборов в свою пользу.

«Будут проделки региональных элит. Они являются основными держателями административного ресурса на местах. В их руках сосредоточены немалые финансовые ресурсы. Как раз они могут воспользоваться карантином по полной программе для того, чтобы «передернуть» результат выборов в свою пользу», – сказал политолог Golos.ua.

Отметим, что сейчас в Украине фиксируется около 2,5 случаев заболевания COVID-19 в сутки. За 7 сентября умерло 57 человек, за 8 сентября – сорок пять.

Нежелание местных властей выполнять предписания карантина прокомментировал Президент Владимир Зеленский. «Они хотят нравиться, все открывать, закрывать глаза и не видеть, что в этих городах 200 детей заболели. У нас просто не хватит коек для больных. Например, Ивано-Франковская область, если там количество больных такая, я не понимаю, почему область должна потом быть похожей на Италию, мы видим, что там происходит, просто нет кроватей», – сказал Глава государства.

Хотя, больше всего новых случав заражения зафиксировали в Киеве (310), Харьковской (291) и Тернопольской (244) областях, Глава Государства Зеленский вспомнил о Харьковской и Одесской областях, которые сейчас среди лидеров по новым случаям коронавируса (в Одесской 106 случаев за последние сутки, в Харьковской – 230).

«Просто посмотрите. Там, где не было заболевших, не было просто. «Дайте нам метро, все будет нормально», а люди поддерживают, выходят на улицы. А почему в лидерах сейчас Одесса и Харьков? Те области, где было 5, 10, 15 больных. Так откуда сейчас 100-200?», – подчеркнул Глава государства.

ГолосУА

АО «Кравец и Партнеры»

Сопротивление некоторых украинских городов и районов попаданию в “красную” и “оранжевую” зоны коронавирусной опасности, похоже, набирает не меньший масштаб, чем при досрочном смягчении карантина в Черкассах в начале мая. Разве что президент “пламенного привета” мятежным городским председателям Луцка (сейчас – и.о. председателя), Тернополя и Ивано-Франковска еще не передавал. На местах же от обвинений в адрес Министерства здравоохранения и Государственной комиссии техногенно-экологической безопасности и чрезвычайных ситуаций в избирательности подходов и политизированности перешли к конкретным действиям: органы самоуправления “официально” отказываются усиливать карантин на подведомственных территориях и принимают обращения “о прекращении издевательств над гражданами и бизнесом”.

Что дальше? Есть ли возможность, не “наступив на горло” местному самоуправлению, добиться повсеместного выполнения принятых на государственном уровне решений? Чтобы не иметь в итоге прецедента “разгула демократии” в случае невосприятия на местах наиболее важных для суверенитета и независимости государства…

Смыслы “битвы за интересы громад”: чужие проблемы или собственный рейтинг?

Итак, власть на местах “в штыки” восприняла решение об усилении карантинных мер в ряде городов и районов, попавших в “оранжевую”, а особенно – “красную” – карантинные зоны. В частности, в Луцке и Тернополе (красная зона), а также в “оранжевом” Ивано-Франковске сообщили, что дополнительных ограничений вводить не будут.

По словам ивано-франковского городского головы Руслана Марцинкива, распределяя страну на зоны, “власть пошла по пути ограничений, а не диалога с городами”. Больше всего удивляет, по словам градоначальника, что “страну делят на зоны, вводят серьезные ограничения.. и при этом “ковидный” пакет используют для ремонта дорог!”. К тому же, как лучше использовать эти средства (сэкономленные, прежде всего, благодаря сокращению инфраструктурной субвенции на места и других статей местных бюджетов), с органами самоуправления не советуются. Между тем на них возлагают новые обязанности и искусственно провоцируют риски дальнейшего ухудшения социально-экономической ситуации в регионах. Марцинкив пообещал противиться этому всеми законными способами – например, путем созыва городской комиссии по техногенно-экологической безопасности и сессии городского совета.

А вот луцкий горсовет уже отказалась вводить жесткий карантин. Депутаты считают, что их город зачислили в “красную” зону незаконно.

Поэтому в городе и в дальнейшем будут действовать такие же карантинные меры, как и раньше. Здесь продолжат работать коммунальные предприятия, учреждения дошкольного образования, транспорт и рынки. Во избежание конфликтных ситуаций горсовет обратился к полиции с просьбой воздержаться от привлечения субъектов хозяйствования к ответственности за нарушение карантина.

Подобное решение принял в понедельник и городской совет Тернoпoля. “Такая блoкада города была разве что во времена татар. Недопустимo, щoб людей лишили кoнституционнoгo права работать”, – подчеркнул мэр областного центра Сергей Надал. По его словам, в горсовет и к депутатам обратились сотни предпринимателей и других жителей Тернополя с просьбой “не блокировать город” и не устанавливать режим “красной зоны”. Поэтому общественный транспорт будет работать в обычном режиме. Как и предприниматели, и садики, и другие субъекты хозяйствования. Кроме того, горсовет обратился к центральной власти с требованием отменить решение о зачислении Тернополя в “красную” зону, а также о временном запрете остановок в городе поездов.

В Минздраве критическими заявлениями и решениями местных властей обеспокоены. Министр Максим Степанов уверяет: решение о «зонировании» страны принимали после тщательного изучения ситуации и с учетом всех необходимых показателей и параметров. Никакой политической составляющей или избирательности в этом нет. “Нет человеческого фактора. Есть чисто цифры, отражающие динамику в том или ином регионе. В Министерстве здравоохранения нет даже намека на политику. Приоритет – здоровье и безопасность украинцев”, – заверил министр. Он, наоборот, считает политизированными в этом вопросе решения и действия власти на местах – из-за стремления получить дивиденды перед приближающимися выборами.

“Ощущение опасности мобилизует. Но, если какая-то опасность долгое время держится в обществе, люди начинают к ней привыкать. Тем более, когда противодействие опасности больше влияет на благосостояние граждан, чем сама опасность. И когда методы противостояния – в основном, полицейские ограничения.

Центральная власть в марте-апреле сняла “электоральные сливки” с карантина, рейтинги, например, президента даже выросли. И как только тотальный карантин перестал приносить электоральные бонусы, ответственность за него перевели на местные власти…”, – комментирует ситуацию конфликтолог, заместитель директора Украинского института исследования экстремизма Богдан Петренко.

Это, по его словам, и привело к первому противостоянию в начале мая – с черкасским мэром Анатолием Бондаренко, который стал известен всей стране, когда пошел вопреки “рекомендациям” и ослабил карантин в городе. “Именно поэтому сформировался тренд на избирательную кампанию в период карантина: центральная власть не хочет уже брать на себя ответственность за усиление ограничений, потому что это отнимает голоса. А местная – увидев последствия противостояния, из которого фактически мэр (Черкасс. – Ред.), вышел победителем, – поняла, что за нарушение указаний сверху ничего не будет, но это может добавить рейтинг. Поэтому неудивительно, что чем ближе к выборам, тем больше местные градоначальники зависят от общественного мнения, а не от законов или указаний сверху”, – объясняет господин Петренко.

“В марте и апреле никто не понимал, что происходит. Поэтому по всей стране дружно поддерживали карантинные меры и выполняли соответствующие указания. Да и социология подтверждала общественные настроения. Теперь же социология изменилась – опросы показывают усталость людей от ограничений. Это и стало основанием для попыток “бодания” с центральной исполнительной властью”, – добавляет эксперт по конституционному праву и политике Богдан Бондаренко.

Есть ли законные возможности обуздать “строптивые” советы? Не густо…

Опрошенные Укринформом юристы, политические эксперты и юристы однозначного ответа на этот вопрос не дают.

“Вспомним, каким образом действовали в Украине, когда весной столкнулись с этой проблемой, – говорит Богдан Бондаренко. – Чрезвычайное положение никто не вводил. Хотя при таком режиме вводить любые ограничительные меры было бы проще. А возможностей сопротивления этим решениям местные власти не имели. Но действие ЧП ограничено во времени. Сейчас продлить такой правовой режим однозначно было бы невозможно… Зато в стране ввели правовой режим чрезвычайной ситуации, а также санэпидемиологические и карантинные режимы. Каждый из которых регламентируется отдельным законодательством. Проблема же в том, что ранее практики их применения не было, а главное – некоторые их формулировки достаточно размыты и оценочны”. Касается это, по мнению господина Бондаренко, и ряда полномочий Кабинета министров, который формально вроде бы имеет право вводить ограничительные меры, действие которых распространяется на всю страну. С другой стороны – местное самоуправление имеет основания противиться таким решением. В этой связи юристы напоминают, что согласно статье 32 Закона “О защите населения от инфекционных болезней”, ограничительные противоэпидемические меры устанавливают местные органы исполнительной власти и органы местного самоуправления по представлению государственного санитарного врача. “К тому же, есть 64-я статья Конституции Украины, где говорится:” В условиях военного или чрезвычайного положения могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод с указанием срока действия этих ограничений”. А в случаях, кроме тех, которые предусмотрены Основным законом (то есть – военное или чрезвычайное положение), любые ограничения прав и свобод незаконны. Как известно – отдельных законов о введении чрезвычайного положения в связи с коронавирусом власть не принимала”, – напоминает конфликтолог Богдан Петренко.

Более того, в конце мая, принимая решение о так называемом “адаптивном” карантине, Кабинет министров сам “официально” передал часть “ограничительных” полномочий на места. “Основная идея того постановления: на определенном уровне введения ограничительных мер становится прерогативой органов местного самоуправления. А значит – это должна быть и их ответственность, – напоминает эксперт по конституционному праву и политики Богдан Бондаренко. – Если в регионе все хорошо – принимайте “местное” решение об ослаблении карантина. Если же наоборот – вводите дополнительные ограничения. На практике же органы местного самоуправления не хотят этим заниматься или реагируют на вызовы только постфактум – например сейчас, когда правительственное решение не нравится их избирателям. Хотя активная фаза пандемии продолжается”.

В то же время, по мнению адвоката, старшего партнера адвокатского объединения “Кравец и Партнеры” Ростислава Кравца, то, что Кабинет министров сам в свое время признал полномочия местных органов власти вводить ограничения в регионах, подтверждает право местного самоуправления на “сопротивление”. “То есть, ни о каких нарушениях законодательства со стороны местных властей, вводящих тот уровень ограничений, который считают нужным, речь не идет. Ведь и вся ответственность за здоровье граждан, темпов распространения инфекции и эпидемиологического состояния в регионах лежит на органах местного самоуправления”, – говорит юрист. Изменить же ситуацию, по его мнению, центральная власть сможет только тогда, когда лишит местные советы таких полномочий. А значит – возьмет всю ответственность на себя. В частности, и за возмещение причиненного карантинными ограничениями ущерба. В этой связи Кравец напомнил, что сейчас рассматривают несколько судебных исков к Кабинету министров и другим центральным органам исполнительной власти (после чего, кстати, Правительство и изменило порядок введения карантинных ограничений).

Богдан Бондаренко считает, что и местные власти вместо рассчитанных на общественный резонанс “демаршей” также могли бы пойти по пути судебного обжалования правительственных решений. При этом шансы сторон (правительства и органов местного самоуправления) на положительный вердикт эксперт оценивает как примерно одинаковые. Ввиду той же проблемы возможных разночтений и “размытости” отраслевого законодательства. “Хотя рассчитывать на быстрое принятие судебных решений не приходится. Очевидно, все затянется минимум до местных выборов. Потому что все сейчас заинтересованы просто “перебрасывать мячик с поля на поле”, – констатирует Бондаренко.

Эксперты напоминают и о представлении Верховного суда в Конституционный суд Украины. О конституционности введения ряда ограничительных мер. 5 июля КСУ провел первое заседание по этому делу. “Если решение суда появится до выборов, это будет “нформационной бомбой”. Если КСУ признает действия Кабмина конституционными, органы местного самоуправления вынуждены будут подчиниться. Если же наоборот – будут “на коне” и получат дополнительные аргументы в риторике о “неправильных действиях власти в условиях карантина”, – говорит Богдан Бондаренко.

Впрочем, в этом вопросе опрошенные Укринформом специалисты единодушны: скорее всего, до местных выборов вердикта Конституционного суда не будет.

Некоторые считают, что на коротком шаге власти попытаются давить на “мятежные” громады через правоохранителей, которые на практике будут демонстрировать “ничтожность действий и решений местной власти”, тотально наказывая субъектов предпринимательства и граждан за нарушение карантинных правил. “Как по мне, это не принесет результата. А станет еще одним аргументом обвинений из уст местных руководителей в адрес центральной власти, – считает адвокат Ростислав Кравец, – ведь существование конституционного представления только подкрепляет позицию судов общей юрисдикции, до вердикта КСУ есть все основания отказывать в удовлетворении любых обращений о применении административных санкций в отношении граждан, которые якобы не выполняют карантинных решений”.

Таким образом, эксперты говорят о “патовой” ситуации, в которой оказались (окажутся) регионы, на усилении карантинных мер в которых настаивает (будет настаивать) центральная власть. До завершения осенних выборов. Несмотря на это, они призывают центральную и местную власть к диалогу и взаимным уступкам чтобы избежать усиления конфронтации. Поскольку, среди прочего, должны понимать: “политическая тенденция, когда местные органы игнорируют решения центральных, – крайне опасна. Поскольку формирует дисбаланс власти и может привести к усилению центробежных тенденций”, – предостерегает заместитель директора Украинского института исследования экстремизма Богдан Петренко.

Владислав Обух, Киев

УКРИНФОРМ

АО «Кравец и Партнеры»

В Лощиновке Одесской области вспыхнули новые беспорядки. Местные жители на сельском сходе потребовали выселить из населенного пункта всех ромов.

Накануне, 27 августа, сообщалось о массовых беспорядках в селе. Толпа из трех сотен человек отправилась громить дома общины ромов после убийства восьмилетней девочки, предполагаемым убийцей которой оказался местный житель 20 лет. Сообщается, что после вчерашних погромов несколько ромов вернулись в свой дом, чтобы забрать необходимые вещи.

Помимо этого, жители села говорят о том, что ромы в их селе занимаются кражами и грабежами.

Возможен ли прецедент с выселением из села ромов, в эфире радиостанции Голос Столицы прокомментировал старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Депутаты сельсовета поддержали решение громады о выселении из села цыган, что это значит?

— Подобное решение является незаконным, с одной стороны. С другой стороны, все-таки, до решения суда признание вины непосредственно лица, которое подозревают в этом, говорить, что преступление совершило лицо ромской национальности, как утверждают местные жители, я считаю некорректным. Это с одной стороны. Именно разделение по национальности прав прямо запрещено Конституцией Украины. Поэтому принятие местными депутатами подобного решения является неправомерным. И исполнить его будет невозможно.

С другой стороны, не известно, не были ли эти дома получены самозахватом…

— Опять же, вся эта ситуация, которая происходит в этом селе, я так понимаю, накопилась не за один день и произошел, фактически, просто всплеск негодования. То есть те же местные депутаты, местная власть, местные правоохранительные органы на это все закрывали глаза, на бандитизм, грабежи, если вы говорите, на тот же самозахват домов. Для этого точно так же нужно будет решение суда о выселении лиц, если они неправомерно занимают те или иные помещения. И только с подобным решением можно будет что-то сделать.

Все будет исключительно на уровне того, что местные жители будут силовыми методами пытаться отселить ромов из села, и в то же время, их точно так же можно будет привлечь к уголовно ответственности за подобные действия.

Есть законные механизмы, которые бы в данной ситуации помогли бы устроить и жителей села, и ромов не оставили бы на улице?

— Да, конечно. Министр Аваков должен исполнять взятые на себя обязательства и навести порядок не только в данном регионе, но и в Украине. То есть, если будет соблюдаться закон, будут привлекаться лица к уголовной ответственности за правонарушения, то, соответственно, не будет такой вакханалии, как в отдельном селе, так и в целой стране. А до этого момента, если все это дать на откуп местному населению, то получиться просто такие неправомерные народные восстания, выступления, которые приведут к только усложнению ситуации и привлечению тех лиц, которые в этой ситуации участвовали, к уголовной ответственности.

По вашему мнению, можно говорить о справедливом расследовании этого дела?

— После Революции Достоинства, в принципе, украинская милиция, которая была переименована в полицию, переаттестована, на деле не доказала того, что что-то изменилось, и ее профессионализм вырос в какой-то степени. Наоборот, он упал. И то, что сейчас происходит в стране, свидетельствует о том, что рассчитывать на какие-то объективные расследования не приходиться. Я не исключаю, что могут быть какие-то и фальсификации в этом деле. Но, опять же, всему этому даст оценку суд.

Быстрое и справедливое расследование, по-вашему, способно успокоить жителей села?

— Я думаю, нет. Потому что ситуация накапливалась не один день, и просто это убийство стало определенным катализатором подобного массового выступления. Если не навести порядок, то есть, не установить законность в этом селе, не привлекать постоянно за грабежи, кражи, торговлю наркотиками, как это обычно бывает, лиц, которые к этому причастны, то абсолютно никоим образом не успокоит ситуацию.

Сегодня наш корреспондент в эфире Голоса Столицы сообщил нам о том, что жителей села за погромы не привлекли, потому что это была толпа и зачинщика найти было очень сложно. О чем говорят подобные погромы?

— Во-первых, это больше говорит даже не о бездействии полиции, а о бездействии тех же местных властей, которые, проживая в этом селе, прекрасно знали, что у них происходит, для них же это тоже не было открытием, что кто-то захватывает дома, кто-то незаконно проживает, кто-то торгует наркотиками, кто-то ворует, убивает. То есть, если местные депутаты, опять же, бездействовали, то вина за подобные вещи точно так же лежит на них и на главе этого села, который это все умалчивал и не обращался в те же правоохранительные органы, не сообщал о преступлениях. То есть, органы местной власти и полиция солидарно несут ответственность за подобную ситуацию, которая произошла.

Какая ответственность предусматривается за погром чужих домов?

— Тут целый ряд будет статей УК. Тут есть и уголовная ответственность, и административная ответственность. То есть, это может быть, как и хулиганство, и массовые акции протеста, те же статьи, по которым привлекали участников Майдана. Опять же, все это должно расследовать местная полиция, которая должна зарегистрировать соответствующие преступления, опрашивать местное население, свидетелей, и, соответственно, уже в случае наличия подобных вещей передавать в суд. Кроме того, если происходили погромы, то, опять же, должны быть заявления от потерпевших, тех же ромов, которые должны указать, что их имущество разгромлено. Если это будет, тогда у полиции будет повод расследовать, если этого всего не будет, то, соответственно, полиция с удовольствием умоет руки и ничьи права защищать не будет. То же самое сделает и местная прокуратура.

К слову, бунт против ромов произошел в селе после убийства 8-летней девочки, в котором подозревают жителя Лощиновки, рома по национальности. Жители села ждут вече, на котором будут решать – разрешить ли ромам вернуться в их дома, сообщил спецкор из Одессы Александр Тарасенко.

Голос столицы

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Эти и другие события уходящей недели в эфире радиостанции Голос Столицы прокомментировали старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец, эксперт РПР Ярослав Юрчишин и военный эксперт Олег Жданов.

В Киеве во время задержания автомобиля марки BMW полиция применила огнестрельное оружие. По разной информации, в автомобиль были выпущены десятки пуль. От попадания одной из них погиб 17-летний пассажир машины, проводится служебное расследование.

Тем временем Петр Порошенко призвал ужесточить борьбу с коррупцией. На сайте президента появилось официальное письмо о том, что он требует от премьер-министра, от главы антикоррупционного бюро и от генпрокурора срочно привлечь к ответственности выявленных коррупционеров, которых выпускают на свободу.

Весьма неприятная новость пришла из МВФ. Глава фонда Кристин Лагард сообщила, что из-за замедления реформ в Украине процесс выдачи нового транша усложнен. Она призвала власти сообща взяться за проведение изменений в стране, которые прописаны в программе сотрудничества с валютным фондом.

Не все спокойно и в рядах Вооруженных Сил Украины. Бойцы одного из подразделений 53 бригады устали ждать улучшения ситуации с их содержанием на полигоне и отправились в прокуратуру. По данному факту проводится служебное расследование.

Эти и другие события в эфире радиостанции Голос Столицы прокомментировали старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец, эксперт РПР, член правления «Transparency International Ukraine» Ярослав Юрчишин и военный эксперт, полковник запаса Олег Жданов.

Прошедшая неделя была насыщенной в плане новостей. Что вас больше всего удивило?

Юрчишин: Очень хотелось бы, чтобы наши политики нас как раз не удивляли. Хотелось прогнозируемости их действий и понимания, как будет развиваться процесс политический не в течение нескольких дней, а на какое-то продолжительное время. Но они негативно удивили своей непредсказуемостью, непродуманностью, неготовностью поступиться личными выгодами ради общественного интереса.

Кравец: Яценюк постоянно шантажирует общество, мол, он сейчас как уйдет, так страна сразу пропадет без него. К сожалению, министры взяли с него пример. Единственный, кто не сориентировался — Абромавичус. Возможно, он не очень хорошо знает украинский язык, поэтому не успел забрать заявление об отставке. Потому что я не верю в его чистые намерения по выходу из правительства ввиду каких-то принципиальных несогласий с политикой Кабмина, ведь уже полтора года министры ничего не делают. Также из событий можно вспомнить стрельбу по машине со стороны полицейских, а в финансовом секторе состоялось первое открытое заседание правительства, на котором решили экс-инвестбанкиры продать долги компании «Креатив», которые оцениваются в «Укргазбанке» в 95 млн долларов. Хотя до этого была обнародована оценка данного имущества, оно было дороже в 12 раз. Это была яркая неделя.

Юрчишин: К сожалению, неделя больше сценарная, постановочная, без какого-либо четкого результата. И, кстати, теперь у нас есть угроза остановки сотрудничества с МВФ — и это не манипуляция.

Насколько нам нужен новый транш от МВФ?

Кравец: Я двумя руками за то, чтобы Украина не получила очередной транш МВФ, который будет опять разворован. Не выполнены определенные условия, нет никакого прогресса.

Кристин Лагард заявила о торможении реформационного процесса в стране. На кого было направлено ​​это заявление?

Юрчишин: Ну вот Арсений Яценюк четко услышал в словах распорядительницы МВФ, что она требует, чтобы правительство осталось, потому что с кем же работать, как не с ними. МВФ, конечно, был бы очень рад, чтобы финансовый блок правительства остался, потому что он уже взял на себя обязательства, он подписался под программой, и если сейчас будет полная пертурбация, для них будет непонятно – а не придут ли новые люди и не начнут ли они переписывать соглашения совершенно по-новому. А вот президент это воспринял как возможность позвонить своей давней подружке. Очень классно было это протитровано официальными каналами: президент с оптимизмом отметил, что состоялась встреча с представителями МВФ. Не хотелось бы говорить страшилки, но самая большая проблема в том, что из-за такой непоследовательности наших политиков теряет имидж государство, а не они.

Якубин: МВФ сомневается в дееспособности правительства Яценюка

Кто в этом случае гораздо должен нести ответственность — президент или глава Кабинета Министров?

Юрчишин: Я думаю, что оба, потому что у кризиса в Украине сейчас два имени — и Порошенко, и Яценюк.

Эту неделю можно назвать неделей ультиматумов. Яценюк отметил, что готов уйти в отставку, если в работу Кабмина будут вмешиваться, также «Самопомич» и «Батькивщина» раскачивают ситуацию в парламенте. Кто из них может сыграть до последнего?

Юрчишин: У кого мышцы больше. Ультиматум Яценюка «Увольняете меня — «Народный фронт» идет из коалиции» куда более весомый для Петра Алексеевича и БПП, а это сейчас ключевые голоса, которые или обеспечат отставку правительства, или не обеспечат. Те, кто играют в «мизер» — или «Батькивщина», или «Самопомич», могут громко о чем-либо заявлять, но на самом деле в общественном восприятии они ответственны за провалы этой работы, а также социология их не радует, поэтому и стали слышны все эти ультиматумы. Запахло жареным, люди начинают искать, с кем пойдут на досрочные выборы. В данном случае Валентин Наливайченко, не имеющий собственной политической силы, ставит на ту карту, которая точно сыграет, потому что бабушки Юлии Тимошенко — феномен украинской политики, какой-то минимум она все равно возьмет.

Будут ли политики нести ответственность за свои заявления?

Кравец: Ответственность не предусматривается. Они понимают, что нет до сих пор пока в истории Украины случая, чтобы кто-то из политиков понес ответственность за то, что он обещал. Вот яркий пример — это господин Геращенко, который говорит все, что ему заблагорассудится, и ни за что не несет ответственности. Причем это отслеживается от низких рангов чиновников, какого-то директора коммунального предприятия, который может сказать, что у него что-то суды отобрали незаконно, и заканчивая президентом Украины, который обращается к генеральному прокурору, руководителю антикоррупционного бюро, а при этом сам накладывает вето на закон о прослушивание коррупционеров, и говорит «Ну, давайте расследовать, ну сколько можно, давайте все же кого-то посадим за два года».

Каким образом закончится политический кризис в Кабмине и парламенте?

Юрчишин: Давайте сначала подумаем — как бы этот кризис решался в нормальной развитой стране? Политические партии, понимая, что те, кого они делегировали в правительство, провалили все, что только можно, берут технократов. То есть даже не членов своих партий, а просто наемных работников, ставят их под четкие задачи провести какие-то определенные реформы, конкретные, с показателями временными, и дают им гарантии: «В парламенте вас поддерживают. Вы убиваете свой авторитет, вас в ближайшее время любить никто не будет, потому что реформы — это преимущественно больно». Кроме антикоррупционной реформы, она должна была быть приятной для общества. И этим технократам должны дать карт-бланш, так избегают выборов, то есть дальше себе парламент нормально развивается. Какие возможны варианты у нас? Это выборы, потому что не договорятся и все-таки решат держать ультиматум до конца. В это я слабо верю, потому что «Народный фронт» имеет минимальные шансы попадания в следующий парламент, особенно если система выборов не будет изменена. Второй вариант — все сделают вид, что договорились. Обменяются очередными программами «12 шагов навстречу МВФ или на встречу людям», пожмут руки, скажут «ошибались, теперь будем работать», но буквально месяц, может полтора — и начнутся те же проблемы, те же обвинения. Порошенко будет обращаться к Яценюку, чтобы тот разобрался со следствием по Кошубе, потому что Шокин президента не слушает. Поэтому в данном случае наиболее вероятен, собственно, третий вариант — это политическое растяжки. Голосов на отставки нет, на утверждение программы гарантии нет, законы не принимаются, ну и мы дальше в растяжке ждем у моря погоды.

Кравец: Я полностью согласен, потому что новые выборы всем участникам этой клоунады невыгодны, они все будут в проигрыше. Они не смогут контролировать те финансовые потоки, которые уже под себя нарисовали. Этот цирк и спектакль, который происходит на глазах всего мира, их устраивает. Ну и, конечно, поддерживать «Минск-2, 3, 4, 5», говорить, что господин Кучма, которого нужно давно отдать под суд за дело Гонгадзе, должен выполнять новые задачи. А я так и не понял, на основании чего он действует, какого поручения, и вообще, какой статус у этого всего цирка с переговорами?

Лещенко: Яценюк «неуязвим», политического кризиса в стране нет

Президент в своих письмах призвал более жестко наказывать коррупционеров. Почему их выпускают на волю и восстанавливают в должностях?

Кравец: Там не совсем восстановили. Это Розенко пытается переложить ответственность с прокуратуры, с себя, на суды. Это достаточно удобно, они же не могут себя защищать, поэтому проще сказать: «Во всем виноваты суды». А на самом деле, насколько я понимаю, ситуация сложилась следующим образом: когда чиновник был задержан, было соответствующее представление в суд относительно отстранения от должности на четыре месяца. При чем здесь суд? К ним кто-то обращался о продлении срока? Никто не обращался.

Юрчишин: У нас сейчас Ефремов может без проблем пересечь границу Украины и уехать в любом направлении. Потому что его срок задержания тоже на днях закончился.

Забыли продлить эти сроки?

Кравец: Никто не забыл. Просто никто не несет ответственности. В любой европейской стране министр или генеральный прокурор после этого ушел бы в отставку. У нас же ищут какого-то следователя с немытыми руками, пытаются переложить ответственность.

Во время погони в Киеве полиция использовала огнестрельное оружие, погиб человек. Как вы прокомментируете это дело?

Жданов: Первое, что надо сделать — это запретить полиции смотреть американские блокбастеры. Они устроили боевик на улицах Киева, и количество пуль выпущенных – около 77 — можно точно посчитать, потому что каждый полицейский, выходя на смену, получает боекомплект, а потом сдает его. Представьте, 77 патронов было выпущено по машине в городе, в густонаселенных районах, и 14 пуль попали в кузов автомобиля. Где остальные пули, на сегодняшний день сказать практически невозможно. И счастье, что время было вечернее и не было прохожих. А если бы были люди? А сколько пуль еще приедут и «всплывут»? Допустим, кому-то в машину попало во время преследования, когда они стреляли.

Имели ли они право использовать оружие?

Жданов: Да, они имеют право применения оружия.

Кравец: Исключительно для остановки транспортного средства, но никак не для расстрела пассажиров, водителя транспортного средства. Семь выстрелов в лобовое стекло!

Жданов: А ведь обычно стреляют по колесам.

Кравец: Я понимаю, что те люди, которые в голове составили мнение, что это мажоры, они негодяи, их надо вообще расстреливать, вешать, четвертовать, свою позицию не изменят. Давайте подождем, пока будет обнародовано видео с регистраторов полицейских – и мы увидим, каким образом они подходили, когда они подходили и что делали.

Уже появилась в расследовании этого дела вторая статья — не только превышение служебных полномочий, но и умышленное убийство.

Кравец: Оно имело место в данном случае, так как действительно полицейскими были превышены полномочия. По тем фотографиям, которые в интернете есть, видны выстрелы именно в лобовое стекло. Это точно…

Жданов: …не относится к остановке транспортного средства.

Кравец: Четко в законе про Национальную полицию продублирована норма из закона про милицию, где написано, что огнестрельное оружие может применяться исключительно для остановки транспортного средства. Не для расстрела водителя, не для расстрела пассажиров, не для расстрела пешеходов. Именно для остановки транспортного средства. Какие инструкции имеют на сегодняшний момент эти мальчики и девочки, одетые в красивую американскую форму и в носки по 200 гривен, никто не знает.

Можно ли утверждать, что после этого народная любовь к новой полиции значительно охладеет?

Жданов: Волна селфи и эйфории, в принципе, прошла уже давно, и появились факты нарушений со стороны новой полиции. Есть уже и факты задержания новых полицейских на взятках. Плюс разочарование общественности в плане того, что, допустим, только по Киевской области 90% сотрудников милиции прошли переаттестацию в новую полицию. Вы думаете, что они просто после переаттестации стали честными и добросовестными и забыли все старые схемы, по которым они работали в составе милиции, МВД?

Эксперты отмечают, что переаттестацию прошли только те, кто получил форму и табельное оружие. А те люди, которые представляют отделы кадров, остались, переаттестацию не проходили. Получается, реформа проведена лишь наполовину?

Жданов: Это не половина, это нивелировало реформу практически в ноль, потому что не может старый состав персонала работать по-новому. Его надо менять.

Бойцы 53 бригады ВСУ отправились пешком в Николаев, чтобы рассказать в прокуратуре о тяжелых условиях, в которых их содержат на полигоне. Как вы прокомментируете это событие?

Жданов: Ответственность за организацию и проведение лагерного сбора лежит полностью на командире части. Так гласит военный устав. Полигон должен предоставить воинской части место расположения, определить, где жилая зона, где парковая зона, где отхожие места, и дать две точки подключения — к воде и к электричеству. Это все, что определяет полигонная команда. Командир части должен, зная, что у него будет лагерный сбор, полевой выход, собрать с командиров подразделений заявки, составить общую заявку от бригады и подать ее в вышестоящий штаб для получения необходимых материальных средств — досок, если надо, палаток, кухни — все, что касается лагерного сбора. Если это все есть в наличии, выдано, то он обязан выслать квартерьеров, колонну техники с лагерным имуществом, которая разобьет лагерь, встретит там подразделение бригады уже непосредственно для размещения. То есть полная ответственность лежит исключительно на командире бригады. Министерство обороны или Генеральный Штаб в этом плане не задействован вообще никак. Дело в том, что полигоны все находятся в подчинении Вооруженных Сил, это единственное, за что отвечают штабы видов Вооруженных Сил. У них есть целый отдел боевой подготовки, и у них есть полигонная команда. Они занимаются обеспечением. То, что на полигоне и скважина плохая, и электрики не хватает, и места расположения для войск выбираются в низинах, а не на каких-то господствующих высотах, чтобы не было сбора воды и так далее — это один вопрос. А то, что не выделяются на это деньги, на оборудование этих полигонов или стационарных мест под лагерь, палаточных гнезд, построения из кирпича, а не из деревянных каркасов — это вопрос к командующему сухопутными войсками. Но непосредственно содержание лагеря — это вопрос к командиру бригады.

Почему бойцы не оповестили об этом СМИ, а пошли пешком на Николаев?

Жданов: Мне не дадут соврать волонтеры и журналисты, которые побывали в воинских частях, особенно в зоне АТО — там жестко поставлена цензура военная, что даже с корреспондентом ходит пресс-офицер, который разрешает задавать вопрос или не разрешает, разрешает отвечать солдату на этот вопрос или не разрешает. Сейчас там введена система процентных надбавок, и судьба этой процентной надбавки для военнослужащего лежит полностью на командире. Сколько напишет процентов от надбавки, столько солдат и получит. У нас же в ВСУ не зарплаты повышают, давайте начнем с этого, а процентные надбавки за особые условия службы, на оздоровление, за секретность. Со всем этим получается, что вроде как в два раза повысили оклад. Но оклад не повысили, потому что это надо пенсионерам пересчитать всю пенсию, ведь они привязаны к этому окладу. И чтобы этого не делать, просто повышаются надбавки.

От чего зависит желание или нежелание поднимать надбавки?

Жданов: Это вопрос самодисциплины и контроля за командирами подразделений. Когда я был командиром подразделения, я под каждое снижение процентной надбавки подкладывал материалы служебного расследования, то есть проводил его сам в подразделении. Сейчас у нас строевая часть не может разобраться, сколько у нее солдат и где они вообще находятся, и потом главная военная прокуратура открывает уголовные дела о дезертирстве — а солдат три месяца сидит в зоне АТО. Они его потеряли, просто забыли в приказ включить, и повестки приносят людям, которые уже либо служат, либо уже вернулись оттуда. Я считаю, что это коррупционная составляющая в данном случае.

Есть информация, что трое офицеров из 53 бригады, которые обращались в прокуратуру с жалобой, разжалованы в рядовые.

Жданов: Министерство обороны — это очень закрытая организация, и она не то, что не любит, а не допускает выноса сора из избы. И это репрессии со стороны начальника Генерального Штаба — покарать всех, кто посмел открыть рот или вынести информацию за пределы Министерства обороны. Если общество не вмешается и не заступится за этих офицеров, то дальше военная цензура будет только нарастать. Тут надо разрывать порочный круг, рубить сплеча.

Генштабу стоит провести какие-то осмотры, поехать с проверками во все части?

Жданов: Для того, чтобы избежать в будущем таких ситуаций, надо поменять систему снабжения Вооруженных Сил Украины, и второе — изменить порядок системы боевой подготовки, особенно с проведением лагерных сборов. Допустим, перейти к варианту американскому или немецкому, когда воинская часть приезжает на полигон и ее расквартировывают в какой-то стационарный модульный городок. Мы возим палатки, как в 20-е годы, как в рабоче-крестьянской Красной Армии. Каждое подразделение за собой возит палаточные каркасы, нары, половые настилы, и эта груда досок грузится каждый раз в машины под имущество, они везут и расставляют «буржуйки» те же. Я, кстати, не удивлюсь, когда если начнется следствие по командиру бригады 53 бригады, то он на первом же допросе в прокуратуре покажет все заявки в вышестоящий штаб на выдачу лесоматериалов или других материальных средств для того, чтобы подготовиться к лагерному сбору. А у нас в Министерстве обороны заявка проходит как выполнение. Он скажет: «Я написал заявки, а меня не обеспечили». Вот и все. Дело в том, что есть случаи, когда после отъезда волонтеров приезжают представители штаба тыла того же подразделения, которое получило помощь, и все экспроприируется, так сказать, в «общий котел», а потом распределяется вышестоящим начальством. Вот отсюда и все жалобы, все недостатки.

Появилась информация о том, что количество желающих служить по контракту увеличилось в 20 раз. Почему?

Кравец: А кто дает эти данные? Знаете, как говорил Марк Твен, «есть ложь, большая ложь и статистика». Во времена Януковича тоже рассказывали: у нас увеличилось количество частных предпринимателей. Конечно, они снизили порог налогообложения и у нас увеличилось количество частных предпринимателей. И тут аналогичная ситуация. Кто дает эти данные? В Генштабе желающих увеличилось служить? Задайте вопрос в военкоматах, как идет призыв. Где же эти желающие?

Жданов: В 2013-2014 годах количество контрактников было сведено практически к нулю. И получается, что тогда число контрактников было 100 человек, а в этом году оно возросло до двух тысяч. Вот вам, пожалуйста, в 20 раз увеличилось.

Сколько нам на самом деле нужно бойцов для того, чтобы держать оборону?

Жданов: Этот вопрос — главный на сегодняшний день. Так же, как у президента нет понятия, как мы развиваем страну, в Министерстве обороны тоже не понимают, какая должна быть армия и сколько ее должно быть на сегодняшний день. Махнули цифру 250 тысяч, а кто сейчас скажет, зачем она такая? И кто знает, сможет ли потянуть экономика такую армию.

Тем временем эксперт Сергей Коваленко в эфире радиостанции Голос Столицы заявил, что вопрос финансирования армии стоит по-прежнему остро. По его мнению, в полной мере профинансировать украинских военных не получится даже при условии выделения на это 5% ВВП.

Ранее эксперт Юрий Бутусов в эфире радиостанции Голос Столицы заявил, что реформы в армии намеренно тормозит руководство страны. Он уверен, что власти не намерены что-либо менять в оборонных структурах.

Голос столицы

Адвокатская компания Кравец и Партнеры