Архив метки: млрд

«Лондонский счет»: Коломойский вернет $2,5 млрд

В деле «ПриватБанк против Коломойского» новый, неожиданный, поворот: в пятницу Высокий суд Лондона постановил, что дело не находится в его юрисдикции. Тем самым, во-первых, сыграл на стороне украинского олигарха, желавшего перенести рассмотрение из британской столицы, во-вторых, передал пас украинской юридической системе (дело могут начать слушать в наших судах). Впрочем, оставил надежду ПриватБанку в виде апелляции. «Вести» узнали, почему Высокий суд Лондона принял столь странное решение и каковы вероятные сценарии развития дела.

Стратегия Коломойского

Фабула дела непроста: ПриватБанк, который был национализирован еще в декабре 2016 года, пытается отсудить у своих бывших акционеров компенсацию объемом в $ 1,9 млрд за «доведение до банкротства» финучреждения — государство вынуждено было докапитализировать банк, «влив» в него порядка 150 млрд грн. Уже по ходу рассмотрения иска ПриватБанка к Коломойскому в Лондоне всплывали все новые подробности: в 2013-2014 гг. банк выдавал кредиты «странным» заемщикам (более 100 займов на 3,7-57 млн грн каждый, при этом заемщики были явно неплатежеспособными), выплачивал средства по мнимым договорам по поставкам товаров (самого разного рода, однако поставки ожидались явно нескоро), проводил странные перекредитования и т.п.

В итоге суд сначала постановил арестовать имущество Коломойского и его бизнес-партнера Геннадия Боголюбова общим «весом» в $ 2,5 млрд по всему миру, ограничив их в тратах 20 тысячами фунтов в неделю. При этом обязав обоих открыть суду (и группе адвокатов) информацию о всем бизнесе и всех активах, включая произведения искусства и автомобилях, если их стоимость превышает $ 25 тыс. А теперь – внезапно – отказался от дела в целом. «Это значит, что в ближайшее время олигархи не только получат доступ к замороженным пока средствам, но и смогут спокойно перепродавать активы, лишая тем самым украинских граждан надежды вернуть потраченные на поддержание Приватбанка миллиарды», — считает нардеп Сергей Лещенко.

 

По данным «Вестей», Коломойский и Боголюбов изначально строили стратегию именно на том, чтобы добиться выхода из-под юрисдикции Высокого суда Лондона. «Они проиграли те кейсы, которые рассматривались в Британии. Для них это жизненно необходимо», — говорил «Вестям» высокопоставленный собеседник еще в октябре. Впрочем, судья Тимоти Майлз Фанкур оставил ПриватБанку возможность отыграться в апелляции. «Апелляционный суд может прийти к иному заключению», — цитирует слова судьи агентство Reuters. «Это значит, что Высокий суд передал пас на Апелляционный суд. И после обжалования, если оно не даст результата, дело вернется в рамки украинской правоохранительной системы, — сказал «Вестям» экономист Андрей Вигиринский. — Впрочем, не исключено, что судиться будут еще долго».

Текст решения засекретили?

Юрист Яков Гольдарб пояснил «Вестям», что в юрисдикции Высокого суда Лондона находятся либо дела по субъектному составу (когда одной из сторон правоотношений, например, конечным бенефициаром, является резидент Великобритании), либо если стороны заранее заключили между собой арбитражную оговорку или соглашение, оговорив в контракте пункт о решении спора по Британским законам. И, по словам Сергея Лещенко, Коломойский и Боголюбов изначально строили стратегию на неподсудности Лондонскому суду по первой, «субъектной», причине: «Конкретно на том, что не проживали в Лондоне. И если в отношении Коломойского, который до последнего времени жил в Женеве, а теперь перебрался в Израиль, это правда, то Боголюбов долгие годы был резидентом Великобритании, — утверждает нардеп. — Однако, чтобы уйти из-под британской юрисдикции, Боголюбов переехал из Британии в Швейцарию и развелся с супругой».

Сам текст судебного решения не обнародуется. «Скорее всего, он будет коммерческой тайной», — считает Вигиринский. В изложении юристов компании Fieldfisher, представляющей интересы Коломойского в суде, он выглядит так:

  • Отложен арест активов («из-за преднамеренных искажений заявителя, ПриватБанка, во время слушания, на котором не были представлены ответчики»);

  • Английский суд признал, что не имел юрисдикции в отношении Коломойского («и что попытка заявителя, ПриватБанка, присоединиться к разбирательству была неправомерной»);

  • Дело против остальных ответчиков остается.

«Мы выражаем удовлетворение позицией клиента тем, что… суд установил, что замораживание активов не должно было случиться, и что заявитель искусственно подстроил дело, чтобы господа Коломойский и Боголюбов были подключены к разбирательству, — заключил партнер компании Филдфишер Эндрю Лафферти. — Наш клиент всегда придерживался позиции, что требования банка политически мотивированы».

ПриватБанк высказал свою позицию в тот же день, но акценты были расставлены по-другому. Во-первых, «судья пришел к выводу, что доказательства указывают на мошеннические действия и отмывание средств в особо крупных размерах» — от $ 329 млн до $ 1,2 млрд (а также, что суд согласен с мнимым характером поставок, обжалованных ПриватБанком — т.е. сделки использовали «в качестве прикрытия для оправдания утечки огромних сумм из банка»). Во-вторых, «Ответчики признают, что банк имеет обоснованное дело для рассмотрения по меньшей мере на сотни миллионов долларов США». В-третьих, что решение суда об отсутствии юрисдикции — лишь «первый этап процесса», банк будет обжаловать это решение, «и безусловно уверен, что ему удастся привести исковые требования к рассмотрению в суде Лондона». Также, по мнению банка, судебный приказ об аресте активов «остается в силе в полном размере до рассмотрения в Апелляционном суде других вопросов банка».

Хорошая мина при плохой игре

Экономисты называют фиксацию суммы ущерба ПриватБанка в решении суда единственным плюсом для украинских юристов. «Для ПриватБанка это хорошая мина при плохой игре: теперь руководство банка сможет использовать эти цифры в своих пресс-релизах и т.п. Но куда более важный вопрос — разблокирование суммы в $ 2,5 млрд, и уже в ближайшее время это случится, — полагает экономист Алексей Кущ. — Само решение суда — скорее, «самоцензура»: не исключаю, что оно связано с выборами, приближающимися в Украине. Факты вывода капитала из банка установили, но имели массу вопросов к качеству доказательной базы и к тому, как она собиралась».

Именно последний момент вызывает больше всего вопросов у экспертов «Вестей». Адвокат Ростислав Кравец подозревает, что юристы ПриватБанка изначально играли на стороне бывшего акционера. «Вижу признаки того, что банк разыгрывал для граждан Украины (и, скорее, мирового сообщества в лице МВФ) картинку псевдо-борьбы Привата с бывшим акционером — ни один из бывших членов правления банка до сих пор не привлечен к уголовной ответственности. Более того, Коломойскому дали полгода на то, чтобы он прекратил все поручительства. Компании- «пустышки», на которые перевели долги с вполне ликвидных активов, быстренько обанкротили, но никого к следствию так и не привлекли», — заключил юрист.

Кстати, версия о сговоре между Коломойским и нынешней властью обрела популярность в прошлом году, после обнародования фото со встречи олигарха с генпрокурором Юрием Луценко в Амстердаме. «Показательно, что того же Луценко обвинял в подыгрывании Коломойскому и экс-глава Минфина Александр Данилюк — именно он является носителем инсайдерской информации, ведь подотчетный ему Минфин сегодня управляет ПриватБанком», — сказал «Вестям» экономист Виктор Скаршевский. «Киев решил переложить всю ответственность на Лондон, не имея ни единого решения суда о выводе капиталов из банка. Соответственно, Лондон решил не подменять собой весь массив судебной и правовой системы Украины», — заключил Кущ. А по словам еще одного собеседника «Вестей» в экспертной среде, рассмотрение в украинских судах практически на 100% гарантирует преимущество олигарху. «Посмотрел бы я на того судью, который примет решение против Коломойского. Нонсенс!» — заключил наш собеседник.

Тарас Козуб, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Кравец: конфискация $1,5 млрд Януковича — схема ГПУ по отмыванию денег

Генеральная прокуратура Украины не может ни подтвердить, ни опровергнуть оригинальность текста приговора Краматорского районного суда от 28 марта 2017 о спецконфискации 1,5 млрд долларов преступной организации бывшего президента Украины Виктора Януковича. Указанный документ не имеет ни подписей, ни печатей, а следовательно его проверят на подлинность компетентные органы. Об этом в четверг, 11 января, сообщил заместитель генерального прокурора Украины Евгений Енин.

Так в отечественной ГПУ отреагировали на обнародование телеканалом Al Jazeera текста приговора Краматорского районного суда от 28 марта 2017 года на 95 страницах, который с весны засекречен как содержащий государственную тайну.

Эпопею с конфискацией рекордной для Украины суммы 1,5 миллиарда долларов проанализировал в эфире радиостанции Голос Столицы старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Те, що на документі немає характерного номеру може про щось свідчити?

— В першу чергу він взагалі викладений англійською мовою, те, що розмістила у відкритому доступі  Al Jazeera, а не українською мовою. І фактично те, що на сьогодні не можуть ні спростувати, ні підтвердити його аутентичність, з огляду на те, що міститься в цьому документі, вже не має жодного значення. Тому що насправді всі обставини, які викладені в документі, тим чи іншим чином вже були саме представниками ГПУ так чи інакше опубліковані в ЗМІ, робилися такі заяви, і називалися саме ці юридичні особи. Тому сумніви в аутентичності документів — це виключно формальність для того, щоб певним чином затягнути час.

Для чого тоді їх намагаються перевірити за українськими стандартами?

— Я так розумію, це свідчить про певну паніку і намагання якимось чином все ж таки сформулювати позицію що надалі робити. Тому що, насправді, це вже за післяноворічні свята вже другий такий витік інформації саме з цього телеканалу Al Jazeera. Перший був стосовно тих же коштів Януковича, стосовно Онищенка та Фукса. Наразі з’явилося це скандальне рішення, яке ГПУ намагалася засекретити і не доводити до відома навіть народних депутатів, які ставили питання щодо його розсекречення. 

Дивує, що саме Al Jazeera публікує інформацію з грифом таємно. Звідки у розпорядженні  Al Jazeera могли опинитися такі документи?

— Ми бачимо, як працюють наші правоохоронні органи. З одного боку, все, що знаходиться в них в роботі, певним чином становиться доступне для ЗМІ. Однак в даному випадку можна все ж таки робити певні висновки, що це саме наслідки війни між ГПУ та НАБУ. Тому що ви ж прекрасно розумієте, дуже важко повірити, що якийсь катарський телеканал має якесь відношення безпосередньо до справ, які відбуваються в Україні.

Яке відношення мають ГПУ або НАБУ до Al Jazeera?

— Насправді, коли йшла мова про арешт цих коштів, про розслідування цього гучного скандалу, були вже скандали між ГПУ та НАБУ, хто саме повинен розслідувати ці справи. І відомства накладали арешт на ці кошти, хоча забули накласти арешти безпосередньо на корпоративні права. І на сьогодні вже виникають юридичні певні казуси взагалі з усієї цієї ситуації, з цими 1,5 млрд доларів насправді в подальшому може виникнути така ситуація, що Україні прийдеться повертати їх з досить великими відсотками власникам цих коштів.

Міг бути якийсь витік інформації?

— Насправді всі державні органи вже настільки дискредитували взагалі державну владу, постійно висуваючи всілякі звинувачення один одному.

В яких випадках вирок суду засекречується?

— По-перше, потрібно все ж таки з’ясувати, ті судді, які брали участь у справі, секретарі судових засідань, чи вони мали доступ до державної таємниці і мали відповідні допуски для того, щоб розглядати цю справу. Наскільки відомо, то взагалі це рішення було засекречене виключно після того, як воно було проголошене. Це також досить дивує. Тому що насправді рішення приймалося на підставі чого? Однак, ознайомившись з самим рішенням, воно не витримує жодної критики з точки зору саме юриспруденції. Тому що насправді це виглядає так, що є якась певна особа, яка за 500 доларів була директором якогось підприємства і яка це повідомила. І з огляду на це повідомлення, якимось чином ГПУ вибудувала цю схему відмивання брудних коштів. При цьому ніхто не ставить питання безпосередньо звідки ці кошти взагалі взяли. 

Якщо ми говоримо про гриф таємно, який Юрій Луценко наклав на це рішення, Єнін, заступник генпрокурора, пояснив, що це відбулося у зв’язку з активними слідчими діями і захистом учасників процесу. Мали на це право?

— Наскільки я розумію, то вони вже трохи заплуталися в своїх поясненнях. І я вважаю, що їм потрібно наразі трохи помовчати і все ж таки виробити якусь єдину стратегію. Тому що коли накладався гриф таємно, і всюди повідомлялося, що зазначене рішення містить певну державну таємницю. Яку саме державну таємницю? Ми всі ознайомилися з цим рішенням, немає там жодної державної таємниці, окрім того, що голова НБУ, яка раніше очолювала певну інвестиційну компанію, займалася фактично допомогою Курченко, Януковичу у виведенні цих коштів. І до того ж, той скандал, який був безпосередньо з цієї компанією «Інвестиційний капітал України» стосовно Ощадбанку і тих відсотків, які вони отримували, як комісійну винагороду, там до цього часу якось трохи затихло. До того ж знову-таки не треба забувати, що президент в декларації за минулий рік зазначив, що він особисто з курсової різниці з ОВДЗ (облігації внутрішнього держзайму — ред.) отримав прибутку тільки 50 млн грн. Тобто тут питання вже можуть виникнути безпосередньо вже і до президента України, яким саме чином і хто саме займався цими ОВДЗ. Тому тут немає жодної державної таємниці. А те, що вони говорять про якийсь захист учасників судового розслідування, а також про розслідування інших кримінальних справ, я так розумію, що це вже панічні пояснення, які не мають жодного відношення безпосередньо до цієї справи.

Якщо брокерська компанія, яка надала свої послуги, отримала за це частину грошей, потрібно правоохоронцям з’ясовувати походження цих грошей?

— Звичайно. Коли проводилася ця операція, в ній же брав участь не тільки «Інвестиційний капітал України», брав участь і Ощадбанк. Фактично проводився якийсь фінмоніторинг для того, щоб з’ясувати походження цих коштів. Однак в свій час я також зазначав те, що ця оборудка з валютними ОВДЗ для населення фактично використовувалася для відмивання коштів. І насправді ми прекрасно розуміємо, Гонтарєва розумна людина, «Інвестиційний капітал» — ведуча компанія, і всі прекрасно розуміли, з ким вони мають справу. Що це не кіпрські якісь бізнесмени,  які вкладають кошти і купують ці валютні ОВДЗ. Тому насправді в слідчих можуть виникнути, однак, не при цій владі, питання до того, яким саме чином відбувався той фінмоніторинг, і які саме документи надавалися Ощадбанку для того, щоб підтвердити законність походження коштів, за які придбавалися ці валютні облігації.

Голос Столицы

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Эксперт: на Приватбанк будут выбрасывать по 20 млрд. грн., а затем его закроют

Государство не способно эффективно управлять после национализации украинскими банками, заявил старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

«Это было подтверждено еще несколько лет назад, когда национализировались Укргазбанк, банк «Киев» и Родовид Банк. Двум из трех структур («Киев» и Родовид») так и не удалось выжить. В тот же Родовид Банк была вложена уйма государственных средств: они ушли в никуда, а финучреждение так и не смогли спасти. «Киев» был присоединен к Укргазбанку, который бы тоже погиб, если бы не поддерживался постоянно государственными вливаниями и преференциями», — отметил он.

Эксперт считает совершенно бесперспективными и нынешние вливания в Приватбанк. Напомним, что вчера Минфин за счет гособлигаций увеличил его капитал еще на 22,5 млрд грн. (в 2016 г. он был увеличен на 117 млрд грн.).

«Этим дело не закончится. Государству придется каждые 2-3 месяца вкладывать в Приватбанк по 20-30 млрд. грн., чтобы поддерживать его на плаву. Эти деньги будут уходить в никуда. Еще раз повторюсь: государство — неэффективный управленец, что подтверждается историями наших банковских национализаций. При этом нужно понимать, что это эмиссионные средства, которые будут давить на экономику Украины. И на курс гривни, и на цены, которые и без того не перестают расти», — заметил Кравец.

Он убежден, что Нацбанк был осведомлен о реальной ситуации в Приватбанке еще до проведения национализации.

«Нынешние обличительные заявления чиновников звучат просто нелепо. Да, у банка были финансовые проблемы, но в Нацбанке это прекрасно знали. И можно сейчас не давать неуклюжих оправданий. Нужно отдавать себе отчет, что все всё знали, и главное — что бизнес-модель госбанков в нашей стране убыточна. И боюсь, что в конце концов, когда государство больше не сможет вкладывать новые средства в Приватбанк, его все равно придется закрыть», — резюмировал Кравец.

UBR

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Как Украина может получить штрафные $6,4 млрд от Газпрома

Для исполнения судебного решения газовый монополист из РФ может рассчитаться транзитным газом или зарубежным имуществом.

Антимонопольный комитет (АМКУ) выдвинул требование о принудительном взыскании с Газпрома (РФ) 172 млрд грн (около $ 6,4 млрд). С соответствующим заявлением АМКУ обратился к Государственной исполнительной службе (ГИС) 11 апреля 2017 года.

В январе 2016 года АМКУ оштрафовал Газпром на 85 млрд грн за злоупотребление монопольным положением на рынке транзита природного газа Украины. Затем украинские суды несколько раз подтвердили это решение.

Киевский апелляционный хозяйственный суд 22 февраля сего года в очередной раз оставил в силе решение суда низшей инстанции, которым подтвердил взыскание с Газпрома штрафа, возросшее уже до 172 млрд грн за счет пени за его неуплату.

Хозяйственный суд Киева 17 марта 2017 года постановил взыскать 172 млрд грн с российской компании на основании судебного решения, вступившего в законную силу.

Газпром в Стокгольмском арбитраже требует от Нафтогаза $ 50 млрд за поставленный газ. По словам главного коммерческого директора Группы Нафтогаз Юрия Витренко, претензии Газпрома могут вырасти до $ 80 млрд.

НВ Бизнес обратился к экспертам с просьбой прокомментировать, каким образом АМКУ может получить штраф от Газпрома:

Роман Марченко, старший партнер юрфирмы Ильяшев и партнеры

ГИС должна осуществить шаги и выполнить решение суда о фактическом взыскании с должника – Газпрома – в пользу кредитора – АМКУ. Однако юрисдикция исполнительной службы заканчивается территорией Украины. Вряд ли можно будет найти в Украине имущество Газпрома на необходимую сумму.

Есть несколько путей. Первый – Антимонопольный комитет должен нанять юристов за рубежом. И осуществить взыскание в других юрисдикциях, где есть имущество Газпрома. Например, в Российской Федерации. Конечно, там шансы на исполнение решения украинского суда небольшие.

Можно попробовать в других юрисдикциях. Например, найти здание Газпрома на Елисейских полях в Париже. Для этого надо в суде Франции признать наше решение обязательным к исполнению. Существует соответствующая процедура о признании и принудительном взыскании за рубежом. Затем нужно обратиться к местной исполнительной службе, чтобы она осуществила взыскание.

Государство должно провести дополнительную работу по поиску активов Газпрома за рубежом и по взысканию денежных средств за счет имущества за рубежом. Например, Газпром осуществляет платежи в долларах США. Эти доллары «ходят» через банки США. Таким образом, можно там блокировать и арестовывать… Это первый путь.

Второй – это сделать зачет задолженности перед Газпромом. То есть, сначала передать на баланс Нафтогаза, а потом уже найти механизм для взаимозачета.

Ростислав Кравец, старший партнер юридической компании Кравец и партнеры

Подобные судебные решения вполне реально можно выполнить. ГИС может наложить арест на имущество, которое расположено на территории Украины. Если же этого недостаточно, то АМКУ может обратиться в российские суды. Чтобы получить возмещение за счет имущества, которое находится в РФ. Можно также обратиться и в международные судебные инстанции, в тех странах, где Газпром имеет определенные активы.

Достаточно реально взыскать всю сумму в $ 6,4 млрд. Например, есть природный газ, который Газпром прокачивает, и который Украина может как взыскание закачать в подземные газохранилища. Потом уже самим можно будет экспортировать этот газ в Европу. Его цена может быть значительно ниже рыночной. И от продажи этого газа Украина может получить определенную выгоду.

Мыкола Олиярнык, Новое время

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Украинская рулетка: граждане и бизнес потеряли в банках-банкротах свыше 300 млрд гривен

Можно ли построить в Украине европейскую систему гарантирования вкладов.

Слабая судебная система, необходимость защиты прав кредиторов и другие вопросы по укреплению прав банкиров – неизменные темы для обсуждения в деловых кругах. Банкиры говорят о том, сколько миллиардов пропало из-за нечестных клиентов, и как страдает финансовая система, которую сравнивают с «кровеносной системой страны». Однако основной донор этой кровеносной системы – украинский клиент – своего голоса не имеет.

Об истинном положении дел на рынке говорит тот факт, что с момента подписания ассоциации с ЕС никто – ни бывший глава Совета НБУ Петр Порошенко, ни первый банкир страны Валерия Гонтарева – не заикнулся о том, чтобы приблизить украинскую систему гарантирования к европейской. В том числе не упоминается и формирование достойных гарантий для вкладчиков, что было бы логично, учитывая обязательства Украины синхронизировать финансовое законодательство с европейским. Пока что никто из банкиров не стал активным глашатаем формирования в Украине европейской системы гарантирования вкладов. Почему?

Европейские правила определяют минимальную сумму гарантирования вкладов юридических и физических лиц в размере 100 000 евро. О таком размере гарантий по депозитам говорит директива ЕС 2014/19/ЕС. Так как ассоциация Украины с ЕС – а именно 127-я статья – настаивает на синхронизации законодательства, европейские и международные доноры в кулуарах поднимают вопросы о причинах, по которым украинские власти бездействуют в отношении изменения системы гарантирования. И такая бездеятельность может многого стоить.

По данным ФГВ, на сегодня 32,4 млрд гривен вкладов физлиц остались в неплатежеспособных банках как средства, не подпадающие под компенсации. Еще около 270 млрд гривен – это средства юридических лиц, которые находятся в «седьмой очереди».

Заместитель главы Фонда гарантирования вкладов Андрей Кияк рассказывает, что согласно правилам работы ФГВ и соответствующему закону, при ликвидации банка чиновники продают имущество банка, распродают все существующие активы, и перечисляют вырученные средства на погашение обязательств неплатежеспособного банка. «Если вырученных от продажи имущества денег достаточно, мы возмещаем средства всем вкладчикам. Если нет – мы доходим до продажи последней тумбочки, далее закрываем обязательства банка перед налоговой и Пенсионным фондом, и банк ликвидируется», – объясняет Кияк.

Сама сумма гарантий, как ранее озвучивалось, пока что составляет от 10 гривен до 200 000 гривен. Это меньше 10 000 евро, и более чем в 10 раз ниже гарантий, доступных европейцам. Также совсем не подпадают под гарантии средства юридических лиц. «На момент принятия действующей суммы гарантирования это были почти $ 25 000. В среднем это было очень хорошо для вкладчиков. Но когда началась стремительная девальвация, эту тему – суммы гарантирования – в парламенте никто не поднимал, ни одна политическая сила об этом не говорила», – напоминает экс-член Совета НБУ Василий Горбаль.

Согласно информации Forbes, законодатели готовят изменения в систему гарантирования вкладов: соответствующая аналитическая работа как раз сейчас проходит в Национальном банке Украины и профильных ассоциациях. Напомним, на 1 марта 2016 года защищенными были вклады 22,5 млн людей на сумму 139,3 млрд гривен. Однако нет абсолютно никаких механизмов защиты для среднего класса – самой активной, и, без излишней скромности, наиболее «европейской» части населения. Они выходят основными пострадавшими из всех негативных ситуаций, связанных с украинскими банками.

Что можно изменить в системе гарантирования? Опрошенные Forbes банки, прежде всего, возмущаются тем фактом, что крупнейший государственный Ощадбанк не считается частью ФГВ, и не перечисляет деньги в ФГВ. Отметим, что, согласно данным ФГВ, обязательная сумма отчислений для банков составляет около 0,5% ежегодно от всех депозитов физлиц.

Это правило не распространяется только на Ощадбанк, для которого в законе «О банках и банковской деятельности» зафиксированы отдельные гарантии. Согласно с 57-й статьей, «вклады физлиц Государственного ощадного банка Украины гарантируются государством». Как ранее писал Forbes, никаких подзаконных актов, говорящих о том, куда обращаться в случае банкротства госбанка, как будет реализован данный механизм и так далее – нет.

Коммерческие банки будут всеми силами сопротивляться изменениям в системе гарантирования, пока Ощадбанк остается в привилегированном положении. То есть Ощадбанк должен стать участником системы гарантирования вкладов.

«Для создания в Украине европейской системы гарантирования вкладов все банки без исключения должны стать участниками системы гарантирования вкладов. Но о повышении суммы гарантирования пока что говорить рано, так как 200 000 гривен покрывают 96% всех вкладов граждан», – отмечает пресс-секретарь ПриватБанка Олег Серга. Его банк является одним из основных учреждений, отчисляющих средства в ФГВ. Ежегодно отчисления «Привата» на систему гарантирования – около 1 млрд гривен.

Другие крупнейшие участники этой системы: Укрэксимбанк, Альфа Банк, ПУМБ, Укрсоцбанк. Масштабы бизнеса пока что разнятся в разы: объем вкладов физлиц ПриватБанка почти в три раза превышает сумму денег, доверенных Ощадбанку, и почти в 10 раз превышает объем депозитов граждан в Альфа-Банке.

Кроме банков, источником финансирования ФГВ в условиях кризиса является бюджет, а также международные доноры, такие как Всемирный банк. По подсчетам Андрея Кияка, чтобы увеличить сумму гарантирования хотя бы до 300 000 гривен, нужно дополнительно 45 млрд гривен.

Что исправить в системе гарантирования

Почему не подпадают под банковские гарантии юрлица? Forbes опросил банкиров, узнав, при каких условиях их рынок будет готов строить систему гарантий по вкладам для предпринимателей. Согласно объяснению банкиров, у них на сегодня крайне мало долгосрочных вкладов юрлиц. «Как правило, это вклады на срок в неделю или месяц, поскольку предпринимателям постоянно нужны ресурсы для развития. Но это не тот формат, который позволяет формировать систему гарантирования юрлиц», – констатирует один из банкиров, собеседник Forbes.

В числе фундаментальных задач для формирования надежной банковской системы – укрепление прав кредиторов. «Люди, которые обворовали рынок – взяли кредит, и не вернули, не должны больше возвращаться на этот рынок. Для этого нужен единый реестр кредитов и черный список. Против этого сопротивляются все, так как в каждом парламенте сидят несколько сотен человек, которые обворовали банковскую систему, и они, и их приемники делают из обворовывания банков очень выгодный бизнес», – подчеркивает анонимно эксперт Forbes.

Самая простая схема заключается в получении лицензии на банковскую деятельность в НБУ, и вывод вложенных в создание банка средств через кредиты. Никакая реформа, проводимая в НБУ, не решает проблемы такого «бизнеса» на банках – финансовых пирамидах. Украине необходим открытый реестр заемщиков.

«Национальный банк заставил найти всех бенефициаров банков. Но почему же банки не делают то же самое со своими клиентами, если в требованиях всех международных и украинских регуляторов заложено правило «знай своего клиента?» – спрашивает финансовый аналитик Forbes Анатолий Дробязко. По его рекомендации, в формах отчетов банков должны учитываться в обязательном порядке конечные бенефициары кредитов. А без этой графы банк должен будет сразу формировать максимальные резервы под такие «неопознанные кредиты». Таким образом, необходима полная идентификация заемщиков.

Далее, требуется усиление ответственности чиновников из регулятора, с одновременным укреплением сотрудничества между ними и силовыми структурами, так как они видят происходящее в банках в режиме 24/7. Forbes неоднократно писал о том, через какие схемы из украинских банков уходили деньги вкладчиков. «У НБУ были все рычаги для того, чтобы предотвратить возможность собственников банков выводить деньги за границу, потому что сам вывод средств происходил исключительно с согласия НБУ», – говорит глава адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Согласно информации Forbes, как раз сейчас готовятся решения по укреплению системы гарантирования, связанные с отсутствием достаточных гарантий для наиболее активной части населения. В том числе гарантии могут наконец-то распространиться на страховые компании, негосударственные пенсионные фонды и другие финансовые компании, которые аккумулируют длинный ресурс. Еще один сегмент, который может подпасть под гарантирование – средства пользователей систем электронных денег, которые НБУ обяжет хранить средства в украинских коммерческих банках.

«Нужно минимизировать возможность собственников и топ-менеджеров финансовых посредников, в том числе банков, выводить средства за пределы Украины. Ведь именно НБУ согласовывает валютные контракты, покупку валюты и так далее. Именно НБУ может и должен контролировать безопасность вкладов населения и бизнеса», – резюмирует Ростислав Кравец.

Материал подготовлен в сотрудничестве с Центром информации про правам человека

МАРГАРИТА ОРМОЦАДЗЕ, ФОРБС

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Какие банки нанесли государству ущерб на 117 млрд грн и кто покроет убытки — исследование НВ

Собственники банков нанесли государству ущерб на сумму в 117 млрд грн, что втрое больше, например, бюджета Минобороны. Никто из них не наказан. Чек оплатят вкладчики и налогоплательщики

В жизни успешного банкира Николая Лагуна мало что изменилось после того, как его банки обанкротились, пустив по ветру вклады более миллиона украинцев. Несмотря на коллапс его четырех банков, среди которых крупнейшим был Дельта, он по‑прежнему желанный гость в бизнес-кругах — недавно его видели на заседании Forbes-клуба и на фестивале джаза во Львове.

Пока Лагун наслаждался музыкой исполнителей со всего мира в патриархальном Львове, у бывших вкладчиков его Дельта Банка были другие заботы: они протестовали под Нацбанком с требованием вернуть их деньги. Утратившие свои депозиты просили Нацбанк национализировать Дельту и взять тем самым на себя обязательства банкира по выплате депозитов.

На это Нацбанк вряд ли пойдет. Но суммы государству из‑за банкротства Дельты все равно придется выплатить немалые: 16,7 млрд грн гарантированных вкладов и 9,3 млрд грн госпредприятиям, чьи деньги канули в Лету вместе с банком. Нацбанку также придется найти способ вернуть выданное банку рефинансирование на сумму 8,6 млрд грн. Всего банкротство банка Лагуна нанесло государству ущерб на сумму 34,6 млрд грн.

Дельта — не единственный банк, который подвел своих вкладчиков, а Лагун — не единственный банкир, который вышел после этого сухим из воды. В Украине сегодня таких финучреждений более 50. НВ подсчитало, что суммарно собственники обанкротившихся банков нанесли ущерб государству на сумму около 117 млрд грн.

“Это утраченное благосостояние страны. Часть этих денег если и не украдена, то как минимум утеряна”,— говорит первый замглавы НБУ Александр Писарук. Правда, во время банкротств и накануне имело место и откровенное мошенничество, за которое до сих пор никто не наказан. Наибольшие проблемы государству создали вполне успешные бизнесмены, среди которых фигуранты рейтинга том-100 самых богатых людей страны, у которых есть чем рассчитаться как со вкладчиками, так и с государством.

Корни большой растраты

В своем интервью НВ осенью прошлого года заместитель главы НБУ Владислав Рашкован предупреждал, что страну ожидает большая чистка.

“Наша цель — вывести с рынка слабые и “отмывочные” банки, к которым толерантно относилась предыдущая власть”,— говорил он. С того момента произошел настоящий “банкопад”. По последним данным, неплатежеспособными были признаны 55 учреждений.

Ущерб, который понесло государство в результате большой чистки, можно оценить на основании открытых данных НБУ и Фонда гарантирования вкладов физических лиц (ФГВФЛ). Формально потери государства состоят из трех частей. Первое — суммы рефинансирования, которое НБУ выдавало банкам. Второе — сумма депозитов, гарантированных ФГВФЛ. Третье — средства госпредприятий, которые зависли на счетах в обанкротившихся банках. В итоге получилась внушительная сумма — 117 млрд грн. Это почти втрое больше, чем траты страны на оборону в этом году и в пять раз больше, чем бюджет Киева. Всего пострадали 4,96 млн вкладчиков, и лишь треть из них получат выплаты в рамках гарантированной суммы — не более 200 тыс. грн.

“Такое фиаско — закономерный результат работы банковской системы, которая до сих пор существовала в Украине. А кризис и революция обнажили эти проблемы”,— говорит Писарук. По его словам, значительная часть учреждений страны существовали для обслуживания связанных лиц либо собственных предприятий. Были те, что создавались для профессионального отмывания денег, а также те, что появились только потому, что раньше было модно иметь свой банк. Однако были и финансисты, для которых банковский бизнес был основным, но они, как, например, Николай Лагун, не рассчитали своих сил. Он скупал проблемные активы с огромными дисконтами.

“Я ему еще в августе говорил: “Николай Иванович, невозможно в стране, которая падает, расти так агрессивно, покупая плохие активы. И надеяться, что тебе это сойдет с рук”. На все это наложились революция и война в Донбассе — Дельта Банк в значительной мере присутствовал на востоке страны, и заемщики из этого региона стали плохо платить по кредитам, а их залоговое имущество обесценилось.

Но все это лишь вершина айсберга и только отчасти объясняет произошедшее в Дельте. Как следует из определения суда, размещенного в Едином реестре судебных решений, Печерский районный суд Киева по запросу Генеральной прокуратуры разрешил провести внеплановую ревизию Дельты за период с 2012 по март 2015 года. Досудебное расследование установило, что в 2014 году банк получил рефинансирование НБУ на сумму 10 млрд грн. За 4,1 млрд грн банк приобрел $ 535,3 млн и перевел их за рубеж в интересах 12 связанных друг с другом украинских субъектов хозяйствования, отдельные служебные лица которых одновременно являлись и сотрудниками Дельта Банка.

Однако виноват в этом не только банкир, но и НБУ, считает старший партнер адвокатской компании Кравец и партнеры Ростислав Кравец.

“Такая транзакция была бы невозможной, если бы об этом не знали или не одобрили в Национальном банке”,— говорит Кравец.

Кроме того, факты говорят о том, что часть вкладчиков банка знали, что приближается банкротство. Некоторые из них многократно дробили свои немалые депозиты, чтобы сумма на каждом из них не превышала гарантированные к выплате 200 тыс. грн. При этом количество операций при дроблении превышало 20. Данные по таким счетам уже переданы правоохранительным органам, рассказывает заместитель директора-распорядителя ФГВФЛ Андрей Оленчик на заседании журналистского Финансового клуба.

Другой показательный пример провала — банковский бизнес мультимиллионера Олега Бахматюка (№10 в списке топ-100 со стоимостью активов свыше $ 800 млн). За время “банкопада” он потерял два финучреждения. Весной прошлого года из‑за девальвации и экономического кризиса возникла необходимость рекапитализировать его VAB Банк на сумму 7 млрд грн. Бахматюк тогда заявил, что согласен дать 2,5–3 млрд грн, а Нацбанк должен внести остальное.

Однако Минфин не согласился с этим предложением, и банк был признан неплатежеспособным. Весной этого года та же участь ожидала второе учреждение Бахматюка — Финансовую Инициативу.

Нежелание государства помочь мультимиллионеру объясняется тем, что его банковский бизнес был тесно связан с кредитованием аграрных активов предпринимателя. Так, источники отраслевого интернет-издания Finmaidan сообщали, что Минфин выступил против выделения средств для спасения VAB из‑за того, что “мировые стандарты рекапитализации, которые НБУ внедряет в рамках программы МВФ, не предусматривают участия государства в случае предоставления банком значительного объема кредитов связанным лицам”. Иными словами, деньги государства VAB нужны были преимущественно для того, чтобы кредитовать свои же предприятия.

Финансовая Инициатива, по словам Писарука,— классический пример банка, созданного для обслуживания связанного бизнеса — он кредитовал аграрные предприятия Бахматюка. Поэтому, когда пришел кризис, акционеру было легче закрыть банки, чем вкладывать в них собственные средства. Тем более что дела у его основного актива UkrLandFarming шли неважно. Из-за аннексии Крыма компания лишилась нескольких фабрик, а также потеряла контроль над важными активами в оккупированных районах Донбасса. В результате в прошлом году чистый убыток компании составил $ 260 млн против $ 750 млн чистой прибыли годом ранее.

Итогом банковской деятельности Олега Бахматюка стали 22,8 млрд грн убытка для государства, а также проблемы у более чем 500 тыс. вкладчиков.

bankiry_moshenniki

Не менее печальна история банка Надра Дмитрия Фирташа (№ 6 в топ-100 НВ, состояние оценивается в $ 1,4 млрд). Фирташ стал акционером этого учреждения в 2009 году — после того, как банк фактически стал банкротом. От окончательной ликвидации учреждение тогда спас Дмитрий Фирташ, купивший его. С того времени государство выделило банку рефинансирование на сумму свыше 10 млрд грн. Причем более 3 млрд грн были выданы в прошлом году, то есть уже при новом руководстве страны и НБУ. Но банк так и не смог справиться с проблемами. “Фактически банк Надра нужно было еще в 2009 году ликвидировать, все это время он просуществовал во многом благодаря акционеру”,— говорит Писарук.

Промедление с ликвидацией Надра стоило Украине 14,4 млрд грн. Теперь эти деньги государству нужно будет частично покрыть за счет активов, а частично попросту списать. На момент признания неплатежеспособным в банке было 458 тыс. вкладчиков, 99 % которых могут рассчитывать на возмещение средств от ФГВФЛ.

Все это — лишь самые яркие случаи результатов большой чистки банковской системы. В первую десятку банковского антирейтинга НВ также вошли бывший владелец банка Форум и партнер Рината Ахметова Вадим Новинский (№ 5 в топ-100, состояние 1,8 млрд грн), один из самых богатых бизнесменов Одессы Леонид Климов (№ 69, 85 млн грн), экс-владелец Брокбизнесбанка Сергей Буряк, а также бывший глава Нафтогаза времен президентства Виктора Ющенко Алексей Ивченко. Лишь владельцы первой десятки самых крупных из обанкротившихся банков напрямую или косвенно нанесли государству убытки на сумму почти 100 млрд грн, а именно 97,5 млрд грн, и облегчили карманы миллионов вкладчиков. Однако никто из них пока не ответил перед законом или хотя бы покрыл часть убытков — а отдавать у большинства из них есть чем.

Где наши деньги

Покрыть убытки, нанесенные стране миллионерами, теоретически можно за счет активов обанкротившихся банков. Тем более, по официальным данным, суммарные активы учреждений, вошедших в рейтинг НВ, превышают 290 млрд грн. Из этих средств должны возмещаться и гарантированные вклады.

Но как это выглядит на практике, НВ рассказала менеджер одной из киевской фирм Светлана Сверчкова. В VAB Банке у нее был долларовый депозит. Чтобы забрать свои деньги после банкротства, сначала нужно было постоянно мониторить сайт банка, дабы не пропустить объявления о выплате. Затем — потратить несколько дней для того, чтобы получить сумму через Укргазбанк. Деньги с долларового депозита ей пересчитали в гривне по курсу 13 грн / $ — тому курсу, что действовал на момент ликвидации учреждения. Хотя к моменту выплаты доллар подскочил до 18 грн .

bankiry_moshenniki2

С другими банками дело обстоит не лучше. ФГВФЛ зачастую не спешит с выплатами, используя бюрократические проволочки. Юрист Кравец рассказывает, что вкладчикам Дельта Банка выдавали деньги, пока не закончились депозиты. Теперь выплату приостановили, объясняя это тем, что разбираются со вкладами. От вкладчиков CityCommerceBank начали требовать оригиналы депозитных договоров и квитанции, подтверждающие внесение средств. Хотя по закону необходим только паспорт и идентификационный код.

Использование бюрократических хитростей может объясняться нехваткой средств. В ФГВФЛ говорят, что выплату вкладов не приостанавливали, а осуществляют её в установленном порядке. По данным Фонда, после “банкопада” ему достались активы на сумму 320 млрд грн, что формально делает его крупнейшим финансовым учреждением страны. Но это только на бумаге. По оценке фонда, стоимость переданных ему активов не превышает 20 % от заявленной на бумаге.

“Справедливая оценка в разы уменьшает размер средств, передаваемых фонду”,— поясняет управляющий партнер юридической фирмы AstapovLawyers Андрей Астапов. По словам Оленчика, недвижимость, которая сейчас находится в залоге, стоит намного меньше, чем по бумагам. Покупателей немного. А продать доставшееся от банкротов банковское специальное оборудование и вовсе невозможно — покупателей на него нет.

Невозможность выплатить долги за счет проданных активов означает, что покрывать их придется из госбюджета. “Тут мы неоригинальны и будем делать то, что делают во всем мире. Груз выплат гарантированных вкладов вместе с ФГВФЛ разделят НБУ и Минфин”,— говорит Оленчик. Фонд займет у государства недостающие средства и будет возвращать их государству на протяжении 15 лет.

“Хорошая” новость заключается здесь только в том, что за эти годы инфляция обесценит эту сумму. И возвращать придется меньше”,— говорит член Украинского общества финансовых аналитиков Виталий Шапран. Хорошей эту новость можно назвать лишь для государства, но не для вкладчиков.

Средств не хватает и по причине элементарного мошенничества. В отчетности многих банков указывались деньги и активы, которых на деле не оказывалось. “Мы нашли случай мошенничества и в Дельте, и в других банках”,— говорит Писарук.

Шаг вперед и два назад

В ФГВФЛ говорят, что борются с такими злоупотреблениями. В частности, фонд подал в правоохранительные органы 1157 заявлений с претензиями на сумму 112 млрд грн. Многие из них касаются собственников банков, которые подозреваются в нанесении ущерба государству на сумму около 87 млрд грн. Для сравнения: доходная часть бюджета всей Одесской области — всего 6 млрд грн. Но особых успехов в деле взыскания этих средств пока не видно, по словам председателя правления Украинской межбанковской валютной биржи Анатолия Гулея, хотя и было возбуждено 326 уголовных дел, а под следствием находится 21 банкир.

В НБУ объясняют такую плачевную ситуацию с привлечением виновных к ответственности несовершенством законодательных норм. “У меня складывается такое впечатление, что нормативные и законодательные акты были прописаны так, чтобы никого не наказывать”,— говорит Писарук. Во многих случаях также нельзя было установить, кто на самом деле владеет банком. До недавнего времени банки обязывали раскрывать только собственников значительных долей — более 10 %. Поэтому многие реальные владельцы распределяли свою долю между 11 фиктивными юрлицами, которых иронично называли футбольными командами. Зачастую это были юридические лица либо подставные лица, у которых не было ничего, потому и взыскать с них средства невозможно.

Теперь ситуация изменилась. В начале года был принят закон об ужесточении ответственности банкиров. В НБУ считают, что это предоставляет им необходимый инструмент для того, чтобы не допускать в будущем ситуаций, которые привели к появлению такого большого количества неплатежеспособных банков. Благодаря этому закону становится возможным взыскать с владельцев банков их имущество и возместить ущерб за счет их небанковского имущества. Раньше это сделать было нельзя. Также в Уголовный кодекс была добавлена статья о доведении банка до неплатежеспособности. За это теперь руководителя и акционера могут посадить на срок до пяти лет.

Ну и наконец с этого года НБУ обязал банки указывать всех собственников банков. До конца года вся эта информация уже будет доступна на сайте регулятора. “Теперь НБУ и правоохранительным органам станет намного легче привлекать к ответственности собственников, поскольку они уже установлены, и следствию не нужно самостоятельно расследовать все корпоративные связи”,— говорит Астапов.

Проблема заключается в том, что большинство банков были признаны неплатежеспособными до того, как новые правила вступили в силу, и наказать их по новому закону не получится — обратной силы он не имеет. В НБУ ожидают, что самые громкие случаи, такие как Дельта и Надра, будут проанализированы, поскольку это записано в программе сотрудничества с МВФ. “Вот тогда можно будет говорить о том, насколько велика вина собственников и понесли ли они соответствующее наказание”,— говорит Писарук.

Правда, в случаях мошенничества и злоупотреблений служебным положением — таких, которые Генпрокуратура выявила, например, в Дельте — правоохранители могли бы наказывать виновных и по старому законодательству. Гулей объясняет отсутствие результатов по возвращению средств и наказанию собственников плохой коммуникацией между ФГВФЛ и правоохранителями — каждый из них действует в своих интересах. Да и квалификация следователей оставляет желать лучшего. “Я не слышал ни об одном CFA [дипломированный финансовый аналитик], который работал бы в прокуратуре. Это скорее военная организация”,— добавляет Шапран.

С другой же стороны работают адвокаты, которые получают гонорары в сотни тысяч долларов. Астапов говорит, что следователям зачастую не хватает опыта в таких комплексных делах, в результате в суд попадают непрофессионально и не до конца подготовленные обвинения, которые легко опровергают юристы банкиров. Кроме того, по его словам, часто владельцам банков удается договориться с правоохранителями и избежать наказания.

Кравец считает, что банкирам, нанесшим миллиардные убытки государству, не удавалось бы избежать наказания, если бы в этом было заинтересовано руководство страны, которое действовало бы более решительно и ставило соответствующие задачи перед правоохранителями.

“Принять хорошие законы — это хорошо, но исполнять их — другое дело. Рыба гниет с головы”,— говорит он.

Пока рыбу начинают чистить с хвоста — с вкладчиков и налогоплательщиков, которые, очевидно, и понесут главные убытки после череды банкротств коммерческих банков.

Андрей Юхименко
Материал опубликован в НВ №27 от 31 июля 2015 года

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Фонд гарантирования не получил для вкладчиков 20 млрд. грн.

Фонд гарантирования вкладов физических лиц (ФГВФЛ) обратился к правительству с просьбой выделить ему дополнительно 20 млрд грн на обеспечение выплат вкладчикам обанкротившихся банков, сообщил премьер-министр Арсений Яценюк. И уточнил, что встречался с руководством Фонда еще две недели назад.

Выделило ли правительство пресловутые 20 млрд. грн. — «Вести» не смогли получить в ФГВФЛ официальный ответ. В пресс-службе организации сообщили, что данным вопросом занимается финансовый отдел Фонда, и информация будет предоставлена лишь через пять дней. Однако, как рассказал нам осведомленный источник в Фонде гарантирования, средства на счета его учреждения еще не поступили. «Все находится в процессе. Деньги могут перечисляться несколькими траншами», — отметил он.

Помимо ожидаемых в ФГВФЛ 20 млрд грн, как ранее писали «Вести», на прошлой неделе немецкий государственный банка KfW выделил Украине 200 млн евро кредита под гарантии правительства Германии. Эти средства также должны пойти на поддержку Фонда гарантирования. Кредит предоставлен сроком на 15 лет, с процентной ставкой около 2,6% годовых и пятилетним льготным периодом.

«Эти деньги, по факту, не будут поступать к нам сразу и в полном объеме. Они будут находиться на счетах правительства, которое будет выделять ФГВФЛ нужные суммы по мере необходимости», — рассказал источник в Фонде.

Это подтверждает в своем интервью прессе и директор-распорядитель Фонда Константин Ворушилин, отмечая, что «это будут целевые деньги, которые, по сути, получит Минфин».

Отметим, что вкладчикам 56 неплатежеспособных банков Фонд выплатил немногим более 47,1 млрд грн, из которых в 2014 г. 14,6 млрд грн и около 32,5 млрд — в этом. Как сообщили «Вестям» в пресс-службе Фонда, оставшаяся, по состоянию на 7 сентября, задолженность по выплатам составляет 14,38 млрд грн.

Также, как отметили в пресс-службе, по состоянию на 7 сентября, средства Фонда составляли 16,87 млрд грн. Из них на счетах НБУ находятся немногим более 1 млрд грн, а остальные 15,86 млрд — в виде ОВГЗ в залоге под кредиты Нацбанка.

Этих средств, конечно же, недостаточно на покрытие текущих расходов. По всей видимости, Фонду нужны дополнительные средства, чтобы совершать процентные выплаты по кредитам и гасить ранее взятые у регулятора займы. «На сегодняшний день у нас собственных облигаций примерно на 15,9 млрд грн, под залог которых мы, собственно, и получили кредит в НБУ. Уже сейчас мы испытываем проблемы с обслуживанием кредитов. Они (государство — Авт.) выдают их нам в виде кредитов под 11–12,5% годовых. В этом и весь вопрос! Мы платим по этим кредитам большие проценты и в совокупности по этому году заплатим только напрямую в бюджет 1,3 млрд грн», — сетует в своем интервью Ворушилин.

Он также отмечает, что основные трудности у Фонда начались после признания неплатежеспособным Дельта Банка. «Нам на голову свалилась «Дельта», а это еще плюс 16,7 млрд грн к тем 20 млрд, которые были заложены в госбюджет. Конечно, такие траты мы не прогнозировали и на них не рассчитывали», — подчеркнул он.

Сейчас, по словам Ворушилина, из-за нехватки средств, выплаты вкладчикам Дельта Банка приостановлены. В Фонде надеются в ближайшее время получить дополнительные средства, но если этого не произойдет, то, как отмечет Ворушилин, возобновят выплаты не ранее октября.

Вкладчики начнут активнее судиться

При этом, старший партнер адвокатской компании «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец отмечает, что даже при условии, что государство все-таки выделит Фонду 20 млрд грн, этих средств будет недостаточно даже для текущих выплат и содержания ФГВФЛ.

Также, по его мнению, Фонд мог бы и сам обеспечивать себя средствами, правильно распоряжаясь имуществом ликвидируемых финучреждений. «На мой взгляд, если исходить из рыночной цены, то стоимость имущества ликвидируемых банков может превышать 100 млрд. грн. Однако Фонд продает эти активы за бесценок», — заверил он «Вести». Такая ситуация, по мнению Кравца, возникла из-за «коррупционной составляющей в работе Фонда и отсутствия единой базы активов».

Возможно, определенные проблемы в работе Фонда видят и в правительстве. В понедельник Арсений Яценюк также озвучил необходимость «внедрить прозрачную систему управления работой Фонда и наладить оперативный возврат людям их вкладов из обанкротившихся банков».

Напомним, в начале августа, президент подписал закон об усовершенствовании системы гарантирования вкладов физических лиц и выведения неплатежеспособных банков с рынка. Его принятие было одним из условий выделения Украине второго транша кредита МВФ по программе EFF. Закон, в частности, предусматривает включение в систему гарантирования выплат вкладов физлиц-предпринимателей. Кроме того, внедряется модель консолидированного офиса, что, по идее разработчиков, позволит Фонду более эффективно осуществлять управление активами неплатежеспособных банков.

Частично эксперты поддерживают внедряемые законом изменения. «Теперь срок временной администрации сократится с трех месяцев до одного, а срок ликвидации банка увеличится с трех до пяти. Соответственно, гарантированная сумма должна быть компенсирована гораздо быстрее, чем это происходит сейчас», — сказал «Вестям» управляющий партнер юридической компании CH&K Associates Любомир Кузюткин.

В тоже время, Ростислав Кравец считает основным изменением, которое вносится в действующее законодательство этим документом — обязательное ведение банками базы данных вкладчиков. «Видимо это станет первым шагом к тотальному контролю за всеми средствами граждан. И навряд ли повысит гарантии возврата средств», — говорит юрист.

И отмечает, что законом серьезно расширен перечень оснований для отказов в выплате компенсаций потерпевшим вкладчикам: дробление вкладов, арест средств, размещение денег в результате мошеннических и иных противоправных действий, являющихся предметом уголовного производства. «При этом основания регулируются и устанавливаются внутренними документами Фонда! Формально Фонд получил право никому ничего не возвращать», — говорит Кравец. Он уверен, что вступление в силу нового закона в разы увеличит количество судебных исков вкладчиков.

Марк Поллок, ВЕСТИ

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Признаны неплатежеспособными банки с активами в 8,3 млрд грн

Впервые НБУ признал неплатежеспособным банк, к собственнику которого применены международные санкции. В пятницу была введена временная администрация во Всеукраинский банк развития Александра Януковича. Также неплатежеспособными стали Легбанк и БГ Банк, в котором НБУ допустил типичную ошибку – не смог предотвратить вывод денег до введения временной администрации.

Санкции сработали

Нацбанк признал неплатежеспособными сразу три учреждения: Всеукраинский банк развития (ВБР), Легбанк и БГ Банк. ВБР – самый крупный из них – с активами в 5,6 млрд грн на конец III квартала занимал 31-е место в банковской системе. Угроза введения в него временной администрации появилась еще весной, когда НБУ начал признавать неплатежеспособными банки «Семьи» – приближенные к бывшей власти. Владельцем 100% акций ВБР является Александр Янукович – сын беглого бывшего президента. Но возникновение финансовых проблем в этом учреждении НБУ констатировал лишь осенью.

НБУ напоминает, что Совет Евросоюза применил санкции к Александру Януковичу, в частности заморозил его активы. Поэтому «с целью защиты интересов вкладчиков и других кредиторов банка Нацбанк в сентябре отнес ВБР к категории проблемных». У банка начался отсчет 180 дней для улучшения своих показателей. «ВБР предоставлял несколько планов мер по улучшению показателей своей деятельности, но они не предусматривали меры по приведению деятельности в соответствие с требованиями законодательства», – пояснил НБУ причину введения временной администрации.

В сообщении не говорилось, нарушал ли ВБР нормативы и задерживал ли выдачу вкладов. На 1 октября его розничный депозитный портфель составлял 1,75 млрд грн. Объем ожидаемой компенсации вкладчикам банка в ФГВФЛ еще не подсчитали.

Связанные лица

Регулятор еще 15 августа постановлением № 494 оформил свое право признавать неплатежеспособными учреждения, к собственникам которых применены международные санкции. К тому моменту ЕС ввел санкции к российским банкам, имеющим «дочки» в Украине, и ряду представителей прошлой власти Украины. «Национальный банк расширил собственные возможности по контролю над банковской системой и отдельными ее участниками. В них, очевидно, просто назрела необходимость», – полагает советник главы правления Евробанка Василий Невмержицкий.

С Александром Януковичем был связан также УкрБизнесБанк (39-е место по активам), который по документам имел других собственников (см. «Кто скрывается за УкрБизнесБанком»). Но с юридической точки зрения доказать причастность банка к лицу, к которому применены санкции, можно только при наличии официальной связи между ними. «Нельзя признать неплатежеспособным банк, если нет достоверных данных о том, что к его собственнику были применены международные санкции. В случае с ВБР в системе раскрытия информации были данные о том, что он на 100% принадлежит Януковичу-младшему. По другим банкам мы можем знать, что они также принадлежат лицам, которые были близки к предыдущему правительству и к которым также могут быть применены санкции, но официальными владельцами этих учреждений являются совсем другие люди», – говорит старший партнер адвокатской фирмы «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец.

Проблемы небольших

Одновременно с ВБР временные администрации были введены в БГ Банк (76-е место) и Легбанк (118-е). БГ Банк в начале года связывали с семьей бывшего генерального прокурора Виктора Пшонки, но прямых доказательств этой версии до сих пор нет. Легбанк не имел собственников, владевших более 10% его акций. По данным издания Insider на начало года, Легбанк принадлежал гражданину Латвии Артуру Ересько.

В Нацбанке делают акцент на финансовых проблемах этих учреждений – много жалоб на невозврат вкладов. Обязательства БГ Банка перед гражданами на 1 октября составляли 613 млн грн, Легбанка – 280 млн грн. Проблемы в БГ Банке (ранее банк «Первый») сложно было скрыть в середине лета, когда НБУ запретил ему привлекать депозиты. В конце сентября БГ Банк признал, что не может выплатить вклады – лимит выплат составил 500 грн в день. Причиной была названа война на Донбассе, из-за которой заемщики перестали платить по кредитам. Вкладчики Легбанка в начале сентября жаловались на невыплату денег и отказ банка пролонгировать их вклады.

Регулятор требовал от акционеров и менеджмента учреждений планы финансового оздоровления, но полученные от них документы его не удовлетворили. Например, регулятивный капитал Легбанка упал до 63,4 млн грн при минимальном значении в 120 млн грн. «Собственниками банка не приняты меры по финансовой поддержке банка, в первую очередь путем дополнительной капитализации», – сетовали в НБУ.

Удачный вывод

При этом НБУ «проспал» несанкционированный вывод денег из БГ Банка. С 27 октября грузинский Bank of Georgia перестал владеть 19,39% этого учреждения, а 3 ноября сменился набсовет БГ Банка, были уволены глава правления Сергей Барыбин и его заместитель Игорь Шаров. Эти посты заняли Андрей Осипенко и Вадим Дратверт соответственно. «После смены руководства БГ Банка Нацбанком была выявлена активная операция, которая была проведена уже новым руководством банка в нарушение требований НБУ при отсутствии первичных документов и оснований для ее осуществления, в результате чего нанесен значительный убыток банку. Банком в течение длительного времени не предоставлено никаких подтверждающих документов по осуществлению этой операции и ее обоснований», – сообщили в НБУ. Объем «вывода» не разглашается.

Эксперты констатируют, что подобное не редкость в проблемных банках. «Скорее всего, руководство банка предоставило куратору и НБУ неправдивую информацию о назначении платежа. И куратор был вынужден дать свое согласие. А потом банк просто отказался предоставить информацию о реальном назначении этих средств», – считает главный финансовый аналитик рейтингового агентства «Эксперт-Рейтинг» Виталий Шапран.

В Фонде гарантирования вкладов часто сталкиваются с такой проблемой. «Самые частые нарушения в неплатежеспособных банках связаны с выведением активов. До тех пор пока имущественная ответственность собственников и менеджмента банков не является реальной, попытки что-то сделать в системе ничего не дадут», – говорит заместитель директора-распорядителя ФГВФЛ Андрей Оленчик.

Елена Губарь, Финмайдан

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Потерянный заем: почему придется возвращать $3 млрд Януковича

Найти деньги, не платить по кредиту или заработать политические дивиденды.


Юрий Колобов, министр финансов в правительстве Николая Азарова, стал фигурантом уголовного производства по подозрению в злоупотреблении властью или служебным положением. Дело было открыто Службой безопасности Украины 24 сентября нынешнего года. Речь в нем идет об организации выпуска облигаций внешнего государственного займа (ОВГЗ) на $ 3 млрд.

СБУ установила, что, «злоупотребляя служебным положением, в нарушение требований закона «О Государственном бюджете Украины на 2013 год», Колобов и другие чиновники правительства организовали и обеспечили выпуск облигаций внешнего государственного займа на $ 3 млрд за счет «Фонда национального благосостояния» России».

Кроме того, Колобов подозревается и в том, что организовал незаконный перевод комиссии в сумме $ 450 000 в пользу дочерней компании российского банка «ВТБ» – VTB Capital plc – за размещение указанных государственных бумаг.

Как известно, 17 декабря 2013 года в Москве прошло заседание украинско-российской межправительственной комиссии, в рамках которой состоялась двусторонняя встреча президентов России и Украины. На ней, за плотно закрытыми дверями, и было принято судьбоносное решение о выделении Украине кредита в $ 15 млрд. Первый транш – $ 3 млрд, под которые и были выпущены ОВГЗ, поступил в Украину уже 23 декабря.

Как будто ждали

Первыми на новость об уголовном производстве против Колобова отреагировали россияне. Банк ВТБ сразу же отверг все обвинения СБУ о незаконности выпуска Украиной еврооблигаций. «Утверждения украинских властей о незаконном характере сделки по размещению облигаций внешнего государственного займа Украины на сумму $ 3 млрд абсолютно не соответствуют действительности», – говорится в официальном сообщении.

Сделка была заключена в полном соответствии с английским правом и действующим украинским законодательством. А организатор размещения – компания VTB Capital Plc – был самостоятельно выбран украинским правительством, утверждают российские банкиры.

Министр финансов РФ Антон Силуанов высказался еще более резко. Он обвинил Украину в том, что она не желает платить по кредиту РФ, а хочет найти повод для признания выпуска еврооблигаций незаконным.

«Украинцы уже заплатили нам первую часть купона, то есть косвенно подтвердили правомерность этой сделки, поэтому вся суета и шумиха вызваны исключительно тем, что, судя по всему, Украина не хочет нам платить, а хочет найти повод для того, чтобы признать это решение (о выпуске еврооблигаций Украины) вне закона», – сказал он журналистам в Москве.

Опасения Силуанова отчасти понятны, поскольку в финансовом мире существует такое понятие, как «одиозный долг». Признание какого-либо займа таковым означает то, что страна может его не выплачивать.

«То, что эти деньги явно не пошли в государственный бюджет – очевидно. Договоренности между Путиным и Януковичем были достигнуты в конце декабря, когда старому правительству наверняка было понятно, что ничего хорошего для него в Украине уже не будет, – напоминает Наталья Ульянова, директор департамента международного налогового планирования ЮФ ICF Legal Service. – Доказать, что данный кредит был использован незаконно, можно. Счета Юрия Колобова сейчас арестованы. Если окажется, что кредит и $ 1,5 млн комиссии, которые государство выплатило лондонской консалтинговой компании, привели к ущербу для страны, вполне вероятно, что договор могут признать недействительным. Такой шанс есть, именно поэтому нервничает Россия».

Правда, доказывать это придется в Лондоне, по месту оформления займа. Времени на процедуру уйдет очень много. А условия займа таковы, что любое препятствие на пути к выплатам по купонам ведет к досрочному погашению всего долга.

Не виноватый он

Похоже, именно поэтому нынешний Минфин под руководством Александра Шлапака уже выступил с официальной поддержкой Юрия Колобова и гарантиями того, что Украина выполнит все обязательства перед кредиторами в полном объеме. В комментарии Минфина так прямо и сказано, что «экс-министр финансов Юрий Колобов не нарушал законов при выпуске еврооблигаций на $ 3 млрд в конце 2013 года».

«Государственные заимствования осуществляются в целях финансирования государственного бюджета в пределах, определенных законом о государственном бюджете Украины, с соблюдением предельного объема долга на конец бюджетного периода. Все показатели государственного долга на конец 2013 года были в пределах, определенных законом Украины «О государственном бюджете Украины на 2013 год», – говорится в сообщении.

К тому же министр финансов не может сам выпустить облигации – для этого необходимо специальное распоряжение Кабинета министров с поручением осуществить заем на условиях, которые тоже определяются Кабмином. При этом перед выходом на внешние рынки капитала проводится большая работа при участии почти всех министерств и ведомств, отмечают в ведомстве Шлапака.

В российском Минфине также напомнили, что одним из условий требования о досрочном погашении является ситуация, когда украинский внешний долг превысит 60% ВВП, и они очень внимательно мониторят ситуацию.

«У нас есть ковенанта. Официально пока она не наступила, статистику по ВВП мы получим по итогам третьего квартала где-то в ноябре. Будем определяться. По расчетам, с учетом девальвации гривны, уровень 60%-ного размера долга к ВВП пройден», – сказал Антон Силуанов, и предупредил, что после наступления долговой конвенанты Россия определится, как будет действовать дальше. Впрочем, результаты третьего квартала не будут решающими, они покажут только динамику. А чтобы точно установить превышение уровня долга над ВВП России, придется подождать до апреля 2015-го, когда будут подведены результаты по всему 2014 году.

Деньги-невидимки

Вопрос, куда делись $ 3 млрд, для Украины вовсе не праздный. За счет этих средств должны были погасить долг за российский газ, который на конец 2013 года составлял $ 2,6 млрд. После побега Виктора Януковича из страны и смены власти новые министры финансового блока правительства начали ревизию документов своих предшественников. Одними из первых проверяли трансферты по российскому кредиту.

«На момент переворота (последняя неделя февраля) газовый долг был оплачен ровно наполовину. Остаток пошел на обслуживание госдолга. Произошло замещение более дорогого на более дешевый заем», – ответил Forbes Сергей Арбузов, экс-глава НБУ и бывший первый вице-премьер.

На 1 апреля 2014 года «Газпром» уже озвучил сумму задолженности за 2013 год в размере $ 1,45 млрд, значит, почти половина долга была погашена. Но идет ли речь о деньгах российского кредита, или о каких-то других – непонятно. Народный депутат Сергей Терехин признался Forbes, что в начале марта из российского кредита удалось найти только $ 700 млн, которые пошли на оплату долгов за российский газ. Остальные деньги просто пропали.

«НБУ – это банк правительства, поскольку это был несвязанный кредит, то деньги транзитом прошли через НБУ и поступили на общий казначейский счет Минфина. Ну, они, естественно, были переведены в гривну, а потом были потрачены в соответствии с расписанием госбюджета. О том, как они были потрачены, я думаю, знает Минфин, знает правительство, – предполагает член Совета НБУ Юрий Полунеев. – Возможно, в Финмониторинге есть какая-то информация о каких-то переводах. Но я не думаю, что это информация общего пользования и общего доступа, которая даст исчерпывающий ответ».

Источник в Минфине на правах анонимности сообщил Forbes, что никаких денег на счета казначейства из Нацбанка в январе-феврале не поступало. И напомнил, что, когда в конце февраля пришло правительство Арсения Яценюка, на счету казначейства вообще был «минус». Не смог вспомнить о крупных валютных операциях на межбанке или о выходе туда НАК «Нафтогаз Украины» для покупки валюты и сам Юрий Полунеев. «Уж слишком это было напряженное время, и внимание всех было приковано к совершенно другим событиям. Тут очень сложно что-то вспомнить», – сокрушается наш собеседник.

В начале лета Forbes обращался к Юрию Колобову с вопросом, на какие цели были направлены деньги из первого транша российского кредита. На что экс-чиновник сказал, что не понимает, о чем идет речь. Сегодня ему придется вспомнить все.

Пропажа года

«Эти деньги и не должны были попасть на счет казначейства. Все валютные средства, поступающие в нашу страну, идут в Валютный фонд Украины. Оператором Фонда является Национальный банк. Он распоряжается этими средствами, чтобы гривна была более-менее прогнозируемой, когда идет обмен на другие валюты», – поясняет Forbes Сергей Терехин.

Нардеп уверяет, что все $ 3 млрд поступили в Фонд. $ 700 млн действительно вернулись в Россию, но куда делись оставшиеся $ 2,3 млрд – непонятно. Еще в середине июня Терехин рассказал Forbes, что получил ответ на свой депутатский запрос из Счетной палаты Украины.

«Палата подчиняется Верховной раде, и смотрит, кто, как, куда потратил деньги. Причем у нее есть полномочия отслеживать не только траты, но и поступления средств. Так вот, по предварительному отчету Счетной палаты, ни на какие внутренние нужды в январе-феврале эквивалент $ 2,3 млрд не тратился. Более того, специалисты даже не могут «поймать» в государственных финансах эти пресловутые $ 2,3 млрд», – поделился новостью Терехин.

Получается, что первый и последний официальный «приют» российского кредита – Валютный фонд Украины, курируемый НБУ. Отследить движение средств там очень тяжело. Тот же Юрий Полунеев признал: «Время было сложное, и исключать возможность какого-то незаконного вывода этих средств нельзя. Поскольку мы понимаем, что именно за январь-февраль из страны выводились огромные валютные и другие ценности».

У Национального банка есть возможность путем рефинансирования или выдачи стабилизационного кредита передать государственные средства в коммерческие банки. В НБУ работает группа специалистов, которые проверяют деятельность регулятора за первые два месяца года. Для ряда банков уже прозвучали тревожные звоночки.

Платить таки придется

Российские деньги ищут уже без малого полгода. Почему же публично эта тема возникла только сейчас, да еще в комплекте с уголовным преследованием экс-министра Колобова? Версий несколько.

Например, производство против Колобова может быть связано с недавним возбуждение дела против бывшего заместителя председателя Национального банка Украины Бориса Приходько, который обвиняется в выводе более 2 млрд гривен за рубеж. Сам господин Приходько в свое время был назначен в Национальный банк на позицию Юрия Колобова, и считался именно ставленником экс-министра финансов. Таким образом, Колобов рассматривается как человек, который может обладать информацией о финансовых потоках прошлой власти.

Глава инвестиционной компании Concorde Capital Игорь Мазепа считает, что все разговоры вокруг российского транша похожи на предвыборную риторику. «Вопрос в чем? В том, что Украина подписалась на $ 3 млрд и их не получила? Но Украина получила эти деньги, оформила евроооблигации. Если украинские чиновники эти деньги потом разграбили, вопросы должны быть не к России, и не к получению кредита, а к этим самым чиновникам, и схеме траты этих средств», – подчеркивает Мазепа.

По мнению нашего собеседника, речь идет об украинском долге, который оформлен как евробонд и имеет возможность кросс-дефолта. «Грубо говоря, неоплата процентов или тела по этому долгу влечет за собой возможность от всех остальных кредиторов Украины сразу предъявить долги к моментальному погашению. И если перевести рассуждения по долгу на профессиональный язык, то платить нужно», – считает Мазепа.

«Кроме того, даже доказанный факт нарушения внутренних процедур выпуска ценных бумаг, о чем говорит СБУ, не может быть основанием для отказа выполнять международные обязательства государства. А обсуждение подобной возможности, особенно когда в таком обсуждении принимают участие официальные лица государства, сразу же приводит к утрате доверия к ценным бумагам Украины, ведет к понижению их рейтинга и повышению стоимости займов на внешних рынках», – поясняет Forbes Виктор Суслов, экс-представитель правительства Украины при Евразийской комиссии.

Сегодня золотовалютные резервы Украины составляют около $ 17 млрд, то есть Украина платежеспособна. Правильным со стороны украинского правительства в создавшейся ситуации, считает Суслов, было бы сделать заявление о том, что Украина в состоянии выполнить все свои обязательства по своевременному возврату полученных кредитов как перед Россией, так и перед любым другим внешним кредитором.

Ростислав Кравец, старший партнер компании «Кравец и партнеры», также называет целью шумихи по поводу кредита предвыборные спекуляции вокруг российских денег. «Тема раздута, чтобы держать в тонусе украинское правительство. Даже предъявление этих облигаций к оплате ничего не дает, потому что у Украины и так есть иск к РФ – по компенсации за деятельность РФ в Крыму и на востоке Украины», – резюмирует Кравец.

Инна Коваль, Маргарита Ормоцадзе, Форбс

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Неплатежеспособный АктаБанк обналичил иностранную валюту на 65 млрд грн

Как стало известно FinMaidan, неплатежеспособный днепропетровский АктаБанк за 2012-2013 годы и первые четыре месяца 2014-го обналичил через счета физлиц иностранную валюту на 65 млрд грн.


Доказательства масштабного обнала с нарушением правил борьбы с отмыванием «грязных» денег появились у НБУ еще в мае, однако наказать банк регулятор не мог. Его решения о блокировании депозитных и валютных операций отменялись в суде, а попытки привлечь правоохранителей к расследованию выявленных фактов ни к чему не приводили. Зато собственники АктаБанка получили время для вывода денег из учреждения.

Обналичить всё

Национальный банк заблокировал работу одного из крупнейших «отмывочных» банков страны. Постановлением № 576 НБУ отнес АктаБанк к категории неплатежеспособных. После чего Фонд гарантирования вкладов физлиц с 17 сентября ввел в банк временную администрацию сроком на три месяца. До 17 декабря им будет управлять представитель фонда Юлия Приходько. В распоряжении FinMaidan оказались данные о том, что днепропетровский АктаБанк за более чем два года обналичил иностранную валюту через счета физлиц на общую сумму 65 млрд грн.

Еще в мае 2014 года НБУ провел внеплановую выездную проверку ПАО «АктаБанк». По данным FinMaidan, в ходе проверки, которая длилась с 5 по 8 мая, инспекторы НБУ изучали, насколько учреждение выполняет требования законодательства в вопросах предотвращения и противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, или финансированию терроризма. Эта проверка в разгар майских праздников выявила то, что инспекторы не замечали в годы, когда Нацбанком руководили Игорь Соркин и Сергей Арбузов.

«За 2012, 2013 годы и четыре месяца 2014-го клиенты ПАО «АктаБанк» – физические лица получили со своих текущих счетов наличные средства в иностранной валюте на сумму, которая в гривневом эквиваленте превышает 65 млрд грн», – говорится в распоряжении НБУ № 29-р от 22 мая. Только за 2013 год было выдано валютной налички на 27 млрд грн. За январь-апрель 2014-го еще 4 млрд грн. Таким образом за 2012 год «обнал» составил рекордные 34 млрд грн.

Для примера; 31 млрд грн, снятые со счетов в 2013 году – начале 2014 года, составляли 10% всего объема иностранной валюты, выданной банками страны за этот период (321 млрд грн).

Санкции неизбежны

В материалах НБУ указано, что АктаБанк не использовал возможности статей 10 и 17 закона «О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, или финансированию терроризма». Имея основания подозревать, что эти транзакции связаны с отмыванием «грязных» денег, полученных преступным путем, банк «не использовал право отказаться от проведения финансовых операций или остановить их проведение клиентами АктаБанка», указано в материалах, которыми располагает FinMaidan. В решении комиссии НБУ № 195 от 21 мая говорится, что паспортные данные клиентов банка хранились не в полном объеме – отсутствовали копии их фотографий и адреса проживания.

Инспекторы НБУ выявили, что правила внутреннего финансового мониторинга АктаБанка, программа идентификации клиентов, программа оценки и управления рисками легализации преступных доходов, осуществление финансового мониторинга за депозитными операциями противоречат требованиям законодательства. Ответственность за выполнение требований закона была возложена на председателя правления, которым на 5 мая был Игорь Шестопалов.

В связи с этим НБУ предположил, что банк «не осуществляет достаточные меры в сфере управления рисками легализации преступных доходов и финансирования терроризма», что создавало возможности для использования АктаБанка в этих целях. А значит, «дальнейшее осуществление наличных операций в целом и валютных операций в частности является рисковым и может создать угрозу интересам вкладчиков и других кредиторов АктаБанка».

Поэтому 21 мая комиссия НБУ решила на период до 21 ноября запретить АктаБанку привлекать депозиты физических лиц, в том числе путем выпуска депозитных сертификатов, открывать гривневые счета розничным клиентам, выплачивать с них наличные, кроме случаев выплаты зарплат, пенсий, стипендий, оплаты лечения и образования. Кроме того, было предложено отозвать у АктаБанка генеральную лицензию № 243-3 от 5 октября 2012 года на осуществление валютных операций. Соответствующее распоряжение глава НБУ Степан Кубив подписал 22 мая.

Судебный конфликт

АктаБанк не согласился с Нацбанком и тут же оспорил оба решения в суде. 27 мая Окружной административный суд Киева в рамках рассмотрения дела № 826/7241/14 приостановил действие распоряжения НБУ об отзыве генеральной валютной лицензии в качестве обеспечительной меры по иску. Нацбанку было запрещено отключать АктаБанк от Системы подтверждения договоров на межбанковском валютном рынке (ValCli). Через два дня суд приостановил действие решения комиссии НБУ о запрете привлечения вкладов. «Постановление подлежит немедленному исполнению, обжалование не останавливает его выполнение», – решил суд, поскольку увидел «очевидную опасность причинения вреда правам, свободам и интересам ПАО “АктаБанк”».

30 мая НБУ был вынужден распоряжением № 321-р восстановить действие валютной лицензии АктаБанка. Похожий судебный спор возник и с банком «Капитал». После этого 18 июня Степан Кубив заявил: «Два банка вывели 10 млрд и провели наличные операции, несвойственные, используя инструмент сельскохозяйственных предприятий. Соответственно, мы забрали лицензии у тех банков. И вы знаете, чем это закончилось? Решения судов – днепропетровского и киевского – приостанавливают действие постановления Национального банка!» – сетовал он.

В структуре капитала днепропетровского АктаБанка на 27 августа Артуру Вадимовичу Ермолаеву, зарегистрированному в Днепропетровске, принадлежало 5%. Его бабушке Светлане Ермолаевой через доверительных агентов, кипрскую и украинские компании, – порядка 70%. Ее сын Вадим Ермолаев владеет днепропетровской группой «Алеф», в структуру которой входит в том числе аграрный бизнес.

Работа над ошибками

Это дело АктаБанк все же проиграл – 9 сентября в Киевском апелляционном административном суде. Поэтому с 18:00 того же дня банк потерял генеральную валютную лицензию и уведомил клиентов о прекращении обслуживания всех счетов физлиц в иностранной валюте. Обслуживание валютных счетов АктаБанк обещал передать «Хрещатику», но до 17 сентября не успел определить его условия.

16 сентября НБУ прекратил агонию банка. К этому решению регулятор подошел подготовленным. Еще 11 июля вступил в силу закон № 1586-VII «О внесении изменений в некоторые законы по предотвращению (минимизации) негативного влияния на стабильность банковской системы», который расширял полномочия центробанка. В статье 76 закона «О банках и банковской деятельности» появилось новое основание для признания банка неплатежеспособным: «одноразовое грубое или систематичное нарушение банком законодательства в сфере наличного оборота, предотвращения и противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, что создает угрозу интересам вкладчиков или других кредиторов банка».

В пресс-службе НБУ на вопрос FinMaidan, правда ли, что эта причина позволила признать банк неплатежеспособным, ответили, что «выявили факты осуществления банком масштабных операций с наличными средствами в иностранной валюте, которые не свойственны банкам с таким объемов активов, и установили отдельных клиентов, которые постоянно осуществляли финансовые операции по снятию этих средств в больших объемах».

Однако эта норма не применялась Нацбанком более двух месяцев. Этот период собственники банка использовали для вывода денег. «Предоставление банком в июле кредитов на значительные суммы без надлежащей оценки рисков и возможных последствий, а также изъятие из банка средств юридических лиц, связанных с его основным акционером (формально им являлось ООО «Центр-Агро-Трейд». – Ред.), привело к неспособности АктаБанка вовремя исполнять обязательства перед кредиторами и вкладчиками, – говорится в сообщении НБУ. – В связи с этим с начала августа наблюдались ухудшение финансового состояния банка и многочисленные нарушения требований актов НБУ».

Выданные в июле-августе кредиты и возвращенные депозиты еще не отображены в отчетности, поскольку квартал еще не закончился. На 1 июля АктаБанк занимал 38-е место по активам (5,017 млрд грн). Средства юридических лиц составляли 1,855 млрд грн, физических – 2,03 млрд грн. Кредитный портфель юриц достигал 2,914 млрд грн, физических – всего 104 млн грн.

Кто готовил решения о выдаче кредитов, неизвестно. Примечательно, что 17 июля членом правления банка на три года стал Артур Ермолаев. Уже спустя неделю – 28 июля – он был уволен по собственному желанию и в связи с сокращением штата. Его предыдущие должности: заместитель начальника управления корпоративного бизнеса и начальник дирекции по вопросам кредитной политики АктаБанка.

Уже в августе АктаБанк был признан проблемным, в него назначили куратора, но акционеры не заводили в банк средства. «Предусмотренное планом финансового оздоровления увеличение капитала лишь в 2015 году свидетельствовало о том, что у акционеров не было намерения применить срочные меры по выводу банка из кризисного состояния», – отметили в НБУ.

В поисках виновных

Результаты проверки НБУ должен передать правоохранителям для установления причастности к этим операциям служебных лиц банка. «Ответственность наступает, только если вина будет доказана судом, все остальное – оценочные суждения. Для этого временный администратор должен будет обратиться в правоохранительные органы с заявлением о невыполнении должностными лицами банка своих обязательств или о доведении банка до банкротства. Если это будет доказано, то ответственность может лечь на топ-менеджмент банка и учредителей», – говорит старший партнер адвокатской фирмы «Кравец и Партнеры» Ростислав Кравец.

«В этом случае с них будут взысканы все средства, которые будут выплачены Фондом гарантирования вкладов. Также, согласно ст. 209 Уголовного кодекса, за легализацию средств, полученных преступным путем, им грозит лишение свободы на срок до 12 лет с конфискацией имущества», – описал Ростислав Кравец судебные перспективы потенциальных подозреваемых.

Тем не менее один инцидент с введением временной администрации в банк, который проводил «обнал», вряд ли остановит другие учреждения, которые занимаются подобной деятельностью. «Если цель банка – это отмывание денег, то вряд ли он прекратит такую деятельность только из-за того, что кого-то ликвидировали по этой причине. Кроме того, Нацбанку понадобилось много времени, чтобы доказать, что банк занимается какой-то подозрительной деятельностью», – говорит председатель правления одного из крупных кредитных учреждений. По информации источника FinMaidan, собственник АктаБанка в минувшем году купил еще два небольших банка.

Кроме того, есть сомнение в том, что нынешняя власть займется расследованием этого дела. «Вероятность того, что дело будет доведено до конца, крайне мала. Если речь идет о столь большой сумме, то там наверняка замешана и нынешняя власть», – уверен Ростислав Кравец.

В июле аналогичные подозрения высказала FinMaidan нынешняя глава НБУ Валерия Гонтарева. По ее словам, оборот нелегальных операций 14 банков в 2013 году составил 292 млрд грн. «Я выяснила, что наш финмониторинг видел все эти операции. Однако эти банки по сути не вели банковскую деятельность, поэтому не нарушали нормативы, и, соответственно, у нас, как у регулятора, не было возможности остановить их деятельность и отозвать лицензию. В СБУ, милицию и прокуратуру мы направляли письма о деятельности этих банков, но дальше ничего не происходило. Некоторые из этих банков рассказывали нам, что они работали как раз в интересах тех, к кому мы обращались в наших письмах, – утверждала она. – Степан Кубив пытался бороться с такими кредитными учреждениями и даже приостановил лицензию одного из них, но решение было оспорено в суде. Мне уже легче. 11 июля вступил в силу закон, который позволяет НБУ отозвать у банка лицензию за такие операции».

Вячеслав Садовничий, Руслан Черный, Елена Губарь, Финмайдан

Адвокатская компания Кравец и Партнеры