Архив метки: Государству

Кравец: Украина движется к тоталитарному государству

Генеральный прокурор Юрий Луценко на итоговом совещании в ведомстве озвучил идею, которая, по его словам, должна оживить борьбу с коррупцией. Луценко намеревается предложить народным депутатам упразднить из Уголовного кодекса штрафы за незаконное обогащение, взятки, а оставить в качестве наказания только тюремный срок – причем не меньше года.

А судей, которые не будут сажать в тюрьму коррупционеров, будут сажать самих – на пять лет.

Луценко настолько увлекся популизмом, что перешел уже все границы и окончательно уподобился активистам-грантососам, уверен юрист Ростислав Кравец. Такое мнение он выразил на своей странице в Facebook.

«Конечно, такие лозунги понравятся гражданам, большинство из которых даже рядом с судом не было, не говоря уже о непосредственном участии в процессе», – отмечает эксперт.

Однако такие лозунги, продолжает он, еще раз подтверждают полный непрофессионализм прокуроров, абсолютную ненужность антикоррупционного суда и его изначальную предвзятость, а «также указывают на основной вектор движения к тоталитарному государству от которого, в первую очередь и пострадают все граждане Украины».

«Самое печальное, что как отсутствовала реальная ответственность для прокуроров за незаконно открытые уголовные дела и оправдательные приговоры, так она и отсутствует до сих пор«, – подытожил Кравец.

В свою очередь заместитель генерального прокурора Евгений Енин обвинил Печерский районный суд в саботаже касательно получения разрешения на заочное осуждение Сергея Курченко. Енин допустил в телеэфире, что из-за этих действий суда могут возбудить уголовные производства.

«Наиболее болезненным на сегодняшний день является получение разрешения на заочное осуждение Сергея Курченко. Фактически сегодня мы столкнулись с откровенным саботажем со стороны украинских судов«, — заявил Енин.

РИА Новости Украина

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Сколько стоило государству переход ПриватБанка под его контроль (документы)

Юристы считают, что национализация ПриватБанка могла пройти значительно мягче, быстрее и дешевле.

Национальный банк Украины (НБУ) планировал национализацию крупнейшего коммерческого финучреждения, ПриватБанка, еще задолго до ее осуществления.

В распоряжении НВ Бизнес оказались документы, которые свидетельствуют о том, что НБУ готовил план национализации банка с начала 2016 года.

Выяснилось, что для подготовки национализации НБУ нанял две международные компании: детективное агентство Kroll и консалтера AlixPartners, с которыми были заключены договоры 5 февраля и 4 июля 2016 года соответственно. Весь прошлый год упомянутые компании, в соответствии с условиями договоров, консультировали и помогали Нацбанку «в подготовке к национализации системно важного банка и розыску активов бенефициарных владельцев банка для обеспечения возврата средств рефинансирования НБУ».

При этом AlixPartners привлекла к себе в помощь на территории Украины юрфирму Астерс для оказания юридических услуг по вопросам украинского права. Последняя отчитывалась о своей работе непосредственно главе НБУ Валерии Гонтаревой.

За услуги AlixPartners пришлось заплатить круглую сумму. Стоимость консультаций составила 66,2 млн грн. Для этого НБУ использовал резерв, созданный для непредвиденных расходов на сумму 33,37 млн грн. А остальная сумма на 32,8 млн грн добиралась за счет уменьшения статьи расходов «Налоги, сборы и обязательные платежи». То есть Нацбанк сознательно снизил отчисления в бюджет Украины для оплаты счетов. Расходы на Kroll были ниже – 20,9 млн грн, но НБУ пришлось повысить лимиты тех самых резервов.

Мало того, НБУ планирует потратить на AlixPartners в 2017 году еще 20 млн евро. Об этом говорится в проекте решения Нацбанка, которое находится в распоряжении НВ Бизнес.

По словам Ростислава Кравца, старшего партнера юрфирмы Кравец и партнеры, в случае, если бы к работе были привлечены украинские юркомпании, аудит Привата мог бы потянуть максимум на 10 млн грн, а срок подготовительных работ – до трех месяцев.

Нанятые же НБУ западные консультанты были не знакомы с украинской финансовой и налоговой системами, и чтобы закрыть пробелы, они нанимают украинских субподрядчиков. Поэтому ушло достаточно много времени и средств.

Национализация Привата напрашивалась гораздо раньше, еще в 2014 году, когда было понятно, что план докапитализации его акционеры не смогут выполнить, говорит Кравец. Отсутствие реальных активов, резервов, инсайдерское кредитование, злоупотребления менеджмента банка по выводу средств, все эти данные были известны НБУ, но там особо не форсировали события.

Эрик Найман из Capital Times, говорит, что каждый день задержки с решением по Привату увеличивал стоимость проблемы для государства на миллионы гривен. С конца 2015 года одна из крупных консалтинговых групп начала работу по аудиту обязательств Привата, владельцам предлагались различные варианты выхода на нормативные финансовые показатели, однако, они не спешили докапитализировать банк.

«В результате, в конце 2016 года Нацбанк, дорисовав долю инсайдерских кредитов, осуществил процедуру национализации Привата, парализовав на время обслуживание клиентов – юридических лиц и показав, что Украина не может рассматриваться международными инвесторами как надежный партнер для серьезных инвестиций», – подчеркивает Виктор Мороз, управляющий партнер АО Suprema Lex.

По мнению Кравца, медлительность Валерии Гонтаревой в вопросе национализации ПриватБанка обернулась прямыми финансовыми потерями для государства.

В результате, для продолжения нормальной работы, государство докапитализировало Приват на 116,8 млрд грн. И это еще не предел. В апреле 2017 года Гонтарева сообщила, что могут потребоваться дополнительные денежные вливания в банк, как минимум на 30 млрд грн. Точная цифра будет известна после завершения аудита, который ведет E&Y.

Впрочем, сама сумма докапитализации могла быть намного меньше. Согласно имеющимся в распоряжении НВ Бизнес документам, консалтеры оценивали ее максимум в 74 млрд грн. Получается, что, или глава Нацбанка довела ситуацию до того, что государство заплатило больше, чем ожидалась. Или наняла консалтинговые компании, которые даже не смогли точно оценить сумму докапитализации банка.

В Национальном банке Украины в привлечении консалтинговых и юридических компаний к подготовке национализации ПриватБанка не видят никаких проблем.

Как рассказала зампредправления банка Екатерина Рожкова, тендер по выбору подрядчиков проводился, но был закрытым. «Мы привлекали советников к этому процессу, не только государственных, и это нормальная практика, но и большое количество коммерческих структур. Мы изучали мировой опыт. Проводили сначала внутренний тендер, изучали те компании, которые лучшие в своем направлении и в конце концов определились с тем, кого мы будем привлекать, – рассказала НВ Бизнес Рожкова. – Критериев отбора было очень много, потому что национализация — это не просто обмен акциями или продажа их бывшими акционерами Минфину, самое сложное — это имплементация нового корпоративного управления и новой стратегии. Поэтому пока процесс не завершился, я бы не хотела бы концентрироваться на всех деталях отбора».

Рожкова уверяет, что процедура отбора компаний проходили в рамках законодательства. «Учитывая сложность процесса и государственную тайну, мы пытались ограничить утечку информации. Мы работали по этому вопросу с Кабмином, Минфином, ФГВФЛ, и остальных государственных учреждений, решения были коллегиальными», – уточнила она.

Обвинения в медленной национализации ПриватБанка в НБУ также отвергают. «Здесь о скорости говорить не целесообразно, мы не о гонках говорим, когда речь идет о том, что нам надо спасти 20 млн клиентов банка, который является крупнейшим банком страны и дестабилизация работы которого фактически могла привести к дестабилизации всей банковской системы. Здесь надо говорить о качестве и своевременности», – пояснила она.

Опрошенные НВ Бизнес юристы едины во мнении: действия НБУ в вопросе вывода Привата с финансового кризиса были не до конца профессиональными. Сценарий с национализацией можно было реализовать значительно мягче, быстрее и дешевле, не затрагивая обязательств банка перед держателями облигаций и другими кредиторами банка. Мороз убежден, что действия Нацбанка касательно национализации Привата непременно скажутся на финансовом состоянии Украины.

А в перспективе, после окончательного ухода Валерии Гонтаревой, могут стать причиной уголовных дел против бывшего главы Нацбанка. Если в суде будет доказано, что можно было провести национализацию ПриватБанка быстрее и дешевле, и что были другие компании, которые были готовы предоставлять услуги, по качеству и цене не уступающие Kroll и AlixPartners. это может стать поводом для открытия уголовного дела по статье 364, злоупотребление властью или служебным положением, уверен Кравец.

Одним словом, промедление с национализацией ПриватБанка будет иметь свою цену. И не факт, что оно понравится подавшей в отставку главе НБУ.

Андрей Леденёв, НВ

 

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Какие банки нанесли государству ущерб на 117 млрд грн и кто покроет убытки — исследование НВ

Собственники банков нанесли государству ущерб на сумму в 117 млрд грн, что втрое больше, например, бюджета Минобороны. Никто из них не наказан. Чек оплатят вкладчики и налогоплательщики

В жизни успешного банкира Николая Лагуна мало что изменилось после того, как его банки обанкротились, пустив по ветру вклады более миллиона украинцев. Несмотря на коллапс его четырех банков, среди которых крупнейшим был Дельта, он по‑прежнему желанный гость в бизнес-кругах — недавно его видели на заседании Forbes-клуба и на фестивале джаза во Львове.

Пока Лагун наслаждался музыкой исполнителей со всего мира в патриархальном Львове, у бывших вкладчиков его Дельта Банка были другие заботы: они протестовали под Нацбанком с требованием вернуть их деньги. Утратившие свои депозиты просили Нацбанк национализировать Дельту и взять тем самым на себя обязательства банкира по выплате депозитов.

На это Нацбанк вряд ли пойдет. Но суммы государству из‑за банкротства Дельты все равно придется выплатить немалые: 16,7 млрд грн гарантированных вкладов и 9,3 млрд грн госпредприятиям, чьи деньги канули в Лету вместе с банком. Нацбанку также придется найти способ вернуть выданное банку рефинансирование на сумму 8,6 млрд грн. Всего банкротство банка Лагуна нанесло государству ущерб на сумму 34,6 млрд грн.

Дельта — не единственный банк, который подвел своих вкладчиков, а Лагун — не единственный банкир, который вышел после этого сухим из воды. В Украине сегодня таких финучреждений более 50. НВ подсчитало, что суммарно собственники обанкротившихся банков нанесли ущерб государству на сумму около 117 млрд грн.

“Это утраченное благосостояние страны. Часть этих денег если и не украдена, то как минимум утеряна”,— говорит первый замглавы НБУ Александр Писарук. Правда, во время банкротств и накануне имело место и откровенное мошенничество, за которое до сих пор никто не наказан. Наибольшие проблемы государству создали вполне успешные бизнесмены, среди которых фигуранты рейтинга том-100 самых богатых людей страны, у которых есть чем рассчитаться как со вкладчиками, так и с государством.

Корни большой растраты

В своем интервью НВ осенью прошлого года заместитель главы НБУ Владислав Рашкован предупреждал, что страну ожидает большая чистка.

“Наша цель — вывести с рынка слабые и “отмывочные” банки, к которым толерантно относилась предыдущая власть”,— говорил он. С того момента произошел настоящий “банкопад”. По последним данным, неплатежеспособными были признаны 55 учреждений.

Ущерб, который понесло государство в результате большой чистки, можно оценить на основании открытых данных НБУ и Фонда гарантирования вкладов физических лиц (ФГВФЛ). Формально потери государства состоят из трех частей. Первое — суммы рефинансирования, которое НБУ выдавало банкам. Второе — сумма депозитов, гарантированных ФГВФЛ. Третье — средства госпредприятий, которые зависли на счетах в обанкротившихся банках. В итоге получилась внушительная сумма — 117 млрд грн. Это почти втрое больше, чем траты страны на оборону в этом году и в пять раз больше, чем бюджет Киева. Всего пострадали 4,96 млн вкладчиков, и лишь треть из них получат выплаты в рамках гарантированной суммы — не более 200 тыс. грн.

“Такое фиаско — закономерный результат работы банковской системы, которая до сих пор существовала в Украине. А кризис и революция обнажили эти проблемы”,— говорит Писарук. По его словам, значительная часть учреждений страны существовали для обслуживания связанных лиц либо собственных предприятий. Были те, что создавались для профессионального отмывания денег, а также те, что появились только потому, что раньше было модно иметь свой банк. Однако были и финансисты, для которых банковский бизнес был основным, но они, как, например, Николай Лагун, не рассчитали своих сил. Он скупал проблемные активы с огромными дисконтами.

“Я ему еще в августе говорил: “Николай Иванович, невозможно в стране, которая падает, расти так агрессивно, покупая плохие активы. И надеяться, что тебе это сойдет с рук”. На все это наложились революция и война в Донбассе — Дельта Банк в значительной мере присутствовал на востоке страны, и заемщики из этого региона стали плохо платить по кредитам, а их залоговое имущество обесценилось.

Но все это лишь вершина айсберга и только отчасти объясняет произошедшее в Дельте. Как следует из определения суда, размещенного в Едином реестре судебных решений, Печерский районный суд Киева по запросу Генеральной прокуратуры разрешил провести внеплановую ревизию Дельты за период с 2012 по март 2015 года. Досудебное расследование установило, что в 2014 году банк получил рефинансирование НБУ на сумму 10 млрд грн. За 4,1 млрд грн банк приобрел $ 535,3 млн и перевел их за рубеж в интересах 12 связанных друг с другом украинских субъектов хозяйствования, отдельные служебные лица которых одновременно являлись и сотрудниками Дельта Банка.

Однако виноват в этом не только банкир, но и НБУ, считает старший партнер адвокатской компании Кравец и партнеры Ростислав Кравец.

“Такая транзакция была бы невозможной, если бы об этом не знали или не одобрили в Национальном банке”,— говорит Кравец.

Кроме того, факты говорят о том, что часть вкладчиков банка знали, что приближается банкротство. Некоторые из них многократно дробили свои немалые депозиты, чтобы сумма на каждом из них не превышала гарантированные к выплате 200 тыс. грн. При этом количество операций при дроблении превышало 20. Данные по таким счетам уже переданы правоохранительным органам, рассказывает заместитель директора-распорядителя ФГВФЛ Андрей Оленчик на заседании журналистского Финансового клуба.

Другой показательный пример провала — банковский бизнес мультимиллионера Олега Бахматюка (№10 в списке топ-100 со стоимостью активов свыше $ 800 млн). За время “банкопада” он потерял два финучреждения. Весной прошлого года из‑за девальвации и экономического кризиса возникла необходимость рекапитализировать его VAB Банк на сумму 7 млрд грн. Бахматюк тогда заявил, что согласен дать 2,5–3 млрд грн, а Нацбанк должен внести остальное.

Однако Минфин не согласился с этим предложением, и банк был признан неплатежеспособным. Весной этого года та же участь ожидала второе учреждение Бахматюка — Финансовую Инициативу.

Нежелание государства помочь мультимиллионеру объясняется тем, что его банковский бизнес был тесно связан с кредитованием аграрных активов предпринимателя. Так, источники отраслевого интернет-издания Finmaidan сообщали, что Минфин выступил против выделения средств для спасения VAB из‑за того, что “мировые стандарты рекапитализации, которые НБУ внедряет в рамках программы МВФ, не предусматривают участия государства в случае предоставления банком значительного объема кредитов связанным лицам”. Иными словами, деньги государства VAB нужны были преимущественно для того, чтобы кредитовать свои же предприятия.

Финансовая Инициатива, по словам Писарука,— классический пример банка, созданного для обслуживания связанного бизнеса — он кредитовал аграрные предприятия Бахматюка. Поэтому, когда пришел кризис, акционеру было легче закрыть банки, чем вкладывать в них собственные средства. Тем более что дела у его основного актива UkrLandFarming шли неважно. Из-за аннексии Крыма компания лишилась нескольких фабрик, а также потеряла контроль над важными активами в оккупированных районах Донбасса. В результате в прошлом году чистый убыток компании составил $ 260 млн против $ 750 млн чистой прибыли годом ранее.

Итогом банковской деятельности Олега Бахматюка стали 22,8 млрд грн убытка для государства, а также проблемы у более чем 500 тыс. вкладчиков.

bankiry_moshenniki

Не менее печальна история банка Надра Дмитрия Фирташа (№ 6 в топ-100 НВ, состояние оценивается в $ 1,4 млрд). Фирташ стал акционером этого учреждения в 2009 году — после того, как банк фактически стал банкротом. От окончательной ликвидации учреждение тогда спас Дмитрий Фирташ, купивший его. С того времени государство выделило банку рефинансирование на сумму свыше 10 млрд грн. Причем более 3 млрд грн были выданы в прошлом году, то есть уже при новом руководстве страны и НБУ. Но банк так и не смог справиться с проблемами. “Фактически банк Надра нужно было еще в 2009 году ликвидировать, все это время он просуществовал во многом благодаря акционеру”,— говорит Писарук.

Промедление с ликвидацией Надра стоило Украине 14,4 млрд грн. Теперь эти деньги государству нужно будет частично покрыть за счет активов, а частично попросту списать. На момент признания неплатежеспособным в банке было 458 тыс. вкладчиков, 99 % которых могут рассчитывать на возмещение средств от ФГВФЛ.

Все это — лишь самые яркие случаи результатов большой чистки банковской системы. В первую десятку банковского антирейтинга НВ также вошли бывший владелец банка Форум и партнер Рината Ахметова Вадим Новинский (№ 5 в топ-100, состояние 1,8 млрд грн), один из самых богатых бизнесменов Одессы Леонид Климов (№ 69, 85 млн грн), экс-владелец Брокбизнесбанка Сергей Буряк, а также бывший глава Нафтогаза времен президентства Виктора Ющенко Алексей Ивченко. Лишь владельцы первой десятки самых крупных из обанкротившихся банков напрямую или косвенно нанесли государству убытки на сумму почти 100 млрд грн, а именно 97,5 млрд грн, и облегчили карманы миллионов вкладчиков. Однако никто из них пока не ответил перед законом или хотя бы покрыл часть убытков — а отдавать у большинства из них есть чем.

Где наши деньги

Покрыть убытки, нанесенные стране миллионерами, теоретически можно за счет активов обанкротившихся банков. Тем более, по официальным данным, суммарные активы учреждений, вошедших в рейтинг НВ, превышают 290 млрд грн. Из этих средств должны возмещаться и гарантированные вклады.

Но как это выглядит на практике, НВ рассказала менеджер одной из киевской фирм Светлана Сверчкова. В VAB Банке у нее был долларовый депозит. Чтобы забрать свои деньги после банкротства, сначала нужно было постоянно мониторить сайт банка, дабы не пропустить объявления о выплате. Затем — потратить несколько дней для того, чтобы получить сумму через Укргазбанк. Деньги с долларового депозита ей пересчитали в гривне по курсу 13 грн / $ — тому курсу, что действовал на момент ликвидации учреждения. Хотя к моменту выплаты доллар подскочил до 18 грн .

bankiry_moshenniki2

С другими банками дело обстоит не лучше. ФГВФЛ зачастую не спешит с выплатами, используя бюрократические проволочки. Юрист Кравец рассказывает, что вкладчикам Дельта Банка выдавали деньги, пока не закончились депозиты. Теперь выплату приостановили, объясняя это тем, что разбираются со вкладами. От вкладчиков CityCommerceBank начали требовать оригиналы депозитных договоров и квитанции, подтверждающие внесение средств. Хотя по закону необходим только паспорт и идентификационный код.

Использование бюрократических хитростей может объясняться нехваткой средств. В ФГВФЛ говорят, что выплату вкладов не приостанавливали, а осуществляют её в установленном порядке. По данным Фонда, после “банкопада” ему достались активы на сумму 320 млрд грн, что формально делает его крупнейшим финансовым учреждением страны. Но это только на бумаге. По оценке фонда, стоимость переданных ему активов не превышает 20 % от заявленной на бумаге.

“Справедливая оценка в разы уменьшает размер средств, передаваемых фонду”,— поясняет управляющий партнер юридической фирмы AstapovLawyers Андрей Астапов. По словам Оленчика, недвижимость, которая сейчас находится в залоге, стоит намного меньше, чем по бумагам. Покупателей немного. А продать доставшееся от банкротов банковское специальное оборудование и вовсе невозможно — покупателей на него нет.

Невозможность выплатить долги за счет проданных активов означает, что покрывать их придется из госбюджета. “Тут мы неоригинальны и будем делать то, что делают во всем мире. Груз выплат гарантированных вкладов вместе с ФГВФЛ разделят НБУ и Минфин”,— говорит Оленчик. Фонд займет у государства недостающие средства и будет возвращать их государству на протяжении 15 лет.

“Хорошая” новость заключается здесь только в том, что за эти годы инфляция обесценит эту сумму. И возвращать придется меньше”,— говорит член Украинского общества финансовых аналитиков Виталий Шапран. Хорошей эту новость можно назвать лишь для государства, но не для вкладчиков.

Средств не хватает и по причине элементарного мошенничества. В отчетности многих банков указывались деньги и активы, которых на деле не оказывалось. “Мы нашли случай мошенничества и в Дельте, и в других банках”,— говорит Писарук.

Шаг вперед и два назад

В ФГВФЛ говорят, что борются с такими злоупотреблениями. В частности, фонд подал в правоохранительные органы 1157 заявлений с претензиями на сумму 112 млрд грн. Многие из них касаются собственников банков, которые подозреваются в нанесении ущерба государству на сумму около 87 млрд грн. Для сравнения: доходная часть бюджета всей Одесской области — всего 6 млрд грн. Но особых успехов в деле взыскания этих средств пока не видно, по словам председателя правления Украинской межбанковской валютной биржи Анатолия Гулея, хотя и было возбуждено 326 уголовных дел, а под следствием находится 21 банкир.

В НБУ объясняют такую плачевную ситуацию с привлечением виновных к ответственности несовершенством законодательных норм. “У меня складывается такое впечатление, что нормативные и законодательные акты были прописаны так, чтобы никого не наказывать”,— говорит Писарук. Во многих случаях также нельзя было установить, кто на самом деле владеет банком. До недавнего времени банки обязывали раскрывать только собственников значительных долей — более 10 %. Поэтому многие реальные владельцы распределяли свою долю между 11 фиктивными юрлицами, которых иронично называли футбольными командами. Зачастую это были юридические лица либо подставные лица, у которых не было ничего, потому и взыскать с них средства невозможно.

Теперь ситуация изменилась. В начале года был принят закон об ужесточении ответственности банкиров. В НБУ считают, что это предоставляет им необходимый инструмент для того, чтобы не допускать в будущем ситуаций, которые привели к появлению такого большого количества неплатежеспособных банков. Благодаря этому закону становится возможным взыскать с владельцев банков их имущество и возместить ущерб за счет их небанковского имущества. Раньше это сделать было нельзя. Также в Уголовный кодекс была добавлена статья о доведении банка до неплатежеспособности. За это теперь руководителя и акционера могут посадить на срок до пяти лет.

Ну и наконец с этого года НБУ обязал банки указывать всех собственников банков. До конца года вся эта информация уже будет доступна на сайте регулятора. “Теперь НБУ и правоохранительным органам станет намного легче привлекать к ответственности собственников, поскольку они уже установлены, и следствию не нужно самостоятельно расследовать все корпоративные связи”,— говорит Астапов.

Проблема заключается в том, что большинство банков были признаны неплатежеспособными до того, как новые правила вступили в силу, и наказать их по новому закону не получится — обратной силы он не имеет. В НБУ ожидают, что самые громкие случаи, такие как Дельта и Надра, будут проанализированы, поскольку это записано в программе сотрудничества с МВФ. “Вот тогда можно будет говорить о том, насколько велика вина собственников и понесли ли они соответствующее наказание”,— говорит Писарук.

Правда, в случаях мошенничества и злоупотреблений служебным положением — таких, которые Генпрокуратура выявила, например, в Дельте — правоохранители могли бы наказывать виновных и по старому законодательству. Гулей объясняет отсутствие результатов по возвращению средств и наказанию собственников плохой коммуникацией между ФГВФЛ и правоохранителями — каждый из них действует в своих интересах. Да и квалификация следователей оставляет желать лучшего. “Я не слышал ни об одном CFA [дипломированный финансовый аналитик], который работал бы в прокуратуре. Это скорее военная организация”,— добавляет Шапран.

С другой же стороны работают адвокаты, которые получают гонорары в сотни тысяч долларов. Астапов говорит, что следователям зачастую не хватает опыта в таких комплексных делах, в результате в суд попадают непрофессионально и не до конца подготовленные обвинения, которые легко опровергают юристы банкиров. Кроме того, по его словам, часто владельцам банков удается договориться с правоохранителями и избежать наказания.

Кравец считает, что банкирам, нанесшим миллиардные убытки государству, не удавалось бы избежать наказания, если бы в этом было заинтересовано руководство страны, которое действовало бы более решительно и ставило соответствующие задачи перед правоохранителями.

“Принять хорошие законы — это хорошо, но исполнять их — другое дело. Рыба гниет с головы”,— говорит он.

Пока рыбу начинают чистить с хвоста — с вкладчиков и налогоплательщиков, которые, очевидно, и понесут главные убытки после череды банкротств коммерческих банков.

Андрей Юхименко
Материал опубликован в НВ №27 от 31 июля 2015 года

Адвокатская компания Кравец и Партнеры

Государству не нужны вкладчики

Верховный суд Украины выступает против существующей противоконституционной системы гарантирования вкладов.

В начале июля Верховный суд обратился в Конституционный с требованием признать неконституционным ряд положений Закона Украины «О системе гарантирования вкладов физических лиц» (далее Закон № 4452-VI ). Речь идет о положениях статьи 6, части первой статьи 8, части четвертой статьи 13, статей 21, 22, частей первой, четвертой, пятой статьи 41 Конституции Украины.

Верховный суд Украины считает, что указанные нормы Закона № 4452-VI допускают применение различных подходов в обязательственных отношениях с кредиторами и заемщиками банка. А это, не соответствует его главной цели, а именно защите прав и законных интересов вкладчиков банков, укрепление доверия к банковской системе Украины, стимулирование привлечения средств в банковскую систему Украины.

Пленум Верховного Суда Украины считает, что Закон № 4452-VI изменивший ранее существующую систему гарантирования вкладов, по своему содержанию нарушает положения статьи 6 Конституции Украины, наделяя Фонд полномочиями по сути регулирования банковской деятельности в Украине, то есть полномочиями и функциями органа государственной власти, которым по своей сути Фонд не является.

В частности ВСУ обратил внимание, что сумма вкладов, которых превышает 200 000 гривен, а также по вкладам, срок действия банковского договора которых не истек до введения временной администрации, средства возвращаются только после осуществления мероприятий по выводу неплатежеспособного банка с рынка, чем ограничиваются (или если обратилось юридическое лицо — даже отменяются) их права, поскольку право частной собственности на вклад де-юре сохраняется, однако де-факто проведенные Фондом процедуры могут быть неэффективными, а средства — так и не возвращены.

Положения Закона № 4452-VI установившего новые правила возврата вкладов при неплатежеспособности банка свидетельствуют о существенном сужение прав вкладчиков, в частности, нарушении прав вкладчиков, в том числе 7, 6 и 4 очередей, выплаты по которым вообще могут не осуществиться Фондом. Таким образом, Фонд получил возможность противоправного лишения права собственности, гарантированного частью четвертой статьи 41 Конституции Украины.

Стоит отметить, что обнародовав свою позицию относительно не конституционности Закона № 4452-VI, Верховный суд фактически признал массовые нарушения прав физических и юридических лиц связанные с невозвращением вкладов в банках.

При этом, на сегодня, уже даже не важно какое именно решение примет Конституционный суд. Факт нарушения прав признан Верховным судом Украины. В следствии данного обращения, вкладчики украинских банков получили возможность и доказательную базу для обращения с исками в Европейский суд по правам человека за защитой своих прав в случае отсутствия таковой в Украине.

Если же Конституционный суд Украины не побоится и все-таки признает не конституционность Закона № 4452-VI, последствием станет отмена продажи переходных банков, через которые были выведены активы, что привело к потере вкладчиками возможности вернуть свои средства. Кроме того это избавит Украину от громадного количества проигранных судов в ЕСПЧ и выплат огромных компенсаций за счет бюджетных средств.

Государству стоит задуматься о скорейшем изменении системы гарантирования или как ее называют в европейских странах страхования вкладов. Если скорейшим образом значительно не увеличить сумму, либо не сделать как в соседней Беларуси, 100% гарантирование в валюте вклада, украинская банковская система рискует потерять практически всех вкладчиков.

Ростислав Кравец
Адвокат, старший партнер
Адвокатской компании «Кравец и парнтеры» для Журнала Личный счет

Адвокатская компания Кравец и Партнеры